Осколки прошлого

После победы над Метелью прошло совсем немного времени, но многое в жизни Гилтиаса успело измениться. На его плечи вновь легла почти непосильная ноша, однако он больше не был одинок. У него были друзья, с которыми он бок о бок прошёл не одну битву. И Ботар-Эль. Эта была та причина, по которой Гилтиас, хранитель двух планет, предпочитал солнечную, цветущую Энию родному стылому Ксентарону. Ксентарон пах одиночеством. Тысячелетним сном золотых драконов, в котором Гилтиасу не оказалось места. Однако, посещать Ксентарон, Гил считал своей обязанностью. Хотя бы сегодня. На первую годовщину победы над Минатрикс. Торжество проходило замке ныне покойного Деймоса. Он умер в своей постели, тихо и как-то нелепо. За свою жизнь он совершил немало плохих и жестоких поступков. Ему даже в какой-то мере повезло уйти без помощи внезапных союзников. Сейчас на Ксентароне новый правитель. Замок Деймоса больше походил на крепость. Обнесённый огромными стенами, он светился сотнями холодных огней из узких, как бойницы окон. Вокруг замка разрослись вечно зелёные сосны, и Гил всем нутром ощущал местный стылый воздух. Почему один из его младших сородичей — Гилтанас так облюбовал это место для Гила было загадкой. В замок Гил пролез сквозь вытянутое окно. Ему совсем не хотелось шастать по длинным узким коридорам. Уже в коридоре он обернулся человеком, и сразу пожалел. Ему и в истинном обличии здесь некомфортно, а уж в хрупком человеческом... Не спасало даже подобие доспехов — чёрно-красный жилет с обилием мелких шипчиков и штаны в обтяжку. Эта красота защитила бы только от толчка. Жаль, Ботар-Эль наотрез отказался покидать родную Энию. С ним было-бы спокойнее. Торжественный зал был всего в паре пролётов, Гил даже слышал фоновый шум голосов. Он бесшумно шёл по вековым коврам, но за первым же поворотом замер. Несмотря на ясный день, слишком узкие окна не могли впустить достаточно света, и по углам коридора стелились густые тени. В одной из таких скрывался синий. Синий сидел на одном колене и, завесившись волосами, старательно шнуровал ботинок. Он словно не почувствовал прожигающего взгляда голубых глаз, лишь бледные пальцы с чёрными когтями на мгновение застыли. — Ты что здесь делаешь? — ледяным тоном спросил Гил, подходя ближе. Синий затянул узел и медленно выпрямился. Он был ненамного выше самого Гила. Его подобие доспехов закрывало всё тело и визуально напоминало чешую. Хоть синий и был безоружен, тяжёлые ботинки и чёрные когти доверия не внушали. — Меня пригласили, — излишне спокойно ответил он. — И кто же? — пренебрежительно вырвалось у Гилтиаса. Синий дёрнулся. Да, вышло грубо, но синие драконы почти поголовно перешли на сторону Минатрикс, и почти все были истреблены. Те немногие, что бились на стороне света, сейчас старались лишний раз не высовываться. — Я вам не враг, Хранитель. Осторожный ответ вызвал волну раздражения. Гилтиасу было некомфортно рядом с синим из-за того, что его почти озверевший сородич когда-то чуть не лишил Гилтиаса глаза. Однако, для самого синего существовала реальная угроза от подвыпивших воинов, желающих свести счёты. Вопрос лишь в том, понимал ли он это. Судя по почти боевому доспеху и проглатыванию оскорблений, он всё понимал. — Хранитель, ужасно рад тебя видеть! Тас влетел в коридор золотой стрелой, налетел на замеревшего синего со спины, и так и повис на нём, хоть и был на пол головы выше. — Тебя я тоже ужасно рад видеть, — заявил он своей жертве. Синий не шелохнулся. Гил опасно сощурил на сородича глаза. И как он сразу не догадался, что синего приволок Тас. Вот тянет же некоторых на всякое. — Что он здесь делает? — Скай здесь лицом светит. Напоминает, что не все синие — мудаки. Гил не состроил скептическую морду только из уважения, но синий, пользуясь