Черти в омуте пляшут...

—Женщин мне хватило, так что дерзай. — сказано это было почти что на ухо. Очень близко и лично Луке. Марк точно издевается над ним, то взгляд тяжёлый в его сторону, то рука на плечо. То эти слова: "Ты начинай, а я помогу. Буду рядом."... Лука делает. Он быстро сокращает их расстояния до минимума и целует в губы. Тонкие, горячие губы которые он так долго ждал. А сам Марк тоже не стоит без дела. Скидывает с плеч Луки тяжёлый темный плащ перемещая руки ниже, на талию. Благо, никого рядом нет... Лука то и дело не знал куда деть руки, водил их по телу Носа то и дело останавливаясь на кнопках с мыслью: "Расстегнуть?" И в один из таких моментов, он решается и первые две кнопки растегивает и спускает комбинизон с его плеч... —Все верно, не останавливайся, Лука. А то я могу и передумать. — этот холодный голос..Черт, Луку ведёт от него. Словно, у Марка в руках поводок, а на шее Луки строгий ошейник. И от малейшего натяжения мальчик готов выполнять все приказы... Лука готов на все. Готов подставить свою шею для долгих, сладких поцелуев Носа, для грубых рук которые прижимают к себе, ласкают. Чувствительные участки... В-23 целует мягко, боясь сделать больно, а то и вправду уйдет и у них все закончится. Так резко, так грубо... Вскоре, Лука растегивает молнию на комбинезоне Марка и помогает полностью ему снять его. Под ним бледно-зеленая футболка и черные штаны. Как же Лука хочет все снять... Марк снимает сам с себя футболки и штаны. Теперь он полностью голый. Остался Лука...Марк укладывает его на большую кровать и целует сперва в губы, а дальше в скулы, спускаясь на шею. Сам же помогает снять комбинезон. Лука же был сразу голым...Готовился?... —Ты готовился или всегда ходишь практически голым?..Сказать честно, это заводит. Знать, что в любой момент я могу слегка к тебе прикоснуться и ты уже будешь ластится ко мне. — Марк водит, щекочет пальцами выпирающие косточки на бедрах намеренно не задевая чувствительную зону... Сам Лука готов уже кончить. Этот голос, эти руки... Возбуждение возрастает с каждой секундой, кажется, что Марк издевается. Он вправду издевается, как так можно?!... —Марк..Прошу. — Лука стонет. А Нос, хвалит его прикосновением к члену. Марк проводит рукой от конца, то самого паха. Медленно, словно, занимается чем-то обыденным. Да и возбуждения на его лицу не видно, ни тяжёлого дыхание, ничего. Но Лука слишком занят эйфорией эмоций, что бы обращать на это внимание... —Я как вижу впервые у тебя такое..Значит буду мягче, Луковка. Не хотелось бы доставить тебе сильного дискомфорта в первый раз. Сам понимаешь, первое впечатление всегда играет большую роль. Тем более в сексе. — Марк наклонился вновь к его уху. Говоря о таких вещах, словно боясь что из услышат. Но в самом деле, он хотел довести до пика эмоций Луку. Самого же, себя он часто обделял..Да и секс у него был не часто. Раз в полгода, может... Лука краснеет вновь. Если Марк продолжит так прямо говорить о таких вещах, честно, мальчик провалится сквозь землю. Юный охотник кивнул, а Нос провел последний раз по его члену собирая смазку на пальцы. Пора начинать самое интересное... Он мягко вошёл в него одним пальцем. Медленно погружаясь глубже. А у Луки бабочки внутри стали ещё активнее. Страх к Марку совершенно пропал. Как бы они не сближались до этого, страх к нему оставался. Неизвестно, что Носу придет в голову, что Нос сново сделает. То ли, сдаст тебя Лидии за любой проступок, то ли прикроет за побег в лес. Нос вообще был странным, он всегда все знал, от ничего ничего нельзя было скрыть. Этим он и заинтересовал Луку... Вскоре, когда палец оказался полностью он добавил второй палец раздвигая их. То и дело глаза Марка бегали к лицу Луки, наблюдая на выражение лица. Если видел явную боль, то останавливался давая привыкнуть, а если наоборот лишнее расслабление то разводил пальцы. Он говорил что будет мягче, но никак не абсолютно мягким... —Мой дорогой, я знаю, что никому из нас не хочется сплошной мягкий секс. Лишь поэтому я не даю тебе сильно расслабляться. — пока разговором его отвлекал, он достал флакон смазки из кармана растирая его пальцами, что бы согреть. А то, никому не хочется чувствовать лишний холод. — Луковка..ты так красив, мне нравится в тебе абсолютно все. Начиная от твоих..глаз, заканчивая твоими стройными ногами. Не стоит прятаться, разведу ноги пошире. Я не хочу держать их насильно... Нос улыбнулся показывая клыки. Этими же самыми клыками он оставил следы на груди, рёбрах Луки. Да вообщем, на все теле что закрывает комбинезон и плащ он оставил "метки". Пусть только посмеют его тронуть, сам же убьет на месте не желая даже разбираться... Лука вновь выдыхает и все же раздвигает ноги. Он все ещё стесняется. Никогда не считал свое тело красивым; бледная кожа, торчат кости, а ребра можно посчитать лёгким прикосновением. Для него был идеалом — Марк. Именно он... Настало время чего-то большего. Марк последний раз вставил пальцы смазывая. И до сих пор же, боится больно сделать. Таков Марк. Снаружи жесток, но не внутри... Марк вошёл в него. Лука прикрыл глаза, закусил губу стараясь заглушить стон. Черт, почему Нос такой ахуенный?! Крутилось в голове это постоянно. Ещё с первого поцелуя пару минут назад. Луке желает глубже, он хочет почувствовать его ещё глубже... —Марк..Ещё, прошу. — охотник прикусил ребро ладони, но Нос поспешно убрал руку со словами: "Совершенно не обязательно, мне нравится твой голос." И вновь Лука краснеет. Хотя, куда там сильнее. Он лежит перед ним полностью обнаженным, в неприличной позе с раздвинутыми ногами. А в нем находится его член, который Лука хочет ощутить ещё глубже... —Луковка, терпение.. — и все же терпения не хватает даже у самого Марка. Он входит с каждым толчком глубже. Толчки не одинаковые, то и дело Нос сбивается с темпа и ускоряется. Быстро вспоминая не только о своем удовольствие, но кажется..Лука и не против его грубости... Луку хватает не надолго. Вскоре, поднимаясь для поцелуя он изливается на себя. Ещё ни разу оргазм не был таким быстрым и чувственным. Следом, сам Марк выходит кончая на простынь... —Лука..Не думал, что ты настолько хороший в постели. — пошлая ухмылка вновь на лице, а поцелуй получился более резким, чем он задумывал. Таким, что прокусил губу Луке. — извини, Луковка, перестарался.