Заткнись уже

Притянув девушку к себе, Энви угрожающе сжал её горло, смотря прямо в испуганные глаза. — Столько времени прошло, а ты никак не поймёшь, что со мной шутки плохи. — находясь в опасной близости от её губ, высокомерно зашептал он. — Потому что ты всего лишь надменная мелочь. — она пыталась звучать дерзко, но голос всё же предательски дрожал, а взгляд метался из стороны в сторону, лишь бы не смотреть в красные глаза, пожирающие её целиком. Ей показалось, что от её слов грех разозлился ещё больше, а хват на шее стал настолько крепким, что она почти не могла дышать, но пыталась хватать воздух ртом, чтобы сохранить себе жизнь. — Сможешь ли ты повторить те же слова теперь? "Надменная мелочь", да ладно тебе? — Надменная мелочь. — практически прохрипела она, и из глаз стекли несколько капель слёз. Но Джесси сломать тяжело. Она не может уступить тому, кто даже человеком то не является. У этого существа вообще есть пол? — Как же ты бесишь. — убрав руку с девичьей шеи, Энви отошёл на несколько шагов, сложив руки на груди. — Убери слёзы со своего лица, раздражаешь. Хоть он и говорил, что девушка ему неприятна, но за несколько месяцев общения он смог довольно много о ней узнать, впитать всю рассказанную ею информацию, сам того не замечая. — Неприятно, когда не можешь дышать, знаешь ли. — девушка, чуть согнувшись, глубоко дышала, хватаясь за своё горло, которое крепко сжимали несколько мгновений назад. Рукавом другой руки она утёрла влагу на лице. Сердце бешено билось. Всё же страшно расстаться с жизнью. — Зачем ты притащил меня сюда? И вообще, какого черта назначил встречу в безлюдном давно заброшенном районе? Решил наконец избавиться от такой раздражающей личности? — почти мгновенно придя в себя, она подняла корпус, направив указательный палец на грех. — Что я тебе сделала? — Просто бесишь уже. — он стоял полубоком и стучал стопой по земле. Взгляд всё же косился в её сторону. Растрёпанная. С красными щеками от злости. Ему не раз приходилось видеть её покрасневшие лицо во время наблюдения из тени. Но при нём она старалась быть стойкой, не показывая никаких эмоций. Все её улыбки, звонкий смех и объятья были адресованы какому-то грёбанному дружку. Не ему, переступающему через себя гомункулу, созданному, чтобы убивать. — Так херли медлишь тогда? — она схватилась за стену позади себя одной рукой. — Убей уже, и закончим на этом, — нет, она не хочет умирать, но слова сами по себе вылетели изо рта. — Ты так хочешь умереть? Никогда не замечал в тебе желания поскорее сдохнуть, так ещё и от моей руки. — оскалившись, темноволосый быстро оказался рядом, но пока ничего не делал. Тяжело смотреть в его кроваво-красные глаза. Да, у неё превосходство в росте, но он давит своей волей. Непроизвольно она немного отвернулась. Сбежать? Есть ли вообще такая возможность? Дыхание чуть замирало, чтобы не разозлить его ещё более этим отвратительным шумом. — Ну и, чего молчишь? Ищешь пути отступления? Увы и ах, но эту часть города я знаю как свои пять пальцев, потому далеко уйти не сможешь. — немного наклонив голову, он сделал небольшой шаг в её сторону. — Даже если тебе повезёт уйти сейчас... Я ведь знаю, где ты живёшь. Знаю всех, с кем ты общаешься. Думаешь, я не воспользуюсь информацией, которую так долго собирал? — Суёшь везде свой нос, подземная шавка? — гордая и с острым языком, который может приносить ей порой неприятности. Но глаза выдают её с потрохами. Она боится смерти. Зрачки уменьшились насколько это возможно и дрожат. Всё тело прошиб холодный пот. — У тебя было столько шансов прихлопнуть меня. Чего только сейчас решил действовать то? — С чего ты вообще взяла, что я собрался тебя убивать? Меня просто бесит твоё постоянное нытье! Всё тебе не нравится! Что бы я не сказал, ты воспринимаешь это в штыки из-за чего выводишь меня из себя! Твои чёртовы глаза, во время общения со мной выдают страх, хотя я пытался, чёрт тебя дери, быть рядом с тобой нормальным! — вплотную подойдя к ней, Энви ударил кулаком по двери, прямо около её лица. Старая деревяшка слетела с прогнивших