тем, что Тасу этого не видно, закатил глаза. Гил чуть не фыркнул. — Ну что, пойдёмте праздновать! — преувеличенно бодро предложил Тас, всё ещё не выпуская плеч синего. *** Тас уже неоднократно пожалел, что вытащил Ская на это празднество. Бедолага весь издёргался. Нет, внешне он более-менее справлялся. Не делал лишних или резких движений, не реагировал на нелестные отзывы о своих сородичах и Деймосе. Его выдавали только глаза, метавшиеся из сторону в сторону. — Ты поаккуратнее с ним. Тас обернулся на бесшумно подошедшего Гила. — Ты о чём? — Ты понимаешь. Синие — непредсказуемы и опасны. Тас хотел сказать, что Скай — не тот озверевший дракон, и Скай уж точно не нападёт на малолетнего хранителя драконьего сна. Но вместо этого проворчал: — Твой Ботар-Эль тоже непредсказуем. — Ботар-Эль хотя бы не кусается, — пошутил Гил. Тас уже хотел возразить, что Скай тоже не кусается, как понял, что Ская нет. Он куда-то совершенно бесшумно улизнул. В его-то огромных ботинках. Вот как они с Гилом это делают? — Что делаем? — не понял Гил. Тас тихонько ругнулся. Видимо, последнюю фразу он сказал вслух. — Ходите бесшумно. Что ты, что он. Гил пожал плечами, и серьёзно добавил: — Очень тебя прошу, будь с ним аккуратнее. Тас быстро согласился, даже не закатив глаза, и сбежал на поиски Ская. Скай нашёлся быстро на одном из балконов. Он стоял неестественно прямо, до поболевших пальцев вцепившись в перила. Солнце только начинало садиться, его лучи запутывались в тёмных волосах. Тас надеялся, что ему ещё удастся полюбоваться подобным в более спокойных условиях. Скай при его появлении вздрогнул и обернулся. — Паршиво выглядишь, — прокомментировал Тас, подходя ближе. Скай пожал плечами. — Просто устал. — Перенервничал, — поправил его Тас и погладил чужие раскалённые пальцы. Скай слабо улыбнулся. Тас бы погладил всего Ская, но сомневался, что под своим черепашьим панцирем он хоть что-то почувствует. Вспомнилась их первая встреча. Как на выжженном поле, оставшемся после боя с армией Минатрикс, Скай вправлял Тасу вывих. Его затравленный взгляд, и как Тас решил оберегать синего от нападок. В конце концов, плохой дракон бы напал, воспользовавшись преимуществом, а не объяснял, как дышать, что бы не было больно. После того случая их тянуло друг к другу. Во всяком случае, Тас так думал. Его точно тянуло. Ская, вероятно, тоже. Да, встречи он не инициировал, но никогда не отказывался и удрать пораньше не спешил. — О чём задумался? Вопрос вернул Таса в реальность. — Есть у меня одна идея, как тебя расслабить, — Тас хитро улыбнулся и по-хозяйски положил руку Скаю на поясницу. — Ты опять пытаешься затащить меня в постель. — Но тебе же станет легче! Расслабишься, подумаешь о чём-то другом. Или вообще думать перестанешь. Скай сжал челюсти. Белые глаза красиво позолотило садящееся солнце. Тасу захотелось навсегда запомнить и этот момент, и эти прекрасные глаза. — Хорошо, — осторожно проговорил Скай. — Давай попробуем. — Ты ж мой хороший, — обрадовался Тас. — Обещаю, ты не пожалеешь. Я мега хорош. Твоей девственной жопке со мной невероятно повезло. — Я не девственник, — попробовал возразить Скай. Но Тас уже сцапал его за плечи, словно боялся, что синий передумает. — Вот по пути ты мне всё и расскажешь, — заявил Тас, и пока Скай не отошёл от шока, быстро чмокнул его в щёку. *** Тас уже давно прибрал себе одну из башен, в которую сейчас и вёл Ская. Вёл и не мог заставить себя отпустить его плечи. Словно боялся, что Скай испарится. Да, в драконьем обличии подняться в башню было бы быстрее, проще и приятнее, но Скай отказался. Честно сознался, что ему страшно оборачиваться драконом и провоцировать агрессию подвыпивших воинов. По пути Тасу удалось вызнать одну омерзительную подробность — лишил Ская девственности