И с заката до рассвета

      …и вашим противником в этот раз будет эта юная сулийка. Будьте вежливы, царевич.       — Сулийка? — искренне удивился Ланцов. Он с интересом взглянул за спину своего учителя и заметил миловидную девчонку с оливковой кожей и миндалевидными черными глазами, и волосами, завязанными в тугой пучок на макушке. Действительно, сулийка. И смотрела она на него с явным презрением. — Где вы вообще нашли сулийку?       Учитель кашлянул и строго ответил на вопрос Николая:       — Наша гостья дочь вашего нового учителя по языкам. — особенно четко выделил последнее слово мужчина. — Он не против чтобы Хава занималась фехтованием, сказать честно, я сам его об этом попросил.       — Зачем вы попросили чтобы я соревновался с девчонкой? Настолько не верите в меня, учитель? — не поняв намека продолжил Николай.       — Господин Ланцов! Хава прекрасно знает равкианский, вам стоит вежливей о ней отзываться! — уже возмутился учитель. Николай мгновенно осознав свою ошибку покраснел и опустил взгляд. — Прошу Хава, — мужчина отодвинулся, давая пройти девушке.       Хава была ростом почти с Николая, худощавым телосложением, неуверенной походкой и одетой в достаточно широкие коричневые штаны и длинную рубашку такого же цвета.       Она смотрела на принца враждебно, видимо обидевшись на его неприятные высказывания. Однако, снизошла заговорить с ним, присев в небольшом поклоне:       — Для меня честь познакомиться с вами, царевич, — произнесла Хава с легким акцентом.       Не придумав ничего лучше, чем кивнуть и пролепетать «прошу прощения», смущенный Ланцов с надеждой обернулся на учителя, подозрительно хихикающего себе под усы.       — Если вы оба готовы, то берите мечи в руки и начинайте, — весело сказал он.       Учитель вышел с тренировочного круга и с интересом начал наблюдать за своим учеником и новенькой во Дворце.       Николай и Хава подошли к стойкам с тренировочными мечами. Царевич даже невольно задумался, как такая худая девчонка возьмет тяжелый меч? И ведь будет некрасиво если настоящий джентельмен вроде него позволит себе легко победить даму.       — Хава, — кашлянул Николай, — если мы посоревнуемся в другой раз, то я не буду против, может ты пока наберешься сил с длинной дороги? Вы с отцом наверное устали.       — Нет. — твердо ответила девушка. — Но спасибо за волнение.       Николай чуть было не поперхнулся от возмущения. Он ведь хотел как лучше, а эта девчонка так резко и не в пристойном тоне ответила ему. И после этого он должен относиться к ней как к хрупкой девушке? Конечно должен. Он как-никак царевич.              Хава потянулась за мечом, однако голос учителя Николая её остановил:       — Хава, нет-нет, для тебя рапира. Меч не твое оружие.       Сулийка кивнула и подошла к мужчине, забрав у него свою более легкую рапиру. Николай промолчал, внутри скрывая обиду от некой «несправедливости», несколько минут назад сам намекая Хавве и учителю о их неравной силе.       Ребята встали внутрь круга, навострив друг на друга оружие. Николай покусывал губы, глядя на соперницу, которая по всей видимости не волновалась и вела себя достаточно уверенно, по крайней мере, уверенней чем при знакомстве.       — Начали! — прозвучала команда учителя.       Николай замешкался и сделал лишь шаг в сторону соперницы, однако Хава была быстрее. Она сделала резкий выпад вперед, намереваясь уколоть Николая в грудь, но парень быстро отскочил и мечом ударил по рапире сулийки. Оружие опасно погнулось под весом меча, но не сломалось. Принц хитро подмигнул девушке, показывая свое превосходство.       