насквозь хлипких петель, и Джесс полетела спиной вперёд в пустой пыльный дом, давно забытый своими хозяевами. Энви, не успевший понять, что вообще произошло только что, остался стоять на прежнем месте, чувствуя, как внутри него всё кипит. Сверху вниз смотря на кашлявшую из-за пыли смертную, брюнет тяжело дышал, пытаясь обуздать свои эмоции. Это была его слабая сторона, про что Джесс, конечно же, знала. Знала и боялась, когда он выходил из себя. В такие моменты радужка его глаз становится ещё более омерзительного кровавого цвета, а аура вокруг давит на неё не хуже пресса. — Бесишь. Бесишь. Бесишь! Как же ты меня бесишь! Постоянно крутишься вокруг того ублюдка, не замечая меня! Хочешь я прямо сейчас приведу его сюда и убью прямо на твоих глазах?! Вырву его ебучее сердце и отдам Глотони, чтобы он сожрал его, прямо перед тобой! — пройдя внутрь здания, Энви склонился над девушкой, выкрикивая всё ей в лицо. Она начала отползать спиной вперёд, но Энви тоже делал шаги, не отставая от неё. Казалось, что глаза сейчас уничтожат её. Испепелят душу. Без сердца сейчас рискует остаться она. А не... Про кого он вообще говорит? У неё много друзей, с которыми девушка любит обниматься, проявляя к ним так свою любовь и заботу. В горле застрял ком, а голова в мгновение начала болеть. Спина упёрлась в стену. Отступать больше некуда. — Чего молчишь? Чего хлопаешь своими глазками? Говоришь с ним, а мне достаются только помои. Огрызки приятных и ласковых слов! — в слабом свете, проникающем в коридор из дверного проёма, Энви выглядел ещё более устрашающе, чем несколько секунд назад. — Послушай, я не знаю про что ты говоришь, но думаю... — дрожащим голосом начала она, но парень не собирался её слушать. Сейчас ему казалось, что им овладел грех его, так называемого, брата. Гнев, вот что заставляло его подойти в плотную и присесть на корточки перед жертвой. Он понял, что ему нравятся, как блестит страх в её серых перламутровых глазах. Нравилась дрожь её тела. — Что, что ты думаешь?! — он схватил её лицо и сжал щёки. — Думаешь, что я хуже потому, что не являюсь человеком?! — он сам готов был заплакать от злости. — Что я сделал не так?! — хватка ослабла, а голос стал тише. — Неужели ты видишь во мне только монстра, как и все остальные? Я же слышал, как ты говорила другое. Неужели ты солгала?.. Пересилив себя и переступив через страх, Джесси молниеносно переместила руки на спину Энви, притягивая того к себе. Неожиданный приятный жест выбил из парня все слова, которые он хотел высказать ей. Не зная, куда деть свои руки, грех поставил их по обе стороны от её бёдер, через одежду чувствуя быстрый ритм её сердца. — Что ты творишь? — выдохнув куда-то в область шеи, удивлённо спросил он, не растеряв злобы в голосе. — Ты не выносим. — но в этот раз её голос звучал мягче, хоть в нём всё ещё слышался страх. Дальше был совсем шёпот, который было даже сложно разобрать. — Тебя же должны окружать крутые люди. Энви мгновенно отстранился, высматривая что-то в глубине её серых глаз. О чём она вообще? Какие к чёрту "крутые люди"? И почему вообще "люди"? Разве она хоть раз видела его в компании кого-то ещё? Парня пробрало на смех. Громко захохотав, он опустил голову вниз под непонимающим взгляд Джесс. Чистый невинный взгляд серых чуть влажных глаз вместо обычного дерзкого. Энви перестал смеяться, растерявшись. Руки быстро переместились на затылок и спину, и он прижал к себе девушку так, что лицом она уткнулась ему куда-то в ключицу. Джесси что-то промычала. — Помолчи. — лицо выдала непонятную эмоцию смятения, а щеки покраснели. — Помолчи хоть немного. Впервые с момента их знакомство он смог почувствовать тепло, исходящее от девичьего тела. Её руки продолжали покоиться на его спине, изредка поглаживая, задевая открытые части тела. В местах соприкосновения будто ударяла молния, из-за чего он мелко подрагивал. — Расскажи мне, каким ты меня сейчас видишь... — слова вырвались раньше, чем он их мог бы обдумать. — Псиной, — она довольно хихикала, — такой же жалкой. — подмигнув, Джесси приложила палец