Его знамя надо мной — любовь

      Когда самый родной человек всаживает тебе нож в спину - это очень больно.       А когда тебе еще и всего пять лет... Мир трещит по швам под хохот злобного тануки, и ненависть жителей деревни входит в твое сердце и пропитывает, пропитывает...       Яркое солнце Суны играло в стеклах окон, но Гаара видел лишь грязные желтые разводы в своих слезах. Тануки, наконец, замолчал, но мысли не собирались молчать ни минуты. "Все предали... Я монстр, монстр, монстр, зло во плоти, злодей, воплощение ненависти, монстр..." - ГААРА! - Тоге ввалился в комнату прямо из окна. - ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?!       Светлые волосы кузена, обычно собранные в хвостик, были растрёпаны, вся одежда была грязной и потной, протектор сполз на шею. Он только вернулся с миссии в стране дождя. - Уходи, нии-сан. Я монстр. Был монстром. И буду. - Гаара-кун, пожалуйста, - голос Тоге дрогнул. - Скажи, что с папой все хорошо. Араши, из второй команды, я про него рассказывал, прикинь, заявил сейчас что ты папу... Я не верю. Брат, не молчи, не надо так шутить. Гаара...       Не в состоянии сдерживаться, Тоге прикрыл глаза рукой и заплакал. Гаара повернул голову к брату, и в его опустошённой душе начали зарождаться искры. Искры, подобно песчинкам на верту, касались его души, внутри стало больно, эта боль обретала название. Одиночество, отверженность и страх слились, превратились в жалость к себе, она в раскаяние. И Гаара заплакал.

***

      Они сидели прямо на полу, и песок висел рядом, как будто медленный ветер во время песчаной бури. Гаара лежал головой на коленях брата и смотрел на песчинки, то и дело складывающиеся в фигуры. Тоге, привыкший к этой картине, напряженно думал. - Не верю. Не мог папа так поступить. Не мог и все. - Яшамару-сан никогда не лжет. - привычно протянул Гаара. - Я скорее поверю, что папа соврал, чем что он хотел убить тебя! - воспротивился генин и, подняв брата на руки и посадил на кровать.       Тоге ходил по комнате из стороны в сторону уже минут пять. Когда он начал наворачивать круги уже по стенам и крыше, Гаара решился: - Но я же смог.. Смог... Ты понял. Может, и дядя тогда... - Не ты, а Шукаку. Ты не Шукаку. - отмахнулся брат. - Но я... - Гаара! - Тоге остановился у кровати, взял в свою руку ладошку брата и вложил в нее кунай. - Убей меня. Ну, давай!       Мальчик нерешительно взял в руки кунай, и тут его глаза вновь наполнились слезами. Песчаный пол подавил звук падающего куная. Мальчик всхлипнул. - Дядя Яшамару-у-у! Генин осекся и вспомнил, что его брат еще совсем ребёнок. - Ну-ну. - Тоге прижал мальчика к себе. - Я сбегаю домой, поищу что-нибудь, папа не мог не оставить хоть что-то, какую-то записку или подсказку. Мы все узнаем, Гаара, обязательно.

***

- Так я и думал. - найти на кровати ежедневник отца с простой печатью-ключом труда не составило, как и прочитать о приказе Расы проверить печать однохвостого на мальчике. Трудно было решить, как рассказать это Гааре, что сейчас смотрит на него открыто и пытливо. Впрочем, ребенок сам вырвал книжку у старшего, а остановить его у Тоге не хватило духа. - Гаара? - Я... Не знаю. Я не знаю, нии-сан. Почему папа так меня не любит?       Тоге сел на пол и взял младшего брата на колени, прижал к себе боком и положил голову на красную макушку - Я не знаю, отото. Этот мир болен. А мы должны быть светом, чтоб он окончательно не загнулся. Так папа говорил. - Пусть загинается. Пусть все уже рухнет! Хватит! - Тсс. Тише, тише, тише, - Тоге схватил вскочившего брата и сел, поглаживая его по голове. - В тебе говорит Шукаку, а ты забей на него! Ты сильнее этого гадкого тануки, потому что у тебя есть сердце, которое умеет любить. А этот гад только ненавидит и орет. Не опускайся на его уровень.       Тоге вздрогнул, когда почувствовал, как его кофта намокает, но брата прижал ближе. Пусть поплачет. Главное, чтоб не заледенел внутри.