Хава скользнула взглядом по лицу юного принца и оценила ситуацию. Наверное, достаточно хорошо натренирован — такого только скоростью не одолеть. На все размышления у девушки были всего мгновения, прежде чем они расстаяли в зыбучих песках времени. В следующую секунду она пригибалась под ланцовским замахом. Он бил наискось, что позволяло Хаве выиграть секунды две, которые Николай тратил на замах. Сулийка улыбнулась и нырнула прямо под мечом принца. Оторопев, юный Ланцов, сам того не ведая, подарил его сопернице финальный шанс. Девушка вскочила за его спиной и с небольшой, но всё же силой пнула носком ботинка принца в область под коленями, на что его тело молниеносно отреагировало и практически камнем приземлилось перед ней на колени, а Хава же слабо, но опасно прислонила к шее Николая острие кривой рапиры. Девушка своим спокойным взглядом посмотрела на шокированного принца сверху вниз и совершенно медленно, будто бы издеваясь, улыбнулась:       — Простите, господин Ланцов, — абсолютно нагло. Неискренне.       Девушка приставила свою рапиру еще сильнее к его шее, заставляя юного Ланцова практически оскорблённо выдохнуть весь воздух из лёгких.       Николай медленно, склонил голову, не опасаясь за рапиру, и второй рукой взялся за лезвие меча, с поражением взглянув на свое острие:       — И я приношу свои извинения, Хава.       Сулийка с недоумением смотрела на принца. Она повалила его на колени, а он перед ней извиняется.       — За что?       — За это.       В следующую секунду глухая боль ударила сулийку по ноге и она оказалась на мягкой земле, скуля от боли, видимо причиненной рукоятью меча Ланцова. А его острие сильно и достаточно ощутимо вонзалось в бешено колотящееся сердце чужестранки, однако спустя несколько секунд все же опустилось.       Наставник довольно, словно чёрт из табакерки, захихикал, но тут же придал своему выражению лица спокойный вид, как только увидел, что его ученик и гостья, пожав друг другу руки, шагали к нему.       — Итак, спасибо, Хава, что преподала его Высочеству урок.       Николая будто бы холодной водой окатило, но он со всем своим напускным спокойствием спросил:       — И какой же у меня был урок в этот раз?       Учитель хмыкнул в свои усы и принялся методично раскачиваться на пятках взад и вперёд, сцепив руки за спиной. Порой в такие моменты он напоминал младшему принцу жабу. Такую важную, которой не хватало только монокля и королевской печати для пущей важности.       — А урок был таков, Господин. Никогда не недооценивай врага. Неважно: мужчина он или очаровательная молодая девушка. В каждом человеке есть сила духа, которая воспитала всех по-разному. Даже самый грозный и большой мужчина может испугаться при виде противника, чего в этой ситуации может не сделать на первый взгляд хрупкая девушка.       Николай всегда вежливо слушал наставника, в то время как исподлобья наблюдал за скучающей Хавой, которая рассматривала «солнечных зайчиков» от ее погнутой, не без его помощи, рапиры, на которую падал солнечный свет.       — А ты молодец, Хава, —обратился учитель к ней. Сулийка быстро опустила рапиру и с огромным уважением смотрела в глаза учителю. — Но будем честны, если бы Николай Александрович ожидал такой подвох, то шансы на победу у тебя были бы гораздо ниже.       — Победу?! — возмутился принц.       — Разве вы готовы заявить о том, что победили хрупкую девушку-чужестранку? — с укором спросил мужчина. — Разве не так, моя очаровательная помощница?       Хава кивнула и примирительно улыбнулась слишком серьезному Николаю, который горделиво выпрямился, когда учитель предупредил что он опасный соперник, а тем более мужчина, уважающий дам.       — Думаю, вы можете идти. Хава, твой отец будет ждать тебя в твоей комнате, просил обязательно зайти после тренировочного боя.       — Конечно, спасибо, учитель.       Хава отдала рапиру учителю и поклонившись Николаю ушла с поля.

