Пока ты улыбаешься

Страшно. Но это поправимо. Глен уверенно делает шаг, перехватывая меч, который становится продолжением руки и они кружат над обломками зданий с юношей в белом. Нет, с вампиром. Глен знает его. Глен знает ради чего это все – ради мертвых друзей, который он пожелал видеть живыми. Но что-то режет и колет каждый раз, когда мальчишка смотрит на него из-под ресниц. Вот оно – говорит подсознание. Ты ведь никогда не был таким. Это я. Это я сделал с тобой. Глен задыхается от ужаса и вины – не только по отношению к мальчишке, но и ко всему миру, который он вверг в хаос. Стоило ли оно того? Да, стоило. Но если бы был шанс исправить судьбу этого мира, он бы им воспользовался. Так он решает. И открывает глаза. Потолок не испещрен трещинами, как в его комнате в штабе, а в воздухе витает запах еды. Он садится и смотрит перед собой – что это такое ему снилось? Махиру – демон в его мече? Шинья и остальные - воскресшие мертвецы? И кто тот мальчишка? Глену кажется, что он уже видел его раньше и он вспоминает – Микаэла. Мальчик из приюта Хякуя. Что это вообще было? Будущее? - Глен-сама, вы уже встали? – В его комнату заглядывает Саюри в фартуке поверх пижамы. - Да, Саюри, - говорит он, а сам вглядывается в лицо своего друга и понимает – живая, им все еще по шестнадцать и апокалипсис еще только маячит на горизонте. Липкие щупальца страха просачиваются в его сердце, и он гонит их прочь. Еще не поздно. Еще можно все исправить. * Курето смотрит на него без тени улыбки, когда Глен рассказывает ему детали своего сна. - Получается, апокалипсис наступит из-за воскрешения? - Да. - И ты в этом сне воскресил Шинью и других. - Да. Даже такой уверенный в себе человек как Курето чувствует дрожь в руках от такой откровенной подставы от собственного отца. Они еще долго говорят обо всем, Глен не скупится на детали, потому что знает, что в лице Курето он может обрести союзника, которого ему недоставало в будущем. Единственная цель – предотвратить. И с этого момента они должны быть осторожны. * Махиру улыбается каждый раз, когда они видятся – нечто неизменное с самого начала их знакомства – и Глену всегда нравилась ее улыбка. Но в этот конкретный момент он понимает, что для нее назад дороги нет. Глядя в черную радужку своей возлюбленной, он вспоминает детали сна – Махиру больше не человек и это необратимо. Глен в отчаянии. Глен все еще любит девочку, которую повстречал в детстве, даже если эта девочка превратилась в чудовище. - Как я могу спасти тебя? – Спрашивает он, а внутри все крошится от осознания, что он уже сдался и Махиру видит это, чувствует и понимающе улыбается: - Ты не можешь спасти меня, мой милый Глен. – Заключает она и уходит, а Глен теряет надежду на то, что эта их встреча не последняя. * Холодает. Рождество все ближе. Даже имея на руках информацию о том, что произойдет Глен и Курето не могут изменить судьбу. Раз за разом карты, имеющиеся у них на руках, оказываются биты. Бредя по улицам одним днем, Глен вспоминает еще кое-что и ноги сворачивают в переулки, стремясь достичь места, которое он помнит. «Приют Хякуя…» И сразу же видит его. Мальчишку, окруженного другими детьми, которые не отлипают от него ни на секунду. Дети – подопытные кролики Сайто, которые не знают ничего, ничего не понимают, но радуются снегу и темнеющему небу, как ненормальные. И среди них всех – его улыбка – улыбка Микаэлы сияет ярче всех. Юичиро никогда не был таким, - почему-то вспоминается ему. Вот только в будущем эта улыбка исчезнет – Глен своими руками растопчет будущее это мальчика и погрузит во тьму. И когда Глен слышит шаги позади себя, он уже принимает решение. - Не думал, что ты и вправду придешь. – Улыбается Сайто, а Глен кивает в сторону Микаэлы: - Я хочу забрать его себе. – И с каким-то маниакальным удовольствием наблюдает, как глаза Сайто округляются от удивления. - Почему? – Только и спрашивает мужчина, на что Глен отвечает: - Потому что я хочу изменить свое будущее. И неожиданно Сайто соглашается. * Мальчик пытается улыбаться, выбитый из колеи таким внезапным поворотом судьбы, да рассматривает Глена так, что даже ему становится неуютно. Жить с ним в одной квартире, видеть его – все это превращается в пытку, пока однажды вечером Мика не пробирается к нему в комнату. - Старший братик… А Глена коробит это обращение, и он приказывает называть его иначе: - Глен. Зови меня по имени. Мика смущается, а потом впервые с момента усыновления спрашивает: - Почему? Он выглядит сбитым с толку и на его личике нет той самой улыбки. Глен касается кончиками пальцев светлых волос и поднимает голову мальчишки на себя: - Мика, улыбнись. И видимо что-то в его глазах отражает его чувства, раз мальчишка обескураженно замирает, после чего просит: - Глен, наклонись. И, удивленный, Глен выполняет его просьбу, когда Мика, прижавшись к нему щекой, крепко обнимает за шею. - Что бы там ни было, все будет хорошо. И Глен жалеет, что не может увидеть его лица. - Я буду рядом. – Шепчет мальчик, и Глен усмехается: - Смотри, ты пообещал. - Пообещал, - соглашается Мика. * - Курето, что ты делаешь? Глен, удерживаемый несколькими солдатами, смотрит, как его начальник что-то впрыскивает ему в шею. Рядом, уже бессознательные, лежат члены его команды. Наступило рождество, но вместо того, чтобы вступить в свой последний бой, они находятся здесь. Пока сознание Глена не угасает, он слышит, что говорит Курето: - Я? Делаю, возможно, самый бесполезный поступок в своей жизни. Отдыхай, Глен. Глену снится холодный взгляд голубых глаз все время его беспамятства. Когда же он открывает глаза вновь, то видит все те же голубые радужки, в которых нет холода, нет высокомерия – только беспокойство, с которым Микаэла сжимает его руку. - Мика? Что снаружи? Мальчик кусает губы и отвечает: - Конец света. Черт. - Мои друзья, они живы? - Да, они в соседних палатах. Пружина внутри Глена потихоньку разжимается, когда он встречается взглядом с мальчишкой и со вздохом затаскивает того на кровать, обнимая и прижимая к себе. - Все будет хорошо. – Говорит Глен в светлую макушку. - Будет. – Соглашается мальчик. - Я буду рядом. - Смотри, ты пообещал. И Глен смеется. - Вот же мелкий засранец… Глен кожей чувствует его улыбку.