Courtship Dating

— Ты так очаровательна, когда злишься. — Поэтому ты раздражаешь меня при любой возможности? — Если я скажу «да», у меня будут неприятности? Получу знаменитое молчаливое лечение Грейнджер, которое состоит скорее из того, что ты угрожаешь молчанием, чем на самом деле молчишь. — Драко, — предупредила она. — Грейнджер, — проворчал он. Она закатила глаза, когда он притянул ее к себе за талию. Ее руки обвились вокруг его шеи. — Мы только что заставили наших друзей признать, что мы встречаемся. Почему ты должен уязвлять самолюбие Рональда при любой возможности? — Потому что это весело?... Ой! Не дергай меня за волосы, распутница. — Он наклонился и поцеловал ее. Поцелуи Драко были сладкими, совсем не похожими на его злобный образ Слизеринца. Он издевался над ней с первого курса и до седьмого, то есть до этого момента. По его словам, это происходило потому, что он всегда был влюблен в нее, а предрассудки, которым его учили, заставляли его думать, что это противоправный поступок. Поэтому вместо того, чтобы признаться в своих чувствах даже самому себе, он превратил их в ненависть. Но все изменилось полгода назад, когда они оказались в паре для проекта по чарам и обнаружили свои низменные желания друг к другу. В первый месяц было много горечи, которая переросла в споры, которые переросли в грубые поцелуи, которые переросли в нескладные перепихоны. Однако они стали лучше, когда дело доходит до траха, — меньше неуклюжести и больше точности. Она обнаружила, что общение — это ключ к успеху. Это и просто контроль над ситуацией обычно приводили к эффективному результату. Гермионе нравилось контролировать свою учебную жизнь и, похоже, сексуальную. Драко был щедрым любовником и брал столько же, сколько и давал, что было вполне достаточно. Но у него были возможности для совершенствования. Когда их чувства друг к другу стали известны, они решили встречаться и только в этом месяце сообщили об этом своим друзьям. Друзья Драко, конечно, были в шоке, ведь он встречался с магглорожденной. Друзья Гермионы были в шоке, потому что она встречалась с Драко Малфоем. Но они оба согласились, что их друзьям придется смириться с этим. А вот с чем они не были согласны, так это с тем, что Драко будет дразнить Рона по этому поводу. — Пожалуйста, ради меня, постарайся. — Она посмотрела на него полными надежды глазами. — И что я получу, если буду держать язык за зубами? — Чего ты хочешь? — Ты будешь подпрыгивать на мне, пока эти прекрасные сиськи следуют за тобой. — Он толкнул ее к двери общежития старост и страстно поцеловал. В этот момент они услышали, как раздался чей-то хриплый голос, и это разлучило их. Темная тень нависла над Драко. — Реддл, — неохотно поприветствовала Гермиона. Драко стремительно обернулся. — Том! Что ты здесь делаешь? — Так получилось, что это вход в мое общежитие, или ты забыл, что я староста? — Точно. Конечно. Извини, — сказал ее парень. Гермиона закатила глаза. То, как Слизеринцы обращались с Томом Реддлом, вызывало недоумение. Он был таким же студентом, как и они. Был ли он невероятно умен? Да. Несправедливо искусен? Да. Ошеломляюще красив? Стоп, почему она заговорила о его красоте? Это не имело значения. Ведь Реддл также был холодным, отстраненным и бессердечным. Он был обаятельным до определенного момента. Драко был принцем Слизерина, а Том — нечто совсем другое. Гермиона заставляла всех своих друзей заниматься по определенным расписаниям, чтобы помочь им в учебе. Кому-то это было необходимо. Но у Тома были свои друзья или, скорее, приспешники, как солдаты, которые слушали и следили за каждым его словом. Поначалу она недоумевала, почему они следуют за ним. Иногда она наблюдала за ним во время учебы, но не так, чтобы это было жутко... больше. Она просто хотела узнать его привычки в учебе, чтобы перенять их для себя, вот и все. Когда он один, его очаровательная маска спадает, и остается лишь бездна темных глаз. Плотно сжатый рот. Мягкие локоны, которые иногда выбиваются из общего ряда, чем дольше он находится в библиотеке. Однажды она увидела, как первокурсник прервал его во время чтения, и взгляд, которым он одарил мальчика, до сих пор преследует ее. Мальчик убежал, а Реддл нашел ее пронзительным взглядом. Она ожидала, что он нахмурится, но его глаза стали веселыми, и он слегка кивнул. Вернувшись в настоящее, Драко подтолкнул ее за собой, пока Реддл медленно открывал дверь в покои Главы. — О, и мисс Грейнджер? Десять баллов с Гриффиндора за публичное проявление привязанности. — Он вошел в комнату, и дверь со щелчком закрылась. — Как он смеет! — воскликнула она. — Гермиона, успокойся. Я имею в виду, что это было нарушение правил, — сказал Драко, улыбаясь ее разочарованию. — Я знаю! Меня беспокоит то, что он забрал баллы только у моего факультета. Это неправильно. О! Я не позволю ему так просто уйти. — Спокойной ночи, Драко, — поцеловала она его, открывая дверь. — Подожди, — он притянул ее к себе, чтобы поцеловать на прощание. Он отстранился, прижав ладони к ее щекам. — Я беру свои слова обратно, ты не очаровательна, когда злишься, ты просто возбуждаешь. — Он прорычал ей на ухо, проводя руками по ее телу и сжимая ее попку. — Драко, прости, но я не в настроении. — Ух, как бы я хотел быть старостой, чтобы иметь тебя, когда захочу. — Ты бы точно раздражался на меня; Реддл всегда раздражается. — Ну, я не он. — Я знаю, что ты не он. — Она обхватила его лицо ладонями и заглянула в серые глаза, поцеловав его на прощание. Когда она вошла, Реддл сидел перед камином. На коленях у него лежал темный фолиант, несомненно, из запретной секции. — Эй! — крикнула она. Он поднял глаза и посмотрел на нее. В янтарном свете пламени они были грозными. — Что это было? Почему мне только сняли баллы? Неужели ты не заметила блестящие белые волосы мальчика из Слизерина, с которым я целовалась? — О, Гермиона, помолчи. Я не в настроении разбираться с твоей театральностью. Гермиона насмешливо улыбнулась и подошла к нему, показывая на него указательным пальцем. — Я! Театралка! Говорит самый театральный человек в этой школе. Ты рожден для сцены, Реддл, со своими бессмысленными идеологиями и идеальной улыбкой. — Его губы дрогнули при этих словах. — Идеальная улыбка? — О, это все, что ты слышал, — насмешливо ответила она. Реддл встал и в два шага возвысился над ней. — Гермиона, я же сказал, что не в настроении. Почему ты так завелась? Малфой не удовлетворяет все твои невыносимые потребности? — Он ухмылялся, глядя на нее. Тепло его тела было слишком близко. — Не будь грубым, Том. Драко делает... достаточную работу. И не думай обо мне в таком ключе! — Я могу думать о тебе так, как захочу. — О! Я поняла, — смеется она. — Значит, теперь, когда я недоступна, ты заинтересовался? Что не так с парнями? Все должно быть соревнованием? — Не льсти