Что же ты со мной творишь.

У нас было не любовь, это было насилие.

Блондин взял свой напиток и напоследок улыбнулся мне, подмигивая своим глазом со светлыми ресницами. На тот момент я хотела узнать его, как человека, он был улыбчивым, говорил глупости, но веет от него дружелюбностью, может он прошёл через что-то сложное и травмирующее, а может в его жизни всё всегда было хорошо. Я подметила, что он харизматичный и эпатажный, я немного наблюдала за ним в кабинете, потому что он был самый громкий и привлекал к себе достаточно много внимания, я сразу поняла, что ему безусловно нравится творчество, то, что он делает, медийность наверняка тоже. Я глупо смотрела ему вслед, прокручивая все мысли по поводу него у себя в голове. Мне резко перехотелось сидеть в этом баре, потому что я уже получила долю расслабления и мне как будто хватило на пять лет вперёд. Уходя я повернулась на столик, где он сидел со своими друзьями, которые тоже были с ним, тогда в кабинете. Он опять довольно улыбнулся мне, а я лишь отвернулась и открыла дверь бара, выходя на улицу вдыхая чистый, вечерний воздух. На улице я почувствовала какое-то чувство смущения, но быстро помотала головой. Почему я не чувствую эмоцию смущения от улыбки Тейса, но смущаюсь от улыбки мужчины, которого знаю от силы сутки, и то, имя и фамилию. Как только я подумала о своём парне, мой телефон зажужжал от его звонка мне. Неужели он соизволил мне позвонить. — Слушаю, — я сама была шокирована своим грозным голосом, который выдавила специально, но кажется переборщила. Я была обижена на Тейса, не хотелось его вообще слышать, он не позвонил и не написал мне за два дня моего прилёта в Швецию. Я лежала ночью и думала о том, что с ним могло что-то случится, но он был таким правильным, не пил, не обращал никогда внимание на других женщин, не курил, за три года я не услышала от него не одного бранного слова, даже если он ударится мизинцем об угол дивана или тумбы. Поэтому я не думала, что он мог попасть в неприятную ситуацию или загулять. — Ты чего такая злая? — я чувствовала через экран его улыбку и хотела стереть её с его лица, он искренне не понимает, почему я злюсь на него и меня это ещё больше раздражает. Он резко перестал обо мне заботиться, волноваться за меня, а я всё ещё не могу понять в чём причина. Я поправила свои тёмные волосы, не зная, что ему говорить. Орать или объяснить всё спокойно? — Я уже два дня в Швеции, — чирканье зажигалки раздаётся эхом по освещённой фонарями улице, делая затяжку я даже не расслабляюсь. — ты не позвонил и не написал мне, — я громко сглатываю слюну, морщась, ведь она была с привкусом табака. — и ты хочешь, что бы я сейчас радостно разговаривала с тобой? — тон моего голоса, говорил, что я настроена выяснять отношения, но тело и мозг искренне хотели отложить это на завтра. Я серьёзным взглядом смотрела на асфальт и изучала свои кроссовки, ждала ответа от него, хотя наверняка будут оправдания. — Извини, — он громко и томно выдохнул. — работы было слишком много. — его самая любимая отмашка, передо мной, перед своими друзьями он оправдывался точно так же, если забыл про встречу или что-то подобное. Я уже не верила, я понимаю, что что-то тут не так, но мой мозг отказывался строить догадки, просто я знала, что что-то нечисто и всё. Я прикрыла глаза и громко выдохнула. Он меня раздражал. — Хорошо, — мои силы за весь день были на исходе, поэтому выяснять отношения я явно не хотела, единственное, что я хотела: заказать такси и уехать лечь спать в отель. — как у тебя дела? — если честно, хотела быстро попрощаться с ним, но мне показалось это чертовски неправильным, хоть и его поступки по отношению ко мне не были на уровне, я всё равно стараюсь проявить долю уважения к нему и к нашим отношениям. Мы слишком долго их