Система звезды Акон

– Ну что, трахнешь меня? – Тео хотелось уже так сильно, что зубы сводило. Чертова течка. Несмотря на то, что он был стерильным и не мог понести, трахаться ему хотелось почти все время. А в течку так просто до помешательства. И течки у него наступали стабильно раз в три месяца. Некоторые омеги не могли дождаться этого годами, хотя и хотели детей и вот этого всего. А Тео не только не хотел, но и не мог. Но течка приходила как по часам, так уж распорядилась природа. Поэтому Тео ходил по вечеринкам и цеплял красавчиков, таких как этот Роуэл. Иногда он с ними даже не знакомился. И с этим бы не познакомился, если бы не услышал, как кто-то называл его имя. Роуэл был альфой в возрасте активного гона и не мог не почуять запах течного омеги. Так что затащить его в пустую комнату было не сложно. – Хочешь, чтобы я тебя трахнул? – Роуэл прижал Тео к стене и задрал его длинную юбку из тонкого шелка. Под ней ничего не было, даже белья, которое омеги обычно носили, чтобы скрывать стояк. Настолько откровенно показывать свои желания считалось неприличным даже на таких закрытых приемах, куда половина гостей приходила с целью завести интрижку. Тео не понимал этого. Зачем что-то скрывать, когда итак всем все понятно. Но общество считало иначе. Поэтому на Тео зачастую смотрели с осуждением. Впрочем, ему было превать. – Ты же понесешь… - Роуэл прижался к нему так сильно, что даже дышать стало трудно. - Хочешь обзавестись бастардом? У него не будет никаких привилегий, ты знаешь об этом? – Был бы я тут, если бы мог понести, – фыркнул Тео. – Я стерильный. Сам понюхай, – запах стерильных омег отличался во время течки. И опытный альфа мог это учуять. А еще все стерильные омеги получали метки, особые татуировки. Их делали на груди, обычно над левым соском. Тео свою даже не скрывал. Хотя многие этого стыдились. Быть бесплодным для омеги считалось большим позором. Тогда как бесплодные альфы – беты – хоть и не были на вершине социальной пирамиды, но и отбросами тоже не считались. Многие беты были уважаемыми членами общества, и даже брали на попечение омег и их детей. Тео считал это крайне несправедливым и даже противоестественным, но такую точку зрения мало кто поддерживал. Роуэл потянул носом и довольно улыбнулся. Он словно бы расслабился, осознав, что может получить течного омегу прямо сейчас без всяких последствий. На самом деле, бастарды не были такой уж большой проблемой для большинства альф, потому что их всегда можно было пристроить какому-нибудь бете в семье. Но вот если кланы омеги и альфы враждовали между собой по какой-то причине, это могло стать проблемой. Поэтому многие альфы старались не заводить детей на стороне, если не были уверены в том, что между кланами не было вражды. Так что сомнения Роуэла были понятны. – Ну… что ж… – он расстегнул ширинку и немного приспустил узкие штаны, освобождая свой весьма приличных размеров член. Тео чувствовал стояк сквозь одежду, в основном, сквозь одежду Роуэла, конечно. Но даже его размер удивил. Природа не обделила этого альфу. Такой точно мог удовлетворить любого. Тео даже немного позавидовал его омегам. Судя по золотым кольцам в хряще правого уха, их было трое. Не так уж много для состоятельного альфы. Но многие предпочитали жениться не сразу, а постепенно собирать в гарем новых красивых и молодых омег. Судя по всему, Роуэл избрал именно этот путь. Но проколы хряща были явно не свежими, так что с последней свадьбы прошел минимум год. И у всех омег Роуэла наверняка уже есть дети. Иногда Тео думал о том, что было бы, наверное, неплохо выйти замуж, тогда не пришлось бы каждый раз искать кого-то, кто мог бы его удовлетворить. Не пришлось бы думать о деньгах, решать множество бытовых вопросов. Но мало кто хотел взять себе стерильного омегу. Ну, точнее, вообще никто не хотел. По