Душа Востока

Вдох. Выдох. Снова вдох. Снова выдох. Шарль пытался привести в порядок свое дыхание, а вместе с тем успокоить желание убить Макса. Как жаль, думал он, этого нельзя сделать в аэропорту, который был напичкан охраной и представителями службы безопасности. А придушить хотелось так сильно, что проще было взять в обе руки по тридцатитрехкилограммовому чемодану, убить мышцы и уставиться на стойку регистрации, дабы занять руки и глаза. Второе имя Ферстаппена было не Эмилиан, а сплошной, непроходимый и дремучий косяк. Выполнить простую просьбу он не просто не смог - Макс сделал все в точности до наоборот. Намек Шарля о том, куда бы он хотел слетать на отдых был бессовестно проигнорирован. Или неправильно понят. Это уже неважно и разбираться в таких мелочах не хотелось. Застряв не только в очереди, но и в собственных мыслях, Шарль каждые тридцать секунд стабильно думал о том, как же, черт дери этого бестолкового голландца, можно было не понять, что самая солнечная и приветливая страна с золотыми и богатыми пляжами, изысканной кухней и винами, название которой начиналось на букву И, а заканчивалось на Я, не являлась Италией… Иордания. Они летели в чертову Иорданию. Какая там к лешему паста с омарами, тирамису и дорогущее просекко - Шарль не знал. Хотя он не описывал настолько подробно желаемую кухню, Макс все же должен был догадаться сам без таких унижающих его объяснительное достоинство уточнений. А как же хваленая ментальная связь? И он что ли зря выходил за этого человека замуж? Для того, чтобы партнер не понимал его с полуслова? Возмущение кипело и кипело. Мысли в голове повторялись по кругу. Яркое табло с номером рейса, городом прибытия и временем отправления все приближалось, все сильнее ослепляло и давило на и без того расшатанные нервы. - Документы. - Что, Шарли? - Макс резко повернулся к нему, чуть не сбив чемодан стоявшей позади и весьма ворчливой бабули.- Доставай документы. Я их отдал тебе и под твою ответственность, если ты забыл. Хотя сейчас уже думаю, что лучше бы сделал все сам.- Эй, колючка, не кипятись. Все в порядке, документы у меня в барсетке.- Только такой человек как ты мог взять на отдых барсетку. Мы же собираемся лежать на пляже, а не таскаться по пыльному городу под палящим солнцем. Ах да, я понятия не имею, что мы будем делать в твоей этой Иордании. И если бы… - Приветствую вас в нашем аэропорту. Назовите, пожалуйста, ваше направление и предъявите паспорта.

* * *

Абсолютно неудовлетворительное впечатление от места назначения и времени полета сгладили места в первом классе и неплохое французское вино, меню с несколькими видами которого принесли почти сразу же, как только Шарль приземлил свою пятую точку на мягчайшее сидение. Спасибо всем богам, что Макс запихнул их не в бизнес и тем более - боже упаси - не в эконом. Потому что прекрасная возможность лечь на огромном и раскладывающемся сидении, куда, при особом желании, мог поместиться еще один человек, радовала сильнее перегородок и отсутствия перспективы наблюдать лицо Макса на протяжении всех часов ночного перелета. Хотелось немного остыть, успокоиться и не портить самому себе отдых, который, даже если и не окажется таким по-европейски волшебным, каким изначально должен был быть, все таки может претендовать на почетное место в списке путешественнических необычностей.