к своим губам, после тронув подушечкой кончик носа Энви. — Опять ты за своё?! — у Энви из-за неё случались эмоциональные качели. Как так она может. Быть настолько милой и раздражающей одновременно. В противоречие своему маленькому телу, он легко подхватил девушку на руки и дошёл до пыльной кровати в ближайшей комнате. — Я не прекращала. Так вот, что же ещё... О, точно. Хрупким мальчишкой, который ревнует к каждому столбу из-за неуверенности в себе, а ещё... — Вот так, да? — он снова злой, как чёрт, но как будто иначе. Девушку уронили, вернее кинули, на постель, из-за чего поднялось облако пыли, но парню это не мешало. — Да, так. — Джесси смотрела с хитрым с прищуром. Дабы не слушать неприятные слова, которые она, понятное дело, говорит только, чтобы позлить его, Энви оторвал кусок старой ткани. Небрежно стряхнув с него пыль, он за несколько секунд обмотал его вокруг девичьего лица, добрую половину запихав в её рот, из которого не перестали бы литься слова. — Наконец-то ты промолчишь хоть немного. — глаза снова вспыхнули алым, а руки начали меняться. Джесси хотела было достать неприятную тряпку изо рта, но не успела она что-либо сделать, как ощутила что-то склизкое на своём животе, а через мгновение кофту на ней разорвали и обрывками ткани привязали запястья к изголовью кровати. По телу пробежали мурашки из-за ощущения холода, царившего в очень давно не прогреваемом помещении. Испуганно посмотрев вниз, Джесс почти сразу подняла взгляд на парня, убеждаясь, что огромные щупальца, или что оно такое, являются продолжением преобразовавшихся рук греха. Забыв о том, что во рту находится дрянной кусок ткани, она хотела хоть немного вразумить Энви, но вместо слов наружу вышли только приглушённые неразборчивые мычания. — Да... Да... Как приятно, когда ты молчишь и просто смотришь на меня. — склонившись над девушкой, он облизнул выпирающую ключицу, медленно поднимаясь выше. Язык прошёлся по ярёмной впадине, затем выше по шее, вдоль чуть пульсирующей венки, а после девушка ощутила сильный укус, словно дикий зверь пытается за раз убить свой вкуснейший белковый обед, от горячей крови которого ещё какое-то время будет подниматься пар. Снова треск ткани. О нет... Это ведь был любимый лифчик. Такой удобный. Был удобный. Груди стало холодно, а горошинки сосков затвердели. Одно из склизких щупалец удивительно сильно обплело сразу обе груди. Кончик извивающегося нечто коснулся набухшего соска и закружил вокруг него. Эта жижа, когда только выделяется, чертовски холодная. Девушка резко втянула воздух, когда с горошинкой играли, как вздумается, а из-за скольжения ощущение было ещё ярче. Другую грудь почти болезненно сжали. На шее боль из-за всё ещё не разжатых челюстей, но на груди приятно. Протяжно замычав, тем самым отвлекая Энви от шеи, Джесс запрокинула голову назад, чувствуя как несколько ручейков крови, стекают вниз, впитываясь в матрас. Проворливый конец огромного щупальца резко сжал сосок, вынуждая девушку дёрнутся, ещё сильнее затянув ткань на руках. — Прекрасная картина. — будто пребывая в бреду зашипел Энви, склонившись к другой груди, сжимая между зубов вторую бусину. Спина девушки выгнулась. Ей даже показалось, что ещё чуть-чуть, и она останется без соска, но парень был достаточно аккуратен с нежной розовой кожей, лишь немного оттягивая горошинку и немного посасывая её. Джесс не заметила, как уже вся её грудь оказалась в липкой жиже, которая начала уже расползаться по животу и почти дошла до ключиц. Но, чёрт возьми, как это всё же приятно. Приподняв голову, она увидела чёрную макушку, владелец которой горячо дышал на теперь испачканную кожу и как будто ожидал, что что-то пойдёт из груди. В последний раз облизав сосок и, не убирая с груди сжимающее её нечто, Энви провел мокрую дорожку от солнечного сплетения до пупка. Ему было плевать на жижу, которая встречалась на его пути, но преграда в виде шорт вызывала утробный рык. Зацепившись острыми зубами за край мешающей ткани, резким движением головы в сторону оторвал небольшой кусок. Осознав, что этот способ неэффективен, пришлось всё же выпустить грудь девушки из своей власти, вернув рукам привычное состояние. Без щупалец на груди стало в момент холоднее, и Джесс немного поёжилась. А резко пропавшая с бёдер одежда, добавила прохлады. Даже бельё больше не прикрывает. Она, отводя взгляд и мыча, постаралась чуть свести ноги. — Не смей мне мешать. — укусив скованную за внутреннюю сторону бедра, угрожающе зашептал он, облизнув губы. И снова одно липкое щупальце обхватило грудь, сжав сосок, а второе обвилось вокруг бедра, отодвигая его. Наклонившись к половым губам, Энви вдохнул их запах, почему-то вздрогнув. Джесс не могла уследить за действиями парня, так как постоянное скольжение вокруг соска было слишком приятным. Но почувствовать горячий язык на бусине клитора было слишком неожиданно, из-за чего она громко замычала, попытавшись немного поднять корпус. Только вот нечто, бывшее руками, крепко удерживало её на месте, достаточно сильно сжимая грудью и играя с чувствительными сосками, не давая особо шевелиться. Но щупальце на бедре не останавливалось: скользя и извиваясь, оно добралось до половых губ. Парень довольно облизывал клитор, периодически чуть втягивая в себя, когда склизкая тентакля ловко проникла во влажную вагину и коснулась шейки матки. Джесси почти вскрикнула, а из уголка её рта стекло немного слюны. Щупальце шевелилось и извивалось в её чреве, задевая всё внутри, заставляя девушку выгибаться и сжимать пальцы на ногах, пока из её промежности обильно вытекала смесь из двух прозрачных липких жидкостей. Даже не будучи девственницей, девушка уже давненько не занималась сексом, так что достаточно резко расширяющаяся тентакля, всё больше длины которой без особого труда проникало внутрь, заполняя собой всё, приносила некий дискомфорт пока нерастянутому входу. Ему нравилось. Очень нравилось то, что сейчас происходит. Нравилось чувствовать горьковатый привкус во рту из-за обильных выделений девушки. Нравились её приглушённые крики, со временем перерастающие в постанывания. В области паха, где последние несколько недель был член, созданный им именно для этой ситуации, ощущалось неимоверное жжение, а черный лоскут одежды не мог скрыть стояк, уже долгое время выпирающий из-за происходящего. Язык продолжал описывать круги вокруг клитора, иногда надавливая на чувствительную бусину, которая из-за его махинаций затвердела, принося девушке ещё больше удовольствия, заставляя почти ломаться в спине. Щупальце, продолжало растягивать влагалище, а обильно выделяющаяся жидкость смешивалась со смазкой, при каждом движении тентаклей чуть ли не фонтаном выплескивалась наружу. Слишком. Происходящего даже слишком много. Девушка, мелко задрожав и зажмурив глаза, немного сжалась телом, и Энви щупальцем ощутил, как ритмично запульсировало влагалища, неожиданно выделив ещё больше жидкости. Почти мгновенно женское тело обмякло, а её дыхание стало даже более тяжёлым. Быстрее, чем он думал. Его же член, желающий войти в мокрое податливое и горячее отверстие, уже болел. Но парень верил, что такое мучение того определённо будет стоить. Щупальце под недовольный стон стремительно покинуло женскую промежность, и ещё больше вытекших соков насквозь промочило бедное одеяло. С небольшим трудом Энви избавил себя от эластичных привычных шорт, совмещающих в себе теперь также и функцию трусов. Кое-как отдышавшись, девушка с трудом подняла взгляд. Чёрт возьми, этот парень несколько переборщил с размерами органа, это вообще поместится в неё? Щупальце на груди растянулось, двинувшись вниз. Обхватив бёдра, оба щупальца широко их развели и легко приподняли таз. Кончики обеих тентаклей полностью раздвинули половые губы и немного проникли во влагалище, ещё более растягивая вход. Энви пожирал этот вид раскрытой девушки взглядом, желая как можно скорее войти. Член горел от желая оказаться внутри. Что, собственно, и произошло. Поддавшись тазом вперёд, Энви полностью вошёл. До основания. В унисон с криком девушки застонав. Внутри горячо. Внутри влажно. Внутри слишком хорошо. Выйдя почти полностью, он