Когда распускаются Лотосы

Испачканная кровью ладонь сжимает ворот порванного ханьфу, а кулак, замухнувшись, в который раз нанес удар по лицу, оставляя ощутимый след и очередной кровоподтёк. Били со всей силы и демон, в который раз завыв, попытался смахнуть с себя демоницу, но та лишь усмехнулась, продолжая наносить удар. Кровь смешалась со снегом. Ладони пекли, костяшки пальцев разодраны до крови, но даже так, Лиан била со всех сил, так, чтобы остались следы, чтобы был,но так же больно, как бил он. Гнев, полыхающий в изумрудных глазах, не утихал. Деревушка, погрузившись в ночную тишину, который месяц жила в страхе, боясь вечером выходить на улицу. И Фа Лиан понимала, почему твари, обитающие в этих горах, так сильно пугали жителей, выжидая подходящий момент напасть на живого человека. Поистине отвратительный фэн-шуй привлекал слишком много внимания. Лиан оказалась здесь случайно, по пути возвращаясь в Призрачный город с очередного поручения Градоначальника. Бамбуковый лес, который лисица так или иначе сожжёт до тла, был полон нечисти и те, почуяв свою, накинулись, не желая принимать незваных гостей. Попытка уйти обернулась провалом. Твари скалились, касались и рвали ее одежду, желая разорвать лисицу на куски. Не будь Лиан демоном — она была бы уже мертва. В тот момент, когда очередная тварь оказалась на продрогшей холодом и снегом земле, на краю дороге она заметила странный силуэт, который старательно пытался убежать в сторону деревни, но твари, навалившись, не хотели его отпускать. В тот момент, подойдя поближе, Лиан распознала в том силуэте мальчика, лет восьми. Демон ранга "жестокий". Ей даже не стоило подходить ближе, чтобы распознать отвратительный гнилой запах низшего демона, больше проходившего на злого призрака, желающего убить каждого, кто встанет у него на пути. Он не накинулся на Лиан, когда ее окружили десятки тварей, но он напал на беззащитного ребенка, который и защититься себя то не способен. Демоны, больше схожие на цзяньши, рычали, скалились, но не все подходили ближе. Окровавленный меч лезвием отражал лунный свет, чистым серебром сверкая в темноте. Алые брызги пачкали белый снег, оставляли темные капли на растущем бамбуке, и на одежде, которую Лиан сшила не так давно. Черные, с лёгкой серебристой цепочкой, сапожки направились в сторону мальчишки твердо и уверенно. Лиан проклинала этот неудавшийся день. Она вся была в царапинах, укусах и порванной одежде. На плече виднелось огромное кровавое пятно ещё не до конца застывшей крови. Поток демонической Ци пронесся с такой силой, что буквально сбил демонов с ног. Мальчик, побитый, с опухшим от ударов, лицом едва дышал. — Нападать на слабых — проще простого, не так ли? Дети ведь не могут дать отпор, не так ли? — меч звякнул, а демон, громко выругавшись, поднялся на ноги, выпнелывая сгусток крови на снег. Лиан подходила ближе, на ходу пряча беззащитного ребенка под синеватым барьером Ци, — Как насчёт того, чтобы напасть на меня? Твари, вроде твоих собак, не побоялись накинуться, чего же ты сбежал? Струсил? Демон, который выдавал себя за мужика, оскалился, и не ответил на слова Лиан, выставил кулаки вперёд, намереваясь нанести удар на лису. Не сдвинувшись с места, Лиан перехватывает кулак, без особых сил выворачивая его, ломая кости. Душераздирающий вой разносится по округе, пугая птиц. Демон падает на колени в то же время, когда Лиан бьёт его по лицу, откидывая на холодный снег корчащееся тело. Твари не подходят, прячась в тени деревьев, но даже так Лиан видит каждого. — Ты кто такая, черт возьми? — очередной вой рассекает покой леса, когда Лиан усаживается на демона, принимаясь наносить удары по лицу, — Пусти, сука, — удар, — убью нахер, стерва! Лиан усмехается, и пренебрегая болью в плече, бьёт снова. Злость и гнев возгораются в груди подобно пожару. Руки болят, костяшки стёрты до крови, а привкус крови во рту становится слишком сильным. Она была ранена до этого, а сейчас рана, которую Лиан так и не залечила, открылась снова, пуская яд по телу и дальше. Ударив в последний раз как можно сильнее, лисица поднимается на ноги, чувствуя головокружение и желание прилечь спать. В сон клонит так сильно, но она сопротивляется, и вместо того, чтобы успокоиться, бьёт ногой демона, сквозь зубы шипя : — Насколько надо быть отвратительной тварью, чтобы избить невинного ребенка, ты, скотина? Лиан пинает ещё раз, и не дождавшись ответа, идёт к мальчику. Тот лежит на земле, побитый, трясется от страха как осиновый лист и при этом внешне остаётся более-менее спокойным, позволяя Лиан увести его в деревню, подальше от злых тварей бамбукового леса. — Спасибо, тётенька! — протирая ладошки между собой, мальчик кланяется, когда они оба заходят на территории деревни, — Вы такая сильная! Лиан находит в себе силы улыбнуться. Мальчишка смотрит во все глаза, рассматривая незнакомку в пламени медовых фонарей. Начинается снегопад, и Лиан, раскрывая искусно расписанный, совершенно новый зонтик, прячет их под ним, опускаясь на корточки перед мальчишкой. — Тебя как зовут, мартышка? — спрашивает Лиан, замечая, как кончики ушей мальчишки краснеют. — Пак Сын Хо, — застенчиво отвечает мальчик, опуская голову вниз. Он говорит так быстро, что Лиан едва успевает разобрать его