* * *

В международном аэропорту Аммана часы пробили ровно семь утра. В руках Даниэля Риккьярдо уже второй стаканчик крепкого молотого кофе с корицей без единой сахарной крупинки опустел также быстро, как и первый. Любить свою работу в такие моменты становилось все сложнее, ведь быть специальным агентом при посольстве и сотрудничать с Интерполом не означало встречать, бегать и следить за безопасностью и благополучием богатых детишек каких-то там американцев. Он уже хотел было отказаться от этого поручения и заняться оформлением запроса на командировку на восток страны на границу с Ираком, чтобы провести там пару недель и собрать от информаторов кое-какие недостающие сведения. Довольно важные и касаемые расследования, которым занимается довольно большая группа людей, не каждого из которых Риккьярдо знал лично. Но когда взбешенный Уэббер буквально с ноги открыл дверь в небольшую каморку, именуемую кабинетом, и будто змей начал шипеть адресованные ему и всей рабочей группе сверху угрозы с довольно контрастным испуганным видом, параллельно мягко намекая, что в ближайшие месяцы Даниэль будет приставлен к определенным людям, желание спорить практически пропало. Скорее даже его внутреннее возмущение закончилось на фразе, сказанной на вдохе: “А почему я?”. И последовавшего за ней сурового взгляда и сухого ответа: “Ты хочешь, чтобы я отправил вместо тебя и Патрисио Рассела с Албоном? Да они же в первый день потеряют из вида объект, свои значки и сами попадут на карандаш административной полиции за неподобающее поведение. Их нельзя из здания выпускать вместе. Ты - другое дело.” Дэн буркнул что-то про своего напарника, тайно влюбленного в секретаря Марка, себе под нос, нажал на небольшую кнопку и со свистом отправил пару уже подготовленных листов с заявлением в измельчитель бумаги. Примерно на этом и остановился, едва начавшись, новый этап отдельной ветки международного расследования, долгое время и тщательно подготавливаемая лично самим Рикьярдо. Конечно же он надеялся иметь какие-то свободные часы в конце каждого дня на работу с расшифровками и документами от переводчиков. Но быть уверенным в том, что ему с Патрисио не подкинут еще какой-нибудь бессмысленной и унизительной для их статуса работенки, было нельзя. Именно по ряду всего этого и еще кучи долбанных причин Даниэль стоял в узком костюме, прислонившись к холодной стене и старался игнорировать нескончаемый щебет своего напарника и отвратительный запах его малинового рафа с зефирной пенкой, который можно было купить - к счастью Дэна - только в одной кофейне в аэропорту. Держать в руках громоздкую табличку с именами двух человек Дэн считал унизительным, поэтому с ней таскался Пато. Тем более, как здраво рассудил австралиец, к клоунскому галстуку цвета папайи не хватало только чего-то подобного, что еще сильнее могло привлечь к ним внимание в толпе местных в зале для встреч. Тяжко вздохнув и уставившись пустым взглядом в нерасчесанную макушку шебутного, но уверенного в своей привлекательности и неотразимости парня, Дэн начал слушать очередной словесный поток, лениво уворачиваясь от так и норовивших попасть на его одежду капель кофейной жижи. В какой-то момент его внимание привлекла весьма нестандартная пара путешественников, которая вихрем проносилась по ленточному коридору для встречающих. Вернее быстрым был только один молодой человек, одетый настолько странно, что левая бровь Дэна тут же приняла форму домика. Широчайшие светло-голубые джинсы с низкой посадкой и наслаивающейся на кеды тканью изобиловали то ли пришитыми, то ли выкрашенными в темно-синий цвет сердечками. А дополнял все довольно короткий топ на тонких бретельках, непонятная штука на волосах - Дэн понятия не имел, что это такое, как называется и насколько унисекс - и едва поспевающий крепкий мужчина в мутного цвета спортивном костюме и с двумя поистине огромными цветастыми чемоданами. Эта маленькая процессия поражала своим контрастом, выкриками на французском, из которого была понятно только фраза про отсутствие моря, и повышенным к ним вниманием представителей службы безопасности. Все таки, как здраво рассудил Риккьярдо, закончив наблюдать за ними плавающим взглядом, парню с гнездом на голове нужно было одеться чуть более сдержанно и не притираться так близко ко второму на улице, да и в любых других общественных местах. Все таки страна мусульманская и нравы здесь соответствующие. Не самые строгие, как у некоторых географических соседей, но все таки. Именно поэтому Дэн не горел желанием искать своего человека - вероятно, среди приезжих - и заводить с ним отношения. Вечно скрываться, не жить вместе и не иметь возможности публично проявлять свое внимание и любовь… это были совершенно не те перспективы, которые хотелось бы видеть в своем будущем. Поэтому проще было оставаться холостяком и