Личное проклятие Итадори Юджи

Когда Годжо-сенсей завалился в комнату в юбке Кугисаки, Юджи едва не упал со стула от смеха. Он ужасно скучал по друзьям и считал дни до момента воссоединения с ними. Боль от смерти Джунпея все еще тревожила сердце. Сукуна отравлял жизнь днем и ночью, обещая кровавые пытки и жестокую смерть. Но сейчас, когда Годжо-сенсей кривлялся перед ним, очень фальшиво изображая Кугисаки, он почувствовал себя немного лучше. На мгновение получилось представить, что никто не умирал и ничего плохого не происходило. А главной проблемой оставался выбор фильма в ближайшем кинотеатре: комедия о зомби-баскетболистах или драма о любви женщины и слона. — Годжо-сенсей, Кугисаки вас убьет, — проговорил Юджи сквозь смех.  — Ты еще не видел Панду в ее пиджаке, — ухмыльнулся тот.  Сукуна плевался ядом от увиденного, но Юджи не мог перестать смеяться. У него уже болели щеки и живот, и страсть как хотелось посмотреть на Панду, который умудрился втиснуться в маленький пиджак. Юджи достал из кармана телефон и сделал несколько фотографий Годжо-сенсея — тот даже немного попозировал. А потом он надул губы и протянул фальцетом: — Я Кугисаки Нобара и приехала в Токио, чтобы стать актрисой. Ю-у-уджи, быстро дай мне попить, или я достану молоток и подвешу тебя на гвозди за яйца!  А вот это уже было очень похоже на Кугисаки. Юджи, все еще посмеиваясь, протянул Годжо-сенсею бутылку с водой. Взгляд снова опустился к юбке. Если на Кугисаки, из-за ее невысокого роста, она смотрелась прилично, то длинные ноги Годжо-сенсея сейчас были выставлены напоказ. Юджи на мгновение залип, рассматривая бледную кожу. Он не заметил ни одного волоска, хотя, скорее всего, те просто были слишком светлыми, чтобы бросаться в глаза.  — Что, Юджи, думаешь, мне идет?  — Ага, — бездумно ответил Юджи, не отрывая взгляда от ног. А потом посмотрел выше и наткнулся на ухмылку Годжо-сенсея. Щеки тотчас обожгло стыдом. — Я не… То есть… — Юджи закрыл лицо руками, а Годжо-сенсей безжалостно рассмеялся. — Не издевайтесь, — пробормотал он.  — Не переживай, Юджи. Я знаю, что неотразим.  Годжо-сенсей продолжал ухмыляться, и Юджи поклялся, что больше никогда, никогда не будет смотреть на его ужасные длинные ноги.  *** «Никогда» продлилось около часа. Годжо-сенсей оставил Юджи в одиночестве, вручив внушительную стопку дисков с фильмами, и посадил ему на колени проклятую игрушку. Вот только длинные ноги в короткой юбке все еще стояли перед глазами, поэтому пришлось идти на крайние меры. Юджи включил «Людей Икс» и сразу перемотал на появление Дженнифер Лоуренс — в этой роли ее фигуру можно было рассмотреть со всех ракурсов. — Вот это я понимаю — ноги, — пробормотал Юджи, пялясь на синюю кожу. Игрушка мирно посапывала на его коленях.  Интересно, а если бы Годжо-сенсей пришел не в юбке, а в образе Мистик? Юджи ухмыльнулся. Нет, Дженнифер в роли Мистик выглядела горячо, а Годжо-сенсей смотрелся бы смешно и глупо. Юджи достал из кармана телефон и открыл последние фотографии — просто чтобы убедиться, что смотреть там абсолютно не на что. Обычные, совершенно непримечательные ноги.  — Мерзость, — прокомментировал рот, появившийся на его щеке. — Заткнись, — пробормотал Юджи, привычно залепив себе затрещину. Он немного приблизил фотографию. Теперь не было видно, как Годжо-сенсей кривлялся и показывал пальцами знак мира, в кадре остались только бледные подтянутые ноги. С женскими ни за что не спутать: крепкие, сильные, такие с одного удара вынесут. Вообще ничего привлекательного. Абсолютно ничего. Юджи приблизил еще немного, сердце отчего-то забилось сильнее… и в нос тут же прилетел кулак. Выронив телефон из рук, Юджи отшвырнул игрушку в сторону и застонал от боли. Сукуна в голове проклинал и его, и ноги Годжо-сенсея, но даже огрызаться не хотелось.  