никто иной, как Деймос. — Но он же старый! — возмутился Тас. — Не настолько, — возразил Скай. Тас заткнулся. Просто что бы не портить настрой. Хотя ему было, что сказать по теме, ох как было. — Добро пожаловать в мои покои! — объявил Тас излишне торжественно, заводя Ская в залитую закатным солнцем спальню. Узкие вытянутые окна пропускали на удивление много солнечного света, сейчас окрасившего покои в цвет спелых апельсинов. Огромная кровать, застеленная светлым бельём на которой когда-то был балдахин, но Тас быстро в это наигрался и балдахин был отправлен в мусор. Рядом кресло, чаще используемое для хранения одежды, пушистый ковёр на полу, по которому даже Тас мог ходить бесшумно. Скай зашёл осторожно, быстро оглянулся. Он словно всё ещё ждал атаки. Тас запер дверь, змеёй скользнул за спину потенциальному любовнику, сцапал его за талию, заставив вздрогнуть. — Хороший секс тебя расслабит, — мурлыкнул Тас, зарывшись в чужие, пахнущие морем и холодом волосы. — До определённой степени, — пробормотал Скай. Тас погладил чужую талию, спустился на бёдра и поднялся обратно. Разочарованно вздохнул. Ничего, кроме плотного корсета потрогать не удалось. — Снимай с себя этот панцирь, пока я его не вскрыл, — Тас подтолкнул свою жертву к кровати. Обуреваемый счастьем и желанием, Тас рванул с себя куртку, чуть не порвав по шву. Пришлось немного себя осадить, и снимать штаны немного аккуратнее. Едва закончив, переполненный томительным предвкушением, Тас повернулся к Скаю и обомлел. Тот только заканчивал бороться со шнуровкой на ботинках. — Я не понял, почему ты всё ещё в черепашьем панцире? — возмутился Тас. — Мне весь доспех нужно снять? — с сомнением уточнил Скай. — Ты как будто первый раз! — Нет причин раздеваться полностью. Тас сощурил глаза, всем своим видом демонстрируя угрозу. Скай не проникся, но застёжки расстёгивать начал. Тас неотрывно наблюдал за методичными движениями Ская. Ему уже казалось, что стоит отвернуться, и всё, потенциальный любовник останется в штанах, или ещё хуже, совсем откажется раздеваться. Это Деймос его научил? Мелькнула тревожная мысль — Скай же сам говорил, что видел в Деймосе отца. В какой момент Скай начал трахаться с собственным отцом? Скай точно этого хотел? Что бы не развивать неприятную мысль дальше, Тас вихрем подлетел к синему и рванул с него доспех. Что-то затрещало, Скай негромко возмутился, но позволил себя раздеть. Тас с победным кличем отправил доспех на кресло, и пока Скай не успел опомнится сцапал его за талию. Собственные загорелые руки на бледной коже казались очень уместными. Тас провёл пальцами до рёбер, услышал судорожный вдох и, согнувшись как креветка, вцепился губами в основание шеи. Ская хотелось трогать. Горячая бледная кожа, под которой бугрились твёрдые мышцы и запах солёной воды сводили с ума. Тас прижался губами к шее, почувствовал, как дёрнулся чужой кадык, и как жарко стало от собственного возбуждения. Не выпуская Ская из объятий, словно боясь, что он рванёт к любимым доспехам, Тас наклонился к чужому уху. — Видишь, без черепашьего панциря намного приятнее, — собственный голос оказался хриплым. — Будет ещё приятнее, если ты меня задушишь. Тас фыркнул и толкнул Ская на кровать. Тот, видимо от неожиданности, не успел сориентироваться и рухнул на спину, в последний момент оперевшись на локти. Тас с ехидной улыбкой осмотрел полулежащего любовника, оценил широкие плечи, зеленоватые вены, просвечивающие сквозь бледную кожу, оформленный пресс и чуть не возмутился вслух. Скай даже током и не был возбуждён. И это когда Тас готов был на стену лезть от желания. Опережая попытки Ская подняться, Тас шустро сел на него. Для надежности сжал бёдра коленями. Скай так же резво принял сидячее положение. Их тела оказались очень близко, Гилтанас