лишь изредка подтрунивать над глупой, но сильной влюбленностью Пато в секретаря их начальника. После объявления о посадке нужного им рейса прошло еще минут десять ожидания томительного, но весьма комфортного из-за кондиционеров и опустевшего стаканчика рафа, который со свистом отправился в мусорку. Оставалась финишная прямая и они наконец встретят двух богатеньких сынков и покончат с этим. Не с парнями, хотя скинуть их на кого-то было бы огромным счастьем, а скорее со всеми этими неприятными процедурами знакомства и представления, что продолжилось бы в автомобиле. Отвлекшись на короткий телефонный разговор с Марком, который довольно измотанным голосом интересовался, что у них там происходит, специальный агент Даниэль Риккьярдо почувствовал толчок под ребра и просунутую в его свободную руку табличку, бросил еще пару дежурных фраз, засунул телефон во внутренний карман, повернулся и натурально обомлел. Перед ними стояли два молодых человека с массивными тележками, на каждой из которых было по несколько разнокалиберных чемоданов, рюкзаки, поясные сумки и пакеты из дьюти фри. Один был в просто необъятных размеров - туда можно запихнуть сразу двух человек - футболке, которая, черт бы ее побрал, была точно такого же вырвиглазного цвета, как и галстук Пато. Непонятные болотные шорты с кучей карманов, кроксы, клоунская, но достаточно забавная панамка с папайями и выглядывающие из-под нее спутанные кудри. Этот парень сразу кинулся пожимать руку его напарнику и едва ли не набросился на него с объятиями. Но все внимание Дэна было не там. Его зрачки расширились при взгляде на статный силуэт второго гостя. Причесанные будто минуту назад волосы лишь несколькими завитками выбивались на лоб. Абсолютно белая футболка так сильно обтягивала его фигуру, что была заметна каждая мышца и все кубики пресса этого атлетичного тела. Стройные ноги обтягивали такие же белоснежные джинсы, совсем не узкие, а скорее приятно облегающие. Тонкий ремешок еще больше подчеркивал талию. Кроссовки, как не сложно было догадаться, были такого же цвета, как и все остальное. - Приветствуем на славных землях Иордании граждан Америки. - Пато начал официально. - Гордый американец и любитель орлиного гимна со звездочкой тут один и это Логан. Меня зовут Ландо. - Вместе с этим он протянул руку с кучей браслетов на запястье и Дэну. - Я вообще-то англичанин, а в Штатах просто учусь вместе с этим придурком, мы лучшие друзья, кстати. - Он подскочил к светловолосому парню и старательно испортил костяшками правой руки аккуратный пробор на красивых волосах. - Мы вообще с детства дружим. Познакомились на соревнованиях по картингу. А сейчас настолько близки, что его папаша решил нас вместе от греха подальше от всех своих темных делишек сплавить не куда-то на юг Европы, а сюда. - Ландо широко улыбнулся и хлопнул своего товарища по спине так, что тот дернулся. - Пока не узнаю, где здесь можно накидаться и потусить, не буду уверен, насколько меня это устраивает, но выбора нет. А безлимитные карточки есть, так что… - Ландо, прекрати, пожалуйста, ты их утомляешь. Если о нас будет нужна какая-то дополнительная информация, я думаю, мы спокойно сможем рассказать. - Парень прокашлялся. - Как уже успел отметить этот совершенно безумный англичанин, свалившийся на мою голову, меня зовут Логан. - Он также пожимает руки обоим агентам, только это происходит намного спокойнее, чем у Ландо. И Дэн, потеряв контроль на какие-то доли секунды, неосознанно проводит подушечкой большого пальца по мягкой коже. - Логан Сарджент. Тот самый, как вы, вероятно, успели подумать, ребенок зазнавшихся богатеньких родителей с золотой ложкой в одном месте. Но я не такой, как остальные. Я сказал это сейчас, чтобы тут же опровергнуть. Это правда не про меня, и этот случай первый в жизни, когда отец пользуется своими связями и делает что-то подобного масштаба. Господи, прошу прощения за такой сумбур. Это абсолютно не создало обо мне хорошего первого впечатления. Я вроде сам сказал, что по мере необходимости буду рассказывать о себе. - Чувак, по уму обычно провожают, а не встречают. - Заткнись, а. - Логан закатывает глаза. - Короче говоря, простите меня еще раз, - он зачем-то даже голову чуть наклонил, - я просто хочу, чтобы вы считали нас самыми обычными и не желаю доставлять какие-то лишние неудобства. - Он поднял взгляд на Дэна и посмотрел забитым щенком. - Эм, да, окей, мы вас поняли. Тоже представимся, пожалуй. Меня зовут Патрисио О’Уорд. - Мексиканец забавно отсалютовал. - Это Даниэль Риккьярдо, он тут главный. Мужик серьезный и дико занятой обычно, так что его лучше не отвлекать и не злить. Но внутри он добрый и хороший, только этого никому не позволено видеть. - Пато поймал короткий взгляд напарника и перевел тему. - Ну что, тащите за нами свои тележки, окунем вас в жаркий бронзовый Амман.