строили, ругались, мерились, плакали и смеялись, тратили нервы и силы, поэтому разрушить это всё в один миг я не могла, хотя такие мысли были, я чувствовала, что устала от него. Он молчал минуты три, от чего я ещё больше раздражалась. И когда я стала такой нервной? — Всё более менее хорошо, — опять тридцати секундная пауза, а длится, как пять минут. — но без тебя одиноко. — я чувствовала этот вкус лести на его языке, он как будто переступил через себя, сказав эти слова. Аж мерзко. Я выкинула сигарету в урну, предварительно потушив её и быстро принялась тереть переносицу, зажимая глаза. Я пропустила смешок после его слов. — Ясно, — я пыталась смягчить свой голос и сделать его ещё более уставшим, что бы поскорее закончить этот более чем бесполезный разговор и наконец вызвать такси. — ладно, я сейчас буду ложится спать. — я не хотела говорить подробности того, где я нахожусь и чем занимаюсь. Я изучала взглядом каждую проезжавшую машину мимо меня и представляла, как я еду на такси до отеля, а после ложусь спать, на свою большую кровать. — Я слышу, что ты на улице. — я опять услышала, что он говорит это с ухмылкой. Я немного закатила глаза, потому что знала, что он сейчас потребует рассказать где я нахожусь. Я могла бы сказать правду, в том, что я решила за пол года немного выпить в гордом одиночестве, не являлось проблемой, но мне казалось, что я отчитываюсь перед ним, я не хотела посвящать его в свои дела, в принципе в свою жизнь. Отвращение. Именно это я тогда испытывала, но умело это отрицала. — Да, на улице, вышла покурить на свежий воздух. — я говорила это с улыбкой, что бы он почувствовал, что мне нравится с ним болтать не о чём, но на самом деле… Я бы могла ему всё высказать, ведь главное в отношения - делиться своими переживаниями, но во-первых, тогда я до конца не осознавала всю запущенность ситуации, а во-вторых, точно не сделала бы это по телефону. — Ясно, — смешок. Смешок, который не вызывает ответную улыбку, чужой и бесящий смешок. — спокойной ночи, любимая. — говорил ли он это искренне, я не понимала, но от последнего слова, хотелось плеваться. Возможно, это странно, что я испытывала такие чувства, странно, что так резко воспринимала каждое его действие, но моё тело и организм делали это сами, а я лишь им поддавалась, хотела я этого или нет, одному богу известно. — Спокойной ночи. — внутри я прыгала от счастья, что этот разговор наконец закончился и я могу вызвать такси. Я быстро сбросила трубку, хотя раньше, когда мы расставались на долгое время, мы постоянно разговаривали по телефону, даже не думая заканчивать. Раньше, вот именно, что раньше. Залезая своими тонкими пальчиками в приложение для вызова такси я быстро заказала его и на моём лице сразу появилась лёгкая улыбка. В моей голове всё ещё были картинки того, как я лежу в кровати, впадая в царство Морфея. Такси ждать около семи минут. Я перевела свои глаза на звёздное, уже ночное небо, в детстве, я всегда хотела пересчитать все звёзды на небе и правда сидела около окна и занималась этим невозможным делом, усмехаясь своим мыслям я растянула губы в улыбке и прикрыла глаза. — О чём мечтаешь? — из моего расслабленного состояния меня вывел знакомы мужской голос. Повернувшись, за своей спиной я увидела блондина, который упорно чиркал зажигалкой, которая кажется закончилась и совсем не хотела поджигать сигарету. Он был увлечён только зажигалкой и сигаретой, даже не смотря на меня. Я молча протянула ему свою красную, как кровь зажигалку, а он лишь кивнул мне. Я снова отвернулась от лица голубоглазого, теперь кидая свой взгляд на дома, стоявшие через дорогу от нас. Он сделал пару шагов ко мне. Я обняла себя двумя руками за плечи, ведь стало довольно прохладно. — Ты ждёшь такси? — спросил меня мужчина, смотря в ту же точку, что и я. Я перевела свои глаза на него. Темнота и фонари отражались в его очках, не давая увидеть его голубые глаза. Хотелось спокойно с ним разговаривать, не подшучивать над ним, просто быть собой и всё. Я не чувствовала напряжения и волнения, мне было спокойно и безопасно, хотелось, что бы так было и в присутствии Тейса. — Да, — тихим голосом сказала я, отрывая взгляд с его лица. Мне нравилась его причёска и стиль. Светлые волосы явно были не уложены, или были, просто от укладки нечего не осталось. Мне было интересно посмотреть, что он подготовил для Евровидения, мне было интересно узнать, как он вообще пошёл на такое, как замахнулся на такой масштаб. Не страшно ли ему? Не жалеет ли? — приедет с минуты на минуту. — я пожала плечами, всматриваясь в машины и их марки и номера. — Часто ходишь в бары? — этот вопрос показался мне глупым. Сама не знаю почему, но я усмехнулась, от чего брови Кляйна на мгновения сместились к переносице. Он явно не понял, что смешного сказал. — Не часто, — я всё так же держала лёгкую улыбку на лице. — предпочитаю гордое одиночество. — кому я вру? У меня есть парень, с которым я 24/7 и одиночества в моей жизни слишком мало, но Йосту знать это - необязательно. — Это же скучно, — фыркает блондин, перемещая свои глаза с трассы на меня. — отдыхать очень важно. — мужчина поднял указательный палец вверх, показывая, что его слова очень важны. — Я отдыхаю, — я нахмурила брови. — просто из-за работы это происходит не часто. — я посильнее сжала чёрную сумку в своих руках и глупо продолжила всматриваться в мимо проезжающие машины. Копна сигаретного дыма расплывалась в воздухе около лица Кляйна, создавая узоры в небе и перекрывая запах вкусных духов мужчины. Девушка вдыхая сморщилась от запаха табака, хоть сама курила, но запах сигарет других людей ей не нравился. Голубые глаза то глядели на неё, то на дорогу и рядом стоящие дома. Ветер, то раздувал каштановые волосы девушки, то возвращал их обратно. Такси приехало и остановилось на небольшой парковке прямо около ребят. — Моё такси, — я мимолётно посмотрела на машину, а после повернулась на блондина всем корпусом. — пока. — я немного улыбнулась, хотев быстрее убежать в автомобиль и доехать до отеля. Чувства сна не покидало меня, а всё больше нарастало. — Пока. — Йост растянул губы в улыбке и помахал мне рукой, в пальцах которой была зажата почти докуренная сигарета. Его пьяные глаза сверкали, было видно, что он счастлив, может не на все сто процентов, но счастлив. Эви прыгнула в машину и поздоровалась с замученным парнем, который кажется очень не любит свою работу или просто устал за сегодня. Понимать, счастлив ты или нет, довольно сложно. Испытывать счастье тоже не просто, некоторые люди счастливы каждый день, а некоторые уже забыли, что это такое. Для кого-то счастье - это любое хорошое событие в жизни, а для кого-то счастье - это что-то важное, особенное, что испытываешь только в самые лучшие моменты своей жизни. Может быть счастье в новом айфоне, который тебе подарили или ты купил его сам, а может счастье в том, что бы оказаться в кругу семьи и близких людей, забывая все свои проблемы. Каждый чувствует по своему. *** 7 мая. День первого полу-финала Евровидения. В нём участвуют не все. Проходя через чёрный вход арены в офис, я услышала музыку и поняла, что артисты репетируют свои выступления. Я представляла, как они волнуются, как в грудь сжимается от страха и тревоги, как потеют ладошки, как не можешь спокойно дышать и собраться с мыслями. Убеждаешь себя, что обязательно пройдёшь в финал, а потом думаешь, что точно провалишься. Цоканье шпилек от моих каблуков, эхом разливалось по всему, уже освещённому коридору, в руках всё та же чёрная сумка, которую я сжимаю до белых костяшек на руках. Я почему-то тоже волновалась за