сделала ещё один толчок, а потом снова и снова. Звук хлюпанья наполнил небольшое помещение. Тентакли, продолжая удерживать таз девушки в одном положении, удлинились ещё больше, и одно, скользящими движениями, продвигалось анусу. Медленно, ведь сейчас всё внимание Зависти было сфокусировано на новых ощущениях и часто сжимающихся стенках влагалища, щупальце начало растягивая задний проход. Джесс, слезы которой стекали на покрывало, выгибала спину, пытаясь выкрутиться из скудного положения, но постоянно долбящий её член не позволял думать о чём-то другом, пока она задыхалась от того, насколько её хорошо. Она чувствует, как член наполняет её чувствительное после совсем недавнего оргазма влагалище, заставляя быть девушку на грани приятных ощущений и боли, чувствует, как в неё нещадно проникают, используют как игрушку для плотских утех, чувствует, как головка члена бьёт по матке, заставляя Джесс почти захлёбываться в слезах и стонах. Она чувствует, что хочет, чтобы теперь только этот парень имел право находиться в её чреве. Влагалище, хотя нет, сейчас это отверстие для животной ебли, начинает болеть из-за наслаждающегося новыми ощущениями парня, сейчас думающего только о том, как сжимают со всех сторон его член. Но как же удачно орган задевает чувствительные точки. Одно щупальце, растянув немного анус, тоже проникло внутрь, двигаясь в такт члену. Тонкая перегородка между влагалищем и прямой кишкой позволяло парню ощущать, как он движется с каждой из сторон. Но этот чёрт подготовил задний проход недостаточно, ведь его тентакли толще, чем он сам обычно думает. Но сейчас Джесс нравится эта боль внизу. Нравится, как головка члена целует шейку её матки, нравится, как скользит щупальце в анусе. Нравится, как другое щупальце немного проникло во влагалище, ещё сильнее растягивая его, хотя это произошло резко. Ещё один резкий толчок, и даже тряпка не смогла заглушить крик. Энви ненадолго замер, улыбаясь, как же это восхитительно, когда мягкие стенки ритмично сжимаются, пытаясь выжать из неостанавливающегося члена семя, но греху этого мало, и он ни думая ни о чём, сделал грубый толчок в уже перестимулированную пизду. — Хорошо... Как же хорошо... — замерев в этой позе, не прекращая долбить тентаклей анус, Энви наклонился к её лицу. — Ты так горяча. Ты такая прекрасная. Я так тебя обожаю. — проявив долю нежности, грех поцеловал девушку в нос, после чего зубами стянул тряпку, в тот же момент двинув тазом, в очередной раз входя до упора. Её крики. Да, именно это он хотел услышать. Крики наслаждения. Глаза напротив были затуманены возбуждением, но не теряли своей красоты. Джесс умоляя его не останавливаться, кажется, сама того не понимая. Энви исполнил её желание. Чавкающие звуки вновь разлетелись по помещению, в перемешку с её стонами. Тентакли задвигались ещё быстрее, а сам Энви спустился к груди, начиная играть языком с сосками, которые уже долгое, по его мнению, время были без ласк. Сначала один, потом второй. Джесс ещё сильнее надрывала горло, выкрикивая его имя снова и снова. — Кричи ещё громче. Кричи так, чтобы услышали все. — усмехнувшись, он оставил алую метку на одном из полушарий, после выровняв корпус, вновь уделяя внимания влагалищу. Джесс хочется обхватит мужскую спину руками, оставить на ней полоски от ногтей, но мысли путались, не позволяя сложить издаваемые ей безсвязные звуки даже в простейшие слова, что уж там до полноценных осмысленных предложений. Она чувствует, как из неё вытекает слизь щупалец, которой она теперь покрыта практически вся. Но сейчас её это не волнует. Хочется только ебаться, чтобы это не заканчивалось, чтобы её влагалище таранили, чтобы соски кусали, чтобы она сама кончала вновь и вновь на этом восхитительном члене, почти сходя с ума, чтобы голова была пуста. Уже жарко, они оба задыхаются друг другом, но не могут получить насыщение. Срывая голос, Джесс опять сжалась на члене. Невыносимо. Парень получил так много её, а она не получила его. Проникновение ни сзади, ни спереди не прекращались, и девушка уже не понимала, что происходит, лишь