имя. Мягкие и красивые черты лица мальчика темнеют в тусклом свете фонарей, когда лисица наводит зонтик над головой Сын Хо. Глубокие черные глаза мальчика сияют теплотой. Что-то теплое и некогда забытое поднимается в груди Лиан, но это так сильно душит, что она не может уйти сейчас, боясь того, что может последовать за ней, подобно тяжкому грузу на душе. Вместо того, чтобы оставить мальчика одного, она протягивает ему ладонь. — Давай залечим твои раны, Пак Сон Хо, пока луна все ещё высоко, — она улыбается искренне, надеясь что ее не отвергнут, а примут помощь, которую Лиан готова оказать в любую минуту. Мальчик колеблется, но ладонь принимает. — Я покажу тебе место, тётенька, — Лиан не сводит с мальчика взгляда, даже тогда, когда он уверенно ведёт ее по улицам деревушки, направляясь в неизвестную Лиан сторону. — Фа Лиан, — тихо проговаривает лисица, — Можешь звать меня Лиан, Пак Сын Хо, — мальчив, на лице которого была только боль, едва заметно улыбнулся. — Так ты та самая лиса? — ее откидывают внимательным взглядом, — О тебе много говорят в последнее время. Говорят, что ты кровожадный демон, убивающий людей направо и налево. Но Наставник говорит, что ты не кровожадная, а любопытная на неприятности и раздражающая женщина! Лиан про себя чертыхается, проклиная свою языкастость и честность с детьми. Почему-то ей показалось, что так называемый "Наставник" оскорбил ее куда сильнее, чем те злые слова о ее кровожадности. В это же время мальчик продолжает вести ее уверенно вперед, иногда поглядывая на Лиан своими черными глазами. — Но ты не злая, и я верю Наставнику! — сильнее сжимая ладонь Лиан, Сын Хо подводит ее к двери храма. Лисица застывает на месте, с нечитаемым выражением вглядываясь в, проклятую всеми фибрами души Лиан, табличку. "Бог войны Юго-запада — Совершенный Владыка Сюань Чжень" Лиан едва не плачет от досады, но мальчик поднимает на нее грустный взгляд,. Такой же теплый, как и раньше. — Это мой дом, — мальчик тихо приоткрывает дверь. В темноте было видно, как пара свечей все ещё горят в храме, позволяя разглядеть невероятно красивле оформление храма, — Отец перед смертью привел меня сюда. И я ему благодарен за это, пускай совсем ничего о нем не знаю. Наставник практически ничего не говорит на этот счёт. Но я уверен, что он был прекрасным человеком. Лиан не отвечает. Вместо этого она с осторожно ступает за двери храма, в то время как маленькая ладошка тянет ее вглубь храма. Девушка испытывает странные двоякие чувства. Последние двадцать лет, что она знала Фу Яо, лисица боялась ступить на территорию храма Бога войны юго-запада. Ей было страшно, и страх часто побеждал любопытство. Но сейчас, когда мальчишка усаживает ее на мягкие подушки, Лиан не страшно. Она не испытывает того, страха, что обычно возникает рядом с хамами Сюань Чженя. Сейчас она чувствует лишь странную смесь интереса и неуюта. Она смотрит на искусную статую перед собой и понимает почему ей неуютно. Каменные глаза Сюань Чженя смотрят прямо в душу, крича ей одно единственное : "Убирайся!" Мальчишка приносит немного воды в таре и старую тряпочку. Лиан, польтихим возмущением Сын Хо выкидывает тряпку, доставая из слоя верхних одежд приятный и куда лучше той тряпки, платок. Лиан не жалко. Она вышила его от скуки, и сейчас она будет рада подарить его такому человеку, как Сын Хо. — Почему ты живёшь в храме? — интересуется Лиан, аккуратно нанося мазь на синяки, охватывающие все лицо и шею Пак Сын Хо. — Мой отец был родом из Дальнего востока, но сюда его привезли в качестве раба, — слегка опуская голову вниз, Лиан замечает, как мальчишка тянется к краям ее ханьфу, но обхватывает только наручи, — Матушка умерла, так и не увидев меня. После ее смерти отец принес меня сюда, где наставник воспитывает меня и обучает боевым искусствам. Демоны не плачут. Лиан усвоила это с самого детства, но слезы всегда были частью ее человеческой души. Осторожно вытерев влажные глаза, Лиан постаралась взять себя в руки, но те предательски дрожали, когда она снова нанесла немного лечебной мази на краешек губ мальчишки. Лекарство, которое ей подарил Хуа Чен всегда было полезным и сейчас оно помогало восстановить мальчика. Его раны были несерьёзным, но этого хватило, чтобы сделать ему очень больно. — Так ты юный заклинатель? — Лиан натягивает улыбку, надеясь, что она не получилась такой грустной и поникшей. Сын Хо, даже если и заметил это, то явно не придал этому особого значения, чему лисица была рада. Тем временем кровавое пятно на плече Лиан становится все больше и больше, оставляя одну единственную каплю крови на священном полу храма бога войны. Лиан не хочет думать, какой ссорой обернется следующая встреча с Фу Яо, не хочет думать и не думает. — Наставник говорит, что я ещё мал, поэтому не подпускает меня к монастырю, — Лиан забавляло, как этот мальчишка, на лицо которого девушка наносила мазь, пытался вести себя как ни в чем не бывало, будто это не его только что побил демон, — Через два года мне будет десять и меня возьмут в ученики. А пока что я младший помощник в храме генерала Сюань Чженя. Улыбка, которая трогает ее губы, не собирается спадать. Этот мальчик, полный энтузиазма и веры в себя, показался ей весьма симпатичным. Да и сам мальчик вырастит настоящим