Ближе (не) подходи

Слежку Баки замечает ещё на подходе к памятнику, но планов своих не меняет. Он смотрит в каменное лицо Стива, весьма отдалённо напоминающее оригинал, и одними губами поздравляет его с прошедшим днём рождения. Вокруг памятника навалены цветы, лежат подарки и детские рисунки — близко не подойти. Но зато рядом никого нет, ранним утром 5 июля люди либо спешат на работу, либо отдыхают от вчерашних празднований. Баки тоже отдыхает, хотя время от времени в его ушах эхом отдаются звуки салютов, от которых даже в его достаточно тихом районе Бруклина было некуда деться. Он провёл большую часть ночи перед экраном телевизора, чья громкость не заглушала ни взрывы за окном, ни взрывы, впечатанные в его память войной, миссиями «Гидры» и обоими сражениями с армией Таноса. Днём ему звонил Сэм и говорил обо всём, кроме Стива. Возможно, Сэм ждал, чтобы Баки первый завёл о нём речь. Но Баки нечего было сказать. Он отворачивается от памятника и направляется к следующей цели своей прогулки — Проспект-парку. Под ногами шуршат конфетти и серпантин. Следящий за ним идёт на почтительном расстоянии. Баки неспешно шагает вдоль озера. Несколько уток подплывают было к берегу, завидев его, но быстро теряют интерес, поняв, что он не собирается их кормить. Больше никакого движения на поверхности воды не наблюдается — пожилая соседка недавно поделилась, что пару лет назад тут выловили несколько беспризорных аллигаторов. «Вот так и думай, что все эти россказни про канализацию просто детские страшилки», — добавила она тогда и принялась, скорее, по привычке ругать современную молодёжь. Баки смотрит на воду, вспоминая, как зимой 35-го бегал со Стивом до Гарлема смотреть на забитого лопатой крокодила. Парнишка, который заарканил его, с удовольствием показывал всем любопытствующим люк, откуда тот вылез, и сделанное на скорую руку лассо. Уходя прочь от озера, Баки проходит мимо кривого вяза, который за прошедшие десятилетия значительно разросся. Баки помнит, что раньше это было просто одно из деревьев, растущих рядом с лодочной станцией. Теперь же его обнесли забором и повесили табличку — не подойти, не посидеть в его тени. Баки разглядывает толстые узловатые ветви, прячущиеся под пышной кроной, по-прежнему чувствуя на себе чужой взгляд. Он долго петляет по парковым тропинкам, пока не находит достаточно уединённое место, где даже птиц почти не слышно. Баки усаживается на узкую, видавшую виды скамейку и вытаскивает из кармана телефон. Некоторое время он наслаждается подобием тишины, которая помогает приглушить грохот в ушах. Возможно, если сосредоточиться на редких звуках, то получится совсем от него избавиться. Баки закрывает глаза. Он слышит вдалеке распевное чириканье нескольких кардиналов и похожие на скрип позывки одинокой иволги, шелест листьев при редких порывах ветра. Он слышит выстрелы. Он слышит знакомую поступь на тропинке. Он слышит крики. Он слышит жужжание пролетевшего над собой шмеля. Он слышит скрежет старой металлической руки. Он слышит замедляющиеся шаги. Баки открывает глаза. В полутора ярдах от него, словно опасаясь подойти ближе, стоит Гельмут Земо. Выглядит он неважно, несмотря на внешний лоск. Гладко выбритые щёки и идеально сидящая футболка не скрывают явную потерю веса. А под солнечными очками прячутся залёгшие под глазами тени. Земо выглядит куда хуже, чем в берлинской тюрьме, и хуже, чем в их первую встречу. Он окидывает Баки быстрым внимательным взглядом, задержавшись разве что на телефоне и протезе, не скрытом длинным рукавом. — Здравствуй, Джеймс, — произносит он, вешая очки в вырез футболки. В другой руке у него буклет с картой парка. Первые две ответные реплики, пришедшие на ум, Баки решает не говорить. Бессмысленно