зная, что парень не останавливается, зная, что ему нравится сжатия на его члене, поэтому кое-как собрав в себе силу, она напрягла болящий вход во влагалище. Энви замер, с удивлением смотря на Джесс, которая почувствовала, как внутрь неё в слишком большом количестве брызнуло что-то горячее, даже выплёскиваясь вместе с другими жидкостями из отверстия. Наверное, парень пытался повторить то, что происходит с мужчинами во время секса, и это явно вышло успешно. Даже перестарался. — Знаешь, что, Джесс? — совершенно не запыхавшись, Зависть приблизился к девушке. Она не ответила, ведь дыхание было сбито, отчего грудь поднималась и отпускалась, задевая его тело. — Я хочу ебать тебя каждый чёртов день. Каждый день чувствовать всю тебя и хотеть большего. — он до сих пор был внутри, наслаждаясь сокращающимися стенками. — Мне мало. Очень мало того, что ты мне сегодня дала. Щупальца резко покинули её тело, заставляя Джесс вздрогнуть и сильнее сжаться вокруг твёрдого ствола. Вернув рукам обычное состояние, Энви провёл пальцем от лобка до подбородка, хватая его руками, насильно заставляя девушку посмотреть на него. — Я хочу, чтобы ты была только моя.— его алые глаза смотрели в затуманенные глаза девушки, которая, возможно, даже не полностью понимала, что сейчас происходит, лишь тяжело дыша через рот. — Чтобы твоя сладкая пизда, сжималась только для меня, чтобы твой сладкий голосок выкрикивал каждый вечер и ночь только моё имя и только на мне, чтобы ты охрипла от стонов наслаждения. — его пальцы ещё крепче сжали женскую челюсть. — Да. — лишь смогла сказать она, кое-как кивнув в подтверждение. — Я не слышу. Громче. Также, как кричала несколько секунд назад. — облизнув губы, он сильнее сжал её подбородок, наслаждаясь моментом превосходства. — Я буду только твоей. — дыхание всё ещё сбито, а хватка на челюсти мешает нормально говорить. — Не слышу. Громче. — в голосе не было злобы и агрессии, но как же он хотел поиздеваться. — Я буду. Твоей всегда. Сколько пожелаешь! — на последних словах она сорвалась на крик, последний в этот день, так решил её организм. — Умница. — отвязав женские руки, которые тут же просто упали на постель, он довольно улыбнулся и отпустил подбородок, переместив руку на скользкую из-за выделений тентаклей женскую грудь, после мягко сжал её теперь уже ладонью, а не жупальцем. Мягко. Джесс тихо ахнула, у неё не было сил пошевелиться. Как бы ни хотелось побыть внутри ещё немного, Энви всё же вынул свой член из так понравившемуся ему влагалища, откуда сразу начала вытекать смесь из трёх компонентов: смазка девушки, выделения щупалец и то, чем сам Энви кончил. Парень завороженно наблюдал, как из красного отверстия вытекает это всё, и лужа между бёдер медленно увеличивается. Спустившись на колени, Зависть обхватил бёдра девушки руками, пододвинув её тело ближе к себе. В этот раз запах был другим. В этот раз смешался её сладковатый с его горьковатым. Теперь понятно, что эта девушка занята. Не удержавшись, Энви языком собрал все выделения, которые продолжили сочится из влагалища, после чего приник внутрь. Он готов был на колени перед Отцом встать, дабы поблагодарить за доставшиеся ему способности. Увеличив размер языка, грех провёл им по каждой стенке, собирая оставшиеся там соки. Джесс вздрогнула, но Энви не останавливался, желая распробовать на вкус каждый сантиметр. Через некоторое время, грех отлип от девушки, которая с усилием смогла поднять голову, чтобы рассмотреть, что делает парень. Заметив вокруг губ остатки их недавнего занятия, которые тот со странным выражением лица слизывал, она резко покраснела, в то время, как Энви нежно поцеловал внутреннюю сторону бедра, затем поднимаясь на ноги. Забравшись к ней на кровать, из-за чего старый матрас громко скрипнул, брюнет будто изменился. Его действия стали намного нежнее, а поцелуи, которые он оставлял по всему лицу, пускали по телу табуны мурашек. Да, Джесс хочет и будет хотеть его снова и снова. Да, Джесс ёбанная шлюха, если ей понравилось такое. Но, учитывая, что её партнёр не совсем человек...