красавцем : тонкие черты лица, бледная кожа, черные, как смоль, волосы и глубокие черные глаза. Лиан не обращала внимание на то, что воздух в храме стал тяжелее, а запах благовоний, что ранее зажёг Сын Хо, стал густым и слишком многослойным. Запах храма смешался с чем-то ещё, что не могло не вызывать у Лиан чувства опасности. Фа Лиан — демон, но сейчас она сидит в храме Сюань Чженя, втирая мазь в кожу ребенка. Чувство, будто кто-то следил за ней, не давали покоя. Даже взгляд статую, который итак был не самым приятным, пробирал до дрожи. — Почему ты пошел в лес так поздно? — заправляя за ухо непослушную темную прядь коротких волос, Лиан зачерпывает пальцем немного мази и наносит на открывшийся ее взору синяк, — Это очень опасно. В лесу полно жутких тварей, тебя бы съели, разорвав на части. Сын Хо опустил взгляд, но от прикосновений Лиан не ушел. — Я услышал шум за дверьми, а потом увидел силуэт, — некогда твердый голос Сын Хо подорвался, — Дяденька за дверями сказал, что поможет вернуть моего папу, но для этого мне нужно было выйти из храма, а потом... — Потом он потащил тебя в лес, — догадалась Лиан, и Пак Сын Хо не слова подтвердил. — Я не знал, что все обернется так, — виновато опустил голову мальчик, рукавом вытирая выступающие на глазах слезы. — Тише-тише, мазь сейчас всю размажешь, потом синяки останутся, — аккуратно вытерев слезы Сын Хо, Лиан тут же потрепала мальчишку по волосам, — Вернуть мертвых к жизни невозможно, Сын Хо. А если и можно, то он будет далеко не живым. Твой отец уже перешел реку мертвых, ступая на тропу царства преисподней. Когда дойдет его очередь, он переродится и проживет не одну счастливую или несчастную жизнь. Всегда так происходит. Мы можем скорбить по умершим, сжигать для них бумажные деньги, но никак не воскрешать. Лиан, когда-то давно, готова была отдать все, чтобы воскресить матушку, но... Прошло уже так много лет, что подобное решение было бы оскорбительно в адрес госпожи Фа. — Твой отец бы не хотел этого. Мазь пахнет приятно, но ее запах все так же утерян, среди ароматов храма. Лиан правда старается не обращать на это внимание, она сосредотачивается на другом : мазь скользит по коже. Плечо ноет. Лиан кажется, что ещё немного и она сгорит в проклятом огне, стоит яду распространиться сильнее. Дыхание становится неровным, перед глазами появляется туман, а тонкая струйка крови пачкает ранее искусные губы. Она проклинает себя за то, что забыла свои кости в Призрачном городе. — Тётенька, тебе нехорошо? — Сын Хо останавливает ее ладонь, когда та неровно скользит по скуле, все также же дрожа, — У тебя кровь по подбородку течет и ткань на плечах в крови! Тебе же больно! Я разбужу Наставника! Лиан пытается улыбнуться, и прежде чем Сын Хо успевает подняться на ноги, чтобы попросить помощи, девушка хватает его за запястье, возвращая на подушки. — Нет нужды, я все равно уже ухожу, — закрывая мазь, Лиан протягивает ее мальчику, — Наноси это в течении пяти дней на умытую теплой водой кожу. Ноги Лиан не слушаются. Но она все же поднимается, не смотря на слабые протесты мальчика. Внутри все горит, плечо так сильно болит, что даже держаться на ногах практически невозможно. — Тётенька, пожалуйста, не уходите! А если те демоны снова нападут на вас? Вы же ранены! — Сын Хо удерживает Лиан за подол верхнего одеяния. Только сейчас, когда Лиан с трудом опускает взгляд, она замечает слезы. Мальчик плачет, удерживая ее на месте. — Я не могу здесь остаться, — проглатывая очередной сгусток крови, голос Лиан становится хриплым и слабым, — Мне надо идти. Взъерошив волосы мальчишки последний раз, Лиан быстро покидает храм, бесшумно прикрывая за собой двери. Отчасти лисица бы осталась ещё в храме, но навлекать на себя гнев дурного небожителя не хотела. Ее отношения с Фу Яо нельзя было назвать "нормальными", да и "врагами" тоже не назовешь. Хотя последнее время они ругались куда хуже, чем изначально. Во время последней встречи, Фу Яо высказался больше, чем хотел. А Лиан была той, кто разозлил его, и поэтому ее прямо втоптали в грязь, указав где ей место. Ссоры с Фу Яо выматывали хуже обычного. Она была ранена, даже не так : она позволила демону ранить себя потому что отвлеклась на лёгкую боль в руке, оставленную Фу Яо. Синяк все ещё виднелся как и ссадины на коже. Это был первый раз, когда они серьезно подрались и теперь Лиан проклинала тот день, когда она вообще познакомилась с Фу Яо. Лекарств больше не осталось. Лиан, чертыхаясь, остановилась недалеко от храма, рукой придерживаясь за рыхлую кору дерева. Одежда неприятно липла к коже, металлический привкус все ярче и ярче чувствовался на языке. Меридианы были полупустыми. Все демонические силы пали крахом, когда она бросила их на помощь мальчику. Мешочек цянькунь в это время зашевелился. Демон, которого она запрятала туда, явно набирался сил и вот-вот вырвется наружу. Сил бороться с ним больше нет, как и способности стоять на ногах тоже. Связаться с Градоначальником? Возможно. Но Лиан не уверенна, хватит ли у нее сил на это. Тьма заполняет пространство куда быстрее, чем она успела приподнести два пальца к виску. Тело больше не слушается, ноги подкашиваются и она падает, погружаясь окончательно во тьму. Удара о землю она так и не почувствовала.

