Алисента. Матерь драконов

      К составлению списка будущих фрейлин Алисента подошла крайне ответственно — эти дамы будут рядом с ней очень, очень долгое время. Станут её руками и ушами, приближенными. Значит, это должны быть молоденькие девочки, которые будут расти здесь, под вниманием своей королевы. Те, с которыми будет легко подружиться, заручиться верностью. К тому же, у них должен быть хотя бы сносный характер, потому что у неё уже есть бесконечно любимая, но сложная и ревнивая Рейнира.       Самым простым решением, конечно, было бы просто послать приглашения в дома Верховных лордов. Но, во-первых, не у всех есть девочки подходящего возраста, а во-вторых, не со всеми такие же гладкие отношения у короны и Хайтауэров в частности. Те же Аррены, покинувшие двор всем посольством, когда только объявили о свадьбе — скорее плюнут ей в лицо, чем станут служить. Что ж, тогда они просто достанутся принцессе, а не ей.       У Баратеонов, как и у Ланнистеров, не было девочек подходящего возраста. Конечно, были Ланнистеры из Ланниспорта, но зачем, если Ланнистеры из Утёса тех даже не считают полноценной роднёй, а на Западе есть множество других замечательных, влиятельных домов?       Она рассматривала Тарбеков, Рейнов, Марбрандов и Вестерлингов. Первые два сгинут только через двести лет, но Тарбеки уже известны своим крайне непростым нравом, а у Рейнов есть только девочка-младенец. Марбранды и Вестерлинги — дома гвардейцев короля, но сердце Алисенты всё-таки склонялось к дому Вестерлингов, всё же она питала самую нежную привязанность к бывшему щиту Рейниры. К тому же, они были известны своей преданностью и честью.       У Баратеонов не было подходящих девочек — дочери Борроса были совсем крошками, а потому оставалось только рассмотреть их вассалов. Там она сомневалась между Тартами и Эстермонтами, но у Тартов была только племянница лорда восьми лет, в то время, как у Эстермонтов — дочка пятнадцати. Выбор был довольно очевиден.       Долина — самая большая заноза в её заднице. Они не примут её за королеву. Но если она обойдёт их регион стороной — это будет ужасное оскорбление, которое ей не простят пуще, чем замену королевы Эйммы меньше, чем через год траура. А потому Алисента послала вежливое, аккуратное письмо с предложением лорду Корбрею, у которого как раз была дочь шестнадцати лет, но всё ещё даже не помолвленная. Сильный, влиятельный дом, с множеством знатных и сильных лордов в истории. А тут будет прекрасный шанс для новых союзов. Всё же столица, Красный замок, это главное поле для полезных знакомств и выгодных брачных союзов. Особых надежд у неё не было, так что во имя страховки она послала письма так же Графтонам и Редфортам, тоже значимые дома Долины, но на их снисхождение надежды было ещё меньше, слишком близки они к Арренам, были дружны ещё со старым лордом, отцом Эйммы. Самыми минимальными они были у Ройсов, но туда Алис даже не совалась.       Простор, как её родина, был самым благожелательным из всех. Пошли письмо кому угодно — предоставят всех девочек на выбор. Отец настаивал на Редвинах, Бисбери, Флорентах или Фассовеях. Но она решила рискнуть и послать приглашения Тиреллам. С одной стороны — довольно унизительно прислуживать даме, пусть и королеве, из дома своих вассалов, что ещё и вечно пытаются подгрызть своих сюзеренов, что не вышли таким же знатным происхождением. Но с другой? Алисента королева, а двор — это двор. Всё те же связи и возможности. Отто на такое лишь похмыкал, но одобрил риск — кому как не ему, второму сыну Хайтауэров, желать видеть склонёнными Тиреллов пред его дочерью. Старшая дочка лорда Тирелла была уже помолвлена и готовилась к свадьбе, зато вторая, тринадцати лет, была более чем походящей кандидатурой.       Из Севера Алисента, не сомневаясь, пригласила дочку лорда Мандерли — у Старков девочек не было от слова «совсем», а потому Мандерли становились идеальными. Оскорблённые лорды Простора, изгнанные из родины, давно прижившиеся на Севере, имеющие вес и влияние, немалую казну, большие земли, но при этом, всё ещё, южане. Свои и там, и здесь — единственные такие на весь Вестерос, если честно. А потому они были приняты в свиту однозначно, равно как и согласие их под сомнение не ставилось.       