Легенда хорошей десятки/la légende bon ten

Чёрные волосы россыпью лежали на плечах. Был только рассвет, но Кимико уже сидела в ногах у Риндо, читая ему Библию. Она верила, что бог сможет вернуть того, кого так сильно ждут. Она потерла глаза, укладывая голову на пах Риндо, а ноги подтягивая к груди. Каждый день девушка проводила всё своё время с братом, и ей казалось, что чем больше она здесь — тем лучше будет им двоим. Их разделяло теплое пушистое одеяло, которое, как казалось Кимико, было волшебным и невесомым. Задремав, она не заметила, как мужская рука легла на её голову, мягко поглаживая. В комнате уже находился Ран, которому, почему-то, эта картина не очень нравилась. — Я слышал её в своём сне, брат. — Риндо тихо говорит с Раном, дабы не нарушить сон. — Конечно, она тут круглые сутки сидит. — Старший Хайтани был чем-то недоволен, но счастье было куда выше негодования. — Мы все успели соскучиться по тебе, дурак. Кимико приоткрыла глаза. Перед ней стоял Ран, но она отчётливо слышала не один голос. Поднялась, и мигом обрушилась на младшего брата. Она обняла его так крепко, как никого никогда не обнимала, от чего тот закряхтел. — Помогите, убивают! — Зашипел Риндо. Кими испуганно отпрянула, но увидела улыбку на лице парня. Она скопировала её себе. — Риндо! Как я счастлива! Хвала небесам! Через пару дней Риндо уже стоял на ногах, и мог заниматься повседневными делами. Их троица продолжала по неясным причинам проживать в доме Кимико, но ей это не мешало. Наоборот, она была очень рада их компании, ведь теперь не так одиноко сидеть и молится в тишине. Завтрак уже лежал на столе, Кимико порхала над столом, выставляя кружки кофе. — Ты просто прелесть, Кими. — Риндо мягко обнял девушку. Её голос и запах вишни стал родным и привычным, словно их всю жизнь было трое. Ханма обняла блондина в ответ, не выпуская из рук. Она не перестала радоваться своему счастью. Не верила, что вот он, здоровый и живой стоит перед ней. — Ну хватит уже, заебали бля. — Ран недовольно поморщился, усаживаясь за стол. — Когда домой поедем, Рин? — Бровь старшего брата изогнулась, а палочки закидывали в рот омлет. — А ты хочешь? — Блондин нехотя отлип от подруги, усаживаясь рядом с ней. Кими взяла за руку Риндо, и в этот момент колкий взгляд Рана протянулся к маленькой ладошке в руке брата. Ханма, не замечая недовольства Рана, протянула ему вторую руку. Он её принял. — Помолимся вместе? — Она тепло улыбнулась. Ран вырвал руку, но Риндо оставил, от чего старший невольно засмеялся. — Блять, не говори что уверовал. Я прям тут обрыгаюсь. Кимико немигающе посмотрела на Хайтани, от чего у черноволосого мурашки пробежались по телу. Она резко поднялась, и ни сказав ни слова, покинула кухню. Риндо тяжело вздохнул, переводя взор на брата. — За что ты так с ней, Ран? — Спокойно спросил брат. — Как? Я тебе вопрос задавал, дурень. — Ты знаешь, как много вера значит для неё. Ты же был с ней все эти дни, пока я лежал камнем. — Не еби мозг, Риндо. Она просто тёлка, сестричка ебаного Ханмы, который съебался. Спасибо ей за помощь, но для меня она ничем не отличается от других. Она не помнит, как зашла в комнату и упала на кровать. Кимико так старалась вернуть жизнь Риндо. Она не понимала жестокости этого мира, ведь она верила в его светлые стороны. Совсем недавно Ран касался её, целовал, а сейчас так топчет её душу. Конечно, она не надеялась, что эта связь приведёт к чему-то, но разве мужчина может хотеть женщину просто так? Разве можно доводить её до такого состояния удовольствия, и потом так холодно к ней относится? Кими старалась принять это всё как цену за жизнь Риндо, поэтому не сопротивлялась. Она не знала, чем закончится эта пытка, но было ли это пыткой? Девушка закрыла уши руками, чтобы ничего не слышать, сжалась в клубок. Слёзы обиды обжигали лицо, а губы шептали молитву. Именно вера помогала ей вставать и идти дальше. Где же её брат? Почему оставил одну? Рука младшего Хайтани легла на плечи Кими, она всхлипнула, убирая ладони от ушей. Перевернулась. — Прости, Кими. Ран просто другой. Такой, какой есть. — Он провел шершавой ладонью по мягкому плечу Кими, натыкаясь на шрам. Проведя линию за ним, он обратил внимание на то, какой на самом деле огромный он был. Середина пряталась за тканью, а окончание появлялось в районе поясницы. Кими вытерла лицо, пытаясь успокоится. Натянула улыбку на опухшие от истерики губы. — Я не держу зла на него, Риндо. Не переживай. — Её рука легла поверх мужской. — И когда стоите на молитве, прощайте, если что имеете на кого, дабы и Отец ваш Небесный простил вам согрешения ваши; если же не прощаете, то и Отец ваш Небесный не простит вам согрешений ваших. Рин слегка отпрянул. Он привык к тому, как Кими общается через фразы из Библии, но никогда не понимал, как она умудряется дословно всё запоминать. Он проверил это однажды, когда не понимал смысла его слов. Она принесла веру в его жизнь, но совершенно иную. Не веру в Бога, а веру в людей. Веру в человека, который сейчас сидит перед ним.