себе, ведьма. — Гермиона придвинулась еще на дюйм ближе, чтобы почувствовать его ровное дыхание на своем лице. — Я вижу, как ты смотришь на меня сейчас, Реддл. Но у тебя был шанс, и ты отверг меня. Теперь, когда ты хочешь меня, ты не можешь получить меня, и я знаю, что это тебя бесит. — Я ничего не хочу, — ответил он низким голосом. — Ну, а я хочу, чтобы ты держался от меня подальше. — Какой грязный рот, — его глаза опустились к ее губам. По ее позвоночнику пробежала дрожь. Какого черта она делает, выводя его из себя? И почему он так сильно на нее влияет? По наивности она провела языком по нижней губе. Его зрачки расширились, взгляд стал голодным. Гермиона почувствовала, как тугие нити обхватили ее сердце. Может быть, даже душу? Что-то заставляло ее чувствовать себя ошеломленной. Затягивало ее в мутные глубины его коварных глаз. Том наклонился к ней, и она почувствовала его прохладное дыхание на своем лице, когда он выдохнул. Ее голову наполнил дымный аромат. Его магия. Она окружала ее, заглушая ее собственную. Гермиона почувствовала на своей ноге шерсть, которая вывела ее из транса. Живоглот. Спасибо, Моргана. Она покачала головой и отступила назад. — Спокойной ночи, Том. — Она начала идти в свою комнату, но остановилась и посмотрела на него через плечо. — Мистер Реддл, десять баллов со Слизерина. Никакого чтения из Запретной секции. — Гермиона кивнула головой в сторону книги, которую он читал, когда она вошла, и поспешила вверх по лестнице, пока не увидела его реакцию.

***

Лежа в постели, с замиранием сердца она размышляла о том, что только что произошло. Том Реддл. Староста. Лучший в классе. Как только она увидела Тома, она была заинтригована, даже будучи первокурсницей. Он был единственным, кто так же стремился к учебе, как и она. Магия давалась ему так легко. Это было несправедливо, но наблюдать за его манипуляциями всегда было удивительно. Ее невинная школьная влюбленность переросла в нечто более первобытное, когда ей исполнилось шестнадцать. Они почти не знали друг друга. За исключением партнерских проектов, которые им задавали, а их было много, поскольку профессора всегда хотели объединить двух звездных студентов. Гермиона изучала, как напрягаются мышцы его рук, когда он срезает различные корни для их задания по зельям. Как его идеально уложенные волосы растрепались от пара зелий. Однажды ей пришлось притворно кашлять, когда она захныкала, когда локон упал ему на глаза, и он зачесал его назад, проведя длинными тонкими пальцами по волосам. Было жалко, как много она о нем думала. Она вспомнила, как в первый раз отделалась одним лишь воспоминанием о том, как он выступал с докладом о воздействии темных искусств на душу. Страсть в его голосе, его богатое звучание, манящее и властное. Гермиона только успела наложить на кровать заглушающие чары, как застонала от его имени в подушку. Она говорила себе, что делает это в последний раз. Но это было не так. Дошло до того, что она собрала всю свою гриффиндорскую храбрость и решила сделать шаг. Оглядываясь назад, можно сказать, что это было не самое лучшее решение. Том никогда ни с кем не встречался, он всегда был джентльменом, вручая сладкий отказ многочисленным девушкам, признававшимся ему в любви. Но Гермиона считала себя другой. Они общались и учились вместе. Это были чисто академические отношения, но, возможно, именно этого он и хотел от кого-то своего уровня. Она ошибалась. Самый душераздирающий случай произошел после рождественской вечеринки у Слизнорта на шестом курсе. Кормак Маклагген предложил ей пойти с ним, но она отказалась. Почему? Потому что она решила, что именно в этот день она что-то сделает со своей влюбленностью в Тома. Количество салфеток, которые она держала в руках и рвала на мелкие кусочки, начало превращаться в кучу, не уступающую снежной куче на улице. Оставалось всего несколько учеников, когда Слизнорт сказал, что пора спать. Он похлопал Тома по плечу, и темноволосый мальчик нахмурился. — Том, мальчик, я знаю, что мне не нужно говорить тебе, чтобы ты сопроводил мисс Грейнджер в ее общежитие. — Конечно, профессор, каким бы я был джентльменом, если бы не проводил ее обратно? — Пухленький мужчина улыбнулся. Их выпроводили, пока остальные студенты спешили в свои общежития. Том и Гермиона шли бок о бок, она сцепила руки перед собой, чтобы они не дрожали. — Ты слышал это? — слабо произнесла она. — Прости? — Похоже, за гобеленом кто-то есть. — И? — Ну, как старосты мы должны убедиться, что каждый студент в безопасности в постели и... — Хватит, — сказал он, тяжело выдохнул и пошел проверять, что там за гобеленом. Она последовала за ним. — Здесь никого нет, ведьма..... — Он повернулся и сделал удивленное лицо от того, как близко она была. Она сглотнула и толкнула его, возможно, слишком сильно, к стене. Его глаза стали комично широкими. — Что это значит..., — она потянула его вниз за мантию и встретилась с его губами. Мягкие, теплые, с легким привкусом чего-то пьянящего. Все ее тело содрогнулось от прикосновения. Он крепко сжал ее руку, впиваясь ногтями в ткань мантии, а затем ослабил хватку и легонько толкнул ее в грудь. Они расступились. Его глаза были черными. Дыхание было поверхностным. Они просто смотрели друг на друга в течение нескольких секунд, которые показались им часами. — Гермиона, — прошептал он. — Том, — ответила она. У него перехватило дыхание, когда его имя сорвалось с ее губ. Он поднял руку, чтобы убрать локоны с ее лица. То, что он сказал дальше, ошеломило ее. — Гермиона, мне жаль, если у тебя сложилось впечатление, что ты меня заинтересовала. — О! Том, я... мне так жаль, я не хотела заманивать тебя сюда и нападать на тебя... что на меня нашло, мне так жаль, — сказала она пристыжено. — Все в порядке, Гермиона, — улыбнулся он, и ее сердце снова разбилось. — Может быть, ты слишком многого хотела? Да. О нет, пожалуйста, не плачь... ты не сделала ничего плохого... посмотри на меня, — сказал он, приподнимая ее подбородок и встречаясь взглядом с ее залитыми слезами глазами. Почему она плачет? — Гермиона, ты блестящая ведьма, и не только, ты очень красивая. Я просто не в том состоянии, чтобы встречаться с кем-то. — Он продолжал, но Гермиона слышала лишь отдаленное бормотание. Он говорил ей ту же речь, что и всем остальным влюбленным девушкам. О боже, она была так унижена. Она выбежала из-за гобелена и побежала в свое общежитие. Она проплакала всю ночь и помнит, что проснулась с болью между ног. Наверное, в ту ночь она немного переборщила с собой, потому что это была последняя ночь, когда она вожделела Тома Реддла. Так и случилось. Гермиона решила жить дальше, и именно тогда ее внимание привлек Драко. Теперь она была счастлива, у нее был парень, который хотел ее. Она была счастлива. И если бы Том решил, что теперь заинтересован, уже слишком поздно.