***

Первое, что чувствует Лиан — это тепло. Ей холодно, но она укрыта чем-то мягким и теплым. Нет сырости, только что-то мягкое окружает ее и Лиан чувствует себя в безопасности. Глаза открыть удается не сразу : веки не слушаются, а ресницы предательски спутываются. Очень хочется пить, но что глаза, что губы — закрыты. Тело горит. Даже тогда, когда что-то холодное опускается на ее лоб, жар не проходит, лишь на жалкое мгновение становится тише, а после вновь набирает силу. Сердце отбивает бешеный ритм. Ей надо открыть глаза, в конце-концов ей надо вернуться в Призрачный город. Где-то отдаленно, на грани сознания Лиан слышит голоса. Запах мази, лекарств и жженых трав окутывают ее с головой. Хочется открыть глаза, но она едва может двигаться и вряд-ли бы Лиан нашла силы пошевелиться до того момента, как что-то горячее обжигает кожу плеча. Невероятно больно, горячо и страшно. Лиан не понимает, что происходит. Тело инстинктивно дёргается, но тут же снова застывает, под весом чьих-то рук. Снова до сознания доносится голос, но Лиан его больше не слышит. Тьма накрывает ее снова. В следующий раз Лиан просыпается глубокой ночью. Веки приоткрываются с большим трудом и первое, что она видит — темный потолок, весьма обветшалый с мелкими трещинами. По стенам бегают слабые тени свечей, поблескивая в потемневших зелёных глазах Лиан. За окном идёт снег, отдаленно слышны звуки фейерверков и радостные крики людей. — Очнулась? Славно. Знакомый запах с лёгким ароматом вишни бьёт в нос. Лиан опускает веки, мысленно бурча от досады. Слабая тень Фу Яо падает на кровать, в то время как до слуха лисицы доносится звук отодвигаюшегося стула. — Что ты здесь делаешь? — голос Лиан слабый и хриплый. Едва договорив, девушка прикусывает губу, не желая думать как отвратительно она выглядит. Во рту сухо, хочется пить, но Лиан едва способна пошевелить руками. Она смотрит на Фу Яо. Тот сидит в своей излюбленной манере, закинув ногу на ногу. В руках он держит свиток, но глаза продолжают смотреть на кровать. Хочется сбежать, желательно как можно скорее. — Я? — небожитель невесело смеётся, — Этот вопрос я должен задать тебе, — Фу Яо откладывает свиток в сторону, скрещивая руки на груди. Во взгляде бога было видно чистое раздражение. Он явно сдерживался, чтобы не высказать все сразу, что было у него на уме, — Ты вечно меня раздражаешь. Суешь свой нос в чужие дела, вляпываешься в неприятности и даже сейчас разрушила все мои планы своим чертовым присутствием! — он в обвиняющие жесте указал на Лиан пальцем, буквально выплюнув все эти слова в ее лицо. — Я ни о чем тебя не просила, — все ещё хрипло ответила Лиан, приподнимаясь на локтях. Плечо отдается гулкой болью, вырывая из губ девушки тихий стон. Упав обратно на постель, лисица тянется к плечу, пытаясь хоть немного унять боль. Однако рука так и застывает на полпути. Перед взором Лиан промелькнули чистые белые одежды, вместо привычных зелёных. К тому же они были в разы больше ее собственных, — Что за черт?! — Выбирай выражение, — хмыкнул небожитель, замечая растерянность и гнев на лице демоницы, — В такие момент ты выглядишь хуже куртизанки из весеннего дома. В обычный день она бы накинулась на Фу Яо, заставила бы его пожалеть об этих словах, но сейчас не было не сил, не желания. — Твои одежды были непригодны, поэтому я выкинул их, — как ни в чем небывало сообщил бог, — Будь благодарна, что я не оставил тебя возле того исхосшего дерева истекать кровью. Лиан, все ещё разглядывая чужие белоснежные рукава, нашла в себе силы подняться. Теплое пушистое одеяло укрывало ее, одаривая теплотой и уютом. И даже не смотря на резкую головную боль, Лиан чувствует это теплоту под руками. Лисица все ещё молчала, пытаясь не обращать внимание на небожителя. Плечо болит, но боль не такая сильная, как была до этого. Теплые одежды согревают не хуже одеяла, и вылазить из нагретой постели совсем не хочется. — Куда собралась? — тяжёлая рука опустилась на плечо, сжимая не сильно, но ощутимо, чтобы постараться вернуть Лиан обратно на постель. Лисица скалится, но вместо привычного рычания вырывается лишь скулез и болезненный стон. Кроваво-красное пятно расползается под ладонью бога и тот быстро отстраняется, но ладонь не убирает, — Тебе нужно поменять бинты. Что ты за демон, что даже подобное не можешь излечить? Лиан съеживаеься, и в попытках отстраниться, здоровой ладонью шлёпает бога по руке. — Я не просила тебя о помощи и не прошу сейчас, — фыркает девушка, поднимая на Фу Яо глаза. Она пытается сдержать поток слез, но глаза влажные и она быстро опускает их, не желая возвращать взгляд на небожителя. Лишь бы не показать минуту слабости, — Зачем ты делаешь то, от чего тебе противно? Разве в твоём понимании это не отвратительно : лечить того, кого ненавидишь так сильно? Глупый дурак! В груди странно щемит. Лиан нервно перебирает пальцами теплую ткань, желая, чтобы Фу Яо ушел как можно быстрее. Ладонь, тяжесть которую Лиан чувствовала до сих пор, исчезает. Вздох облегчения, который так и не вырвался наружу, превращается в приглушённый писк. Ладонь небожителя ухватывает ворот белых одежд быстрее, чем она успевает это заметить. Руки машинально взлетают вверх, пытаясь удержать сползающую с плеч ткань, но та итак оголяет слишком много. — Ты что делаешь? Отпусти! — Лиан дёргается, в попытке вырваться из хватки Фу Яо, но тот, как на зло, лишь закатывает глаза, продолжая удерживать девушку на месте. — Я же сказал, что надо поменять бинты, — Фу Яо сдержано хмыкнул, — Ты глупая или прикидываешься? — Я