крайней мере, из тех, кого Тео принимал в расчет. Это считалось позором. Если омега не мог понести хотя бы раз, он считался бесполезным. Впрочем, Тео привык к своему образу жизни и умел наслаждаться свободой и вниманием десятков альф, чего никакой другой омега не мог бы себе позволить. Тео развернулся спиной к Роуэлу, наклонился вперед и оперся о стену. Полы его юбки разошлись сзади, обнажая пухлую из-за течки задницу. Смазки было так много, что Тео чувствовал, как она течет по ногам. Если бы Тео не был стерильным, он давно уже был бы в чьем-нибудь гареме. Причем, какого-нибудь высокопоставленного, ну или хотя бы просто очень богатого альфы. Он был очень красив – высокий стройный блондин с длинными ногами и упругой задницей, которая заметно увеличивалась во время течки и становилась еще более округлой и аппетитной. Некоторые омеги почти не менялись во время течки, их выдавал только запах. Но у Тео это проявлялось и во внешности – его задница переставала помещаться в почти любые его штаны и текла так сильно, что ему приходилось носить юбки. Когда течки не было, он предпочитал штаны, так его чаще всего принимали за бету. И так было гораздо проще. Большинство омег его возраста были замужем или на попечении каких-нибудь бет, и редко выбирались из своих усадеб без сопровождения. Да и вообще редко куда-то выбирались. Тео же не любил сидеть дома. Постоянно таскать с собой кого-то из прислуги ему тоже не очень нравилось. Но с его ростом и фигурой он вполне мог сойти за бету, чем и пользовался. Но во время течки скрывать изменения было сложно. Кроме сильного запаха, менялось и тело. Бедра становились более округлыми, грудь немного набухала. Не так сильно, как у кормящих омег, конечно, но тоже довольно заметно. Соски все время торчали. А еще стояк. Часто незамужние омеги носили специальное белье, чтобы его скрыть, но Тео не мог его носить, потому что это было слишком дискомфортно и даже больно. Впрочем, однажды он чуть не попал в гарем. После первой течки. Как и всех омег, родители вывели его в свет, представили на специальном ежегодном балу омег во Дворце Плодородия. Он моментально стал самым популярным омегой среди тех, кого представили в первый раз. И к нему тут же выстроилась очередь альф, желающих его заполучить. Нужно было только выбрать кандидата в мужья получше, чем Тео и занимался, хоть и без особого интереса. Перед замужеством каждый омега должен был пройти обязательный медосмотр и получить заключение о том, что он может понести. Обычно это было формальностью. Но доктор, который осматривал Тео, заподозрил, что с ним что-то не так. Он сделал анализы и обнаружил, что Тео стерилен. Для его семьи это стало трагедией, хотя сам Тео не особо расстроился. Ему не очень-то хотелось замуж, рожать и нянчиться с детьми. Ему нравились балы и вечеринки, на которые его теперь приглашали довольно часто, нравилось флиртовать с альфами, получать их внимание и благосклонность. После замужества ничего этого не было бы. В лучшем случае он побыл бы фаворитом несколько месяцев, если очень повезет, то до рождения первенца, а потом стал бы одним из многих, запертых на своей половине омег, которые только рожают и возятся с детьми. Сомнительная перспектива. Конечно, быть стерильным – это позор. Но это также и свобода. Кроме того, Тео не видел в самом себе недостатков. И, узнав о своей стерильности, не испытал разочарования. Будучи совсем юным, он не совсем понимал, что будет дальше, что его ждет и какой станет его жизнь, но и ощущения краха тоже не испытывал. После долгого и тяжелого разговора с родителями, решили, что Тео лучше от них съехать. Он не возражал. Излишняя опека немного напрягала его, и он был только рад от нее избавиться. Его обеспечили всем необходимым для безбедной и местами даже роскошной жизни, но семья от него официально отказалась. Хотя