***

      — И ты прямо-таки повалила его на колени, — с подозрением сощурил глаза Яман Каффе, отец Хавы.       Грозный, высокий, статный мужчина в одеждах равкианцев, которые выглядели на нем нелепо. Его красивое и спокойное лицо было исполосовано белыми шрамами, как будто оставленными острыми когтями орла, а серьезные глаза смягчались только при виде единственной дочери.       — Ты не веришь мне? — искренне оскорбилась дочка. — Завтра, когда учитель тебе скажет, как я уделала принца, то в знак извинений я хочу что-нибудь сладкого, как вчера.       — Хорошо-хорошо, госпожа Хава, я вам верю, а сладкого могу принести просто так, — он поцеловал её в макушку. — Но, дочка, не смей хвастаться, тем, что повалила принца ни перед кем. Просто забудь, что это было.       — Но ведь…       — Это не просьба, — перебил её отец. — А мое последнее слово.       — Ладно, — с толикой грусти ответила Хава.       — Да и разве нужно вспоминать этого заносчивого, по твоим словам, принцем? Ты ведь скоро будешь тут работать, а здесь так много девочек твоего возраста, точно с кем-то подружишься, — уверил её отец.       — Может, — согласилась Хава. Внезапно её взгляд загорелся, и она с надеждой посмотрела на Ямана. — Отец, можно напоследок взглянуть на закат? Когда я шла сюда, видела безлюдный балкон, а сейчас еще и вечер, всего лишь пять минут перед сном в последний раз… — быстро затараторила юная Каффе       — Если всего на пять… — замялся удивленный Яман. Хава же быстро закивала. — Ох, ладно дочка, но в следующий раз я не пущу, нам стоит привыкнуть к законам…       Она кивнула и быстро вышла из комнаты, не дослушав отца.       Раньше она всегда смотрела, как солнце уходит за горизонт. Мама рассказывала, что там, где солнце поднимается, есть лучшая жизнь. Там любят всех и без разницы кто ты, откуда явился и что оставил в прошлом. Главное, что принесешь в будущее. Именно поэтому у этой страны было такое название: Новая Земля. Хава мечтала попасть туда не со слов родителей, нет. Она хотела туда, чтобы исполнить мечту погибшей матери. Но как же им теперь попасть в эту Утопию, каким путем?       В коридорах ходят служанки с подносами полными еды. Они торопятся, поэтому не обращают внимания на чужую, в странной одежде девушку. Оно и хорошо, как говорил отец она будет привлекать меньше внимания. Однако все служанки как одна заходили на тот самый балкон, который Хава видела, возвращаясь с тренировочного боя. Сейчас он был оформлен просто сказочно: сбоку виднелись ряды пёстрых цветов на перилах, горели фонари, и солнце все ещё отдавало тепло этому прекрасному месту. Но подойдя ближе Хава, обреченно выдохнула. Тут стоял длинный стол, накрытый дорогой шелково-золотой скатертью и сервированный лишь тарелками и приборами, а служанки спешно расставляли еду. Значит сегодня она не сможет увидеть свой последний закат.       Хава удрученно улыбнулась и развернулась обратно к своей комнате. Медленно и нарочито громко стуча каблучками она шла по каменным плитам, упустив последний шанс вспомнить о маме в закате. Но может как-нибудь потом? Может и сам отец захочет посмотреть на солнце, опять расскажет что-нибудь интересное,и Хава снова почувствует себя собой. Сулийкой, странствующей вместе со своей большой семьей по протоптанным годами дорогами, ещё до того как их всех убили.       — Ты так горда победой что даже не посмотришь на меня? — испуганная Хавва повернулась на мимо проходящего Николая. Запутавшись в раздумьях, она даже не заметила его, и наверное показала сильное неуважение. — Что ты здесь делаешь?       — Царевич, — девушка быстро поклонилась и выпрямившись опустила взор. — Прошу прощения, я не заметила вас.       — Это я понял, но мне интересно почему ты не заметила? И почему свободно тут разгуливаешь? На ужине не должно быть посторонних, приказ Царя.       — Я хотела посмотреть на закат, но уже ухожу, простите, если потревожила вас. — вновь поклонившись Хава хотела было уйти, но заносчивый принц опять её окликнул.       — Мы ведь не закончили разговор, — он осуждающе поцокал ей в спину.       — Я вас слушаю, — не смея поднимать глаз повернулась обратно Хава.       — А ты уже не такая уверенная, как часом ранее.       — Прошу прощения, если была с вами груба, — она жалела лишь о том, что приняла предложение учителя.       — Расскажи-ка мне побольше о сулийцах, — неожиданно выдал Николай.       Хавва удивилась и тайно закатила глаза от настырности принца. Что ему от неё надо?       — О нас вам может интересней рассказать мой отец, я не обладаю красноречивыми словами.       — И всё же.       — Думаю, вам пора на ужин, — начала терять терпение девушка.       — А если вместо него мы пойдем на пустой балкон и ты посмотришь на закат? — не уставал Ланцов.       Хава с удивлением посмотрела на принца, на лице которого отображались наглая улыбка и веселый взгляд. Он явно не отстанет, увидев, что ухватился за единственную ниточку их разговора.       — Думай быстрее, солнце уже садится.       Сулийка нервно сжала ткань брюк и мысленно уже поругала себя голосом отца. Но ведь это в последний раз. И про наследника можно не рассказывать. Значит такую оплошность вполне можно простить.       — Хорошо.       Николай улыбнулся еще шире и быстрым шагом пошел в другую сторону от балкона, попутно оглядываясь на отстающую от него сулийку. Он резко повернул вправо — в узкий темный коридор и немного ускорил шаг. Пройдя где-то десять метров, он остановился напротив деревянной двери. Хава уже начала волноваться, но виду, что готова в любой момент развернуться и убежать, не подавала.       Николай, обернувшись и снова убедившись в наличии Хавы, толкнул плечом дверь. Она громко заскрипела но все же поддалась и открылась.       — Прошу, — услужливо пропустил принц девушку.       Она усмехнулась и прошла внутрь, с недовольством увидев закрученные лестницы, ведущие вверх. Благо их было не так много, а на верхней площадке была видна еще одна дверь.       — Быстрее, — поторопил её принц.       Хава кивнула и торопливо забралась по ступенькам. Сзади послышались шаги принца. И вот опять дверь на маленьком выступе. Хава уступила дорогу Николаю, и тот снова толкнул плечом и открыл дверь.       Перед Хаввой открылся прекрасный вид на узком но длинном балконе. Она восторженно улыбнулась и шагнула вперед, вдыхая свежий воздух и становясь неподалеку от уже не такого и заносчивого Ланцова.       Сверху солнце еще красивее. Оно освещало своими последними золотыми лучами огромный лес за пределами замка. Казалось каждый листочек на этих высоких деревьях захватило солнце. Равка и вправду величественна. Но отсюда виднелся и зловещий Каньон. Далеко, словно черная кровоточащая рана он устрашающе колыхался. Хава была готова поклясться, что даже тут слышит крики таинственных волькр в нем и невольно задумывается о тех, кто попадает в их когтистые лапы.       — Тут боевая позиция стрелков. Поэтому здесь такой хороший обзор и никого нет. Пока нет, — объяснил Ланцов. — Согласись, тут лучше чем на том балконе.       — Почему вы вышли сюда, Ваше Высочество? Сейчас же ужин с вашей семьей, — невольно вспомнила Хава.       — Вряд ли с семьей, — мгновенно помрачнел Николай. — На каждый завтрак, обед, ужин к нам приходят и на официальный прием. Я этого не выношу. Лучше немного поголодать, чем слушать о плохой полировке железных влачек, — фыркнул парень.       — Ваш отец не разозлится? Вы же наследник трона, — удивилась беспечности Николая Каффе.       — Не думаю. Я ведь второй принц, я нужен только если с первым что-то случится, — пожал плечами он.       Хава промолчала, лишь прикусив язык. Принц говорит так, будто он лишний ребенок в семье. Разве такое бывает?       — Так все же наша сделка. Ты обещала рассказать побольше о себе.       — Я обещала рассказать побольше про сулийцев, но не о себе.       — А разве ты не сулийка?       Хава усмехнулась и все же кивнула.       — Мы передвигаемся маршрутами, которые протоптаны годами, — начала девушка. — Кочуем по странам предлагая товары, которые находили в пути. Но это было тогда когда мне было одиннадцать. Уже четыре года мы живем в Равке.       — Значит твой отец работал раньше учителем в городской школе? — предположил смышленый принц       — Да, — улыбнулась ему Хава. — Но отец ученика очень похвалил его перед царем, а потому, что он был кем-то важным в столице, Его Величество, Александр III пригласил отца учить вас и вашего брата.       — Не думал, что теперь придется заниматься и этим, — устало закатил глаза парень. — А вы кочевали с отцом только вдвоем? Поэтому решили остановиться тут? Наверное было сложно.       — Нет, у нас была большая семья. Но, к сожалению, в один день мы всех потеряли. Отец понял, что хорошие деньги не стоят того, чтобы терять друг друга, и решил тут остаться. Поэтому мне нравится смотреть закаты. Я вспоминаю о семье, о мечте, которая точно должна осуществиться.       — Соболезную, — тихо сказал Николай. — Если не секрет, то что за мечта?       — Новый Зем.