Каменная кожа

Долго ли, коротко ли ехали Иван да Алтыншаш, пока не приехали в деревню, показавшейся им мрачной да молчаливой. Ставни в окнах плотно закрыты, по улицам не бегает детвора, не слышно даже пения птиц да радостного мычания коров, жующих сочную, зеленую травку. — Как думаешь, Алтыншаш, что здесь приключилось? — спросил Иван, помогая слезть с коня и суженой. — Нежели беда какая, так помочь да подсобить надобно. Алтыншаш лишь осторожно ступила на землю да плечами пожала. Иван заприметил, как она мимолетно сжала ручку кинжала, проверяя, что он на месте. Если сперва сокрушался Иван, что не Марью-красу спас, то после полюбилась ему Алтыншаш боевым нравом да готовностью вместе с Иваном отправиться в любое опасное путешествие. Родители тоже сперва приняли невестку настороженно, но, когда она показала добрый нрав да умение ладно хозяйство вести, так и смирились, что не Марью-красу Иван от Кощея спас. Так и жили душа в душу, горя не знали да порой выбирались из дома мир посмотреть да приключений найти, чтобы совсем от сытой жизни не заскучать. Так, озираясь по сторонам, и добрались они до дома старосты. Постучал Иван, да только тишина была ему ответом. Повторил он громче стук богатырский, да только снова ничего не произошло. — Открывай, богатырь приехал! — Стук стал еще громче, даже ставни сотрясались от силушки богатырской. — Что стучишь? — На пороге показался старичок, попытавшийся словно бы уменьшиться, лишь бы не привлекать внимания. — Был тут уже один богатырь, а толку? Эти существа как нападали, так и нападают. Иди куда шел да не беспокой людей. — Так не выйдет. — Иван не дал старичку захлопнуть дверь, протиснулся внутрь дома, приглашая за собой и Алтыншаш. — Сейчас ты нас накормишь, напоишь да подробненько все расскажешь. — Марусь, накрывай, — вздохнул старичок да указал гостям на стол, — все равно же не отделаемся от богатыря. Так и узнал Иван, что поселились за деревней создания странные, на летучих мышей похожие, да только раза в три-четыре больше. Сперва только по ночам нападали, а потом так осмелели, что и днем стали людей в логово утаскивать. И стало всем боязно из домов выходить, чтобы в лапу чудищам не попасться. И прибыл богатырь вчера буквально, пообещался, что победит, да только так и сгинул, словно и не было его вовсе. Покивал Иван головой, выслушал хозяина да пообещался, что с бедой справится. Хозяин только рукой на него махнул да за дверь выставил, словно боялся, что богатырь тоже чудищем обернется. Хотя кто разберет эту нечисть, коей развелось столько, что Иван и упомнить уже не мог. Отправились Иван с Алтыншаш к логову чудищ, да решили сперва к речке заехать, воды набрать да привал сделать, обдумать, как чудищ убивать будут. А, глядь, возле воды богатырь знакомый, да не один, а с невестой. Сидит он на камне, она ему руку перевязывает, а на ней следы от когтей даже с расстояния видно. — Батыр, ты ли это? — Иван подскочил к старинному другу и протянул руку. — Иван! — Батыр подскочил да заключил Ивана в объятия, стиснув со всей силушки богатырской. — Какая ты красавица стала, Алтыншаш, — улыбнулась Марья, обнимая Алтыншаш. — Уж не краше тебя, — отмахнулась та. — Вижу, не совладал ты с чудищами. Батыр лишь головой покачал да стал рассказывать, как забрался в логово, а на него вылетели создания в половину его роста, крылья огромные кожистые, клыки острые, а кожа словно каменная. Еле ноги унес. Сели богатыри думу думать, а Марья с Алтыншаш о чем-то тихонько переговариваться стали. О женском болтать, видимо, а потом и вовсе собрались да ушли вдоль берега реки гулять. Вернулись они с травами какими-то интересными. — Вы вот как сделайте, — начала Марья, — травы эти ядовитые, мечи ими смажьте да раскалите добела, чтобы сталь горячей стала. — Мечи горячие кожу каменную и расколят, — сказала Алтыншаш, — а пока вы чудищ убивать будете, мы с Марьей ужином займемся. Послушали Иван и Батыр жен своих и отправились к логову. А место возле логова жуткое: трава мертвая, деревья голые, словно сама смерть тут побывала. Жутко Ивану стало, да грело, что плечо друга рядом. И трусом перед Батыром показаться не хотелось, хоть и ощущалось, что страшно другу не меньше. В этом месте даже говорить не хотелось. Молча костер развели, мечи раскалили да наказ жен не забыли. В логове пахло жженым костром, тухлым мясом и гнилью. С потолка капала вода, с противным стуком разбиваясь о каменный пол. Это выводило из равновесия, добавляя мрака и жути. Иван аж плечами передернул, а уж, как повалили твари со всех сторон, чуть не дернулся со страху, но остался стоять на месте. Батыр встал к его спине, чтобы не дать нанести предательский удар. Твари скалились, с их клыков и когтей капала кровь. Не были они не похожи ни на кого из ранее виданной Иваном нечисти. Замахнулся Иван мечом и с легкостью отрубил твари крыло. Та взывала, явно не ожидала, что меч возьмет ее грубую кожу. Тут Ивану легче стало, ведь работал наказ жен. И в кого они такие не только красавицы, но и умницы? Ощущение спины друга дарило смелость. Закружился Иван будто в танце с Алтыншаш, стал кромсать и рубить направо и налево. Чудища, явно прыти такой не ожидающие да в броню верующие, стали врассыпную кидаться. Да только Батыр и Иван каждого догнали, все уголки подземелья исследовали, всякую тварь извели, чтобы люду жилось спокойно. — Не так страшен черт… — протянул Иван, выходя из логова. И сразу солнце заиграло, как-то даже мертвая трава да голые деревья стали дружелюбнее выглядеть. Верилось Ивану, что вновь расцветет жизнь возле этого места, а со временем даже ребятишки станут играть в пещере, не боясь тварей, что сегодня сгинули. — С другом любая беда по плечу. — Батыр хлопнул Ивана по спине. Вернулись они к женам, а там уже ужин готов, а сами Марья да Алтыншаш венки плели из цветов желтых и голубых. Сели они за стол, стали женам про приключения рассказывать, а, как время прощаться пришло, пообещали они друг другу раз в год на этом же месте встречаться, логово на всякий случай проверять.