он и продолжал в тайне общаться с братьями, большинство из которых, впрочем, довольно скоро вышли замуж. Но он больше не носил фамилию отца, и на людях они делали вид, что незнакомы. Зато Тео получил свободу и возможность наслаждаться вниманием альф, в котором у него не было недостатка. Он покупал дорогие наряды и украшения, его приглашали на балы, приемы и вечеринки, даже несмотря на его не очень одобряемый статус, просто потому что он был очень красив. И многие альфы, узнав, что Тео будет на приеме, тоже стремились туда попасть. Многие солоны в Ордон-бере пользовались этим. Он был как дорогое, красивое, даже экзотическое украшение, которое все стремились заполучить. И ничуть не возражал против этого. И хотя многие в общества смотрели на Тео с укоризной, его это нисколько не останавливало. Потому что он знал, что наедине на него бы смотрели с вожделением. Ему нравилось быть в центре внимания, нравилось самому выбирать альф, которых он подпускал к себе. Нравилось быть привлекательным, ловить на себе жадные взгляды. Нравилось получать подарки и знаки внимания. И он ни за что не отказался бы от этого ни за какой общественно одобренный брак. Если быть честным, Роуэл ему не очень-то и нравился. Да, он был красивым, даже очень. Богатым, судя по дорогой одежде и огромному сапфиру в его ожерелье. Хотя он явно не кичился своим богатством, потому что его наряд нельзя было назвать очень уж роскошным. И если бы Тео не разбирался в драгоценных камнях и ценах на них, то принял бы Роуэла за середнячка. Но это явно было не так. С одной стороны, он уважал это в альфах. С другой стороны, ему нравились транжиры, которые осыпали его подарками, дорогой одеждой, украшениями, косметикой, деликатесами. Кроме того, Роуэл был красив. Так красив, что любой омега потек бы только от одного его вида. И это тоже был минус для Тео. Такие альфы требовали больше внимания к себе. Что, по мнению Тео, было слишком хлопотно. Так что он старался избегать таких явных красавчиков как Роуэл. Он бы и сейчас прошел мимо. Но его запах… От этого запаха у Тео закружилась голова и задница потекла так, что пришлось бежать подмываться, хотя это и не особо помогло. Роуэл тоже почуял его запах и пошел за ним. Он застал Тео как раз тогда, когда тот выходил из уборной. Он знал, что по его запаху и мятой юбке Роуэл все понял, и просто предложил ему пойти в любую пустую комнату. Он хотел просто покончить с этим. Когда альфа кончал в него во время течки, его немного отпускало, и Тео мог отдохнуть какое-то время. Пусть Роуэл и не будет за ним красиво ухаживать, но что ж, не всегда ему везет. Тео прогнулся, подставляя свою задницу Роуэлу. Он знал, что в начале наверняка будет больно, потому что член у этого альфы был просто огромный. Но только в начале. Во время течки боль от первого проникновения довольно быстро проходила. – Ты так сильно течешь, – Роуэл провел ладонью между ягодиц Тео, размазывая по ним смазку. – Что, твои омеги не текут так сильно? – усмехнулся Тео, чуть поворачивая голову назад, чтобы посмотреть на Роуэла. Но тот никак не отреагировал на этот вопрос. Вместо этого он сунул большие пальцы во вход Тео и развел их, растягивая его анус. Как будто бы решал, подходит ли Тео для его гарема или нет. Достаточно ли его вход хорошо тянется, чтобы роды не были слишком тяжелыми. Много ли детей он сможет выносить и родить прежде, чем течки прекратятся. Это взбесило Тео. Ему не нравилось такое отношение, и если альфы пытались проделывать с ним нечто подобное, он сразу же прекращал общение с ними. – Нравится смотреть на мою течную задницу? – фыркнул Тео. Он уже начинал терять терпение. Если бы не запах Роуэла, он бы уже свалил отсюда и забыл все это как страшный сон. Но его запах был слишком сильным и слишком привлекательным. – У тебя красивая задница, – ответил