***

Гермиона проснулась и приступила к утренним делам. Разложила одежду, приняла душ, уложила волосы, а когда закончила, встретила Реддла у дверей общежития. — Доброе утро, Том. — Гермиона, — поприветствовал он. Как только они переступили порог, их пути разошлись. Она —- на поиски своих друзей. Том — на поиски схем, манипуляций, планов мирового господства с его эстетически привлекательным лицом. Кто знает? День продолжался, пока она хранила призрачно красивого вороноволосого мальчика в глубинах своего сознания, где он жил, окруженный стенами из черных шипов, чтобы она помнила, что эти мысли приводят только к боли. Гермиона лежала на одеяле рядом с чёрным озером. Уже почти наступило время посещения библиотеки, думала она, глядя, как стремительный язык Драко ласкает её лоно, а она рассеянно перебирает пальцами его бледные локоны. Это действие всегда доставляло ей некоторое неудобство, пока она не объяснила ему, как правильно это делать. Теперь это было... терпимо. Она уже почти достигла пика, когда он изменил темп движения пальцев. — Драко, пожалуйста. — Да, любимая, умоляй меня. — Она закатила глаза и отстранилась от него. — Драко, мне нужно идти. — Что?! — Мне нужно закончить эссе по чарам. — Наверняка у тебя найдется несколько минут. — Я действительно не могу. Извини, просто у меня такой график. Заходи вечером в общежитие старост, я наверстаю упущенное. — А вот это идея, — сказал он, поднимая ее с одеяла в поцелуе.

***

Гермиона сидела на своем любимом месте в огромной библиотеке Хогвартса. Из широкого окна справа от неё открывался вид на чёрное озеро. Температура всегда была оптимальной. Освещение идеально подходило для чтения и написания эссе. Пробежав глазами по полкам, она заметила старосту на его обычном месте. Его темные локоны спадали на лицо, пока он работал над эссе. Его адамово яблоко, сжимающее челюсть в сосредоточенном выражении, наклонилось, и Гермиона почувствовала тепло, внезапно подняв взгляд, и встретившись с его. Она быстро опустила голову, чтобы сделать то, зачем пришла сюда, а не глазеть на старосту. Прошло несколько минут, когда тень заслонила свет из окна. — Тебе что-нибудь нужно? — обратилась она к нему, не отрывая глаз от пергамента. — А тебе? — произнес он знойным голосом. Она подняла голову, и было несправедливо, что свет из окна придавал его фигуре неземные очертания, да и смотреть на него, сидя, тоже не помогало — он выглядел как бог, которому нужно поклоняться. Ладно, Гермиона, какого хрена, хватит уже, он просто парень! Он выдвинул стул рядом с ней и сел. При этом он придвинул его чуть ближе к ней. Реддл не понимал, что такое личное пространство. Гермиона насмешливо посмотрела на него, пытаясь продолжить эссе, но увидела, что он положил локоть на стол, а голову прислонил к руке. Она повернулась и сузила глаза. — Реддл, я тебе что-то сделала? Что ты делаешь? — Мне нравится наблюдать за тобой. — Нет. — Откуда ты знаешь? — Потому что я бы заметила тебя..., — остановила она себя. — Гермиона, дорогая, почему ты так взволнована? — Не называй меня дорогой, ты говоришь как какой-то женоненавистник из 40-х. Он ухмыльнулся. — Я мог бы надеть костюм тройку. Что скажешь? — Гермиона изо всех сил старалась не думать о нем в идеально сшитом костюме. Она прикусила губу, чтобы остановить нежелательные мысли. — Думаю, тебе стоит отвалить? — Ее взгляд вернулся к работе. — Опять этот грязный рот. — Он осторожно взял ее за подбородок и повернул так, чтобы она встретилась с его темными глазами. — Кто-то должен вылечить тебя от этого недуга... По ее щекам разлилось тепло, он был слишком близко, а его внимание к ее губам опьяняло. Он провел большим пальцем по ее нижней губе. — Ты думаешь обо мне, когда трахаешься с ним? — Что? Нет! — Она сказала слишком быстро. — Почему ты так говоришь? — Потому что..., — сказал он с самодовольным видом, убирая руку и замечая пунцовое пятно на большом пальце. — Я знаю, что теперь ты это сделаешь. — Он поднес большой палец ко рту и слизнул кровь с ее губ. Должно быть, она прокусила кожу, когда укусила губу. — Гермиона? — услышали они чей-то голос неподалеку. — Сюда, — позвала она. Реддл отступил назад, когда бледные светлые волосы ее парня свернули за угол. — Вот ты где! Я просмотрел всю эту чертову библиотеку. — Я всегда нахожусь в одном и том же месте, — пожала она плечами, пытаясь успокоить нервы. — Приятно слышать. — Драко повернулся к старосте и кивнул головой в знак приветствия. — Реддл. — Малфой. — Грейнджер, я только что вспомнил о бале в конце года, не хочешь быть моей парой? — спросил он, садясь в кресло напротив них. — Ну, это традиция, когда старосты посещают бал вместе, — неохотно ответила она. — О, я уверен, что Реддл не будет против, — он повернулся к парню, приподняв бледные брови. — Драко, каким бы я был волшебником, если бы не следовал традициям, — ответил темноволосый. — Это просто бал, Драко, он ничего не значит, — сказала она, глядя на Реддла. Тот снова прикусил большой палец и пожал плечами. Драко посмотрел на них обоих. — Ладно. Может, пойдем к тебе в общежитие, ты же хотела показать мне ту штуку, помнишь? — Да, хотела, пойдем. — Она взяла его за руку и оставила Реддла с его глупыми привлекательными губами в самодовольной улыбке.