не понимаю тебя! — Лиан прикусила губу, отворачиваясь от Фу Яо как можно быстрее. На удивление гладкие и хорошо расчесаные волосы ударяют того по лицу, но небожитель никак не реагирует, но держать продолжает. Скрип двери заставляет сердце Лиан уйти в пятки. Она в последний раз дёргает запястье Фу Яо, прежде чем заметить черную макушку в дверях. — Наставник! Я принес новые одежды и бинты, как вы просили! — улыбаясь во всю, как только позволяли мальчику разбитые губы, Сын Хо подходит к кровати, оставляя на столику возле Фу Яо чистые, с красными вставками, одежды. Пак Сын Хо, явно испытывая стыд, опустил голову, стоило заметить ему в каком положении сейчас находятся его наставник и хули-цзинь, — Я помешал вам? — Нет, — сжимая запястье бога сильнее обычного, Лиан чувствует лёгкую победу, в надежде, что Фу Яо сейчас уйдет. — Помешал, — возразил Фу Яо, подглядывая на раскрасневшиеся лицо лисицы, — Мы заняты, иди помоги Цзянь Мянь Фаню в храме. — Слушаюсь! — поклонившись, Сын Хо с улыбкой помахал Лиан ладошкой, после чего оставив возле кровати пиалу с наньгао, завёрнутое в банановые листья, — Выздоравливайте, тётенька! Наставник от вас все время не отходил! — Слишком много болтаешь, займись делом, — выпроводив мальчишку за дверь, Фу Яо вернулся к кровати, — Повторять трижды не собираюсь : раздевайся. Только посмотрите на него! Все ещё рассматривая сладость перед собой, Лиан задумчиво провела ладонью по волосам. — Сын Хо — твой ученик? — нахмурившись сильнее обычного, Лиан поднимает на бога взгляд, полный удивления и неверия, — Бедный мальчик, попал в руки самого демона, — хохотнула та. — Не сравнивай меня с собой, — забирая бинты с разноса, небожитель подходит к кровати, присаживаясь на край, — Неугомонная девица. — Самоуверенный дурак. — Придумай что-нибудь получше, — хмыкнул тот, — Твои оскорбления такие однообразные, что становится скучно. Лиан хмвкнула, уводя в сторону взгляд. — Я не буду раздеваться при тебе. Фу Яо, который обмазывал бинты мазью, посмотрел в ее сторону, насмешливо закатив глаза. — Я видел тебя без одежды, к чему стыд? — Лиан не замечает, как тот посмеиваясь, смотрит во все глаза, видя, как бесстрастное выражение медленно спадает с ее губ, вместо этого Фу Яо замечает испуг в глазах и то, как ладони взлетаю вверх, прикрывая итак прикрытую одеждой грудь, — Купал тебя тоже я. — Купал... Погоди, черт возьми, что ты, мать твою, сделал?! — плечо горит сильнее обычного, когда Лиан подпрыгивает на месте, желая скрыться куда угодно, но как можно дальше. Фу Яо тяжело вздыхает, успевая поймать убегающую девушку за локоть. Прикосновение к боку заставляет Лиан чертыхнуться, позволив Фу Яо усадить ее обратно на постель. — Твой поток Ци заблокирован, сбежать в любом случае не получится. Так что будь добра — сиди спокойно и не мешай мне лечить тебя, — рука Фу Яо снова тянется к вороту, но в этот раз сопротивления нет. Лиан отворачивается от небожителя, не желая смотреть на злорадное выражение лица Фу Яо, — Ты помогла моему ученику, — оголяя перемотаное плечо, небожитель аккуратно вытягивает руку Лиан из рукава, — Поэтому я помогаю тебе. Не надумывай себе ничего лишнего. Лиан, прикрывшись одеялом, уставилась в стену. Возмущения, которые так и остались при Лиан, были проглочены со стыдом. Пожалела ли лиса о том, что помогла мальчишке? Нет. И то, что сейчас они с Фу Яо были в теплой, слабо освещенной комнате вдвоем, вызывало лишь одно непривычное и странное чувство. Обычно Лиан бы разозлилась, пошутила и сбежала при первой же возможности от злого младшего бога войны. Но сейчас Фу Яо заблокировал каналы ее Ци, полностью лишив сил. Демоны редко поддаются такому, но на Лиан это подействовало лишь по одной причине : скоро полнолуние и она вот-вот обернется человеком. Как глупо было позволить ему сделать это! Прохладный воздух коснулся оголеного плеча, вызывая мурашки по коже. Бинты, слой за слоем, были размотаны, а горячая алая жидкость скользнула по коже вниз, намереваясь оставить на белоснежном рукаве ещё одно пятно. Теплая мягкая мокрая ткань одарила прохладную кожу теплом. Там, где Фу Яо вытирал запекшуюся и свежую кровь, кожа краснела, румянцем поднимаясь вверх. Задели ее сильно и судя по раздражительному вздоху Фу Яо, рана никак не хотела затягиваться. Даже теплый поток духовных сил, лёгкой дрожью пробежавшийся по коже, не помогал. — Услуга за услугу, я поняла. Стиснуть зубы и попытаться не обращать внимание на резкую боль в тех местах, где духовные силы прикасались к ее ране. Не сказать, что силы Фу Яо помогли бы. Светлая Ян только вызывала раздражение и неприятные покалывания по коже. Чего ещё ожидала Лиан? Фу Яо даже не удосужился замедлить поток своих сил, отчего на коже лисицы явно намеревались остаться ожоги. — Впервые вижу, чтобы демон не мог исцелить себя же, — Фу Яо надавил на определенную точку, прекратив поток крови, — Да ты отчаянно безнадежна. Лиан, в попытках унять появившееся из ниоткуда унижение и стыд, приглушённо зарычала. Ее лиса внутри рычала и сердилась на бога перед ней. Не будь сейчас Лиан так слаба, лисица бы накинулась на того, в отчаянных попытках избить наглого небесного чиновника. К сожалению или к счастью, Лиан была слаба и смогла только раздражённо зарычать. Хотя рык был больше похож на безнадёжный вой. — Заткнись, бесишь меня, — все ещё рассматривая приглушённые тона стен, Лиан надеется, что это пытка закончится как можно быстрее. Ладони Фу Яо теплые и сильные. То, как осторожно и умело бог накладывал бинты, вызывало у Лиан только