Роуэл. – Жаль, что ты не можешь понести. Я бы взял тебя в гарем. – А мне какой прок от того, чтобы сидеть в твоей золотой клетке? – Тео начинал злиться и уже не хотел этого скрывать. – Ты любишь деньги, – ответил Роуэл. – Я видел, как ты флиртуешь с богатыми стариками. Я знаю, сколько стоят твои серьги и браслеты, и ты явно не честным трудом на них заработал. А я богат. И молод, к тому же. У тебя было бы все, что ты пожелаешь, – он, наконец, подставил член ко входу Тео и с силой толкнулся. Тот вскрикнул, чувствуя резкую боль, как было всегда в самый первый момент, даже если член у альфы не был таким большим, как у Роуэла. Но боль почти сразу же прошла, и теперь Тео чувствовал только наполненность. Член Роуэла растягивал стенки его входа и вызывал еще большее выделение смазки. Он был таким огромным, что головка, кажется, упиралась в матку, когда он входил до конца. Тео застонал и прогнулся сильнее. Хотя слова Роуэла и взбесили его. Кто он такой, чтобы судить о том, как живет Тео. Это не его дело и никогда им не будет. – У меня и так есть все, что я пожелаю, – выдохнул он, когда Роуэл дал ему небольшую передышку, чтобы перевести дух. Тео вполне устраивал его образ жизни, и он не хотел ничего менять. Ему было хорошо. Пусть многие и относились к нему с осуждением. Его это не волновало. Он получал столько внимания альф, сколько ни один омега не получал. – Кроме члена, который заставлял бы тебя стонать так, как ты стонешь сейчас, – Роуэл наклонился к нему и прикусил кожу на шее сзади. При этом его член снова вошел до самого основания, заставляя Тео стонать еще громче. Это была правда, так его давно не трахали. Он не мог сдержать стонов, не мог перестать двигаться навстречу Роуэлу. Тео дрожал всем телом и чувствовал, что вот-вот его колени подогнутся, и он упадет на пол, но все равно продолжал похотливо выгибаться, подставляя свою задницу Роуэлу. И хотел только одного – чтобы тот не останавливался как можно дольше. Такое у него бывало далеко не со всяким альфой. – Чтобы трахаться, не обязательно идти к алтарю, – выдохнул Тео. У него были любовники, с которыми он встречался не один раз. И в какой-то степени Тео даже захотелось, чтобы Роуэл стал одним из них. Если закрыть глаза на его самодовольство, а просто трахаться и прощаться сразу после этого, то его вполне можно будет терпеть. – Если бы я хотел это повторить, я не хотел бы делить тебя с другими альфами, – ответил Роуэл. Его голос стал ниже, и таким… немного похожим на рычание. Тео от этого совсем поплыл. А еще от того, как увеличился член Роуэла в его заднице. У некоторых альф перед тем, как кончить, головка увеличивалась почти в два раза, и член почти невозможно было вытащить. Ее размер не уменьшался, пока альфа не кончал. И член оставался таким еще какое-то время после. Это увеличивало шансы омеги понести. Тео слышал об этом, но никогда не встречал. Также он слышал, что омеги получают от этого особое удовольствие, но никогда не имел возможности проверить это на себе. Впрочем, похоже, что это было правдой. Когда головка Роуэла стала увеличиваться внутри него, он почувствовал, что кончает, хотя даже не прикоснулся к своему члену. Его задница сжалась, еще сильнее сжимая огромный член, и сильно потекла. Обильная смазка облегчала проникновение семени в матку. И если бы Тео мог понести, он точно понес бы. К счастью, этого не могло произойти. Семени у Роуэла тоже было очень много, больше, чем у других альф. Тео чувствовал, как его задница наполняется горячей вязкой жидкостью. Разбухшая головка не давала ей вытечь наружу. Он дрожал всем телом и едва не терял сознание от сильного оргазма. Тео не испытывал ничего подобного раньше. Конечно, другие альфы могли удовлетворить его, но на фоне Роуэла они были ненамного эффективней игрушек, которыми Тео удовлетворял себя в отсутствие