***

Они с Драко находились в гостиной, сидя у камина, когда туда вошел Реддл. Драко рассказывал ей о том, чего он хочет добиться после окончания школы. Он пойдёт по стопам отца и займётся политикой, чтобы занять место наследника Малфоя в Визенгамоте. Ожидалось, что он найдет себе жену, которая станет леди поместья, будет устраивать гала-ужины и рожать детей. Гермиона сказала себе, что спросила о его планах после уроков, потому что хотела знать, а не для того, чтобы скоротать время до возвращения старосты. — Уже закончили? — сказал вороноволосый парень, направляясь в свою комнату. Не дожидаясь ответа. Она смотрела ему вслед, пока он поднимался по лестнице в свою комнату. Гермиона встала и взяла Драко за руку, чтобы привести его в свою комнату. — Черт возьми, спасибо Салазару. Я был в напряжении с тех пор, как мы вошли сюда. Ты знаешь, как свести парня с ума, Грейнджер. Гермиона никогда не понимала, почему он не инициирует подобные действия. Можно было подумать, что чистокровный человек, как он, слишком самоуверен, но Драко не был таким. Он всегда был джентльменом в вопросах секса, и она должна была наслаждаться этим. Это было бы нормально. Оказавшись сверху на наследнике Малфоев и скользя по нему бедрами так, что он застонал, она издала стон. И если её стон был достаточно громким, чтобы пронзить стены, она не слишком задумывалась об этом. Она также не стала задумываться о том, чтобы снять заглушающие чары, наложенные Драко. Она хотела, чтобы Том услышал. Хотела, чтобы он знал, что она была полностью удовлетворена. Ты думаешь обо мне, когда трахаешься с ним? Гермиона замешкалась с движением. Черт бы его побрал. Она поднесла руку Драко к месту их соединения, поощряя его погладить ее клитор. Он так и сделал. Он хорошо следовал указаниям. Она уставилась в его полуприкрытые серые глаза , подглядывающие за ней. Он облизнул губы. Мне нравится наблюдать за тобой. Гермиона закрыла глаза. У нее было не так много сдержанности. Она двигала бедрами, представляя, как его розовый язык проводит по большому пальцу. Думала о том, как он пробует ее кровь. Думала о том, как его язык возьмет ее кровь прямо с ее губ. Черт. Она содрогнулась от ослепительной кульминации. Драко отстал всего на несколько толчков. Она легла на него сверху. — Кажется, я становлюсь лучше. Я никогда не слышал тебя такой, это было горячо. — Он поцеловал ее в лоб. Гермиона устыдилась, слезла с него и пошла в душ. — Увидимся завтра, Драко. — Он посмотрел на нее в замешательстве, а затем просто пожал плечами, прощаясь с ней.

***

— Прости, если отвлекла тебя, — сказала она, садясь рядом с Реддлом на диван в их гостиной. Ее волосы были еще влажными после душа. На ней был безразмерный бордовый джемпер и хлопковые брюки. — Ты имеешь в виду свои фальшивые стоны? Нет, они не отвлекали. — Фальшивые? Откуда тебе знать, — сказала она, раздраженная его наглостью. — Хочешь, я тебе скажу? — Нет, — смогла ответить она. — Зачем это шоу ,Гермиона? Я знаю, ты делала это, чтобы я тебя слышал. Почему ты думаешь обо мне, когда скачешь на ком-то другом? — Откуда тебе знать, что я делаю? — Гермиона, дорогая. Я не только учился с тобой в школе с одиннадцати лет, я жил с тобой весь прошлый учебный год. Ты планируешь все свои действия: во сколько ты проснешься, как долго будешь умываться, когда уйдешь на занятия, когда пойдешь в библиотеку, когда вернешься спать, и каждый день ты делаешь одно и то же, как часы. Я ни на секунду не задумываюсь, что навязчивая потребность в контроле прекратится... никогда. — Он многозначительно приподнял бровь, медленно покусывая нижнюю губу. Она смотрела на него лишь мгновение. Он загородил ей пространство, и она откинулась на спинку дивана. — Держу пари, — его голос был низким, от него ее кожу словно пронзали крошечные иголочки. — Ты контролируешь темп и положение. Ты сойдешь с ума, если он хоть чем-то нарушит этот распорядок, а Малфой просто счастлив, что его член намок, трахая грязнокровку. — Он так не думает. Больше нет. — Может быть... или ему сказали молчать об этом, — поддразнил он. — Ты только пытаешься меня раззадорить, ты просто лжец. И почему ты используешь это слово? — Грязнокровка? Это то, кем ты являешься. Грязнокровная принцесса лихого принца Слизерина, — насмехался он. Гермиона рассмеялась. — О, я вижу. Вот в чем дело: ты завидуешь Драко. Тебе не нравится, что его любят Слизеринцы, хотя ты и Наследник. — Глаза Тома сузились. — Что ты сказала? — Да брось ты, Том. Узнать твою родословную было несложно. Я узнал об этом на третьем курсе. Он сжал челюсти, приближаясь к ней на расстояние дюйма. — Как? — Я... эм... ну, я пошла в приют Вула и нашла твое свидетельство о рождении, в котором были имена твоих родителей. Дальше было просто искать имена, и Гонты привели к самому Салазару Слизерину. — Нашла мое свидетельство о рождении? Такая информация просто так не валяется. Что ты сделала, чтобы получить его? — Эту информацию предоставляют потенциальным родителям, — сказала она серьезно. — Как ты добилась, чтобы кто-то попросил за тебя? — Я никого не просила. Я получила его сама. — Ты была ребенком? — Была? — Расскажи мне, как, Гермиона. — Его пронзительный взгляд заставил ее ответить правдиво. — Оборотная. Моя мама. — Выдавать себя за кого-то, чтобы получить секретную информацию, незаконно в маггловском мире, а использование оборотного в присутствии магглов незаконно в волшебном. — Это так. Но мне нужно было знать. — Что знать? — Что магглорожденные не являются низшей кровью. Я знала, что ты должен быть одним из них. — Я не маглорожденный, — усмехнулся он. — Ладно. Полукровка, но в твоих жилах течет маггловская кровь, как и в моих. — Он с насмешкой поднялся с дивана. — Разве мы не доказательство, Том? Доказательство того, что кровь не имеет значения, только умения. — Она встала рядом с ним. Его высокая фигура возвышалась над ней. Его глаза искали ее. — Что ты будешь делать? Вопрос привел ее в замешательство. — Ты видишь несправедливость в этом мире, так что же ты сделаешь, чтобы изменить его? — Все, что необходимо. — В его глазах появился блеск, который она могла бы не заметить, если бы не смотрела. Он сделал шаг назад, освобождая ее от своего подавляющего присутствия. — Спокойной ночи, Гермиона.

