Омерзение.

Вегги явно себя накручивает. Вегги сходит с ума. А потом, от аластора, внезапным ударом по голове, оставляющем фальшивую звонкую ноту в ушах, протяжную длинной в ночь, такую шумную мысль, это она его преследует а не он вьётся у неё перед глазами. Как бы не сопротивлялась вегги, не получается. Она любит чарли сильнее чем ненавидит Адама. Он послушно выполняет свои обязанности, пару раз даже спас двух импов (это не в счёт они ведь не грешники). Но она всё равно двоится в своих чувствах. Расползаясь на две половины, безусловной и абсолютной, дикий страх, презрение и ненависть, и рациональной, чувство вины, недоверия и досады. Единственное что Адам делает правильно это не ночует в отеле. Вегги может спать спокойно (зная что под подушкой подаренный кармилой револьвер и копьё под кроватью). Он обьясняет тем что "яблочный ублюдок" завывает ночами своей скрипкой. Вегги не верит. Вегги подозревает. Адам всегда оборачивается на Чарли, старается рассмотреть отчётливый румянец на щеках. И успокаивается. Она действительно похожа на мать и это самое опасное, и жуткое что вегги испытывала. Стоит люциферу отойти хотя бы за ограду отеля. На третий раз он не успеет. Сейчас сидя в баре, после выступления потягивая градусную бурду прямо с горла, Адам выглядит особенно... страшно. Пока вегги служила, никогда генерал не был без формы. Громадная, тяжёлая ряса, плотная настолько что с трудом сгибалась. Он скрывал своё человеческое тело, стараясь быть как можно внушительнее. Впервые без рясы она увидела его когда он припёрся к ним лично. Тощие руки, выпирающие ключицы, громадные рост и крылья. Крылья. С опавшими перьями. Кожистые, суставчатые, с крупными когтями на сгибе. Самое ужасное, он не растерял своей былой силы. Как будто бы, её стало больше. В первые десять секунд аластора выкинули за дверь, насадив позвоночником на колья ограды, пустив кишки наружу. И это двумя взмахами руки. Двумя мать его, что произойдёт если люцифер не случись рядом, что сука станется с ними? Сейчас в баре, спустя пол года, он выглядит ещё внушительнее. Нихуя он не искупиться. Адам самый жуткий грешник, даже две его бывшие жёнушки вряд ли с ним сравняться. На его счету похоть, чревоугодие, гнев, гордыня, не говоря уже о лжи, тщеславии и лицемерии. У Адама огромный список грехов, в конце концов он убивал собственных детей, а тех кому повезло не унаследовать его мразотность, он трахал. Вегги думает что он болен, он ебаный извращенец. Он прекрасно видит как на него пялятся другие, в конце концов он сидит в двух метрах от вегги, но не прекращает. Его рука обхватывает суккуба за талию, второй он у неё под юбкой, двигает пальцами. Суккуб извивается рядом, елозит внушительной грудью по плечу, и шумно стонет. Между его ног расположился инкуб. Он двигает головой, активно и шумно, вываливает язык, облизывает и снова опускается головой. Суккуб вскрикивает, трясётся, когтями впивается в плечо адама и замирает вжимаясь лицом ему под челюсть. Адам выпускает демоницу из рук, та обмякает рядом на диване, опускается головой ему на плечо. Теперь же рука Адама стискивает волосы инкуба, он двигает головой демона активнее, так что инкуб давится утыкаясь носом в лобок. Демоница проскальзывает рукой по телу адама и кладёт собственную руку поверх руки адама. Адам подаётся бёдрами вперёд вбиваясь в глотку демона самостоятельно, тяжело дышит и сдавленно стонет. Он вжимает голову инкуба себе в пах, второй впивается в спинку дивана. Демон тщетно дёргается, пытается отстраниться, он бьёт по разведённым бёдрам, хочет оцарапать икры, и не может. Адам закидывает голову от кайфа, пока суккуб ставит ему засосы он звучно хрустит спинкой дивана, под конец одними пальцами выламывает кусок, словно разломав жёсткое печенье. Он отпускает инкуба. Демон отполз и пытается отдышаться, стирает с подбородка слюну и сперму. Через пятнадцать минут адам застёгнутый, без косухи и двух похотливых спутников, жадно ест стейк, выкуривает одну за другой и пьёт. По возвращению в отель, всё что чувствует вегги это отвращение. Адам устроил групповуху на глазах десятков демонов, и ничего ему не было. Ему не предъявили за сломанный диван, за секс в публичном месте. Он не шёл в туалет что бы получить отсос, ему достаточно было раздвинуть колени и расстегнуть ширинку. Из ненавистного всеми ангела адам стал ебаным секс символом. И это пугало. Что он сделает имея толпу поклонников, что он засунет им в головы? (Помимо секстского говна и хуёв) У Адама есть дар убеждения, бешенная харизма, а к последним прибавилась внешность. Он стал массивнее, мускулистее и внушительнее. Адам носит майки с открытыми спиной и руками. Его крылья по прежнему громадные настолько что скрыть их невозможно никакими плащами и косухами. Даже пол года назад у него был чёткий рельеф мышц спины, груди и межрёбер, столетиями крылья оставались на месте, даже после второй смерти. Вегги не знает точно но уверена, даже для габаритов Адама, наверняка они тяжеленные, вряд ли кто-то кроме адама справился бы. Его тело было чистым а намерения возвышенны. Сейчас же адам щеголяет крылатыми черепами на мускулистых плечах, и единственное чего он хочет это вернуть блага своего прошлого. Вокруг шеи у него собственный нимб вытатуированный чёрным. Ублюдок пробил себе бровь в двух местах и проколол уши. Вегги видит как на него пялятся другие. И её тянет блевать. Даже эйнджел признаёт, Адам демонстративно сексуален, и это одновременно мерзко и страшно. ______________________________________________