подходящих альф рядом. – Твои омеги, наверное, все время рожают, – усмехнулся он, когда немного пришел в себя и восстановил дыхание. Но Роуэл снова ничего не ответил, только сильнее вжался бедрами в его задницу. Его член оставался напряженным и увеличенным еще минут десять после того, как Роуэл кончил. Так что им обоим пришлось ждать, когда он немного опадет. Для Тео это было немного болезненно, но довольно приятно. Он снова позавидовал омегам Роуэла, они могли наслаждаться этим каждый день. Хотя, пожалуй, это было несколько утомительным. Дрожь и слабость все еще не прошли. И если бы Роуэл не держал Тео так крепко, то тот бы уже рухнул на пол. Когда член, наконец, немного опал, Роуэл вытащил его из задницы Тео. И тот тут же почувствовал, как семя и смазка вытекают из его растянутого входа, растекаясь по внутренней поверхности бедер и стекают до самых щиколоток. Похоже, туфли теперь безнадежно испорчены. А еще ковер. Но вот это уже не было проблемой Тео. Жидкости было так много, что на полу даже образовалась небольшая лужица. Внизу живота сладко тянуло, хотя теперь Тео ощущал пустоту внутри себя. Юбка тоже была безнадежно испорчена – вся в пятнах семени и смазки. Не выдержав напряжения, Тео опустился на пол возле стены. – Обычно мои омеги вылизывают меня после акта, – сказал Роуэл, доставая платок. Он даже не попытался предложить Тео помощь. – Но тебя я не буду заставлять. – Как великодушно, – фыркнул Тео. Грубость и самодовольство этого альфы были просто запредельными, но сейчас у Тео не было сил, чтобы высказать Роуэлу все, что он думает. Так что он просто понадеялся, что больше они не пересекутся. Хотя, возможно, в следующую течку ему и захочется повторить этот опыт. Слишком уж сильным было то удовольствие, которое Роуэл смог ему доставить. Но в ближайшее время Тео точно не хотел его видеть. По крайней мере, он очень старался убедить себя в этом. Наконец, найдя в себе силы, чтобы подняться, он накинул плащ, чтобы скрыть испачканную юбку. Поправил волосы дрожащими пальцами и решил, что даже подмываться не будет, а просто поедет домой как есть. Вечер пошел совершенно не по плану, пусть он и получил ни с чем несравнимое удовольствие от секса, которое никогда раньше не испытывал. Но Роуэл вряд ли даже вспомнит его на следующий день, а значит, кроме удовольствия, пользы от этого вечера не было никакого. И это несколько огорчало Тео. Он привык к тому, что все его свидания не только приятны, но и выгодны. Хотя, если быть совсем откровенным, он не отказался бы и от других встреч с Роуэлом, его член был просто великолепным. Но высокомерие его обладателя сильно охлаждали пыл Тео. Так что он решил просто оставить все это в прошлом. Приехав домой, он рухнул спать, даже не вымывшись. Просто сил ни на что не было. Обычно он так чувствовал себя после двух или трех альф за ночь, но тут хватило одного. Он снял украшения, распустил волосы, скинул туфли и юбку и бросил их на полу возле кровати. Задница, бедра и ноги были выпачканы семенем и смазкой. Тео чувствовал на себе запах Роуэла, и это успокаивало и будоражило одновременно. Он провел пальцами между ягодиц, пощупал вход, тот был все еще растянутым и припухшим. Он взял банку с заживляющим маслом со столика возле кровати, щедро окунул в него пальцы и намазал вход сначала снаружи, а потом толкнул пальцы внутрь. Они вошли совсем легка, и Тео снова вспомнил член Роуэла, как он протискивался внутрь, как двигался, выходя почти на всю длину, так что внутри оставалась одна головка, а потом входил до самого основания. А потом, когда он стал разбухать внутри, Тео почувствовал такое сильное распирание, что кончил практически сразу же. Если бы только Роуэл не был таким самодовольным козлом, Тео точно захотел бы встретиться с ним еще раз. Он думал об этом снова, и снова, и даже заснул с этой мыслью.