***

— И насколько он большой? — Джинни, пожалуйста, это же завтрак, — рассмеялась Гермиона. — Ну, технически в меню «Английские сосиски», так что это относится к завтраку. — Он приемлемый. — Приемлемый? О, Гермиона. Брось его. Прости, пожалуйста, но вышвырни меня из совятни, если я когда-нибудь назову член моего любовника приемлемым, — сказала рыжая, гримасничая. — Тише. — Итак, давай послушаем, чем вы занимались? — Я думаю, что мы трахались, — пожала плечами Гермиона. — Черт возьми, Гермиона, подробности. Что за трах? В каких позах? Он хорош? Вы двое занимались оральным сексом? Гермиона шикнула на нее. — Джинни! Ты об этом хочешь поговорить? — Гермиона. Ты моя единственная подруга, и теперь, когда ты также исследуешь свои сексуальные желания, да, я хочу знать. Все. — Хорошо. Мы занимаемся в обычных позах, но я предпочитаю быть сверху. И орально... Он делал это со мной, но я никогда... — Ты еще не отсасывала ему? — довольно громко сказала Джинни. Рука Гермионы метнулась ко рту дикой девчонки, и она оглядела столовую. Казалось, никто ничего не заметил. Ее взгляд сразу же нашел Реддла, который, похоже, беседовал с Теодором Ноттом. Почему ее должно волновать, что он думает? Это не имеет значения. Она же не берегла этот поступок для кого-то особенного. —Нет, никогда об этом не заходила речь, — сказала она, убирая руку от рта Джинни. — О, Гермиона, ты должна. К этому нужно привыкнуть, но кайф от того, как жалко они выглядят, когда им отсасывают, ни с чем не сравним. Шлюхи, все до единого. — Как бы я вообще попросила об этом? «Эй, Малфой, вытащи свой член, чтобы я могла обхватить его губами». — Ой! Это сработало бы, он, вероятно, обкончал бы свои маленькие дорогие брюки прямо здесь и сейчас. Тебе даже не пришлось бы этого делать. — засмеялась Джинни. Затем она подавилась кашлем, прочищая горло. — О, привет, Малфой. Гермиона повернулась вправо, когда Драко сел рядом с ней. Он поцеловал ее в щеку в знак приветствия, а Джинни скорчила гримасу и удалилась. — Доброе утро, Грейнджер. — Доброе утро. — Она заметила, что его руки крепко обхватили друг друга. — Ты в порядке? — спросила она. — Да. — Драко положил свою руку на ее плечо. Гермиона посмотрела в его глаза, и они стали более светлым оттенком серого. —Ты хорошо спал? — Да, очень хорошо после прошлой ночи, — сказал он, проведя рукой по ее талии. — Я хотел спросить тебя кое о чем, — сказал он, немного ошеломленный. — Хорошо. Драко положил вторую руку на ее бедро и сжал его, приблизив голову к ее уху. — Встретимся в ванной старост после ужина. То, что я заставил тебя почувствовать вчера, мне нужно повторить, и у меня есть идея, как это сделать. — Хорошо. — Он поцеловал ее и ушел. Оставив ее в еще большем замешательстве, чем когда-либо. То есть это то, чего она хотела. Правильно. Чтобы он начал проявлять инициативу. Гермиона переживала свой день. Она думала о том, что ждет ее в будущем. Она хотела изменить этот мир. С Малфоем у нее будет статус, и, конечно, он не заставит ее быть традиционной женой. Это было бы прекрасно. И если она иногда будет думать о темных локонах вместо бледных, это пройдет. В конце концов. Идя в ванну старост, она солгала бы, если бы сказала, что не взволнована. Может быть, Драко удивит ее. — Гермиона, куда ты так спешишь? — раздался голос, который она хотела услышать в последнюю очередь, когда из тени рядом с ней вышел староста. — Не твое дело. Разве у тебя нет миньонов, которым нужно приказывать? Впрочем, справятся ли они. — Сейчас они заняты, и я предпочел бы командовать тобой. — Она постаралась не обращать внимания на то, что это заставило ее покраснеть. — Ну, я занята. — Тогда сегодня вечером. — Что? — Я имею в виду, что увижу тебя сегодня вечером, раз уж мы живем в одной комнате, — сказал он с ухмылкой. — Да, ну если это все. — Она остановилась, чтобы он мог уйти. Ему потребовалось несколько минут, чтобы понять намек, после чего он ушел, чтобы побеспокоить кого-то еще. Гермиона вошла в ванную комнату в смятении. Медная отделка многочисленных кранов блестела от лунного света, проникающего через широкие окна в конце комнаты. Бассейн для купания был спущен. Она повернулась к картине с изображением одинокой русалки, сидящей на скале. Существо продевало пальцы с заостренными кончиками в волосы, похожие на ламинарии. Она выглядела довольной и счастливой. Рука обвила ее талию, прижимая к твердой груди. — Драко, я ждала... — Грубая хватка за волосы наклонила ее голову в сторону, и грубые губы встретились с ее губами в страстном поцелуе, после чего он опустился к шее. Поцеловав ее в шею, рука на ее талии начала медленно поднимать подол рубашки. Она тут же ухватилась за него и отстранилась. Серые глаза смотрели на нее в замешательстве. — Я напугал тебя, Грейнджер? — Драко. — удивленно сказала она. — Ты ждала кого-то другого? — с любопытством спросил он. — Конечно, нет. Сильной рукой он обхватил ее лицо и впился в него еще одним крепким поцелуем. Другая его рука лежала на ее бедре в почти болезненном захвате. Его большой палец поглаживал подол ее рубашки. По ее телу разлилось тепло. Она крепко вцепилась в его мантию, от поцелуя у нее перехватило дыхание, и ей пришлось отстраниться, чтобы глубоко вдохнуть. — Я..., — задыхалась она. — Это было... — Пойдем, — он взял ее за руку и потянул за собой. Он сел на длинную каменную скамью в конце массивной ванны. Гермиона смотрела на него сверху вниз, стоя между его ног. — И что теперь? — прошептала она. — Ах, наконец-то ты готова позволить мне вести тебя? — Он поднял бледную бровь. — Ты никогда не пытался сделать это раньше. А я готова попробовать что-то новое, — неохотно ответила она. Она ненавидела пробовать что-то новое. Но еще больше она ненавидела то, что Реддл знал это о ней, и ей хотелось доказать ему, что он ошибается. Черт возьми, перестань думать о нем, ты, сучка. Гермиона