вопросы, в попытках избавиться от навязчивых и ненужных мыслей, которые пугали тем, что вообще появлялись в ее голове, — Твой генерал знает, что ты имеешь учеников в мире смертных? Насколько мне известно : ты нарушаешь закон небес, если кто-то узнает об этом, то наказания тебе не избежать. К тому же... — Лиан слегка посмотрела в его сторону, замечая черные, как смоль волосы совсем рядом, — Если кто-то проговорится, что ты помог мне... У тебя будут двойные проблемы. Единственное, что успела заметить Лиан, прежде чем отвернуться — закат глаз и лёгкое фырканье. Фу Яо это видимо совсем не волновало. Он продолжает наматывать бинты, параллельно с этим втирая круговыми движениями в посиневшую кожу мазь. Если бы Лиан сказала, что сидеть вот так вот было неуютно, лиса бы солгала. На удивление этот раздражительный юноша временами был вполне себе спокойным, и в такие моменты казался весьма милым. В особенности, когда молчал. К слову, в этот раз Фу Яо молчать явно не собирался. В очередной раз недовольно фыркнул, небожитель натянул бинт сильнее обычного, заставляя Лиан поежиться не столько от неожиданно, как от внезапного потока очередной двойной порции Ци. — Можно поаккуратнее? — шикнув на небожителя, Лиан попыталась свободной рукой расслабить давление бинта, но тот не поддался и девушка неохотно повернулась, чтобы предупредить бога быть помягче, — Это больно! Фу Яо бесстрастно поднял на Лиан взгляд, однако напряжение медленно, но спало, сменившись более мягкими касаниями. Лиан молча уставилась в окно, замечая, как приглушённый лунный свет падает с окна в комнату, проникая сквозь редкие щели узоров в окне. Не смотря на то, что в комнате было тепло, за окном была самая настоящая метель. Ранее метели не было, когда она проходила мимо деревушки. — Сколько я спала? — тихо поинтересовалась девушка, едва шевеля губами. Внезапно захотелось пить; за окном снова послышались звуки фейерверков. — Три дня и четыре ночи. Сегодня новогодняя ночь, — проверяя качество своей работы, небожитель с чистой совестью откладывает оставшиеся бинты на место. Льняная ткань приятно облегает кожу и боль постепенно утихает, — Каким образом Дворец Линвэнь занёс тебя в список : "Жестоких"? Ты до "Злого" едва дотягиваешь, только и можешь, что кусаться и ругаться похуже Цзяй Яна. Лиан хмыкнула, в попытках натянуть на плечо ткань, но ладонь Фу Яо остановила ее. — Что? — недоумевая, Лиан смотрит на бога, чувствуя, как ткани так не дают укрыть плечо. — Грязное, — отдергивая испачканную кровью ткань нижних одежд, Фу Яо указывает на ширму у окна, — Сын Хо подготовил ванну, вода ещё горячая и бочка полностью в твоём распоряжении. То, что я помогаю тебе — всего лишь добро за твою помощь, не более. Прими это как полагается, — скрещивая руки на груди, Фу Яо бесстрастно сдерживает с девушки одеяло, — Я так любезен, что даже уступлю тебе в этот раз. Но в следующий пощады не жди, моя доброта — вопрос времени. Я перемотаю рану снова, как только ты искупаешься. И не дожидаясь, пока Лиан ответит, Фу Яо покидает комнату, негромко хлопнув дверью. Смотреть в исчезнувшую спину Фу Яо было самым настоящим преступлением и Лиан предпочла молча пересести взгляд на клубы пара, которые она заметила только что. — Да, кажется мне стоит взять выходной, — бурча, девушка с трудом поднимается с кровати, — Тело совсем не слушается, да и Фу Яо, кажется, бредит. Будь у Лиан силы, она бы уже как-нибудь вернулась в Призрачный город. Но сейчас, смотря на прикрытую ширмой бочку, девушка чувствует лёгкую потребность искупаться. Хочется смыть с себя всю грязь и ужасное чувство стыда. Погрузиться в бочку удается не сразу. Теплая, не сильно горячая вода приятно обволакивает тело : хочется погрузиться в нее с головой, расслабиться и просто отпустить себя. Она давно не чувствовала такой свободы и сейчас это было сродни чему-то приятному и убаюкивающему. Синяк на руке, оставленный Фу Яо, исчез. Окно, пусть и было прикрытым, все же позволяло Лиан разглядеть практически полную белую луну, висящую в небосводе и залитую яркими красками фейерверков. Новый год был в самом разгаре, а она, раненая, сидела непонятно где в компании того же Фу Яо, от которого раздражение было взаимным. — Твои волосы потемнели. Лёгкий дурман, который окутал Лиан полупрозрачной дымкой, заставил девушку подскочить на месте. Вода несильно брызнула в разные стороны,однако это никого не волновало. Фу Яо стоял рядом с ширмой, с лёгким интересом рассматривая ещё сухие, но слегка потемневшие серебристые пряди. В этот момент Лиан могла поклясться, что тому абсолютно все равно, что девушка перед ним была голой, пускай и скрытая толщей воды в полумраке комнаты. — У тебя совесть есть? — пытаясь скрыть отчаянный румянец, Лиан погружается в воду по нос, руками прикрываясь как можно лучше. Мыльный корень с грохотом упал на пол рядом с бочкой. — Я принес чистые нижние одежды, — как ни в чем не бывало заговорил тот, подходя поближе, — К чему стеснения? Меня не интересуют девушки, тем более такие, как ты. Можешь расслабиться и спокойно принимать ванну дальше. Постарайся закончить как можно быстрее, ты нужна мне через половину шиченя и не смей сбегать — все равно не получится, — кротко усмехнувшись, Фу Яо ловким движением кладет на край бочки мыльный корень и оставив чистую одежду на ширме, ушел. Фу Яо сдержал свое слово. После ванны он перемотал ее рану, только в этот раз повязка была из более дорогой и мягкой ткани. Одежда, которую принес Сын Хо, была теплой и уже меньше через половину шиченя она