***

- Помни Он просто демон Ты человек. Ты сильнее его. - Как? Он такой большой, а я не умею пользоваться ниндзюцу, мне всего пять! - У тебя есть то, чего у него никогда не будет. Любовь.       Кандзи "любовь" на руке Тоге жестко чесалась. Видимо, в ней была чакра отца, и теперь, после его смерти, раздражала и билась.       Тоге зашёл в квартиру. Раса закрепил за ним их маленькую квартиру, выделил из своей зарплаты сумму, чтобы ближайший год племянник не заботился об арендной плате и набивал руку на миссиях, чтоб получить право на миссии сложнее и ранг чунина. Но теперь он думал, что лучше бы остаться дома у дяди, хоть в одной комнате с Гаарой. Раньше он любил оставаться один, когда отец уходил на миссии на несколько дней. Но знать, что Яшамару больше никогда не переступит этот порог, это совсем другое. - Я дома. Гаару он и не думал ненавидеть, но дядя Раса... Зачем, просто зачем? Тануки даже не беспокоил его младшего сына уже месяц. Яшамару разработал бы нормальную печать! Если бы он не приказал отцу так солгать... - Папа, я уже скучаю. И забыл сказать. Я люблю тебя.

***

- Так, все будет хорошо, не раскисать! Тоге резкими движениями сложил несколько печатей, и над красноволосой головой возник объемный водный шарик, что обрушил на заспанного мальчика пару литров воды. Песок шутливо летал рядом, легонько толкнул Тоге и принялся создавать ветерок, наподобие фена, и сушить голову младшему, что, недовольно фырча, тер глаза. - Нии-сан, Шукаку достал, я спать хочу, сил нет! - всхлипнул он. - Я понимаю, Гаара-кун, но мы должны быть сильными и разобраться с этим как можно быстрее. В печатях я ничего не разбираю, а даже если бы понимал, надо сначала эту печать снять, а тогда ты умрешь. - Айджо обнял ребенка. - Нам придётся освоить другой путь. - Какой? - Собаку но отодвинул от себя руки генина и посмотрел на него с такой вселенской усталостью, что сердце парня сжалось. Но там, в глубине зеленых глаз, теплилась надежда, и Тоге зацепился за нее. Улыбнувшись так искренне, как только мог в этой ситуации, он положил руку на голову брата, приподнял еë и заглянул прямо в ту самую надежду, пытаясь напитать ее своей уверенностью. - Дипломатия.       Гаара удивленно наблюдал, как из рюкзака старшего брата достаются свитки и книги. Айджо застегнул молнию и протянул Гааре старую тетрадку, на которой значилась надпись "Айджо Тоге, ученик шестого класса Академии ниндзя деревни, скрытой в песке". - Первое правило дипломатии: знай своего врага в лицо. Я сбегал в деревенскую библиотеку и достал кое-что про енотовидных собак. Все не успел прочитать, вот, место закладкой заложил. Но вот кое-что интересное выписал. Блондин ткнул в тетради на выделенное место: "Тануки всеядны и предпочитают употреблять в пищу грызунов, орехи, зерна и плоды." - Ты думаешь, он голоден? - не понял Гаара. - Вполне возможно. Любой голодный зверь ведет себя бешено. Можно попробовать подкормить его. У вас в кладовой нет овса или орехов? Гаара задумался и помотал головой. - Рыба есть. - скривился он. - Годится. - обрадовался Тоге. - Слушай, у нас сейчас миссия, скорее всего, G-ранга, я быстро метнусь туда-обратно, а ты как раз на урок к Баки-сенсею беги. В обед встретимся и попробуем подкормить его. Книгу держи, может, чего интересного вычитаешь.       План у Тоге был простой, хотя и вообще непродуманный. Посредством медитации попасть в подсознание младшего брата и помочь ему разобраться с бесящим енотом. Оставлять мальчика одного наедине с кошмарами он не собирался. И все шло хорошо, пока братья не встали в кладовке напротив бочки и не задали себе резонный вопрос - а как затащить ее в подсознание. Гаара зло стукнул по бочке и опустился на колени. - А ну не раскисай! - громко шепнул Айджо. - Что-то придумаем сейчас. - Да что придумаем? Он же дух. Духи не едят. - У нас начнет. - отмахнулся брат. - Бери бочку. Что, я зря ее у Мако-сан выпросил? Благо, жили Собаку но и Айджо недалеко, всего-то полкилометра катить бочку по песку, а там еще несколько ступенек, благо, первый этаж.       Гаара обреченно наблюдал, за шкворчащими рыбами на сковороде и вдыхал разносящийся по кухне запах, и думал, что овсянка или даже противный арахис перестают быть такими уж тошнотворными. Но бочка была в их распоряжении, а нахаляву и хлорка - творог. - Гаара-кун, давай, пожалуйста, ешь. - Тоге пододвинул к нему тарелку, в которой дымились с десяток рыбок. - Я понимаю, что ты это не любишь, но мы должны попробовать все. Завтра нам выдадут зарплату и я куплю фруктов, хорошо? Собаку-но кивнул и принялся ковыряться палочками среди косточек. - Но белочек я есть не буду! Айджо прыснул, закашлявшись от попавшего не в то горло зеленого чая.