///

Новый день принёс новые новости. Кими решительно избегала Рана, того это не особо волновало. И вот, они все трое вновь встретились на кухне Кимико, которая, как обычно, стояла над плитой. — Я так никогда не захочу уезжать от тебя, Кими. — Риндо засмеялся, вставая рядом с девушкой. Он хотел ей чем-нибудь помочь. — Оставайся, Риндо. В моём доме всегда будут тебе рады. — Она одаривает его тёплой улыбкой, оставляя невесомый поцелуй на щеке. Ран, стоящий позади, вздрагивает от отвращения. — Я в бар сегодня. — Старший брат холоден и отстранён. Как обычно. — Возьми меня с собой, Ран. Я никогда не была в баре. — Кими ставит на стол тарелки с едой, которые всё ещё отдают паром. — Нет. — Сухо говорит раз, начиная трапезу. После того раза Кими никогда не просила их помолиться вместе, но в этот раз рука Риндо сама нашла маленькую ладошку девушки. — Ты хочешь помолиться перед едой? — Он удивляется, как спектр её эмоций меняется. — Я не верующий человек, но знаю, как это для тебя важно, Кими. Она сияет, довольно кивая головой. Её розовые глаза закрываются, словно теряя контакт с реальностью. Ран растерян. Как только она снова возвращается, рука Риндо выскальзывает. Оба начинает есть. — Поедем все вместе, проследим, чтобы с ней ничего не произошло. У нас дело после этого, нужно припугнуть уродов из тосвы, что-то они совсем ахуели. На том и порешали. Вскоре троица была готова. Кими не знала, как должен выглядеть человек, который идёт в бар. Она надела короткое белое платье, которое обтягивало стройное тело, с вырезом на груди. Чёрно-белые волосы были распущенны, своей длинной достигая поясницы. Как только эта прелесть появилась в дверях, братья опешили. Они никогда не видели Кими такой… красивой? — Чего застыли, друзья мои? Идём же! — Кими втиснулась между братьями, ловко подхватывая их под руки. Бар был полон людей. Первый раз пробуя алкоголь в баре (до этого Кими пила его в церкви. Некоторые ритуалы включали в себя питьё крови бога) она была в восторге. Вкусный коктейль теплом пробегал по венам, будоражил сознание. Она чувствовала себя счастливой как никогда, словно все её эмоции и чувства выкрутили на максимум. Ран и Риндо над чем-то смеялись, иногда останавливая Кими от странных поступков. — Скоро буду, я подышать воздухом! — Кими захохотала, щёлкнув обоим братьям по носам. Худая и маленькая фигурка быстро скрылась среди прочих, Риндо завёл разговор. — Скажи мне, брат, что ты чувствуешь к Кимико? — Он был расслаблен, ведь между братьями никогда не было секретов. — Ничего, Риндо. — Честно отвечает Ран. — Если прямо сейчас придёт её брат и заберёт её, ты отпустишь? — Руки придурку оторву нахуй. Риндо усмехнулся, а Ран лишь слабо улыбнулся. Здесь не нужно было больше вопросов, всё стало слишком очевидно для братьев. Спустя время Кими ещё не было, и это наставило на мысль, что с ней что-то не так. Братья синхронно поднялись, проходя по бару. Её крохотной головы нигде не было, хотя и заметить её было бы очень сложно. Но как только они вышли на улицу, услышали пронзительный крик. Определенно это была она, и Ран не знает, как он понял. Он просто знал, что это она. Первым на место пришёл Риндо. Он резко дёрнулся назад, отталкивая брата. — Останься тут, Ран. Тебе там не нужно быть, я разберусь.