стояла посреди заполненной криками и радостными поздравлениями, улице. Фу Яо был рядом, и, стоит признать, выглядел очень хорошо. Сын Хо, который с самого момента их вылазки не отпускал ее ладонь, с интузиазимом жевал очередной боярышник в сахаре, постоянно что-то бормоча или спрашивая Фу Яо о хули-цзинь. Фа Лиан, являясь той самой хули-цзинь, временами раздражённо бросала взгляд на Фу Яо, ответ которого иногда выходил за рамки дозволенного. Нет, он не был грубым. Просто речь Фу Яо была неприятной, а ответы, которые колко отзывались у Лиан, били поддых, как будто он пырнул ее ножом только что. — Ты ошибаешься! — в который раз возмущается Лиан, неосознанно сильнее сжимая ладонь Пак Сын Хо, — Не все лисы — соблазнительницы! Да и вообще, я, что, похожа на куртизанку из весеннего дома? Фу Яо, все ещё бросая в ее сторону колкие фразы, усмехнулся, явно намереваясь одержать победу в их очередном споре. — Очевидно, — оглядывая девушку с ног до головы, Фу Яо многозначительно покачал головой, — Все лисы такие. Признай уже, что ты — бракованная. В твоём случае я сомневаюсь, что ты сможешь хоть кого-то соблазнить. Тебе это не по силу. — Взять на слабо меня хочешь? — испытующе вторит Лиан, чувствуя, как румянец предательски скользит по ее щекам от пылающего гнева внутри. — Зачем? Ты сама справляешься с этим лучше кого-либо, — замечая, как полыхают зелёные глаза, Фу Яо довольно отворачивается, — Глупая лисица. — Дурной кот! — не осталась в долгу Лиан, ту же отворачиваясь от небожителя, вместо этого принимаясь разглядывать театр, на который они внезапно наткнулись в порыве спора, — Я серебристая лиса, — с некой доли обиды произносит Лиан, — Я не соблазняю мужчин ради забавы. Мне это ни к чему. Сын Хо, который впервые дал о себе знать за ремя их спора, указал рукой вперёд. Там, где собралась куча народу, выступали артисты, показывая очередную историю. В это раз история была южных богах и их вечном соперничестве. Лиан знала эту историю "от" и "до", включая пометки автора. Это старая легенда, которую многие слышали ещё в детстве. — Тётенька, Наставник, давайте посмотрим? — умоляюще сложив руки перед собой, мальчик встал перед спорящим демоном и богом, по-детски захлопав ресничками. Лиан явно не собиралась отказывать такому милому мальчику, а вот Фу Яо явно был против. — Нет, — твердо заявил небожитель, намереваясь уйти. Сын Хо, опустив голову вниз, уже собирался последовать за Наставником, однако мальчишка никак не ожидал, что Лиан остановит Фу Яо, успев схватить того за руку. — Почему "нет"? Я бы с удовольствием посмотрела, — быстро убирая чужую руку из своего захвата, Лиан слегка склоняется над Сын Хо, — Пойдем посмотрим. Если твой Наставник не хочет — это не повод отказываться от представления. Я же с тобой. Мальчик, не долго раздумывая, кивнул, прежде чем взять ладонь Лиан своей. Фу Яо, явно недовольный подобным развитием событий, терпеливо промолчал, а после все же последовал за исчезающими в толпе горожан лисицей и мальчиком. Толпа гудела, кричала и многие люди с восхищением и ликованием наблюдали за сценой, где двое актеров играли генерала Нань Яна и генерала Сюань Чженя. Лиан, улыбаясь, потянула Сын Хо за собой, продвигаясь как можно ближе к сцене. Лиан иногда была наглой. И сейчас, пользуясь случаем, раздвигала людей в стороны, дабы пройти вперёд. Плечо все ещё болело, но уже не так, как было до этого. И вот, наконец-то оказавшись рядом со сценой, девушка выдвинула Сын Хо вперёд, помогая вниманию мальчишки полностью завладеть спектаклем. Фу Яо, макушка которого появилась рядом спустя несколько мгновений, прежде чем с раздражением обвести сцену взглядом. — Убожество. Лиан бы не согласилась. Спектакль был далеко не плохим. Наоборот, людям нравилась история о двух враждующих генералах юга. Лиан была не знакома с ними, но Градоначальник частенько ругал их, называя идиотами. И лиса не спорила, позволяя Хуа Чену высказаться. Она совсем недавно вступила на службу к Градоначальнику. И за эти несколько лет ее единственным противником и ярым ненавистником демонов был только один небожитель — Фу Яо. Отношения между ними были не самыми покладистыми. Может быть сейчас они и веди себя непринужденно и отстраненно, но когда они встречались на поле боя — никто из них не собирался уступать другому. Лиан не была тем человеком, который проиграл бы противнику просто так. Ее характер не был спокойным. В чем-то Фу Яо был прав : она часто лезла не в свои дела, порой играла на чужих чувствах и была не самым честным демоном. Да и демоны честностью никогда не отличались. — Разве генералы юга не соперники? — хмыкнула Лиан, не поднимая на Фу Яо глаз, она итак чувствовала, как небожитель презрительтоно фыркнул, скрещивая на груди руки, — Их последователи постоянно спорят друг с другом, генералы имеют каждый год практически равное количество фонарей, а Небеса то и делают, что содрагаются каждый раз, когда эти двое встречаются в драке. Разве это не соперничество? — поглядывая на небожителя, Лиан хмыкает про себя, чувствуя как Фу Яо бросает в ее сторону мрачный, сдержанный чем-то взгляд. — Откуда такие познания о Небесах? — полюбопытствовал Фу Яо, с подозрением вглядываясь в зелёные, не уступающие ни в чем небожителю, глаза, — Шпионишь? — В твоих мечтах, Фу Яо, — нагло усмехнувшись, Лиан деловито снимает с палочки Сын Хо один боярышник, — Не весь мир вертится вокруг тебя. И я тоже. Съев сладость, Лиан кокетливо подмигивает богу, прежде чем отвернуться от его, хлестнув тот по лицу копной серебристых волос.