ощущал жар чужой кожи, дыхание Ская опаляло шею. Скай поёрзал, но Тас не собирался так легко отпускать свою жертву. Месть за игры в недотрогу ещё не свершилась. Пользуясь положением, Тас прижавшись всем телом погладил напряжённые плечи и спину. Скай кажется никак не реагировал на прикосновения. Так и сидел, вцепившись когтями в одеяло и смотрел в пустоту. От возмущения Тас щипнул любовника за поясницу, заставив вздрогнуть. Под удивлённым взглядом белых глаз просунул руку между их телами, провёл ладонью по животу, полез между ног Ская и осторожно сжал его член. Мягко поводил по нему рукой, припал губами к истерзанной шее. Под его ладонью член начал затвердевать, а собственный и без всяких прикосновений горел огнём. Не выдержав, Тас сжал оба члена, провёл рукой на пробу. Не фантастика, но пойдёт. Из-за того, что Тас сидел на Скае, ему пришлось оторваться от чужой шеи и немало поёрзать, но всё равно получалось так, что себя он гладил только по стволу, а Ская — по более чувствительной головке. Хотя это могло бы сыграть Тасу на руку. Скай уже дышал тяжело и сосредоточенно. Очень хотелось вывести его на стоны. Скай сидел под ним сжав одеяло до побелевших костяшек, опустив голову, словно наблюдая за мучающей его рукой. Свободной рукой Тас поднял его лицо за подбородок, с трудом поймал не фокусирующийся взгляд и чмокнул в плотно сжатые раскалённые губы. Скай рвано выдохнул через нос. Тас ускорил темп. Ему было жарко. От возбуждения. От раскалённого тела рядом. Скай уткнулся макушкой золотому в грудь. Его дыхание стало совсем сбивчивым. Тас, глядя на бледную напряжённую спину, облизал сухие губы и, не доводя ни себя, ни Ская, разжал ладонь. На мгновение почувствовал разочарование, но долгожданный хриплый стон любовника компенсировал с лихвой. Тас не без сожаления слез с горячих коленей. В паху пульсировало. Хотелось побыстрее получить удовольствие, но он не затем дорывался, что бы закончить сейчас. — Ложись, — Тас похлопал рядом с собой. — Зачем? — хрипло спросил Скай. Тас от неожиданности вопроса завис, но почувствовав на себе пристальный взгляд, попытался собрать мысли в кучу. Сосредоточится сильно мешала болезненная тяжесть в паху. Скай, что-то для себя решив, всё же лёг на спину. Вытянув руки вдоль тела, вцепился в одеяло, белые глаза смотрели сквозь потолок. Тас аккуратно положил руку на напряжённую грудь. Промелькнула тревожная мысль, а вдруг Скай ни во что не играется? — Если ты не хочешь, давай не будем… Бледные когтистые пальцы до хруста вцепились в его запястье. — Хочу, — уверенно прохрипел Скай. Тас усмехнулся. Решив брать, пока дают, загнал поглубже неприятное чувство. Раздвинул Скаю ноги, пристроился между ними. Погладил коленки, вынуждая немного их согнуть, мягко провёл ладонями по напряжённому животу, с нажимом — по члену, вырывая судорожный вдох. В паху ныло, ужасно хотелось большего. Тас навалился на Ская, прижал его руки к кровати и поцеловал тонкие губы. Скай ответил на поцелуй неумело, но быстро понял, что нужно делать. Он целовал напористо, приникая в рот почти что силой. Тасу невероятно понравилось. Отлепился от раскалённых потерявших очертания губ он смог только когда воздуха перестало хватать критически. Сел, пытаясь отдышаться, погладил напряжённые бока. Одной рукой скользнул вниз, огладил вход, осторожно ввёл палец. Скай лежал под ним напряжённый, как струна, живот под рукой Таса был как каменный, белые глаза невидяще смотрели в потолок, но внизу он оказался абсолютно расслабленным. Стало жутко. От контраста с поцелуем словно водой окатили. — С меня хватит, — под недоумённым взглядом Тас поднял руки. — Скай, что-то не так? Тебе больно? — Мне ещё не было больно, — отозвался Скай, приподнявшись на локтях. — Но ты думаешь, что будет? — возмутился Тас. — Я