По сценарию

Как же он её бесит... Вечно выпендривается, изображает из себя непонятно что, флиртует со всеми девушками на съёмочной площадке, иногда бывает агрессивен, часто хмурится, одним словом, ведёт себя как скандальный актёр, который с каждым новым проектом встречается с новой девушкой. Плохо ли это, когда он играет такого же скандального, но обаятельного персонажа? ...как же она его бесит. Вечно думает, что главнее него, уверяет в том, как ненавидит его, а другим строит глазки, нечаянно влюбляет в себя всех мужчин актёрского состава и не только, слишком много разговаривает... этот список бесконечен, но остальные её обожают. И, ровно так же, плохо ли это, когда она играет роль девушки, характер которой полностью совпадает с её? В общем, уже на съёмках сериала, в котором они играли второстепенные роли, которые никак не были связаны друг с другом, эти двое друг другу готовы были глаза повыкалывать и волосы повыдирать, а тут.. режиссёры увидели между ними какую-то "химию", когда он пытался с ней флиртовать, а она послала его на три весёлых буквы и обозвала ходячим тестостероном, и, не предупреждая каждого из них, поставили их на главные роли в новом романтическом сериале! Моран всегда знал, что люди этой профессии не особо дружат с головой.. ..так же, как и те, кто заканчивает учебу на актерские специальности. И здесь не пришлось даже играть: персонажи слизаны с их же личностей. Нужно просто быть самими собой. Вести себя так же, как ведёте обычно. Адлер смотрит на него искренне. Искренне недолюбливая. Так же и он. И, непонятно почему, но режиссёр, который постоянно разнимает их непрофессиональные перепалки посреди сцены, увидел между ними какую-то искру, о которой вечно твердит, когда оба появляются в кадре. С каждым хлопком нумератора с надписью "сцена: ссора" они оба словно метают друг в друга ножи и такие колкости, каких в сценарии нет, но приходится добавлять, потому что они звучат уж слишком натурально и по-настоящему. — Да у тебя лицо кривое-косое! Никто так не улыбается! — Ирен задирает аристократично-аккуратный нос и отводит голову в сторону. — Чего!? А ты что, видела, как красавчики улыбаются? Им от тебя только убегать, да пятками сверкать приходится! — Себастьян наоборот, смотрит на неё с полным негодованием. — А, ну да, меня-то у тебя обольстить не получилось, вот ты и бесишься. — Не очень-то и хотелось. — Бесит меня твой цинизм по отношению к женщинам. Так потом и будешь всю жизнь за счастьем гоняться, а тебя уже никто и не полюбит. — О, нет, дорогуша, ты не понимаешь. — он немного нахмурил брови, а взгляд слегка заострился, подобно хищнику в процессе охоты. — Всё, что до свадьбы – кастинг. Вот эта фраза хорошо врезалась ей в память. Честная до невозможности. И кое-что она заметила позже. Они играют героев, которых бесят те слепые обожатели внешнего вида и лестных слов, которые любят только глазами или ещё чем пониже. Но, встретив того, кому они не нравятся, они со временем по сюжету начинают думать об этом человеке в обратном направлении. Любовь – штука странная и, как по сценарию самого заезженного из всех возможных романтических сериалов, возникает неожиданно. Больше всего в таких сериалах непонятна быстрая и необоснованная ничем симпатия главных героев. Но, знаете, существует непреложная аксиома — чем правдоподобнее кино, тем больше зритель ему верит, сопереживает и вовлекается. Особенно, если актёры проживают все чувства вместе со своими персонажами. Ирен считала, что сценарий – бред сумасшедшего. До тех пор, пока ей не надоело ругаться и она стала игнорировать его раздражающие выбросы эмоций. А он тоже со временем слегка остыл. После выговора от режиссёра подумал, что раз уж они не просто ссориться приходят, а сниматься в сериале, то придется сотрудничать. Да и в спокойном состоянии блондинка выглядит гораздо обворожительней, чем вставшая на дыбы шипящая кошка. Язвительные словечки их общение никогда не покидали, но той обычной кровавой бойни больше не было. Ужин после работы, чашка кофе перед очередной съёмкой, споры в гримёрке о том, как лучше подчеркнуть его выразительные черты лица, рандомное цитирование строчек из сценария с драматичным видом.. швыряться реквизитом было гораздо веселее, чем ругаться. Время шло, вне съёмок Моран стал замечать больше хитрых взглядов в свою сторону. Кровь приливала к ушам, заставляя их слегка краснеть. Вот чертовка. Всё-таки смогла. Щелк хлопушки-нумератора ознаменовал начало новой сцены. И всё бы ничего, да вот только сцена эта – сцена поцелуя. Первого поцелуя главных героев. Ну, чего и требовалось ожидать, спустя тридцать-то серий. Самое главное – сохранять рассудок. Она делает это не впервые, и кого только уже не перецеловала за всю свою карьеру актрисы. А он вот больше снимался в боевиках, чем в мелодрамах. Конечно, целовать со всей душой и не особо нужно, можно только создать видимость, а это у неё получается превосходно. Прежде всего позвать координатора подобных сцен, обсудить, за что хвататься нельзя, коснуться губами, рассчитать наклон головы и.. Да к черту эти правила. Вот их как будто для дураков пишут. Чего учиться устроить руку на чужой талии, притянуть осторожно к себе и напористо поцеловать? Ведь если уж снимаете кино, так снимайте реалистично! Для неё это было неожиданно, с губ соскочил удивленный вздох, плечи её вздрогнули так естественно, а голубые глаза распахнулись в искреннем недоумении, что и притворяться не пришлось. Всё как по сценарию. И даже лучше. Ради красивого кадра можно и ответить на самый настоящий поцелуй. Только ли ради кадра? Нет. Она удивилась, но была готова к тому, что он так сделает. Знала и специально подалась навстречу, ожидая, что он снова зайдёт в тупик, и ошибочно считая, что у него, как и у других мужчин, мозг меньше, чем у хомяка. — Снято! Молодцы, просто молодцы! — режиссёр завороженно захлопал в ладоши, очевидно довольствуясь тем, какой он молодец, что выбрал их на главные роли. — Давайте на перерыв. — Ну кто так целуется-то? — Адлер даже не церемонится, бесшумно подкрадывается к его гримёрке и закрывает за собой дверь, скрещивает руки на груди и облокачивается на дверь спиной. — И это похититель женских сердец? — А что? Ты знаешь, как целуются похитители женских сердец? — Моран слегка нахмурил брови, сунул руки в карманы и подошел ближе. Его широкие плечи закрывали обзор, и чем ближе он подходил, тем меньше оставалось путей для отступлления. На лице образовалась небольшая ухмылка. — Или хочешь заново отснять сцену? Еще раз пробежаться по сценарию? — Нет. Целуешься ты позорно, видимо, придется тебя научить. — блондинка и не собиралась сбегать, только небрежно дернула за галстук, слыша, как его ткань треснула. Костюм не жалко, всё равно он не его собственный, а заплатить за порчу сценическо-постановочных средств ничего не стоит. Она говорила нежным-нежным полушёпотом, почти мурлыкала в чужие губы, так, чтобы он понял, что она достойна стать победительницей его кастинга. —Иначе актёр из тебя выйдет такой же никудышный, как дамский угодник. А сценарий.. можно немножко усовершенствовать.