Отказ

Сколько же было слез и криков. Миша устал слушать, что говорит ему отец, как плачет мать, как непонимающе осматривается брат. — Это ненормально! Это какая-то ошибка! — всё продолжал хмуро настаивать отец, будто сам Миша в этом виноват. Он не виноват, он таким родился, это судьба решила так поиздеваться над ним, почему винят его? Почему, если сама судьба так решила, люди подумали, что это ненормально? Миша не знал. Он устал. Если бы он мог что-то поменять, он бы поменял, обязательно поменял бы, обязательно спросил судьбу: «Какого черта»? У всех нормальные имена, а у него «Андрей». Ну и что? Просто мужское имя. И он парень. Судьба ради интереса решила свести двух парней? Если нет, то почему? У всех с 18 лет появляются имена противоположного пола. Кто-то даже может выбрать, если не хочет встречаться с противоположным, если имя «Саша» или «Женя». Удобно. А у него «Андрей». Может, к черту? Он слышал много историй, когда соулмейты не находили друг друга или кто-то отказывался от своего соулмейта. Ну и что? Просто прожить жизнь без человека, который буквально является твоей второй половинкой не так уж и плохо. Подумаешь. Этому Андрею будет наоборот лучше. Не будет связан цепями с таким ненормальным, как он. Миша же... Он не создан для семейной жизни. Он панк и любит свободу, а не постоянное нахождение на одном месте. — Ты должен отказаться. — буквально прошипел отец. Отказаться от Андрея? Легче простого, он ведь даже его не знает, так какого черта ему так сложно? Почему? Он ведь парень, а встречается с человеком своего пола неправильно. Но всё же оставалась маленькая надежда, что они справятся, что всё будет хорошо, что Миша будет счастлив. Будет счастлив с ним. Что он мирится с тем, что придется отпускать любимого на туры по всей стране на долгие месяцы, смирится, что местоположение никогда не будет постоянным, смирится, что он станет культовой личностью. Сможет ли он смириться? Миша не знал. Сомневался. — Должен, Миша. Здесь так не принято. И Миша отказался. Жгучая боль появилась в районе запястья, он даже не сдержал стона боли, слезы брызнули сразу в стороны. Больно. Но со временем запястье перестало жечь. Миша глянул на запястье. Пустота. Ничего. Такова была цена отказа от судьбы. Ты обязан провести жизнь в одиночестве, раз отказался от своего партнёра, невежливо отказаться от одного, а потом надеятся, что дадут второго. Жестоко? Возможно. Но жестоко лишь по отношению к тому, кто отказался. От кого отказались почувствует лёгкое недомогание и забудет имя первого соулмейта, пока на запястье не появится другое. Андрей будет счастлив с другим человеком. А Миша будет один. Обязан быть. Зато он свободен. Он же всю жизнь этого хотел? Свободы, а не обязанности и ответственности. Боль в запястье прошла, но сердце ныло, а слезы шли безостановочно. — Прости... Прости меня... — тихо шептал он, сжимая запястье другой рукой. Почему у него не проходило ощущение, что он совершил ошибку?

***

Он счастлив. И Миша счастлив, что он счастлив. Так радостно и искренне рассказывает о том, что скоро у них будет дочка. Миша правда счастлив, но в груди отчего-то безумно больно. Судьба - шутница. Андрей стал его лучшим другом. Встретились почти через месяц после исполнения восемнадцати лет. Встреча была очень веселой, но узнав имя незнакомца, Миша сразу напрягся. Ну мало ли Андреев на свете. Потом он узнал, что Князев пишет тексты. А как только их увидел... Влюбился по уши и сразу понял, кто перед ним. Сразу повел в группу «Король и шут», мазохист эдакий. В итоге, группа процветает, всё хорошо, правда ведь? Ты же хотел, чтобы он был счастлив, так почему сейчас сдерживаешь слезы, когда узнал, что у твоего соулмейта будет дочка, а на запястье гордое «Агата». Отчего-то Миша знает, что это именно его Андрей. По-другому быть не может. Они понимают друг друга с полуслова, они вместе с 18 лет на протяжение десяти лет. Так какого черта ты каждый вечер рыдаешь, проклиная себя? Ты сам отказался от своего счастья, и ты знал, что тебя ждало. Ты же хотел свободы? Ты её получил. Хотел, чтобы соулмейт смирился с твоим образом жизни? А он и не против, сам принимает активное участие. И тебе предстоит жить с этим на протяжении всей жизни. Было бы проще, если бы они не встречались, чтобы не было в его жизни Андрея Князева. Но одновременно всегда хотелось знать, что он счастлив. И счастлив ведь, крепкий брак, вот жена беременна, они ждут ребенка, и глаза у него такие радостные, светятся от счастья. Ты этого хотел. Ты сам виноват. И он не будет ничего говорить Андрею. Он не имеет права. Он сам виноват.

***

Миша резко подскочил на кровати, садясь и тяжело дыша, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце. — Миш? — прозвучал сонный голос совсем рядом. Миша оглянулся на только что проснувшегося Андрея. А после посмотрел на своё запястье. «Андрей». Миша быстро взял за руку Андрея и увидел своё имя. «Михаил». Кошмар. Просто кошмар, всё хорошо, Андрей здесь, с ним. Они только что вернулись из тура, оба уставшие, как собаки, но всё-таки провели романтический вечер друг с другом. Скучали ведь, а в туре времени друг на друга почти не было, чтобы вот так спокойно сидеть и целоваться. Впереди неделя, а может и больше, выходных. Парни тоже устали и хотели провести время со своей семьёй. А впереди ещё куча концертов, ведь «Король и шут» - одна из самых популярных групп. Их брак, в который они вступили шесть лет назад, очень крепкий, и их не стал никто осуждать. Да, необычно, что оба мужчины, но раз судьба так решила? Тем более, они не единственные такие. Горшенёв тихо засмеялся от облегчения, Андрей непонимающе посмотрел на него, а после сел и шумно выдохнул, когда увидел, что смех превращается в слезы. — Мишут... — он притянул его к себе и крепко обнял. Миша буквально вцепился в него. Кошмар. Просто кошмар. — Я не отказался от тебя... Не отказался... — Миша крепче обнял его, всхлипывая и цепляясь за Князева, как за соломинку. Тот лишь поглаживал мужа по спине. — Всё хорошо, Миш. Просто кошмар. Я рядом.

***

— Иди к черту! — резко вскочил парень, зло смотря на отца. — Он моя судьба! И мне плевать, что он парень! Я уже люблю его! И мне плевать, нравиться тебе это или нет, мне плевать на презрение других людей, мне плевать на всех! Мы будем... Ё-моё... Двое против всех! — и он выбежал из дома, ласково поглаживая чужое имя на запястье.