артистов, представляла, какой трудный путь они прошли, что бы попасть сюда и какой трудный путь проходят сейчас. Не любила подобные конкурсы, только потому что они заставляли людей чрезмерно нервничать, а некоторых доводили до ужасных состояний. Я захожу в свой кабинет, аккуратно закрывая дверь и скидывая своё пальто с тела, вешая на ту же вешалку. Софи ещё не было в кабинете, вещей тоже, чему я очень удивилась, мне казалось, что она очень не ответственно относится к своей работе, но это уже не мои проблемы. *** Я сильнее сжимаю ручку в руках, а мои брови ещё больше хмурятся, губы уже давно в тонкой линии, а всё потому что я не могу найти документ в базе, в тот момент я подумала, что Евровидение набирает работников по объявлению, в документах твориться полный хаус. В серую дверь кто- то начинает яростно стучаться, я кидаю мимолётный взгляд на дверь, видя за ним силуэт какого-то человека. — Войдите. — крикнула я и дверь тут же начала открываться, за ней показался Кляйн, выглядел он довольно жизнерадостно, я слегка округлила глаза, потому что пару минут назад наткнулась на список артистов, которые выступаю в первом полу-финале сегодня и Нидерландов я там не заметила. — Здравствуйте, — поздоровался Йост, на его лице, как обычно была улыбка, которая уже изрядно меня подбешивала, сейчас десят утра, а он такой счастливый, я ему даже завидовала. Меня удивило, что он вчера разговаривал со мной на «ты», а сегодня перешёл на «вы». Я откинулась на спинку кресла, наблюдая, как блондин усаживается на стуле, находящимся напротив меня. — Что у тебя? — безразлично спросила я, переводя свой взгляд на ноутбук. У меня болела голова после вчерашнего коктейля, реакция моего организма на хотя бы глоток алкоголя - бесценна. Голова будет болеть минимум пол дня. — Мне сказали, что мои данные вылетели из базы и мой пропуск теперь не работает. — он в моменте стал серьёзным, эмоции на его лице менялись чуть ли не каждую секунду. Было странно, что он сам пришёл, а не его менеджер или сопровождающий, который должен этим заниматься, но спрашивать я не стала, выяснять что-то мне не хотелось. Я уткнулась в экран ноутбука, открывая базу и там действительно не было его. — Да, действительно, тебя нет в базе, — я громко выдохнула, чувствовала, как Йост прожигает меня своим взглядом, поудобнее раскидываясь на стуле. — сейчас вобью и тебе сделают пропуск, который ты должен забрать в кабинете напротив. — я печатала его имя на клавиатуре. Моё лицо выражало или серьёзность или сильную усталость. Я заметила, как ему идут широкие штаны, которые буквально висят на нём, ему безумно шла чёрная кофта с рисунками и надписями, молнией на груди, которая заканчивалась на шее, она обтягивала его стройное тело. Мне точно понравился его стиль. — Долго работаешь тут? — интересуется Кляйн, бегая глазами по моему лицу. Я мысленно начала считать сколько лет работаю тут и была шокирована, когда насчитала девять лет. В моей голове опять всплывали воспоминания, когда я только устроилась и чувствовала себя живой и по-настоящему счастливой, но что-то в моей жизни явно пошло не туда и я забыла эти чувства. — Девять лет. — мужчина на миг округлил глаза и покачал головой в знак того, что удивлён. Я всё так же вбивала его данные в базу, которые он принёс мне на листе в распечатанном виде. — Ты родилась в Швеции? Я слышу твой акцент. — действительно, акцент у меня был сильный, у меня был самый настоящий «ломаный» английский, не из-за плохих его знаний, а именно из-за акцента. — Нет, я из провинции Нидерландов, мы с тобой земляки. — я легко усмехнулась, увидев выражение лица парня, который явно был удивлён. Я тоже слышала его акцент и сразу поняла, что он из Нидерландов, даже по имени это было понятно. — Да ладно, — он по глупому улыбался, заставляя меня ещё