Юджи больше никогда не откроет эти дурацкие фотографии. Еще лучше — он их удалит. У него целый постер с Дженнифер на стене висит, вот на него Юджи и будет пялиться день и ночь. *** Фотографии Юджи не удалил, но перенес в секретную папку. И совершенно точно ни разу не заходил в нее перед сном. Может быть, один или два раза перепутал ее с соседней папкой с играми — когда засыпаешь, и не такое случиться может.  Когда в следующий раз Годжо-сенсей зашел его проведать, Юджи мужественно смотрел только ему в лицо. Иногда косился на плакат Дженнифер — та служила моральной поддержкой и понимающе улыбалась. — …В общем, миссия была тухлой. Не понимаю, зачем они меня позвали. Юджи, даже ты бы с этими проклятиями в два счета разобрался.  Юджи не понял, комплимент это был или нет, но на всякий случай довольно улыбнулся.  — Пойдем, потренируемся, — Годжо-сенсей поманил его за собой. — Может, хоть ты меня развлечешь.  Если под «развлечь» он имел в виду «протрешь собой все стены и пол», то Юджи справился с задачей на сто двадцать процентов. — Жалкий слабак, — Сукуна, восседая на троне, комментировал каждый его провал. — Только и можешь, что дрочить на мужика в юбке. Юджи стиснул зубы. Он не дрочил на Годжо-сенсея, просто не мог его таким оскорбить — слишком уважал. Правда, он и на Дженнифер дрочить перестал. В фантазиях ее образ слишком быстро сменялся на фотографии из секретной папки.  Несколько ударов Юджи пропустил особенно глупо — засмотрелся на ноги, туго обтянутые черной джинсой. На мгновение захотелось дотронуться до них, почувствовать силу мышц пальцами… Нет, за время тренировки он точно повредил голову.   Когда одна из этих ног впечатала его в стену, Юджи со страдальческим стоном вновь обратил взор к Дженнифер.  — Юджи, соберись уже! — Годжо-сенсей встряхнул его и поставил на ноги. — На что ты там все время смотришь? — он обернулся, посмотрел на плакат с Дженнифер и понимающе хмыкнул.   — Просто подумал, как она на таких каблуках может ходить, — ляпнул Юджи первое, что пришло в голову.  Годжо-сенсей махнул рукой.  — Ходить, бегать, драться — ничего сложного, я тебя уверяю.  — Вам-то откуда знать? — недоверчиво спросил Юджи. — Вы бы и пяти шагов в них не сделали.  — Юджи совсем не верит в своего учителя, — притворно расстроился Годжо-сенсей. А потом пнул его с такой силой, что тот едва не пробил в стене дыру. — Очень плохо, Ю-у-уджи! Сукуна мерзко смеялся в его голове.   *** После недели воздержания от чьих-либо ног Юджи излечился. Он смотрел только детские мультики, плакат с Дженнифер спрятал под кровать, а секретную папку в телефоне игнорировал с тем же упорством, с каким его болтовню игнорировал Фушигуро. Юджи гордился собой. Теперь смотреть фильмы и контролировать проклятую энергию ему казалось пустяковой задачей. Игнорировать ноги — вот действительно сложная миссия. В его личном рейтинге она соседствовала с проклятием первого уровня.  Годжо-сенсей за эту неделю приходил редко, что тоже помогало Юджи не отвлекаться. Жизнь наладилась. Ему совершенно точно не были интересны мужские ноги. Не казалась привлекательной бледность. Не хотелось дотронуться до спрятанных под джинсами сильных бедер, что бы там Сукуна себе не воображал.  Юджи смотрел «Принцессу Мононоке», игрушка посапывала в его руках. Наверное, он слишком увлекся убийством Духа Леса, потому что не услышал, как в комнату кто-то зашел. А когда обернулся — бежать и прятаться было поздно.  Годжо-сенсей стоял, скрестив руки на груди. Его глаза довольно поблескивали за стеклами темных очков, на губах появилась ухмылка. Юджи опустил взгляд ниже, едва не уронил челюсть на пол и вцепился руками в игрушку — та среагировала мгновенно, отвесив ему смачный удар.  — Время тренировки, Юджи! — Годжо-сенсей, — простонал он, пряча стремительно краснеющее лицо за ладонями, — пощадите! — Научим тебя не отвлекаться, — тот подмигнул.  