спрашивать, как Земо умудрился сбежать. Бессмысленно указывать ему на явно паршивое состояние. Баки спрашивает себя, стал этот день хуже или лучше с появлением в нём беглого преступника, и думает, что всё-таки предпочёл бы встречу с аллигатором. — Что тебе нужно, Земо? Земо с лёгкой усмешкой обводит рукой вокруг себя. — Для начала — поблагодарить за приятную прогулку по парку. Виды здесь поистине отличные, налоги явно идут в дело. Жаль, что ты не пошёл до зоопарка. — У тебя ровно две минуты, прежде чем я позвоню Айо. Это не совсем блеф, потому что у него есть способ связаться с ней или кем-то ещё из Ваканды, но и не совсем правда, потому что это займёт куда больше двух минут. Земо картинно вздыхает и опускается на соседнюю скамейку. — Мне нужна твоя помощь в одном... деликатном вопросе. Он слегка поворачивает корпус к Баки, видимо, чтобы ему было удобнее смотреть при разговоре. Но Баки не очень хочется смотреть, поэтому он позы не меняет. — Всё настолько плохо? Ты же... У тебя под командованием был целый отряд, почему ты в Нью-Йорке? — Ты читал мой профайл? Я польщён. — Ты читал документы Зимнего солдата. Я не в восторге. — Баки наконец отрывает взгляд от кустов по ту сторону тропинки. Разумеется, он читал всё, что смог найти, о человеке, который принёс в его и Стива жизнь столько хаоса — давно, ещё во время жизни в Ваканде. Кто бы мог подумать, что хоть что-то из этого снова пригодится. Улыбка окончательно сползает с лица Земо и он опускает глаза, прежде чем продолжить. — Помощь, которая мне требуется, непосредственно касается людей из моего отряда. Что же, это объясняло побег. Баки отворачивается и жмурится. Ему не нравится сочувствие, которое всколыхнулось в нём после этих слов. Ему не нравится искренность в голосе Земо — абсолютно такая же, какая звучала в его прощальных словах у мемориала. Подумать только, тогда Баки и впрямь думал, что больше его не увидит. — Почему я? Сэм тоже бывший военный, и у него больше опыта в «деликатных вопросах». — Боюсь, для Капитана Америки это будет слишком... грязно. — Зато для Зимнего солдата в самый раз? — Баки снова поворачивает к нему лицо. Земо чуть подаётся в его сторону. — Для Джеймса Барнса. Если он согласен. — А если нет? — Пойду один. Можно было бы уйти в обсуждение того, что никуда Земо один не пойдёт, потому что отправится в тюрьму, но есть вопросы поважнее. — Это спасательная операция или месть? Видимо, Земо ожидал совсем другую реплику, потому что пару раз растерянно моргает, и в его усталом взгляде загорается надежда. По крайней мере, Баки кажется, что это она, потому что Земо какое-то время молча что-то высматривает в его лице. — Поисковая, — наконец говорит он, — вполне вероятно, что и спасательная тоже. Телефон Баки вибрирует. Это Сэм — ему даже не нужно смотреть на экран. Он и не смотрит — он дожидается прекращения звонка и выключает телефон, после чего легко разбирает его, чтобы вынуть сим-карту. — От тебя потребуется две вещи. — Баки встаёт, Земо поднимается следом. — Никаких больше... — Баки несколько раз обводит пальцем лицо, надеясь, что отсылка на маску и связанные с ней события понятна. Земо ненадолго склоняет голову набок. — Хорошо. А вторая? — Помочь мне обмануть трекер. — Он стучит по металлической руке. Земо вновь растерянно моргает — вероятно, ожидал требования в обязательном порядке вернуться в Рафт, хотя это уже ответственность самого Баки, — после чего до ужаса искренне улыбается. Баки слышит пение иволги. Он слышит шорох травы под лапками пробежавшей неподалёку белки. Он слышит детский смех где-то со стороны озера. Он слышит, как резко выдыхает Земо, когда Баки шагает к нему. Что ж, встреча с аллигатором в любом случае вряд ли была бы настолько многообещающей.