больше усмехаться его реакции. — Uit welke provincie? Zeg alleen niet dat je uit Fryslân komt. — я знала, что он сейчас заговорит по Нидерландски, даже этому не удивляясь. Но удивилась когда он назвал именно мою провинцию, где я родилась и прожила большую часть своей жизни. — Het komt daar vandaan. — я надменно улыбалась, пока наблюдала за огромными глазами Кляйна от удивления. Я постукивала пальцами по деревянному столу и ждала когда на ноутбуке закончится загрузка. Йост уже перестал удивляться и в кабинете повисла неловкая тишина, я уставилась в одну точку, забивая голову своими мыслями, а блондин, что-то печатал в телефоне. — Всё, — кликнула я последний раз мышкой и громко выдохнула. — я закончила, можешь идти в кабинет напротив и там тебе сделают пропуск. — указывая рукой на дверь, говорила я. Мужчина внимательно слушал меня, не отрывая взгляд от моего лица, его взгляд был какой-то пронзительный и изучающий, от чего я смутилась, но моё лицо этого не показывало, оно так же было полно серьёзности. — Спасибо, ты оказывается бываешь доброй, — парень вскинул брови вверх, показывая своё наигранное удивление. — я удивлён. — он встал со стула, направляясь к двери. В тот момент хотелось его придушить, почему все вокруг думают, что я злая, хотя я просто уставшая. Когда ты уставший, очень сложно улыбаться людям, с которыми работаешь, сложно поддержать разговор с собеседником, а когда плюсом к этому всему идут твои личные проблемы в жизни, то ты вообще чувствуешь себя больше зомби, чем человеком. Ты начинаешь существовать, а не жить. — Ты определись уже, — я закатила глаза. — ты со мной на «ты» или на «вы». — я кинула на Кляйна теперь правда злой взгляд, конечно, сидеть и разжевывать ему то, что я просто устала я не хотела, поэтому быстро перевела тему. Он пожал плечами, опять одаривая меня своей улыбкой и показывая забавные ямочки на щеках, которые у меня, к слову, тоже имелись. — Всё иди! — крикнула я, махая на Йоста рукой, ведь тот стоял и глупо улыбался, как будто ожидая от меня что-то. Он залился не громким смехом и вышел из кабинета. Я поняла, что он - контрастный человек. То серьёзный и внимательный, то смеётся и дурачится, то грустный, то весёлый и настроение у него меняется не каждый день, а каждые два часа. Всё же меня не покидала мысль о том, что бы узнать о нём больше, но в интернет заходить я не хотела, потому что там сто процентов, половина сайтов пишут полную ересь, даже читать не хочется. *** 9 мая. День второго полу-финала. Первый, прошёл на «ура». Я даже выходила посмотреть на некоторые номера и была в очень приятном восторге, всё таки бывают и правда супер талантливые люди, у которых в голове может родиться что-то необычное. Но в первом полу-финале артистами занималась не я, а вот второй, повесили именно на меня. Меня жутко раздражал тот факт, что я занимаюсь тем, чем я занимать не должна, от слова совсем. Но предъявлять что-то Николасу я не хотела, ведь была благодарна ему за всё, что он для меня когда-либо делал. *** Я опять уставшая, толком не спала, ведь Тейс не отвечал мне на звонки и начала волноваться. Я не понимала своё отношение к нему, мне не хотелось с ним вообще разговаривать и контактировать, но мне нужно было просто убеждаться в том, что с ним всё в порядке. В душном кабинете опять собрались все участники второго полу-финала, открытие окон уже не помогало, поэтому я включила небольшой вентилятор, но он тоже плохо справлялся с жарой, которая резко повисла над Швецией. Я уже была вся на нервах, с самого утра, то в документах твориться полная дичь и нечего нельзя найти, то какой нибудь артист ноет, что мы делаем всё долго, у меня уже дёргался глаз, так ещё и Софи, которая не понимала нечего. Пила я уже вторую кружку кофе, но бодрее я не становилось, что очень жаль. В