***
- Вот гавно. Тут же без исключения, она инвалидом останется! - сказал Шейман, уже в операционной разглядывая снимки. - Слушай, ты нагнетать сюда припёрся или помогать? Мы будем протез ставить и вправлять. - Брагин, ты совсем дебил или деградировал? Тут же и ординатору понятно, что риски огромнейшие! Если провести стандартно, то она не сможет ходить, но если в твоём плане будет осечка, она же... - МЫ ДОЛЖНЫ РИСКНУТЬ! - рявкнул Олег, на что Шейман только закатил глаза. - Ну как знаешь, как знаешь Брагин. Только учти, я в этой херне всего лишь посредственник и если она станет овощем, будешь сам отчитываться. - Юра, ты можешь заткнуться, пожалуйста?! - вмешалась Марина. Шейман замолчал. Операция началась.***
Гена испугался. Казалось, он не пугался так никогда, как сегодня. Когда Кривицкий увидел белое лицо любимой, синяки под глазами и этот корсет... Всё просто рухнуло в один миг. Если ему думал, что всё разрушено, когда в трубке послышался звук аварии, то оказалось, что есть ещё что-то, что можно добить. Его даже в кабинет КТ не пустили! Велели ждать в ординаторской, не дав даже намёка на то, ЧТО нужно ждать. Сердце Гены немилосердно кололо уже несколько часов, но он упорно не обращал на это внимания. Пройдёт. Таблетки должны помочь, не сейчас же... Нет... Но сердце не проходило и не отпускало. Прошло четыре часа, за ними шесть, восемь, девять... Уже полночь... Кривицкий выпил двойную дозу таблеток, но всё равно дышать было нечем. К нему подошёл Хромов. - Геннадий Ильич, вы в порядке? Может вам давление померять? - Нет-нет, всё хорошо. Я просто за Иру волнуюсь... - натянуто попытался улыбнуться Кривицкий. Может выйти подышать? В помещении как-то стало душно, нужно было выбраться на воздух. Как в тумане Гена схватил куртку и выскочил из ординаторской. До улицы пластический хирург не дошёл. Прямо возле поста воздух закончился, грудь сдавили стальные тиски и мужчина упал без сознания прямо перед белой от увиденного Ниной. - Каталку! Санитары! Лазарев! Куликов!! Тут Кривицкий упал!! Санитары!!!