Не равный бой.

Начались новые школьные будни. Фриск никак не общалась с Андайн и Альфис, одноклассницы, как всегда, друг-друга избегали. Фриск с радостью приходила каждую перемену к Папайрусу и его шайке, вместе они смеялись и веселились. Они часто вспоминали недавнюю поездку. Фриск все не могла перестать думать о Чаре. Все-таки, так не обычно, что они теперь враги. Но может, все все -таки обойдется? Девушка строила диалог в голове, думала даже если по необходимости извиниться? Может, Чаре все-таки рассказать почему любит Папайруса, и почему он стал таким? Она должна понять. Папайрус возвращался после школы. Мысленно он смаковал все воспоминания, связанные с Фриск. И совсем скоро они вместе начнут готовиться к экзаменам. Парень, влюбленный, вдыхал запах весны и думал, что его жизнь невероятно прекрасна. И тут из-за угла вышла Чара, а следом Папайрус поморщился от острой боли в животе. Что-то горячее и липкое полилось из его живота. — Это тебе за Азриэля. – Сказала гневно Чара и вынула нож. – Ты посмел испортить Фриск, ублюдок! - Сука. Папайрус успел разбить ей нос кулаком. Так что Чара, с кровью из обоих ноздрей побежала с места преступления. Парень держался за свою рану в животе. Не смертельно, но больно и не приятно. Сквозь пальцы просачивалась кровь. Папайрус вызвал себе скорую. Фриск пока еще ничего не знала. Она спокойно училась, только вот почему-то бегала по переменам и не могла найти Папайруса и псов. Она даже зашла в клуб, а там было пусто. Странно, очень странно. Куда они все подевались? Прошли уже все уроки, началось время клуба. Фриск зашла в пустое помещение и села там. Была тишина. Так не привычно. Девушка просто рассматривала глобус со звездной картой, крутила его. И вот, она осталась наедине с собой. Фриск стала невольно перебирать все воспоминания, с начала учебной четверти, связанные с этой комнатой. Папайрус очень давно звал ее сюда, и хотел, чтобы она вступила в его клуб. Он любил ее, а она дура его отвергала. Надо было с самого начала прислушаться к нему, дать ему шанс, сходить на нормальное свидание, где он бы непременно обо всем высказался. Однажды Папайрус «заманил» ее сюда, они славно посидели вместе, глупая, но почему же она тогда ничего не поняла? Фриск представляла какой смех тут стоял все это время в этой комнате, и как уже сама пришла сюда и стала полноценном членом клуба астрономии. Она сама убедилась, что этого клуба не стоит бояться, и никаких зверских планов тут не вынашивают, а просто ученики, которые интересуются космосом и задаются философскими вопросами. И сейчас тут только сидит она. Ни псов, ни Папайруса. Интересно, почему так? И почему она не уходит? Она надеяться, что раз они не пришли на уроки, то придут в клуб? И все-таки это место полностью вошло в ее душу и ассоциируется с ее любимым Папайрусом. Ее воспоминания и необычная история о том, как враги стали друзьями, а друзья врагами прервалась сигналом телефона. Фриск увидела сообщение со знакомого номера, что Папайрус лежит в больнице. Фриск выбежала из школы, ее сердце волнительно билось, все тело бросило в пот, страх сковывал душу. Как это могло произойти? Выживет ли Папайрус? Кто ударил его ножом?! Фриск забежала в больницу, там ее встретил один из псов. - Пошли, я проведу тебя. Фриск быстро напялила бахилы, одноразовую накидку, и побежала в отделение травматологии. Она увидела, что около палаты уже сидят все псы. Фриск забежала внутрь, и увидела, что один лежал Папайрус. - Папайрус! – Фриск подошла к нему и села на его кровать. Он жив. - Ты что? – Спросил он, будто не понимая, что происходит. - Н-ну ты же… Папайрус, как ты себя чувствуешь? Что произошло? - Не беспокойся, Фриск, я не умираю и умру. Конечно, потерял немного крови, но ничего серьезного, уже все компенсировали. Фриск взяла его за руку. - Ах… как хорошо. Когда я увидела сообщение, что ты в больнице. Я почему-то сразу подумала о самом ужасном… Я так перепугалась. - Ньехехе, мне очень приятно! – Папайрус потрепал ее макушку. – Как в школе дела? Скучала без нас, да? - Да, очень! Я не знала, что происходит, я была удивлена, что никого из вас не было. - Прости. – Вздохнул Папайрус. – Я не знал как лучше сказать. Я сам оповестил всех их не сразу. Парни уже шли в школу, но увидели мое сообщение и пришли сюда. А потом написали и тебе. А вообще вот. – Папайрус откинул одеяло, и Фриск увидела повязку, парень ее немного отлепил и показал шов. Фриск сделалось немного не по себе. – Вот, твоя подружка постаралась. - Чара?! – Фриск выкатила глаза. - Ага, она самая, у ней же забавные румяна на лице и безумные глаза? И волосы почти рыжие? Ну так вот, выпрыгнула на меня из подворотни и пырнула в кишки. Мне там все зашили, к счастью, все обошлось без