***

      Гаара шел по ночному городу, жуя пирожок с рыбой. Он спешил, ибо от голоса тануки в голове был туман, и мальчик начинал терять над собой контроль. "Любимое блюдо" - рыба - практически не помогала успокоить монстра. - Нии-сан! Нии-сан! Помоги!!! - забарабанил в дверь Гаара. Тоге подскочил, отпер дверь и затащил брата внутрь. - Он? Гаара кивнул. Тоге на всякий случай схватил ручонки брата своей рукой, обездвиживая его. - Что говорит? Айджо ненавидел этот этап нового и доработанного плана. Он не был демократом, как минимум, что касается демонов. Демонов надо было изгонять, заточать в чайниках и тюрьмах, и, конечно, не позволять сидеть в младших братьях, мучая тех, разрушая их психику и мешая спать. - "Убей, убей их всех." Гаара тянул себя за волосы. Тоге очнулся и отнял его руки, на сей раз перетянув их поясом от набедренной сумки. - Не слушай его, отото, действуем по нашему плану.       Мальчик был совсем плох. Тоге захотелось заплакать. Он прижал к себе Гаару и дрожащим, но максимально весёлым голосом. - Эй, Шукаку, ты любишь играть в сиритори? Давай сыграем? Ты же столько лет прожил, столько слов знаешь! Из маленького тельца Гаары раздался загробный низкий смех. - Глупец! Я не хочу играть с глупыми детьми. Я хочу крови! В частности твоей, щенок! - Клык. Твоя очередь. Шукаку снова расмеялся и притих. - Впрочем, это может быть интересным. Клык, говоришь...       Тоге дрожащими руками прижал спящего Гаару к себе и сглотнул в ожидании страшного загробного голоса демона, идущего будто из центра ада. Тут его взгляд упал на бледный лоб младшего брата с алым кандзи, и на его загорелую кожу запястья с тем же знаком. Любовь. -Папа, а почему все боятся брата а ты нет? -Я люблю его. И тебя, и Темари с Канкуро. Если любишь, то не боишься, а заботишься. В любви не может быть страха, сынок. Запомни это. Руки перестали дрожать. "Я люблю тебя, брат. И я не позволю этому демону забрать тебя."