Речные земли стали вторыми, где Алисента послала в Верховный Дом, потому что там была дочка лорда Гровера Талли, семнадцатилетняя Талия. Всё ещё без помолвки или брака, единственная дочь своего отца, девушку явно охотно пошлют в Гавань, для устроения успешной помолвки или хотя бы наращивания связей с королевским домом.       Королевские земли тоже были простым выбором. Вариантов было немало, но она уверенно остановилась на Стоквортах, которые были одной из сильнейших опор короны, но при этом имели весьма… щекотливую ситуацию сейчас. У лорда было две дочери и старшая была уже даже замужем, вот только выходила она туда уже с немаленьким животом, слухи разнеслись по всей столице, мол, Элинор Стокворт выходила замуж прикрывая юбками позор. Из-за этого вторая девочка сильно упала в цене на брачном рынке. Так что четырнадцатилетняя Марель должна с радостью согласиться стать фрейлиной королевы.       Самой большой головной болью, даже большей чем Долина, были железнорождённые. Да, они признали себя под властью Таргариенов. Но они были чёртовыми пиратами, со своим Утонувшим Богом, соляными женами, набегами и мародёрством. У них были дикие традиции, воспитание, отношение к законам остальных королевств. И если она выдернет оттуда какую-то девочку, едва ли её потом станут считать своей на островах. Алисента не может обойти их вниманием — гордые островитяне такого не простят и не забудут, но и взять кого-то из них было сложно. У Грейджоев, слава всем Богам, девочек в семье просто не было. Вторым по значимости и власти был Дом Харлоу. И вот там как раз таки была девочка одиннадцати лет, которую наверняка отправят сюда, разлучив с матерью, семьёй, вычеркнув из семьи… ребёнка было жалко. Одиннадцать лет — совсем дитя ведь. Но у Алисенты был свой долг, к тому же, она была уверена, что сможет дать девочке даже больше, чем её родные острова. Возьмёт её под свой полный протекторат, займётся образованием, воспитанием, а однажды выдаст замуж, если девочка захочет, за того, на кого та сама укажет. А потому письмо было отправлено и туда.       В сторону Дорна, по понятным причинам, она не стала даже смотреть.       С тяжелым вздохом Алисента растёрла лицо, написав последнее письмо. Оставалось только передать их мейстеру и ждать ответа. Скоро блаженная тишина и покой снова будут нарушены.

***

      Вечера она, согласно уже сложившейся традиции, проводила с мужем. У того стало появляться всё больше язв, которые пытались устранить прижиганием и пиявками, но это не помогало. Недавно начал гнить палец на левой руке, а потому сейчас на нём постоянно была повязка. Всякий раз при взгляде на эти раны, на искаженное от боли лицо мужа, Алисента испытывала радость.       Эймма страдала несколько минут — он будет страдать всю жизнь. Тёмное, тягучее, злое чувство радости было ей спутником, которого она никогда не стремилась прогнать. Алис была уверена, что даже добрая, прекрасная королева Эймма поняла и разделила бы эти чувства, после вероломного предательство их уже общего мужа.       Конечно, минус был и существенный — именно она была той, кто видел эти раны чаще всего и даже помогала их обрабатывать. Что ж, как повезло, что она была совершенно не брезгливой. Признаться, подростковой мечтой Алисы в своё время было вскрыть чей-то труп, но приходилось ограничиваться ящерицами, жабами и змеями. Это был забавный опыт. Однако трахаться с ним из-за этого становилось ещё более противно.       — Как прошел твой день, Алисента? — поинтересовался, улыбаясь, Визерис, пока она помогала ему обмыться. Тоже то ещё удовольствие быть чьей-то служкой, обтирая обрюзгшее тело.       — Отправила письма дамам, которых хотела бы видеть в своих фрейлинах, — ответила Алис, аккуратно обмывая израненную спину. — Тиреллы, Талли, Корбреи, Эстермонты, Мандерли, Вестерлинги, Стокворты, Харлоу — всем благородным домам королевства, — на каждую фамилию её супруг лишь довольно и одобрительно кивал. — А то ещё немного и Рейнира меня всё-таки съест за то, сколько дел у неё внезапно появилось, — фыркнула под конец.       Визерис тут же рассмеялся. Любое упоминание первенца встречало в нём радость и отцовскую гордость, особенно когда говорила Алисента, хваля Рейниру. Больше всего король гордился собой за то, что выбрал королеву по душе своей дочери-бунтарке, сохранив мир и покой в своей семье. Этот придурок, очевидно, даже не подозревал сколько делает она ради этого.       — Рейнира не привыкла к такому масштабу работы, — покачал головой, отсмеиваясь. — Ты большая молодец, Алисента. Я даже не думал, что ты станешь такой прекрасной королевой, так серьёзно отнесёшься к своим обязанностям! — обернулся Таргариен на неё, глядя ласково и с улыбкой. Мозг Алис всё взрывался от такой двойственности этого человека. — Я горжусь тобой, жена моя, — что-то внутри неё замерло. Впервые король обратился к ней так, надо же.       — Мне в радость помочь тебе, муж мой, — взялась за мокрую здоровую руку Визериса. — И в особенности — Рейнире. Ты же знаешь, как сильно я люблю её.       — Знаю, и это всегда служит отрадой моему сердцу, — взял её ладонь в свою, сжимая. — Надеюсь, скоро наша семья станет ещё больше. Ты будешь прекрасной матерью, Алисента, — взгляд короля был ласковым, почти нежным.       Упоминания пополнения чуть не заставило её скривиться, потому что это опять напоминало ей о грядущем пятиминутном мучении, но в следующий момент она замерла. Замужем Алисента была уже месяц и уже неделю как у неё должны были быть месячные. Вполне вероятно, что цикл сбился из-за начала половой жизни — гормональная перестройка, все дела, она через это уже проходила, вполне нормально, что потом месяц-два месячные могут быть нерегулярными, выбиваться из цикла и так далее, но что если?..       О! Радость озарила её лицо, явно заставив думать мужа несколько в другом ключе. Тот явно считал, что она радуется так мысли о возможных детях и это действительно было отчасти так, но… больше года никакого секса! Никакого пыхтения Визериса над ней! Никаких измывательских подготовок перед ночью! Она уже устала утешительно дрочить под воображаемое порно, чтобы напомнить себе о том, что секс — это так-то для удовольствия, а не во имя долга!..       — Я буду молиться об этом, Визерис, — нежно-нежно улыбнулась мужу Алисента, надеясь, что её смутные мечты оправдаются. Никакого пыхтения!..

***

      Первые ответные письма начали пребывать через неделю — первыми положительно ответили Тиреллы, вызвав самодовольную усмешку Отто.       — Ты большая молодец, Алисента, — ласково погладил дочь по волосам десница. — Смогла найти правильные слова, отправить письмо… ты будешь великой королевой, дочь моя.       — Я надеюсь на это, отец, — скромно опустила глаза Алисента с лёгкой, польщённой улыбкой. — Я бы хотела стать похожей на Добрую Королеву.       — Ты станешь лучше, — Хайтауэр взял её лицо в ладони и заставил поднять голову, посмотрев ему в лицо. — Моя прекрасная, умная, добрая дочь станет самой лучшей королевой в истории. Вскоре ты родишь сына, первенца, королю и утвердишь свою власть при дворе.       На секунду Алисента задумалась над своими дальнейшими действиями, в конце концов, ещё ничего не ясно, не решено. Но она помнила, что это тело действительно имеет отличную фертильность, Эйгон был рождён через год после свадьбы. Конечно, это не даёт никакой гарантии, точных дат и дней нигде не было, но-о…       — Что-то не так, дочка? — заметил лёгкую заминку на её лице отец, впрочем, Алис особо и не скрывалась.       — Я не знаю наверняка, отец, ещё слишком рано, однако со дня свадьбы у меня всё ещё не было… — она «смущённо» не стала договаривать, но Отто был умным мужчиной, сведущим в физиологии и вдовцом с детьми, оттого лицо его озарилось пониманием. Радость моментально вспыхнула в его глазах, отец прижал её к себе в объятия, целуя в макушку.       — Тебе стоит сходить к мейстеру, Алисента, — отец немного отстранился от неё, чтобы взглянуть в глаза, не отпуская из рук.       — Я хочу подождать ещё немного, отец, — слегка покачала головой. — Было бы весьма… неловко, если бы вскрылось, что спустя месяц после свадьбы я уже была у мейстера по столь… щепетильному вопросу.       В ответ на её слова, Отто гордо улыбнулся, ещё раз поцеловав её в волосы. Вид он имел крайне довольный и гордый. Алисента мысленно почти сокрушалась — до чего забавный период в её жизни! Всем-то она мила и приятна, все-то ею гордятся. А всего-то и надо, что затаиться и соответствовать чужим ожиданиям. Не быть собой, но играть кого-то другого. Она бы даже наслаждалась этим, если бы не то, что это было временной игрой во благо будущего.       — Со временем, когда моя позиция укрепится, — продолжила недавнюю тему Алисента. — Я бы хотела повторить за королевой Алисанной — тоже облагораживать Королевскую Гавань, устраивать встречи с женщинами разных сословий. Я понимаю, что это может быть сложно, что я не Таргариен по рождению, но я бы очень хотела сделать что-то для малого народа, отец! Хоть как-то улучшить их жизнь, — самое главное в её словах то, что там не было ни капли лжи. Она бы и вправду хотела бы это сделать.       Открыть детский дом для сирот, построить ещё несколько фонтанов, так как имеющихся, очевидно, мало. Со временем, если быть совсем амбициозной — проложить чёртову канализацию в этом смердючем месте, которая есть, кажется, везде кроме блядовой Королевской гавани! Её нос немного умирает в столице, даже если к запаху привыкаешь. И всё это лучше провернуть сейчас, когда у неё за спиной есть безусловная поддержка десницы, а через него и себя — власть над королём. Возможно, она бы даже открыла дома для помощи женщинам — изнасилованным, избитым, брошенным, ищущим приличную работу!..       — Ты очень добра, дитя моё, — в глазах Отто сияла чистая отцовская гордость. Алисента, конечно, изрядно поостыла к нему после той чёртовой пощёчины, но в такие моменты ей по прежнему хочется плакать. — Не переживай, однажды ты сможешь получить место в совете, как Алисанна при Джейхейрисе и воплотить в жизнь все свои задумки. Я поддержу тебя во всём, а как только ты родишь сына — отказать тебе не сможет никто из знати, — а король никогда не откажет деснице, да-да.       — Спасибо, отец, мне важно знать, что ты со мной и на моей стороне, — она прижалась к нему снова, пряча лицо в ткани камзола. Да, хотя бы сейчас, на этот период времени, но вся мощь королевства находится за её спиной. Остаётся только удачно и грамотно этим воспользоваться. Уж в этом-то она постарается.

***

      Алисента щепетильно зарылась во все учётные книги, которые ей предоставил стюард — даже в те, которые были датированы временами Джейхейриса. Особенно те, которые были при королеве Алисанне. Она была хорошей, деятельной королевой, которая жестко держала в узде всех слуг замка, контролировала все важные вопросы. А ей нужно было смотреть и сравнивать, потому что сама она, увы и ах, была чертовски далека от всех этих ужасных цифр и реальной расценки продуктов, вещей, тканей. К счастью, все книги хранились бережно и бдительно.       Она жопой чуяла, что на королевской семье хорошо наживаются. Логика орала благим матом, что если где-то можно наебать, то наебут точно, а тут столько лет нет никакой жесткой руки, которая бы всё контролировала. Нет, лорд Гарифф был хорош и искренне предан, но он был один, он не имел столько полномочий и пытался следить за всем и сразу. А из этого никогда ничего толкового не выходит. Так что ей однозначно надо будет найти мальчика, какого-нибудь третьего-шестого сына, чтобы отдать его на воспитание в помощники их стюарда. И преемник в будущем, и помощник сейчас.       Но это было вопросами будущего, планами, которые Алисента старательно записывала в маленький блокнотик — подарок Гвейна на шестнадцатилетие, — а в этот момент её беспокоили сметы Красного замка. Ведь ну сто пудов дурят! А её это не устраивало от слова совсем. Алис всегда придерживалась мнения, что лучше заплатить больше, но прямо, чем вот эти мелкие махинации за спиной. Ничего-ничего, она выведет этих крыс на чистую воду, передушит их всех, как бы ни ненавидела её тонкая гуманитарная душонка эти блядские числа!..       — Ты очень грозно сопишь, — прокомментировала Рейнира с кушетки, которая стояла в стороне от её маленького кабинета, за который она погрызлась с отцом, умаслила Визериса, но в итоге получила свою уютную маленькую каморку для работы.       «Королеве не нужен кабинет, что за глупости,» — мысленно перекривляла Отто Алисента. Благо, что король был совершенно не склонен отказывать своей молодой жене, а та всего-то и просила, что каморку для слуг, смежную с её покоями, в личное полноправное распоряжение. Ну и стол добротный. Осталось ещё инженеров помучить, чтобы сваять себе любимый стул на колёсиках и совсем красота будет.       — А теперь мечтательно, — ещё один комментарий оттуда же.       — Мечтаю о хорошем стуле и передушить всех падлюк, которые осмелились наёбывать королевскую семью, — чистосердечно сдала свои мысли новоявленная королева, стойко проигнорировав задушенный смех принцессы. Да-да, она знает, что ужасно смешно ругается. Столько лет знакомы, а Нира так и не перестала смеяться с каждого матерного слова из её уст.       — Стой! Кто это нас «наёбывает»?! — дошел смысл слов до дракончика, которая тут же возмутилась. Ну да, ну да, кто посмел, королевскую семью драконов-то…       — Кто-то. Где-то тут зарыта подлянка, ибо смотрю я на эти отчёты, сравниваю их и чую, что кто-то дерёт лишние — и приличные! — деньги из королевской казны, — пробубнила Хайтауэр, кусая палец. Ногти не грызла, конечно, но за неимением ручки… о, ручка! Поймав мысль за хвост, Алисента тут же записала её в блокнотик. Единственное современное устройство, которое она точно знает, как делается — это чёртова шариковая ручка. Никогда бы она не подумала, что будет так благодарна школьной программе, в которой из года в год, с класса пятого, повторяли историю о создании этого предмета обихода.       — Но кто посмел бы?! — продолжала возмущаться Рейнира.       — Любовь моя, счастье моё, поверь, наглые люди найдутся всегда, — заверила её Алисента. — И судя по тому, что я вижу, этот некто наглел постепенно. Бедный стюард не справлялся сам, королева Эймма была истощена беременностями и родами, королю очевидно не до этого, и этот «некто» от года в год постепенно повышал стоимость, сдирая с казны всё больше и больше денег.       — Надо допросить всех! Найти предателя и казнить! — запальчивая Рейнира подскочила со своего места, нависнув над королевой, опираясь руками о стол.       — Нет-нет, zaldrīzītsos, ну что ты, мы так не делаем, — наигранно-осуждающе покачала головой Алис, нахмурив брови. Пронаблюдала за тем, как Таргариен аж начала краснеть от злости и готовности взорваться гневной тирадой, и продолжила: — мы сначала вычислим его, задержим, допросим, приватизируем все его деньги и имущество в пользу казны, а после предложим ему вариант — казнь или Стена. С упором на последнее! — важно подняла палец Хайтауэр. — Ибо нафига нам очередная голова на плахе, если можно десятилетия приносить пользу на Стене?! — довольно искренне возмутилась такому марнотратству жизненного ресурса.       И с довольным лицом пронаблюдала за тем, как буквально на глазах остывает Рейнира, буквально сдуваясь из того напыженного состояния. А как только крайне возмущённый фиалковый взгляд упёрся в неё, расхохоталась.       — Алис!.. — крикнула оскорблённая в лучших чувствах подруга.       — Да-да, милая падчерица, учись мыслить по-королевски! Всё и вся должно приносить выгоду нам и королевству! — продолжала хохотать Алисента, экстренно покидая свой стол и тщательно закупоривая чернильницу, так как принцесса решила схватиться за подушку, чтобы показать всю степень своего недовольства королеве. Не хватало ещё, чтобы чернила пролились на книги!       Иногда бытие королевой становилось весёлым и интересным. Особенно когда в дело вступал её милый маленький дракончик.