перитонита, только вот ни каких физических нагрузок пока что. У Фриск тряслись руки, она была в ужасе, и в ужасном возмущении. Она сама была готова убить Чару, а может свернуть головенку Азриэлю? Как она посмела мстить! - Ах… т-тебе было больно? - Удивительно, но не прям уж мучительно. Ну так, да, приятного мало. - Папайрус… - У Фриск пошли слезы. – Умоляю, прости. Я дружила с полной психопаткой. - Фриск. – Папайрус потянул ее на себя и обнял. – Все хорошо. Главное, что я жив, а это так, царапина. Совсем скоро меня выпишут, врач говорит, что на мне все быстро заживает. - Папайрус, когда выпишешься, я позабочусь о тебе! - Разумеется. – Улыбнулся он. Фриск поцеловала его в щеку. У ней ужасно болело сердце и душа. Как так, она думала с Чарой наладить контакт, еще на что-то надеялась, но это… это переходит все границы. Фриск нехотя, ушла от него. Без Папайруса в школе ученики все расслабились. Их не волновало, где он и что с ним, главное, что их нет. Фриск все перемены проводила с псами. Она ходила с ними, и чувствовала, как заменяет Папайруса. Ученики все равно озирались на нее. Фриск не могла поверить, она бы в первой четверти не поверила, что будет идти во главе псов, а ее будут бояться, увидела бы она такое будущее, ни за что бы не поверила, что "докатится" до такого. Как всегда вместе они зашли в столовую. И Фриск услышала смех Андайн. Ее смех этот напряг. Когда Андайн так может смеяться? Когда ее враги получают по заслугам. И вот, Альфис что-то подозрительно ее ткнула, и Азриэль притих. Так они еще и смеются… Так чем они лучше?! Внутри Фриск кипел гнев. - Фриск? – Смотрели на нее псы. Фриск понимала, что они тоже ей подчиняются и впрямь как псы. Но девушка решила отправиться сама. Она гневно подошла к Андайн, Альфис и Азриэлю. Надо же, а ведь когда-то за этим столиком сидела она. И Папайрус с шайкой приходил к ним, чтобы поиздеваться. А сейчас идет разгневанная она. - Чего ржёте?! – Ударила ладонями по столу Фриск так, что аж соль и перец с салфетками подскочили на месте. Альфис вся затряслась, Андайн и Азриэль напряглись. Правильно, бойтесь ублюдки, знайте свое место! – Ну? Что затухли? Не смешно уже вам, да, мрази? Азриэль. – Фриск резко зыркнула на парня. – Я не думаю, что ты ничего не знаешь. А ты Андайн и Альфис будете говорить, что не в курсе? - Папайрус наконец то получил, что заслуживает. – Ответила Андайн. - Чего? Два дня в стационаре? Оно действительно того стоило? Знаете, что, вы реально те еще подонки. Человека пырнули ножом, а вы еще смеетесь! Азриэль, ну что, нравится любить безбашенную Чару, которая бьет ножом моего любимого человека? Твоя душа ликует? Думаешь, что вот ага, наконец то девочка заступилась за тебя? Не хотите оба отправиться в тюрьму? Может, мне прямо сейчас прикончить тебя на месте? Не может быть… просто не может быть! Я заступалась за всех вас… кровь из носу… не жалела себя и своих сил, слегла в итоге на неделю от переутомления, а вы… вы посмели осквернить мою любовь. Неужели мы с ним повинны только в том, что полюбили друг друга? Ах, смотреть на вас больше не желаю! И помяните слова, если я еще раз увижу ваши поганые улыбки, ухмылки и ужимки, я лично возьму биту и изобью вас! Фриск отвернулась и пошла обратно к столу, псы ей похлопали. - Прекрасная речь, Фриск! - Так их, подонков. Мало того что мелочны, так еще над боссом нашим смеются. - Фриск, давай их того, это. - Делайте с ними что хотите. Мне плевать на них. - Смотрите как притихли то птенчики. - Курятник больше не кудахчет, ахаха! Фриск и вправду была довольна, что стерла омерзительные улыбки с их лица. Но мерзкий ржач Андайн все еще стоял в ушах. Два дня Фриск была главой школы, и, наверное, главной хулиганкой? Хотя, не сильно то она хулиганила, просто смотрела как псы издеваются теперь над всеми, а она никого не защищала. Они гоняли Альфис, развлекались над Азриэлем, выводили Андайн из себя, что та рвала глотку от крика. Но потом вернулся Папайрус. Девушка увидела его, и побежала к нему. - Папайрус! – Девушка с обожанием обняла его. – Ох, ты вернулся, любимый. - Фриск, я так счастлив тебя видеть. - Скажи, как ты? - Пфф, да я прекрасно себя чувствую! Правда, место пореза немного потягивает, так, мерзковато, но все хорошо, я хожу на перевязки, и раны день ото дня заживают. - Как же я счастлива это слышать! Они обнимались и целовались, потом подошли и псы, поздравлять с возращением. - Ну, рассказывайте, что тут происходило без меня. И Фриск стала рассказывать обо всем. Они также были в полном составе клуба. Папайрус стоял лицом к окну, положив руки на пояс. - Господа и дамы, определённо я не оставлю все это без ответа. Пора отомстить. Шутки в сторону, мы займемся настоящей местью. Папайрус опасно сверкнул своей улыбкой.