Люблю тебя любым

— БЛЯТЬ. — Сынмин залетает в гримёрку после записи шоу. Дверь за ним очень громко хлопает. А ветер от двери отдает неприятным холодом в спину— Какого,мать его хуя?!Это случилось на первой,сука,записи!? — он запустил руки в короткие,залаченные волосы и сжал их у основания корней,сильно вытягивая их наверх. Сынмина раздражала эта ситуация,почёму именно в первый день записи новой хореографии,у него полетел к чертям наушник. Все тысячу раз проверили,все тысячу раз смотрели. Почему? — Сынмин-а. Я захожу — в дверь постучали,а после открыли её. Даже не спрашивая разрешения войти,зная что можно и тебя не прогонят. — Кто там блять? — не смотря на пришедшего спросил Синмин. Он был всё ещё зол,но больше всего расстроен,так как именно эта запись попадает в прямой эфир. Его худую талию обвили сильные и накачанные руки,а на плечо опустилась фиолетовая макушка Чанбина. — Всё хорошо Минни, успокойся. — его голос был ровный и спокойный,от чего у Сынмина пробежали маленькие мурашки по коже. Вот как можно быть таким спокойным? Когда у половины мемберов что-то случилось с аппаратурой. Честно сказать,Сынмин завидовал умению Чанбина контролировать свою агрессию.— Ты хорошо поработал малыш, успокойся. Мы сейчас с тобой собираемся и едем ко мне. Ты меня услышал? — Чанбин знал,что тот согласится. Поэтому последний вопрос был больше похож на утверждение. Но его это не волновало. — Хён,я-я не могу. Мне нужно в компанию. — Сынмин надеялся что Чанбин не заметил как его голос сломался. Он не хотел плакать,не сейчас,не тогда,когда его хён его обнимает. — Сонце моё,ты чего? — большие руки сильнее сжали узкую талию. — Хён... Я-я. — слезы маленькими дорожками покатились по светлым скулам,падая и разбиваясь об пол и костюм. — Ну тшш,мой хороший мальчик. — Чанбин аккуратно перевернул своего парня,так чтобы они могли смотреть друг на друга,но Сынмин не мог поднять свой взгляд и посмотреть на него,ему было чертовски стыдно. Он не мог,он не хотел чтобы хён видел его таким. — Дорогой,ты хорошо справился. Отлично станцевал и спел,а наушник это проблемы техников. Они все посмотрят и починят. — Чанбин осторожно,чтобы не спугнуть малдшего дотронулся до его губ, оставляя лёгкий поцелуй. От этих действий, Сынмин начал плакать ещё сильнее. — Ну чего ты,щеночек мой.. Поехали домой да? — Сынмин начал легонько кивать и пытаться вытереть подлые слезы.

***

В общежитии Чанбина тихо и безлюдно. Скорее всего,мемберы пошли отмечать начало новой эры их пути. Да,точно. Они вроде писали про это в группу,но Сынмин не помнит. Он почти ничего не помнит,всю дорогу до общежития он дремал,это даже сном нельзя назвать,Сынмин просыпался каждые десять минут пути из-за потока новых слез. Он не помнит как они поднялись к общежитию,он не помнит как он снял обувь и лёгкую ветровку,он не помнит как оказался у Чанбина в комнате,он помнит только одно — нежный взгляд его парня и его теплые,сильные руки. Сынмин лежит на кровати Чанбина,тот ушел на кухню или в ванну... Честно говоря,Сынмин не слушал куда он уходил. По его щекам все ще лились горьгие слезы,по глазами,давно стекала тушь и тени. Теперь он похож на панду,а если бы стей увидели его таким,они бы его любили? Скорее всего нет,он же выглядет отвратительно и ужасно. Макияж потек,глаза и нос красные и опухшие,он даже не переоделся,но лежит в кровати Чанбина. Сынмин думает что ему надо встать и пойти в душ,а лучше всего пойти туда с Чанбином. Да,точно. Но он не может встать,тело будто прижали тяжёлой бетонной плитой,он даже плачет беззвучно,так как на звуки не хватает сил. Дверь в комнату аккуратно открывают,и в темное помещение попадает свет из коридора, Сынмину это не нравится,ведь его глаза только привыкли к темноте. Вскоре,дверь закрывается обратно и комната погружается во тьму. К кровати тихо подходят и садятся. Матрас,ранее лежавший ровно, прогибается под весом Чанбина. Тот думает что Синмин выглядит мило и красиво. Сынмин всегда выглядит красиво. Утром,днём,вечером,ночью,после тренировок и выступлений,с макияжем и без,Сынмин красивый всегда,когда прогибается под Чанбином в постели и стонет его имя,так,чтобы слышали все, Сынмин потрясающий и именно поэтому Чанбин его любит. Рука Бина,нежно скользит по зажатым мышцам спины,переходит на шею,а затем на чёрную макушку. — Мин-а,пойдем в ванну. Я все приготовил. — ответа не последовало,он и не нужен. Чанбин это понимает и не давит чтобы тот сказал хоть что-то. Сынмин осторожно, как будто боясь,что Бин убежит,поворачивается на него и смотрит своими большими,щенячими глазами на Чанбина. Что-то в сердце старшего колит и он понимает,что влюбился в этого дуршку ещё сильнее прежнего. Чанбин помогает Сынмину встать с кровати и доносит на руках в ванную комнату. Там он его раздевает и сажает в ванну с пеной,устраиваясь сзади того. Сынмин ласкается ближе,опуская голову на сильную грудь старшего. Их руки переплетаются и соединяются в крепкий,надёжный замок. Им не нужны слова чтобы понять друг друга,им важны действия и поступки которые они совершают по отношению к друг другу. — Хён. — голос младшего хрипит. — Я люблю тебя. — Сынмин не часто это говорит,просто не может. Но он знает одно,что его парню не нужны эти слова,он его любит таким какой он есть. — Я люблю тебя, Сынминни. End