Танец двух сердец

      Только мягкие волны прибоя, далекие отголоски разговоров да свист прибрежного ветра нарушали тишину. На пляж опускалась мягкая темнота. Чуть в отдалении у черты горизонта еще виднелось закатное солнце. Его нежные лучи дарили свое тепло последние секунды, чтобы затем скрыться за синюю воду.       Вокруг никого, только двое парней медленно шли вдоль берега по остывшему песку, крепко держась за руки.       Это был долгий, насыщенный событиями день. Счастливый день полный разговоров до самого вечера в окружении шумной компании друзей и любимого.       - Кит, смотри какой красивый кадр, - Сингто остановился и, мотнув головой, указал на рядом стоящий причал.       Кадр действительно был потрясающий. Неспокойное море притягивало и завораживало своим бесконечным голубым простором. Его волны нежно прикасались к берегу, принося влажный аромат соленой воды и морского бриза. Рядом с морем, словно неразрывно связанным с ним, тянулся пирс, уходящий вдаль. Были слышны крики птиц, радостно кружащих в небе, и медлительное скрипучее плескание корабельных веревок. Волны накатывались на берег, раскрывая свою агрессивную силу. Этот момент ощущался, как момент истины перед лицом бескрайних глубин, наполненный умиротворением и душевным покоем, привлекая к себе уставшие души, искавшие убежище от суеты и шума городской жизни.       Крист достал из кармана свой телефон и сделал несколько фотографий. Хотелось сохранить в памяти этот вид и очаровательный момент единения.       Пройдя еще немного вдоль береговой линии, парни сели на песок, разместившись под небольшой пальмой. Перават прислонился спиной к стволу дерева и подозвал к себе старшего, аккуратно разместив его голову на своих коленях.       От прохладного ветра Крист слегка поежился и придвинул Сингто ближе, касаясь его теплых рук своими. Промелькнула шальная мысль обнять любимого, юркнуть под мягкую толстовку, чтобы, конечно же, только согреться. Но он отогнал эту мысль. Не сейчас.       С Сингто их связывало многое, очень многое. Их судьбы словно красной нитью были переплетены, что уже и невозможно распутать. Их связывала одна жизненная дорога, пристальные, долгие взгляды, тонкий трепет в начале знакомства, а затем непривычное уютное спокойствие. Такое, что как будто и семью можно построить.       Безумие… Но уже совсем не страшно.       Их связывали долгие разговоры под шум морской пены. И молчание на все том же берегу. Берегу видящем и хранящим воспоминания о чувствах двух парней далеко не дружеских.       Какие друзья так себя ведут? Какие друзья прячут неловкую улыбку? Какие друзья отводят взгляд? Ибо чуть задержишься и другие все поймут. Какие друзья так берегут друг друга, целуют крепко и обнимают страстно? Границы уже давно стерты. И существовали ли они когда?       «Туан» - так его зовет Крист, в ответ слыша нежное «Кит-Кит». Эти, только их, сакральные имена словно клеймо, выжжены на сердце. Это образ, вмиг восстающий в памяти – яркий, солнечный, улыбчивый, любимый. Образ, что мелькал неспокойными одинокими ночами и всегда согревал душу.       Эти чувства. Им нет описания. Да и не сказать лучше, чем прочувствовать на собственном опыте. Эти глаза, смотрящие с любовью и заботой. Без агрессии, без вражды, без страха.       Страх отличен от уважения.       Сингто объяснил, показал на собственном примере. Его хотелось уважать. Им хотелось восхищаться. Его хотелось слушать, будь то шутка или серьезное философское высказывание. Неважно. Главное, что с ним было безопасно и комфортно.       Крист аккуратно запустил руку в темные пряди, нежно погладив голову Прачаи, который расслабленно прикрыл глаза. Младший все никак не мог наглядеться, рассматривал, от чего-то задержав дыхание, длинные ресницы, чарующий разрез глаз, прямой нос, тонкие губы.       Темно-розовые, красивые, особенно, когда растягиваются в искренней улыбке.       Разве можно это чувство, глубоко притаившееся в их сердцах, назвать болезнью? Разве можно ее упрощать до физиологической потребности или гормонов?       Нет.       Любовь – это много более. Некогда чуждые люди познают друг друга, чтобы самозабвенно отдаваясь другому, умирать в нем и воскресать, живя не одной, но двумя жизнями, храня в себе целый мир. Познать подобное – дар. Жить подобно этому – наслаждение.       - Кит, - тихий взволнованный голос нарушил тишину и заставил немного дернуться. Сингто поднялся с колен младшего, но тепло его тела все еще сохранялось, обжигало своим отсутствием.       - Да? – так же шепотом ответил Крист, заглядывая в темные глаза.       - Давно мы здесь не были, да? – в ответ кивок. Прачая, расслабленно улыбнувшись, продолжил. – Я хочу, чтобы ты запомнил этот момент. В будущем нас ждет много проблем, неудач, разочарований, взлетов и падений. Это нормально… Но каким бы оно ни было - наслаждайся своей жизнью. И запомни это мгновение. Потому что здесь. С тобой. Я по-настоящему счастлив.       Подобные моменты происходят не часто. Они словно концовка кино – самая важная часть фильма. Уловить их, продлить - будто стараться удержать воду в ладонях – невозможно не упустить. Поэтому они столь важны.       Осознание этого смущало. Радовало и одновременно печалило. Радовало взаимностью, пониманием. Перават никогда подобного не испытывал. Только с Сингто сердце так быстро билось заглушая все, что волновало прежде - и море, и ветер. Словно в мире остались лишь они двое.       Отчего-то предательски намокли глаза – нежные чувства разрывали сердце. Они же и подталкивали придвинуться ближе. Так правильно, так необходимо прикоснуться к любимым губам в поцелуе – мягком, нежном касании. Вкладывая в него всю любовь, благодарность и признания.       На которое Сингто так же ласково ответил, притягивая ближе, ложась на песок, утянув за собой любимого. И словно потонув друг в друге, в чувствах одних на двоих, они вглядывались в отражение любящих глаз, замирая на миг и, ныряя глубже, обнимали.       И ощущая преданное, сильное сердце, бьющееся в такт с его, Прачая смотрел на звезды. С его любовью к Кристу мог сравниться разве что этот бескрайний небосвод.       - Есть древняя легенда, что когда-то давно наша природа была иной, люди были цельны. Они были андрогинами, соединяли в одном теле две души. Но люди всегда были вместилищем порока. За свою гордыню древнее божество разделило их на две половины, заставив пребывать в вечном поиске второй половины души. Только найдя ее, человек обретал целостность и счастье… В какой-то момент понимаешь, что тело – лишь оболочка. Ты веришь в это? Веришь в родство душ, Кит?       - С тобой – верю.       Лишь бы время остановилось. Хотелось остаться здесь и сейчас в этом моменте полном любви. Больше они не задавали вопросов, не говорили. Все и так было произнесено. Осталось только желание подольше остаться в этом блаженном состоянии, когда два дыхания сливаются в одно и начинаешь чувствовать человека на другом, более тонком, неземном уровне. Они так и остались на пляже, обнявшись, и их закружило в прекрасном танце двух сердец.