***

- Нии-сан! - выспавшийся Гаара бегал, как заведенный, а Тоге, напротив, зевал. Было уже три часа дня, им дали выходной, но пришлось сидеть в библиотеке и читать про тануки, а теперь еще и тащиться в общественную баню. - А мы зайдем потом за мороженым, пожалуйста? Пожалуйста, Тоге-нии-сан! - Сходим. - кивнул Айджо, беря брата за руку и пряча за собой от негативно настроенного персонала. - Конечно, сходим. А потом спать, ладно?       "Енотовидные собаки — отличные пловцы" - гласила книга. Ни рек, ни бассейнов в Суне не водилось, а измотанный Тоге не смог бы создать достаточно мощную технику, чтоб воды хватило хоть на маленький прудик. Пришлось идти в баню. Блондин ненавидел жару, что Яшамару всегда считал забавным, хотя ему и приходилось тратить состояние на мороженое и вентиляторы в вечно жаркой Суне. Тоге лежал в воде, обложившись холодными тряпками. Гаара мирно нырял рядом, игнорируя редкие ленивые, но злобные взгляды, кое-как устроившись в темном углу, облокотившись на камни, подросток задремал. - Эй, нии-сан, не спи, жизнь пропустишь! - чьи-то маленькие ладони уперлись в плечи и столкнули в воду. Тоге дернулся и всплыл, оглядываясь вокруг. Гаара махал ногами, держась за ограду и недовольно смотрел на Канкуро, что во все горло смеялся, стоя на деревянных досках. - Канкуро, это не смешно! - крикнул Гаара. - А по-моему очень смешно! - вытирая выступившие слезы, ответил брюнет и, разбежавшись, прыгнул в воду. - Ты что вообще тут делаешь без взрослых? - выжимая волосы, спросил Айджо. - Мы с Темари тут с Мако-сан! - крикнул Канкуро, разбрызгивая повсюду воду. Взрослые вокруг грозились надрать уши возмутителю спокойствия, но больно шустр был сынишка Казекаге.       Тоге и Гаара молчаливо переглянулись, кивнули и принялись выбираться из воды.

***

- Нет! - Ну Хошимару-сенсей, пожалуйста! - Ты издеваешься?! Меня за пьяницу примут! - Но для пользы дела же, сенсей!       После бани Тоге не решился оставить Гаару одного, зная, как легко заснуть после плавания. Они разместились у блондина дома, и, не особо доверяя своему измотанному телу, Тоге запер дверь на все засовы, забаррикадировал окна и заснул в обнимку с братишкой, чтобы в случае чего было проще обездвижить мальчика. Но, видимо, они не прогадали. Шукаку то ли подыгрывая, то ли реально устав, не показывал морды всю ночь, и они проснулись в том же положении, с утра смеясь со следов простыни на своих лицах.       Гаара был доволен плаванием и мороженым, и на следующий день запросился в бани опять, но Тоге, пересчитав деньги, был вынужден отказать, но придумал что-то другое.       Пока Гаара плавал в гигантском водном шаре прямо в одежде по всей его квартире, Тоге тренировал контроль чакры, одновременно читая очередную книгу. Заметив кое-что интересное, Тоге аж подпрыгнул в кресле на время упустив контроль. И, хотя он вовремя остановил воду, литров пять все же рухнуло на пол вместе с Гаарой, и он, спрыгнув с подхватившего его песка, подошел к брату, интересуясь, что такого тот нашел. Тоге не ответил, бросил на кровать запасной комплект одежды, ключи от квартиры и бросился на улицу, одновременно выводя из окон водный шар.       Канкуро и Темари, бывшие в то время на улице, раскрыли рот, наблюдая, как узкая водная змейка ползла по направлению к водохранилищу Суны.       И теперь Хошимару, сенсей седьмой команды, скептически подняв бровь слушал очередной гениальный план Айджо Тоге, сына его хорошего друга Яшамару. Тяжело вздохнув и поняв, что мозги парень взял явно не от отца, в отличие от внешности, мужчина посмотрел на парня уже добрее. - Ну допустим, накачаешь ты его саке, а дальше что? Будешь всю зарплату тратить на пойло для этого монстра? Тоге усмехнулся и открыл книгу "Считается, что тануки — большие любители сакэ." "Бытует поверье, что если в шкуру тануки завернуть кусочек золота и поколотить, он также увеличится в размерах."