кабинет буквально вливает Тейс и становится рядом с дверью. Я чуть выпрямилась в спине, ведь то этого я сгорбленная стояла над Софи, утыкаясь глазами в ноутбук, но я их максимально расширила, когда увидела его здесь. И я даже не обрадовалась. Все присутствующие смотрели на него и на меня, точнее на мой растерянный вид, больше всего я боялась, что он начнёт всё эту романтическую тему, по типу: «я соскучился и приехал в другую страну к тебе», я его убью на месте, если из его уст прозвучит что-то подобное. — Что ты здесь делаешь? — первая начала я. В кабинете было слишком тихо, потому что все не понимали, что происходит. Я перестала быть растерянной и кидала взгляд, то на экран ноутбука, то на него. — Можно тебя на пять минут, — сильная отдышка была в его голосе, видимо бежал, но больше всего я не понимала, как его вообще могли сюда пустить. — нам нужно поговорить, очень срочно. — он начал осматривать всех людей, которые тут сидели, а я нервно помогала Софи в ноутбуке, даже не смотря на него. — Я занята, ты не видишь? — мой тон был с нескрываемой агрессией, я немного откашлялась и грозно посмотрела на Тейса, который стоял, как вкопанный. Я кинула взгляд на Йоста в белом, обтягивающем поло, под которым был лонгслив, чёрные штаны, очки и кепка, из под которой торчат, явно не уложенные волосы. Он далал вид, что разговаривает с одним из своих друзей, казаться, его зовут Мартин, но я чувствовала на себе его взгляды, хотя я чувствовала взгляды всех сидящих в этом комбинате, из-за чего неловкость проходила у меня, кажется, внутривенно. — Эви, это больше, чем срочно, всего пять минут. — он жалобно смотрел на меня, я лишь закатила глаза, потому что работы и правды было много, а времени мало. Я всё так же неловко осматривала всех людей и хотелось провалиться под землю, от всех взглядов, которые я на себя чувствовала. — Тейс! — я вскрикнула и закатила глаза. Я подошла к нему и взяла его под локоть, выходя из кабинета. Я поняла, что только трачу время на это всё. Мы остановились в нескольких сантиметрах от двери. — Ну, — опять громко сказала я, ведь мой «парень», стоял и молчал. — что там за новость, которая не может подождать? — я махала руками и уже хотела быстрее вернуться к работе. Я пронзительно смотрела в его тёмный глаза, а он в мои зелёные, я видела, что его глаза были потухшие, не такие, как обычно. — Я тебе изменил. — и тогда мне показалось, что пуля прилетела мне в лоб, руки вспотели, в горле пересохло, голова зугедела, глаза намокали. Всё, что мы так долго строили, всё, что мы проходили вместе, он разрушил. Разрушил, просто, что бы удовлетворить свою потребность. Мне было мерзко и противно, больно и грустно. Возможно, я его уже и не любила последние несколько месяцев, но я бы никогда не посмела вот так просто, взять, и разрушить это всё, возможно я просто уважаю его, не люблю, но уважаю, а он меня нет. Единственное, что я могла делать сейчас, это молчать. Молчать и плакать. Тогда в моей голове включилось осознание и я поняла, что это были за переписки, прятание телефона и сбрасывание моих звонков. Я даже не хотела смотреть в его глаза, он убил моё доверие, уважение, убил меня. Что ему не хватало? Почему я так не поступила? Почему он решил сделать мне больно, а я даже не думала о том, что бы расстаться с ним, хотя понимала, что не любила его? За что? Почему сейчас говорит мне об этом? Когда за дверью кабинета сидит много людей, которые ждут, когда я «обслужу» их, а у меня совершенно перестала варить голова, а ноги подкашиваются. Я даже не знала, что ему говорить, какие вопросы задавать, куда идти и к кому. Что вообще делать в такой ситуации? Красиво дать пощёчину и уйти по-английски? Но мы же не в мелодрамах. Выяснять отношения? Но мне противно от него и я не хочу с ним разговаривать, так