слегка покачала головой и сосредоточилась на красивом парне перед ней. Он наклонил голову в сторону, и по щелчку его руки все краны включились. Звук воды, бьющейся о камень, заполнил комнату. Ее челюсть слегка отвисла. — Это было без палочки. — Да. — И невербально. — Грейнджер, ты считаешь меня идиотом? Я только что включил чертовы краны, — игриво сказал он. Затем его взгляд ожесточился, зрачки потемнели, перекрывая серые радужки . — Снимай мантию. — Что... Я... — пробормотала она, но он поднял руку, чтобы остановить ее. — Грейнджер, я точно знаю, что ты не какая-нибудь краснеющая девственница. Прекрати изображать из себя застенчивую девочку. Когда я говорю тебе что-то сделать, просто сделай это. Снимай. Свою. Мантию. Его строгий тон дошел прямо до ее трусиков. Она сняла мантию. — Теперь рубашка. Ты можешь сделать это, не будучи упрямой ведьмой? — Да. — Да, что? — Да... сэр? — Она попыталась. — Мой Лорд, — поправил он. — А? — Это то, кем я буду. Не так ли? А ты будешь моей леди. Так что пока что ты будешь обращаться ко мне так. Снимай рубашку. — Да... Мой Лорд, — Он широко улыбнулся, его глаза были такими темными, какими она их никогда не видела. Она расстегнула пуговицы на рубашке и сняла ее. У Драко перехватило дыхание при виде кружевного изумрудного бюстгальтера. — Черт, — прошептал он. Она заметила, что в его брюках появилась выпуклость. — Снимай все и иди в ванну. — Для чего? — Чтобы подготовиться к экзамену по чарам, — с сарказмом ответил он. — Чтобы принять ванну, Грейнджер. Черт возьми. — Принять ванну? Зачем? — Мне нравится наблюдать за тобой. — По ее обнаженной спине пробежали мурашки. Она сказала себе, что это из-за отсутствия одежды и сквозняка в комнате. Спустив трусики, она увидела, что они насквозь промокли. Она вылезла из них и повернулась, чтобы зайти в бассейн. У Драко перехватило дыхание, и она повернулась, чтобы посмотреть на него через плечо, волосы каскадом рассыпались по спине. Его глаза были расширены, а кулаки сжаты. — Ты в порядке? — Да, — ответил он, вздрогнув. Она повернулась к бассейну и погрузилась в воду; вода была ей по самые бедра. Краны все еще работали. Взмахнув запястьем, она наколдовала мочалку и намылила ее лавандовым мылом из одного из кранов. Она потерла плечи и руки, грудь и подбородок. Изредка поглядывая на него, она видела голод в его глазах. Что на него нашло? Не то чтобы она возражала, она не была так возбуждена с тех пор, как... Давненько это было. Закончив, она смыла мыло с тела и посмотрела на наследника Малфоя. — Подойди, — приказал он. Она снова заняла место между его ног. — На колени, — Ее глаза расширились. Она сглотнула. — Грейнджер, я устал повторять. Она опустилась перед ним на колени. Он погладил ее по щеке большим пальцем. — Хорошая девочка. — Ох. Звук его похвалы дошёл до самой её глубины души. — А теперь, моя великолепная ведьма, расстегни мои брюки и отсоси мне, — Она запаниковала, проводя руками верх и вниз по бедрам. — Что случилось? — Я никогда раньше этого не делала. — Правда? — сказал он озадаченно. — Думаю, я бы вспомнила, если бы делала. — Такое трудно забыть, — ухмыльнулся он. Его большой палец надавил на мягкую плоть ее нижней губы, и он потянул ее вниз, а серые глаза наблюдали за тем, как она оттопырилась, когда он отпустил ее. — У тебя все получится, я в тебя верю. Ты умная девочка. — Где, черт возьми, был этот парень последние пять месяцев? И почему она так чертовски нервничала? Подняв руки, она положила их на его стройные бедра, пробираясь вниз, пока не добралась до твердой выпуклости. Она почувствовала, как он вздрогнул от прикосновения. Расстегнув пуговицы на его брюках, она нервно прикусила нижнюю губу и посмотрела на него. Его глаза были устремлены на ее губы, как будто они были теплым пиршеством после нескольких дней голода. На его лице это выглядело чужеродно. Знал ли Драко когда-нибудь такие лишения? Бледный член выскочил, как только он освободился. Он издал неопределенный звук, и она уловила на его лице выражение разочарования. — Все в порядке? — Да, ведьма, займись этим, — ответил он. Она опустила глаза, с любопытством рассматривая его твердый член. Он был приличного размера, она уже знала это. Вблизи он оказался не таким пугающим, как она думала. На кончике выступили капельки влаги. Лучше всего просто добраться до него. Она взялась за основание и провела по кончику. Драко вздрогнул всем телом. Она вспомнила слова Джинни. Какой силой может обладать этот акт. Гермиона обхватила губами кончик, скользнула вниз, пока он не стал слишком глубоко, и выскользнула обратно, освобождая его. К его вкусу нужно было привыкнуть, но после того, как она подняла на него глаза, ей стало не до того. Он был мужчиной. Гермиона проводила его взглядом, когда опустилась обратно. Его рука легла на ее локоны, сжимая их в смертельной хватке. Болезненно, но возбуждающе. —Боже правый, ведьма. У тебя талант. — Свободной рукой он поглаживал контур своего члена по ее щеке. Она не сбавляла темпа, а его стоны подстегивали ее. Расслабив челюсти, она вобрала его в себя до самого основания, втягивая щеки в этот момент. Потянув ее за волосы, она отстранилась от него. С ее губ капала слюна, а его глаза обжигали ее. Драко поднялся на ноги и повел ее к большому зеркалу, где стоял комод цвета красного дерева. — Наклонись. — Она так и сделала, но не достаточно быстро, потому что твердая рука надавила ей на плечи. Она прижалась щекой к прохладному дереву, услышав, как он снимает брюки. Тонкие пальцы провели по ее входу. — Ты вся мокрая, дорогая. Неужели член в этом девственном ротике сделал это. — Продолжай, Малфой. В комнате раздался сильный шлепок, и боль в заднице отозвалась витками удовольствия в жаждущей киске. — Это за то, что ты неправильно ко мне обратилась. — Он наклонился к ней и приник губами к ее уху. — Я сказал тебе, как меня