Твой брат уже не будет прежним...

- Родя! Родька-а! - шестилетняя Дунечка Раскольникова скатывается по лестнице к брату. Тот с важным видом натягивает в передней курточку, корча из себя взрослого. Дуне в такие моменты хочется врезать брату, раздражают ее эти кривляния. Она однажды и сказала ему, что не на отца он похож, а на шута горохового. Родя обиделся. Но, после короткой потасовки забыли. Все-таки Родион был для маленькой Раскольниковой самым лучшим братом на земле, и любила его девочка всем сердцем. - Ро-одь! Ну ты мне обещал, что будем с тобой в салочки играть. Он только отмахнулся: - Отстань, Дуняша, меня папа гулять зовет! Опять этот его напыщеный "взрослый" тон, да пренебрежительное "Дуняша"! Девочка надула губки. Всего год у них разницы, а обращается он с ней как с младенцем. Дуня от возмущения аж ножкой топнула. И от глаз старшего брата это не укрылось: - Дуньк... ну ты обиделась что ли? Так мы потом поиграем, как я вернусь! Честно-честно! И побежал по гравиевой дорожке к отцу. А Дунечка, улыбаясь, помахала ему платочком. Не одному ж Родьке взрослого изображать! А потом ушла в дом листать книжку с картинками и ждать брата. Но вернулся уже не Родя... точнее не совсем он... У него на руках и лице были пятна крови. Судя по всему не своей, но выглядел он как раненый. Дуня испуганно смотрела на него, выглядывая из-за маминой юбки. А мать всплеснула руками: - Господи! Да это как?! - Мама... за что они так... с лошадкой?.. Прорыдал Родион и без чувств упал на пол. И суета-суета, взрослые бегают туда-сюда, послали за доктором, и в этом круговороте Дуняша одна маленькая и потеряная... и страшно ей за брата, и непонятно, что с ним... Родион провалялся в жару несколько недель. Все это время сестру к нему не пускали. Она ходила одна, по внезапно опустевшему дому. Боялась что брат ее умрет. Мечтала, прижимая к себе любимую куклу, как поправится её брат, и как все будет как раньше - прятки, догонялки, ссоры, примирения, и много чего еще плохого и хорошего, но хорошего конечно же больше! И когда ее пустили войти к нему девочка была просто на седьмом небе. Родя сидел на кровати, свесив ноги, и листал какой-то учебник. Оттолкнул у себя Дуняшу, полезшую на радостях обниматься. Та не обиделась. Села рядом, разглядывая через плечо брата картинку в книге, на которой изображена была прекрасная лошадь... - Красивая? - тихо спросил Родион. - Ага... - завороженно кивнула она. - Да... хорошая... добрая... а злые мужики ее т-топором раз!!! и все!!! лежит лошадь мертвая, и всюду кровь, кровь, кровь!!! На Родю было страшно смотреть в этот миг: запылали бешено глаза, сжались в кулаки руки... это был не тот добрый, милый Родька, которого любила Дуня. Это был другой человек... злой и одновременно пугливый какой-то, сумасшедший, и казалось, способный человека как ту лошадь топором раз и все. Девочка испугалась и убежала. Сидела в уголочке и плакала-плакала... А прежним Родион так и не стал. Остался злым, угрюмым, замкнутым. Больше не играл с сестрой ни в догонялки, ни в салки. И Дуня научилась любить его таким...