же мне надо идти, доделывать работу. — Я не мог это больше держать в себе, я больше не люблю тебя. Я больше не испытываю к тебе тех чувств, которые испытывал в начале, ты стала какой-то другой, не красишься, поправилась, вся в работе, у нас даже секса нет толком. — он говорил это грубо, искренне, я видела, как он с удовольствием выливает всё то, что хранил в себе, оказывается долгое время. Я начинала плакать ещё больше, мне хотелось уйти, убежать, спрятаться, все эти слова ранили меня всё больше и больше. Тейс резал меня без анестезии. Я потеряла дар речи и все положительные чувства и эмоции, по отношению к Тейсу. Я быстро вытирала слёзы руками, холодными кончиками пальцев дотрагивалась до горячих и красных щёк. Я отошла от него, всхлипывая. Опять же, я не знала, как себя вести. Вытирая слёзы и пытаясь высушить своё красное лицо, я зашла в кабинет и на меня тут же направились все взгляды, всех людей, которые там стояли. Я подошла к столу, вставая спиной ко всем присутствующем, только Софи видела моё красное лицо, пока я наливала полный стакан воды из прозрачного графина, в после выпивала весь стакан залпом. Хотелось послать всех на все четыре стороны и уйти, уехать, убежать, всё, что угодно, что бы никто и никогда меня больше не нашёл. Я видела, как Тейс уходил, потому что одна стена в кабинете была из стекла. Я аккуратно проводила его взглядом, упираясь руками в стол, всё не решаясь повернуться к артистам, все молчали и смотрели только на меня. — Дамы и Господа, — я вздохнула и натянула максимально наигранную улыбку, в которой так и читалась боль. — извините, за такое представление, мы продолжаем. — я обошла стол и попросила Софи уступить мне стул. Громкий выдох вышел с моих губ, мой взгляд перенёсся на Йоста, он смотрел на меня с жалостью в глазах, я видела, что он сочувствует мне, даже не зная, что случилось. *** За час мы управились. Оставалось несколько часов до второго полу-финала. Я решила выйти за кулисы и оттуда посмотреть на репетиции ребят. Во мне была агрессия и обида в одном флаконе. Я не знала куда себя деть, раздражали весёлые лица всех, кто проходил мимо меня. На моё плечо кто-то положил руку и я молилась всем богам, что бы это был не Тейс, потому что видеть его, я не хотела. Обернувшись я увидела Йоста, его лицо было серьёзное, взгляд пронзительный. — У тебя всё хорошо? — убирая руку с моего плеча спросил мужчина, он был в синем костюме с большими, длинными плечами, я осмотрела его с ног до головы, хотелось улыбнуться его образу, но я не могла. — Да, всё хорошо. — я глупо хлопала глазами, которые опять начинали намокать, от того, что в голове бегущей строкой проходили все слова Тейса, я увела взгляд, что бы Кляйн не увидел моих мокрых глаз. — Ты врёшь, я вижу, что ты плачешь. — он пытался заглянуть в мои глаза, которые я умела уводила от него. Я прикусила губу, до боли и крови. — Йост, это мои личные проблемы, какое дело тебе до них? — грубо. Слишком грубо. Но тогда агрессии во мне было слишком много, я не могла думать о том, что он лишь немного волнуется, хотя мы друг другу никто, какое ему дело до меня. Он нахмурился от моей реакции. — Я не знаю, что там произошло, но скоре всего тебе сейчас больно и обидно, поэтому у тебя такая реакция, если у тебя есть человек, который тебя сможет поддержать - это отлично, если нет, то ты можешь всегда обращаться ко мне, я тебя выслушаю и поддержу. — он похлопал меня по плечу и ушёл, пока я глупо хлопала глазами ему в след. Вот так часто и бывает, что готовы и будут поддерживать тебя далеко не те, в ком ты был уверен, а те люди, которых ты толком и не знаешь. Самые близкие люди, самый лучшие, как тебе кажется, делают тебе больно, заставляют плакать и страдать, а те, от которых ты нечего не ждёшь, протягивают тебе руку помощи.