называть. Больше не повторяй этой ошибки. Если только, — он потерся о ее попку, которая казалась горячей и нежной, — тебе нравится, когда тебя наказывают? — Она молчала, видимо, ответ был написан на ее лице. Он застонал. — Какая идеальная, послушная развратница. Руки за спину. — Когда она повиновалась, ее запястья оказались в ловушке его крепкого захвата. Он вошел в нее полностью, без предупреждения, его бедра врезались в нее, больно вдавливая в нее комод. Его толчки были жестокими. Длинными и жесткими. — Каково это, ведьма? Она застонала, ее разум оцепенел от электрических ощущений, распространяющихся по всему телу. Он отпустил ее запястье и схватил за волосы, притянув к своей груди. — Ответь мне. — Это потрясающее ощущение, — застонала она. Рука, лежащая на ее бедре, стала теребить клитор, его темп не ослабевал. Черт, она была близка. — Лучший момент в твоей жизни? — Она не ответила. Он сильно шлепнул ее по лоно. Блядь! Это было больно. — Я... да, это так. — Он повернул ее к себе лицом, чтобы встретиться с ней глазами. Его рука доводила ее до пика, до которого ей оставалось всего несколько мгновений. — Хочешь знать почему? Потому что ты трахалась не с тем парнем. — В этот момент его серые глаза потемнели. Бледные локоны превратились в темные вороные кудри. Высокомерная ухмылка превратилась в злобную. Он стал еще выше, и с последним толчком она почувствовала себя полнее, когда он вошел в нее. — Том, — удивленно простонала она в момент кульминации. Он нежно обнимал ее во время разрядки, не сводя с нее темных глаз. Придя в себя, она быстро отступила и ударила его по лицу. От неожиданности он повернул голову. — Да что с тобой такое! — закричала она. Его темные глаза забавлялись, когда он держался за щеку. — Гермиона, дорогая, это и есть моя благодарность за то, что я удовлетворил тебя, как положено? — Я не хотела этого. Оборотное? Неужели Реддл? Зачем тебе понадобилось меня обманывать? — Серьезно? Ты самая умная ведьма в своем возрасте. Неужели ты думаешь, что твой невзрачный парень вдруг узнал, как сделать так, чтобы ты сломалась? — насмехался он. — И маленькая обманчивая ведьма навела меня на мысль использовать оборотное для удовлетворения своих навязчивых желаний, — сказал он, глядя на нее. Она стояла молча, глядя на его обнаженную фигуру. Он был на несколько дюймов выше Драко и на фут выше ее. Его тело было худощавым, но все еще покрыто твердыми мышцами. На его груди виднелись следы красоты. Ее глаза опустились к его... — Когда ты узнала? — сказал он, когда его дыхание стало ровным. — Я не знала. — Лгунья. — Он шагнул к ней, положив руку на ее щеку и ища ее глаза. — Когда? Гермиона, — сказал он, глядя на нее. — С первого поцелуя. Я подозревала, но не была уверена. Драко никогда не целовал меня так. Я чувствовала это лишь однажды. Его губы прильнули к ее губам, втягивая в свой дразнящий поцелуй. Его язык лизнул губы, встретившись с ее. Его поцелуй был безошибочно узнаваем по тому, насколько поглощающим он был. Он прервал его только для того, чтобы провести поцелуем по ее шее. —Я слишком долго обходился без этого. — Том, мы не можем. У меня есть парень. — Только что был. И ты порвешь с ним. — Нет. — Это была не просьба. — Он укусил ее за шею. Боль от этого прошла сквозь нее. Черт, это было неправильно. Драко был добр к ней. Он был отличным парнем. Она громко застонала, когда Том ввел свои пальцы. Ее намокшая нежная киска приняла его. — Теперь эти прекрасные звуки реальны. Не правда ли, моя замечательная девочка? — О, черт. Когда стон сорвался с ее губ, тяжелая дверь в ванную старост открылась. Все ее тело замерло. Том приподнял ее за талию, зашел в одну из раздевалок, сел на широкую скамью и посадил ее к себе на колени, так что она оказалась на его бедрах. Она почувствовала, как его член упирается в ее влажные складочки. Его член. Она никогда не видела его раньше, а под таким углом и при тусклом освещении и вовсе не могла, но она чувствовала его... он был гладким, скользким и твердым... подождите, твердым, но он просто... — Реддл сказал встретиться с ним здесь? — сказал вкрадчивый голос. О боже! — Да, Малфой, а теперь постарайся хоть раз не быть болваном и наберись терпения, — ответил другой. Гермиона замерла. — Гермиона, — прошептал Том ей на ухо. Она вышла из транса, когда он начал двигать ее вверх и вниз по своему стволу. Гермиона посмотрела на него, несомненно, безумным взглядом. И покачала головой. — Том... пожалуйста. — прошептала она. Он слегка приподнял ее и сильно вошел в нее. Она прикрыла рот, чтобы заглушить вскрик. — Ты что-то слышал? — спросил Драко у того, с кем он был. — Наверное, та извращенная девчонка-призрак, которая иногда бродит здесь, — ответил другой мальчик. Том задел чувствительную точку, отчего ее глаза закатились, и она прислонилась лбом к его лбу. — Посмотри на меня, — сказал он ей на ухо. Она посмотрела. Его зрачки широко раскрылись. Глаза стали черными. — Ты так хорошо меня принимаешь, моя упрямая ведьма. — услышала она в своей голове. Как? И она сразу же поняла, что это Легилименция. — Правильно, моя умница. Десять очков Гриффиндору. Черт, ты так хорошо чувствуешь себя на моем члене. Драко не доставал до того места, где тебе нужно. — ухмыльнулся он. Он двигал ее бедрами в ровном темпе, ни разу не позволив ей взять себя в руки. Ублюдок. Но она бы солгала, если бы сказала, что это не было божественным ощущением. Он был прав, его член проникал туда, куда Драко никогда не проникал. — Посмотри, какой беспорядок ты устроила. — Она посмотрела вниз, на то место, где они были соединены, и его член был мокрым. Она смотрела, как ее киска жадно вбирает его в себя снова и снова. Ее руки все еще были зажаты над ртом. Краны в ванной все еще были включены, поэтому звуки ударов плоти о плоть были приглушены. Но ее стоны были бы слышны, поэтому она крепко