***

Уворачиваться было не удобно. Позиция, в которой сейчас находилась Лиан была не самой лучшей, а раздражающий бог только все портил. Рана на плече давала о себе знать, но с ней обходились осторожно. Сын Хо, мирно сопящий в храме, был укрыт теплой мантией Фу Яо и теперь, когда бог и демон остались одни, лисица ловко сбила небожителя с ног, прежде чем бросить его в пучину сухого, но пышного снега. Никто не планировал драться. Но за всю ночь, что они провели вместе, напряжение между ними накипело и сейчас Лиан самым наглым образом приставляла к горлу небожителя клинок, в то время как Фу Яо другим острием ножа утыкался в ее бок. Снег обжигал кожу, когда кто-то из них падал в сугроб, и в попытках спрятаться от снега, сильнее кутадся в одежды. Но это было бесполезно. Мокрые насквозь, взъерошенные и явно ркзозленные, они продолжали прижиматься друг к другу, нанося неведомые, но слегка ощутимые удары. Нет, Фу Яо в основном не бил, в то время как Лиан собиралась стереть эту ехидную ухмылку с его лица. — У меня для тебя подарок, — усевшись на небожителя, лисица до неприятно жжения придавила ногой запястье бога, лишая его возможности выдернуть руку, — Услуга за услугу, я помню. Но все же совесть будет мучать меня, если я не сделаю этого. Фу Яо с раздражение усмехнулся. — Совесть? Ты знаешь значение этого слова? — Заткнись! Вечно ты со своим сарказмом, дурак, — не пытаясь скрывать улыбку, девушка достает из-за ворота одежд тонкую, слегка изогнутую шпильку, — Я купила ее на рынке у старушке. Старая карга не хотела её продавать, так что... — Ты украла ее? — перебил ее небожитель, на что получил от Лиан лёгкое дёрганье за прядь волос. — Не глупи! Я не воровка, идиот! — дёрнув ещё раз для достоверности, лисица злорадно наклонилась ниже, — Я отдала ей сумму в три раза больше положенной, поэтому прими этот скромный подарок от меня в знак спасения никчёмной жизни этой недостойной, господин. Шпилька, больше похожая на изогнутую ветку дерева, из чистого серебра, аккуратно вошла в растрёпанные ею же волосы небожителя. Подобные украшения Лиан любила и имела похожую шпильку в своей коллекции, но сейчас... Сейчас Лиан решила сделать небольшую подлость. Как только шпилька коснулась его волос, голубой свет окутал бога и спустя мгновение мелкие снежинки упали на его лицо, а маленькая серая тучка появилась прямо над его головой. Звонко смеясь, девушка подрывается с места, отскакивая как можно быстрее. Ещё не до конца неосознавший во что вляпался, небожитель пару раз моргает, наблюдая за тем, как серая тучка с каждой секундой неприхотливо опускает снежинки на него же. — Ты, что, смерти ищешь, дура?! — поднявшись с места, Фу Яо бросил на девушку убийственный взгляд. Как только он попытался убрать ее, ладонь пронзила сильная боль, а после и вовсе — не позволила богу прикоснуться даже к волосам. — Ты не снимешь ее, пока я этого не сделаю, — подмигивая Фу Яо, Лиан закидывает ногу на ногу, сидя на краю крыши храма. Стоит признать, в этот момент ее глаза выглядят поистине лисьими, — А я этого не сделаю. В ближайшее время так точно. — Дрянь! — выругавшись, Фу Яо попытался сделать это снова, но ничего так и не вышло, — Вот попадись мне — убью! — Попытайся, Фу Яо, я подожду! Я всё-таки демон, — доставая купленные ранее кости, Лиан ухмыляется, поднимаясь на ноги, — С Новым годом, глупый кот! И бросив обычные кости вниз, которые она приобрела на рынке, девушка, надеясь на удачу и духовную энергию, спрыгивает с крыши, исчезая во мраке предрассветной дымки едва заметного снега. Кости все же наполнились волшебством. В этот Новый год Фу Яо так и не смог избавиться от проклятого заклинания лисицы. Последующие недели он так и не появился на Небесах, пока Лиан, не сжалившись, сняла заклятие со шпильки, получив нагоняй от Градоначальника за подобную глупость. — Надо было оставить все как есть, — фыркнул Хуа Чен, когда Лиан сидела рядом, переписывая большую часть архива, — Зря сняла, было забавно наблюдать за этим идиотом. Бабочка на пальце Хуа Чена запорхала, прежде чем исчезнуть с ярким серебристым блеском. — Да он в сосульку чуть не превратился, — хихикая, девушка откладывает свиток в сторону, запечатанный императорской печатью, — Дурак. — В следующий раз действуюй похитрее, нечего ему расслабляться. — С удовольствием, Градоначальник! — передавая демону свитоа, Лиан проводит пальцем по зеркалу, наблюдая, как Фу Яо рвет и мечет, кидая шпильку как можно дальше, — Я только за.