не знаю, чего от тебя ждать, — произнёс Скай, как нечто само собой разумеющееся. Тас чуть не задохнулся от возмущения. Скай ждёт, что будет больно? То есть, настолько не доверяет? Зачем вообще тогда согласился? А сам Тас о чём думал? Ну хоть понятно, чем. — Просто выеби меня, а обсудим всё потом, — прервал сбивчивый поток мыслей Скай. — Зачем тебе это вообще надо? — возмутился Тас. — Ты ждёшь боли, ни на что не реагируешь, и вообще… Тас задохнулся, пытаясь подобрать слова. — Тебя Деймос всему этому научил? — Да, — совершенно спокойно отозвался Скай. — Охереть, — пробормотал Тас. — Давай мы просто продолжим, — устало попросил Скай — Тогда попробуй хоть немного расслабиться, — потребовал Тас. — Я как будто тебя насилую. Скай кивнул и откинулся на подушку. Тас размазал смазку по напряжённому животу, прошёлся ладонями по рёбрам, осторожно поцеловал в кадык, уловил резкий выдох, подушечками пальцев погладил напряжённую челюсть. — Ну ты хоть постонать попробуй, — попросил Тас. Скай медленно выдохнул, расслабил челюсть, чуть-чуть разомкнул тонкие губы. Тас погладил его скулу тыльной стороной ладони. — Я не сделаю больно, обещаю, — прошептал Тас, смотря в расширяющиеся глаза, — Тебе же ещё не было со мной больно. И не будет. Золотой быстро чмокнул приоткрытые губы, и снова сел. Провёл ладонями от груди до паха. Если Скай и расслабился, то не особо заметно. Тасу снова становилось жарко, в паху заныло. Стоило немного облапать синего, как возбуждение вернулось. Тас погладил напряжённые ляжки, с гаденькой ухмылкой лизнул внутреннюю сторону бедра, совсем рядом с членом. Скай сбивчиво выдохнул. — Да просто вставь ты уже, — прохрипел он. У Таса самого в паху уже дёргало, но он держался. Из последних сил. — Если будет больно, — собственный голос оказался севшим. — Скажи сразу, не терпи. Хорошо? — Хорошо, — с каким-то раздражением отозвался Скай. Тас немного поколебался. Ужасно хотелось просто вставить, но вдруг Скаю будет больно? И самое противное, он же может промолчать. Тас погладил напряжённые бока, и всё же полез в любовника пальцами. Осторожно, стараясь не делать резких движений. Скай никак не отреагировал, так и лежал, глядя в потолок. — Боишься? — осторожно спросил Тас. — Тебя? — усмехнулся Скай и ахнул. Тас с гаденькой ухмылкой отпустил член любовника. — Ага, стонать ты всё-таки умеешь. — Тебе нравятся стоны? — севшим голосом спросил Скай. — А кому нет? — удивился Тас странному вопросу. Он всё ещё подготавливал Ская, мучаясь от внутреннего жара и собственного желания. Пальцы скользили на удивление легко, и даже окаменевший живот под рукой Гилтанаса стал мягче. — Деймосу не нравилось. — Я не Деймос, — не сдержавшись рыкнул Тас, и моментально пожалел, почувствовав, как окаменел любовник. Тас застыл, не зная что делать, но Скай уже вернулся в прежнее состояние. Золотой медленно выдохнул, но не сдержался и вошёл рывком в раскалённое тело. Скай ахнул. — Я уже думал, ты не решишься, — хрипло съязвил он. Тас навалился всем телом на Ская, чмокнул в приоткрытые губы. — А ты не радуйся раньше времени, я могу и передумать, — нагло соврал он. Тас сделал на пробу пару движений, принял позу поудобнее и начал набирать темп. Он чувствовал, как низом живота проезжается по члену любовника, как тяжелеет собственное дыхание. Видя, что Скай опять сжимает губы, Тас поцеловал его, замерев ненадолго. Скай ответил яростно, всем телом подавшись навстречу. Едва оторвавшись от чужих горячих губ, Тас набрал скорость, выбивая из Ская звучные вздохи. Уже не плохо. Скай снова попробовал сцепить челюсти, но Тас толкнулся особенно удачно, вырывая короткий стон. Тасу было жарко. Внутри тела закипала магма. Заполняла изнутри. Тас с трудом мог сфокусировать зрение, но всем телом ощущал, как задыхается и выгибается