Сквозь щель между пальцами Юджи снова посмотрел на ноги Годжо-сенсея. Помимо совершенно неприличных узких джинсов — да как в таких ходить вообще можно?! — на них красовались красные туфли на высокой шпильке. Личное проклятие Юджи. — Пожалуйста, скажите, что это не туфли Кугисаки, — пробормотал он, поднимаясь с дивана.  Годжо-сенсей только ухмыльнулся в ответ.  Он не соврал: ходить и драться на каблуках у него действительно получалось идеально. Годжо-сенсей ни разу не потерял равновесия и не споткнулся. Воистину сильнейший шаман, для которого нет ничего невозможного.  Чего нельзя было сказать о Юджи. Вся эта тренировка была сплошным провалом: от ударов шпилькой в живот и до смущающего напряжения в штанах. Последние силы уходили на контроль Сукуны, который так и порывался рассказать Годжо-сенсею, что о нем думает его ученик.  Юджи было ужасно стыдно. Оставалось надеяться, что Годжо-сенсей не заметил, насколько определенной части тела Юджи нравятся его ноги на каблуках. Когда он в очередной раз упал на пол, то решил, что больше не будет подниматься. Никогда. Может быть, пол разверзнется под ним, и он исчезнет с этой планеты? Если не сгорит раньше от всепоглощающего стыда.  — Юджи, — Годжо-сенсей неторопливо подошел ближе, и стук каблуков по полу звучал в голове Юджи смертельными выстрелами, — меня очень радует твой возросший энтузиазм.  — Г-годжо-сенсей!  — Малец, ты жалок, — Сукуна закатил глаза. — Просто посмешище. Что ты, что твой… — Заткнись, — прошипел Юджи, готовясь врезать себе со всей силы, если поганый рот вдруг появится на его лице.  — О, у Юджи прорезались зубы, — ухмыльнулся Годжо-сенсей и присел рядом с ним на корточки, — уже так грубо ругает своего любимого учителя. Ты последний, от кого я этого ожидал! — он сделал вид, что утирает слезы. — Я это не вам! Это все Сукуна! — Юджи спрятал лицо в руках, но краснота смущения уже расползлась по всему его телу.  Вот бы в комнате появилось какое-нибудь ужасное проклятие и добило его. Разве он много просит? — Ну же, малец, признайся, что дрочишь на его стремные ноги, — издевался Сукуна. Слава всем богам, только в его голове.  — Интересно, — протянул Годжо-сенсей. Юджи посмотрел на него сквозь щель между пальцами и наткнулся на внимательный взгляд из-под спущенных на нос очков. — Что же он там тебе такого говорит? — Ничего интересного! — Юджи торопливо встал с пола. — Совершенно ничего интересного. Что-то там про убийства, пытки и расчленения. Мы же… э-э-э закончили тренировку? На нем были свободные штаны, и Юджи очень надеялся, что они скрывают весь его позор. Или что Годжо-сенсей, в отличие от него самого, не имеет привычки пялиться на чужие ноги.  — Вижу, Юджи надо отдохнуть, — Годжи-сенсей тоже поднялся. — Но теперь я понял, над чем нам нужно поработать.  Юджи отвернулся и потянулся за бутылкой с водой. Ему совершенно не хотелось знать, какие выводы сделал Годжо-сенсей из этой ужасной смущающей тренировки.  — Но не переживай, — продолжал болтать Годжо-сенсей за его спиной, — к программе обмена с Киотской школой мы тебя натренируем.  Он хлопнул Юджи по плечу, и тот подавился водой. Впервые он молился, чтобы Годжо-сенсей как можно скорее оставил его в одиночестве.  Вечером, в спасительных объятиях постели, Юджи сдался окончательно. Он смотрел на фотографии Годжо-сенсея в юбке и мысленно дорисовывал длинным ногам красные туфли на высокой шпильке. Сложно представить, что ждало Юджи в будущем, но ему точно придется нелегко. Он собирался со всем усердием подготовиться ко всему, научиться игнорировать любые отвлекающие факторы. Если Юджи действительно сможет победить это беспощадное проклятие, то его уже ничем не напугать. Даже если Сукуна начнет выплясывать на костях эротические танцы, он и глазом не поведет. После Годжо-сенсея на каблуках уже ничего не страшно.  Игнорируя угрозы Сукуны, Юджи накрылся одеялом с головой и постарался заснуть. Впереди его ждали долгие и трудные тренировки.