Немногим ранее.

Кими вышла на улицу. Её плечи слегка задрожали от прохлады, но она была счастлива. Сознание плавно плыло, а на лице застыла безмятежная улыбка, слегка обнажая белоснежный ряд зубов. Она обняла себя руками, и хотела что-то сказать, как чужие руки притянули её к себе. Она почувствовала запах…запах металла и табака. — Шуджи! — Обнимая брата в ответ заверещала девушка. Она была так счастливая оказаться в теплых руках своего дорогого брата. Он потянул её левее, затаскивая в подворотню за баром. — Ты одна, Кими? — Она покачала головой. Шёпотом выдала имена тех, с кем оказалась здесь, но лучше бы она молчала. Звонкая пощёчина тут же прилетела по мягкой щеке. Ханма схватил сестру за волосы и притянул к себе, заставляя ту стоять на носочках. Она не кричала. — Какого хуя ты с ними, Кимико? — Он сжал её горло, отпуская волосы. Холодна рука тут же подкинула худое тело на себя, прижимая его к каменной стене. — Мы живём вместе и я попросила, — она начала кашлять — попросила отвести меня в бар. Я тут никогда не была! — Вместе? — Ханма определенно понял это всё по-своему. — Ты же моя сестричка, Кимико, ты забыла? Зачем тебе два чужих брата? — Он сказал это с нежностью, ласково проводя языком по красному лицу Кими. Ей было очень мало воздуха, и она крепко держалась своими худыми пальчиками за руку, где была яркая надпись «наказание». Свободная рука расстегнула молнию на джинсах, попутно отодвигая нижнее бельё девушки. Она почувствовала острую боль, когда член брата оказался внутри абсолютно сухого лона. «Вот оно, моё настоящее наказание» подумала про себя Кими, начиная беззвучно плакать. Она чувствовала, как плоть рвётся и как по ногам начинает струиться что-то мокрое. Губы Шуджи потянулись к её мягким, таким родным губам, скрывая плачь горячим поцелуем. — Шуджи, пожалуйста, хватит. Мне больно! — Закричала девушка, не в силах терпеть то, что происходило. Это уже было, и вот, снова. Они вдвоём. Этот момент всплыл в памяти оборванным лоскутом. Крик вырвался из уст, но старший Ханма лишь засмеялся, вновь и вновь вдалбливая тело сестры в стену, попутно целуя мокрое от слёз лицо. Он не заметил, как позади него оказался Риндо. Как он за волосы оттащил Ханму, опрокидывая на асфальт. Первый удар пришёлся в челюсть, а на лице Риндо появилась дьявольская улыбка. Он получал невероятное удовольствие, возвращаясь в этот мир жестокости. Да, тёплые руки Кими были также приятны, как и кровь, которая вырывалась из рта её старшего брата. Ран посмотрел на всё происходящее. Он чувствовал себя в замедленной съёмке, вспоминая слова, которые совсем недавно сказал ему Риндо. «Если придёт её брат, что ты сделаешь?». Телескопическая дубинка в момент расправилась. Тяжелые шаги эхом прошлись по подворотне. Младший брат поднялся, вытирая со лба пот, и оставляя на нём след чужой крови. Шуджи смеялся, хотя его челюсть явно была не на месте. Риндо попытался что-то сказать брату, но у Хайтани старшего был шум в ушах. Он не слышал, не видел ничего. Не помнил, как два бугая завалились к ним. Как Риндо сломал кому-то ногу, а Ран в этот момент рисовал на чужом лице новые узоры от удара телескопкой. Не помнит, как Риндо кинулся к девчонке, которая просто лежала. Её глаза были закрыты, и, кажется, ещё чуть-чуть и они откроются. А мягкие губы скажут, какие красивые сегодня звёзды. Но нет, этого не произошло. Рин подумал о том, как сердце не бьётся. Там словно образовалась дыра. А в голове проносилась фраза «Она мертва».