зажмурилась. — Оглохни. — Я заставил тебя забыть, что ты ведьма? — Том сказал это нормальным тоном, и она сначала была шокирована, а потом поняла, что он только что произнес. Они не смогли бы их услышать. Она издала сладострастный стон, который заставил Тома зашипеть. — Ну все, дай мне тебя послушать. Черт, ты звучишь точно так же, как я помню. — Его рот тут же приник к ее груди, язык зашевелился вокруг соска. Его умелые пальцы теребили ее клитор; ее правая нога начала дрожать от ощущений. — Том... о, черт. Я собираюсь..., — ее зрение затуманилось, когда второй оргазм охватил все ее тело. Через несколько секунд она услышала его стон. Он взял ее за подбородок и поцеловал. Отстранившись, он провел по ее нижней губе, которая распухла. — Вот это уже настоящая ведьма. — Она выдохнула смех, откинув голову на его плечо. Его рука успокаивающе провела по ее позвоночнику. — Черт возьми. Во сколько он будет здесь? — сказал раздраженный голос. Она совсем забыла о Драко. — Он сказал, что будет здесь, значит, он будет здесь. — Мы так и будем торчать здесь всю ночь? — спросила она, проводя рукой по его гладким кудрям. — Как бы мне ни хотелось, чтобы ты стояла на коленях с этими пухлыми губами на моем члене для следующего раза. Нет, нам не обязательно оставаться здесь на всю ночь. В любую минуту... — Эй! Реддл сказал встретиться на обычном месте, пошли, — крикнул другой мальчик. — Какого черта мы должны были ждать здесь? — услышала она слова Малфоя, когда за ним закрылись двери. Гермиона поднялась на дрожащих ногах. Том придержал ее, самодовольно улыбаясь. — О, пожалуйста, — проворчала она. Они вышли из раздевалки, и она начала надевать свою одежду, которую, к счастью, остальные не видели. — У тебя безупречное время. — Она была впечатлена тем, что он спланировал каждый момент. — Я знаю, что ты дотошная ведьма. Она улыбнулась, взяла свою сумку и перекинула ремень через плечо, собираясь уходить. — Гермиона. — Он схватил ее за запястье и притянул к себе. Руки схватили ее за лицо, и он потерся о ее щеки. — Том. Почему сейчас? Это потому, что я продолжила жить? — Ты не двигалась дальше. — Я была счастлива. — Неужели? — Да. — Лгунья. — Гермиона, у меня был план, как я хочу, чтобы сложилась моя жизнь, и когда ты меня поцеловала, я не был готов включить тебя в него, но... Я пытался сопротивляться, правда, пытался, но потом ты ушла и начала трахаться с Малфоем. Сначала я говорил, что это хорошо. Ты была просто шлюхой, которая ищет, кого бы трахнуть. Я говорил себе, что это ничего не значит. Почему меня должно волновать, кого ты трахаешь? Потом я понял, что жажду твоих чувств ко мне. Я сказал себе, что ты не следишь за ним так, как следишь за мной. Ты не знаешь о нем то же, что и обо мне... Ты использовала чертово оборотное, чтобы узнать о моем происхождении. Я твердил себе, что та одержимость, которую ты хранишь для меня, священна, что ты не сделаешь этого ни для кого... верно? — Его глаза выглядели искренне обеспокоенными. — Нет... это было только для тебя. — Он обхватил ее лицо своими теплыми руками. — Расстанься с ним, — он наклонился к ней так, что его губы коснулись ее губ. — Пора тебе превратиться из принцессы-грязнокровки в шлюху Темного Лорда. — Он поцеловал ее, и она быстро оттолкнула его. Хватка на ее бедре заставила их лишь слегка раздвинуться. — Что ты только что сказал? — Прекрасно, — вздохнул он. — Королева, если хочешь. — Проблема была не в шлюхе. — Ты идеальна, — улыбнулся он ей. — Том, что ты имеешь в виду под Темным Лордом?» — Гермиона, ты хочешь поговорить об этом прямо сейчас? Хорошо. Ты знаешь, как работает Министерство. Оно коррумпировано. Нам нужно перестроить его с нуля. И я бы хотел сделать это в нынешнюю эпоху, так что более жесткий подход поможет нам быстрее. — Но Темная магия опасна. — Магия есть магия, дорогая. Темная и светлая не имеют значения. Ты сама сказала, что мы другие, мы можем изменить этот мир и сделать его таким, каким хотим. — Том, это безрассудный путь. — Я сам его выбрал. Пойдем со мной. Она заколебалась. — А что, если я скажу, что ты будешь рядом со мной и укротишь мои темные порывы? — Ты бы солгал. Он лукаво улыбнулся. — Моя умная ведьма. Давай пропустим все эти споры о морали. Мы оба знаем, кто победит. Наши цели в какой-то степени совпадают. Вместе мы сможем стать великими. Присоединяйся ко мне. — А если нет? — Я сотру это воспоминание из твоего сознания, и ты сможешь жить полноценной жизнью жены чистокровного. — И ты позволишь мне это? — Да. — Лжец. Он одарил ее знающей ухмылкой. — Похоже, у меня нет другого выбора, кроме как быть с тобой, — вздохнула она. — У тебя есть выбор сделать это добровольно. — О, это звучит прекрасно. — Она закатила глаза. — У нас будет все, и мы ни в чем не будем нуждаться. — Хорошо. Я сделаю это. Том снова погрузил ее в поцелуй, изменяющий сознание. Сможет ли она когда-нибудь привыкнуть к ним? Чуть отстранившись, он сказал ей в губы, глядя в глаза, пронзающие ее существо. — Если быть до конца честным. Ты была бы в безопасности от меня, если бы не инициировала ту потасовку за гобеленом». — Какая потасовка за гобеленом? На красивом лице Тома появилась угрожающая улыбка. — Том, — предупредила она. — Пойдем, моя королева шлюх, мы проведем реконструкцию, раз уж у тебя плохая память. — Разве Драко не ждет тебя? — Он может ждать и дольше. Кроме того, после этого мы найдем его, и ты сможешь покончить с ним и стать полностью моей. — Правда? — Да. Тогда мы пойдем в наше общежитие, и я отведу тебя в гостиную. Потом в твою комнату. Потом в мою комнату. А когда мы закончим, я покажу тебе список всех остальных мест в замке, где я планирую заставить тебя кричать. Учебный год почти закончился, так что время имеет решающее значение. — У тебя есть список? — Она рассмеялась. — Конечно. Как и у тебя. — У меня нет списка... больше нет, — улыбнулась она ему.