под ним Скай. Не сдерживая порыв, Тас широко лизнул любовника в шею. — Что… — ошалело просипел Скай, но вопрос утонул в хриплом стоне. Слишком резво Скай зажал себе рот когтистой ладонью. Тас перехватил чужую руку за запястье и прижал к кровати. Становилось невыносима горячо. Тас за всем этим жаром не чувствовал собственного тела, двигался как будто на импульсе. По телу прошла судорога, принося облегчение и возвращая чувство реальности. Тас, пытаясь отдышаться, рухнул на любовника. Немного кружилась голова. Скай всё ещё дышал тяжело и рвано, его член упирался Тасу в живот. Тас приподнялся на локтях, коротко чмокнул Ская в губы, едва успел с него слезть, как Скай сел. — Мы закончили? — спросил он хрипло. — А что насчёт тебя? — Тас выразительно посмотрел на всё ещё стоящий член, но Скай, скорее всего взгляд не считал. Он расфокусировано посмотрел на Таса, и золотой решил перехватить инициативу, пока любовник не выдал что-то ещё жуткое. — Ложись обратно, — приказал Тас. И что бы точно дошло, надавил на грудь, укладывая на кровать. Раздвинул по-шире чужие колени, склонился над пахом и широко лизнул член от основания до головки. Скай выгнулся, всхлипнул и зажал себе рот руками. Тасу реакция понравилась. Скай издал звук — это уже победа. Тас провёл рукой по напряжённому члену почти без нажима и взял головку в рот. Скай задушено застонал в сцепленные пальцы. Тас расслабил горло, пропуская в него член, с наслаждением вслушиваясь в хриплое дыхание. Тело под ним подалось навстречу, и Тас немного поменяв позу, прижал чужие бёдра к кровати. Не хватало ещё рвотный рефлекс спровоцировать. В ответ на такое обращение Скай издал звук, очень похожий на скулёж, и Тас решил больше не мучать любовника. Несколько быстрых движений — и рот заполнился тяжёлым солоноватым вкусом. Скай протяжно застонал, его тело обмякло. Не в силах сдержать свою гаденькую сущность, Тас, не проглатывая, поцеловал Ская. Белые глаза расширились, Тас почувствовал чудовищную хватку на своих плечах, от которой кости затрещали, и кубарем полетел с кровати. Уже лёжа на ковре Тас понял, его скинули, как мешок картошки. — Это что было? — ошалело спросил Скай. — Что ты мне подсунул? — Тебя, — гоготнул Тас. У Ская опять расширились глаза. Но, кажется до него дошло. — Честно признаюсь, вообще не ожидал, что ты так легко меня скинешь, — продолжал веселиться Тас, забираясь обратно на кровать. — Ты думал, что я — хрупкая принцесса? — подколол Скай. — Ой, да под твоим панцирем не разберёшь, — парировал Тас, наваливаясь животом поперёк коленей любовника. — Хрен ты теперь куда от меня денешься. — На коврик скину, — пригрозил Скай, осторожно проводя подушечками пальцев вдоль хребта. Тас зажмурился. Было немного щекотно. И тут до него дошёл смысл сказанного. Весь из себя покорный Скай далеко не беззащитен. И всё это время мог Таса скинуть. Да и много чего мог, если так разобраться. Чего стоят одни когти, которыми Скай сейчас задевал спину Таса. Но, по крайней мере, как бы жутко Скай себя не вёл, против произошедшего он не был. Тас чувствовал себя невероятно вымотанным, но в голове крутились бесконечные вопросы. На один он всё же решился. — Скай. — М. — Деймос тебя не целовал. Я прав? — Не целовал. А что? — Это заметно, — почти прорычал Тас. Ему ужасно хотелось добавить какую-нибудь гадость, но очень уж не хотелось обижать Ская. — Отцы так не поступают, — резюмировал Тас и уже приготовился прочитать целую лекцию о детско-родительских отношениях, но Скай его перебил. — Давай не сейчас. Не хочу в это погружаться. И Тас скрипя сердцем согласился. Они со Скаем ещё успеют это обсудить. А сейчас ему ещё нужно успеть попрощаться с Хранителем. И уболтать Ская остаться здесь на ночь. Потому что у Таса уже были на это утро большие планы.