***

- Хошимару-сенсей решил, что я сбрендил. Но потом решил помощь. - довольно улыбаясь, доложил блондин младшему. - Тоге Хошимару. - мужчина поклонился Гааре, отчего тот смутился и прикрыл лицо. - Рад познакомиться, Гаара-сан. Имел счастье знать вашу матушку, прекрасная женщина. - Меня в его честь назвали! - Ладно, пацаны, хватит болтать. Чтобы попасть в подсознание вы должны сидеть тихо, сосредоточиться и не болтать. Тоге, вот тебе свиток, здесь все написано. Я побуду здесь и подстрахую вас печатями. - распорядился сенсей и принялся устанавливать нужные печати на стенах квартиры Айджо.       Странно, что все прошло относительно спокойно. Уставший Шукаку спал, как убитый, Тоге сжимал в руках полную бутылку саке, а Гаара расчески. Поить саке младшего брата блондин бы не стал ни в коем случае. Но самого тануки - другое дело. Он поставил бутыль на песок рядом с мордой зверя и открыл пробку, после чего подошел к хвосту и только сейчас осознал, что предстоит сделать. Тоге сжал руку брата и завел его за себя. Потянув руку, коснулся одной шерстинки и потянул.             Неслыханное везение или благоволение Ками, Которого всю жизнь почитал погибший отец, она легко поддалась - видно Шукаку линял. Гаара потянул за рукав и ткнул ему в руку ножницы. Тоге хлопнул себя по лбу, взъерошил волосы брату и подошел поближе, состригая немного шерсти с хвоста тануки. Едва ее набралось с небольшую горку, как братья схватили песочного цвета мех и их выбросило в реальность.

***

- Я глазам не верю. - прошептал Хошимару, наблюдая, как его ученик прыгал по комнате, размахивая пакетом, в котором болталась шерсть тануки вперемешку с постоянно размножающимися монетами. Каждые пару минут они с Гаарой выбрасывали на пол звонкие йены, бросали назад парочку монет и снова пакет тяжелел через пару минут. - Алко-диллеры несчастные. - вздохнул Хошимару. - Споить хотите? - Вас - нет. - уставший Тоге отдал пакет брату. - А этого зверя, который мешает Гааре-куну спать - да. - Сомневаюсь, что этого надолго хватит. - вздохнул Хошимару, принимаясь собирать монеты. - В смысле денег или... - Алкоголя. Не думаю, что Шукаку так прост, что уйдет в запой. - На время хватит, а потом мы что-то еще сообразим. Папа всегда говорил, что мы с Гаарой смышлёные! Хошимару тихо и грустно улыбнулся. - Тоге-кун, ты истинный сын своего отца. - Гаара притих, вытирая выступившие слезы, и прижался к брату. - Никогда не перестаешь надеяться и любить свою семью.

***

- Я пью достаточно воды, папа. И принимаю душ каждый день. - Тоге положил цветок на могилу с именем Яшамару и обернулся к соседнему камню - Тетя, здравствуйте. Не беспокойтесь, Гаара спит, мы пока что забалтываем Шукаку. Еще он хорошо кушает. Даже слишком, я бы сказал. - Я не толстый! Мальчик стоял позади, прижимая к себе одной рукой медвежонка, а другой букет цветов. - Я так не говорил, отото! - Говорил! - Нет! - Ладно, ладно, не прямо так! Гаара рассмеялся и подошел, опустился на колени и поклонился. - Привет, мама! Привет, дядя Яшамару. Я скучаю. - Я тоже скучаю, пап. Но ты говорил, что мы никогда не прощаемся навсегда, и если мы верим в одного Ками, то после смерти мы встретимся в Его доме. Надеюсь, ты сейчас действительно там. Выспись там хорошенько, ты всегда мало спал. И подожди меня. Тебе долго придется ждать, но я обязательно приду, и всё-всё тебе расскажу. Я постараюсь жить так, чтобы тебе понравилась моя история.