Леди и бродяга

Как же её всё это достало. Достало то, что ей не дают выбора, и всё решают за неё. Достало то, что она постоянно ездит на своей карете, цветные яркие узоры которой ей уже наскучили. Её достала и долгая поездка — поездка к её будущему мужу, за которого её отдадут, не давая сделать выбор. Ему пятьдесят четыре года, А ей лишь двадцать два. Она такая молодая и красивая, и на что же она потратит свою молодость, даже юность? Она не понимала, в чем она так провинилась, но всё было в порядке вещей — она не первая, да и не последняя девушка, которую выдают замуж лишь из выгоды, наплевав на высокое чувство любви и желание самой девушки. Мие обидно. Одиноко. Скучно. Как она проведёт свои молодые года? Лежать в постели рядом со стариком — вот что начертила ей судьба в своей записной книжке! Мие ужасно хотелось сбежать. У неё даже почти получилось, только вот толку из этого вышло немного — отец лишь усилил охрану, чтобы дочь никуда больше не могла сбежать. Она тогда обиженно насупилась и сидела в своей комнате. Ну вы же знаете, насколько девушки ранимы? — и она принялась рыдать в подушку по случаю своей несчастной любви, весь молодой порыв и желание которой ей придётся разделить с пятидесятилетним извращенцем! Неприятно, мерзко, противно — слова синонимы, и только они так и мелькали перед её заплаканными глазами. Сейчас она находится в карете, смотря в окно, скользя выцветшим взглядом по громадам каменных домов, которые будто были готовы обрушиться на неё и похоронить под своими огромными холодными телами. Но Мия была бы только счастлива — лучше бы она умерла, и тот старик не касался бы её молодого, красивого тела своими дряными пальцами, и она спокойно приняла бы смерть, только радуясь боли. Но, к сожалению, дома стояли прочно, сердце её билось, полное здоровья, оружия рядом не было, и девушка никак не могла покончить с собой. Да она бы скорее в ад попала бы за суицид, чем досталась старому мужчине, которого совсем не любит! Но жизнь распорядилась иначе. И Мия все-таки узнаёт, что такое настоящая любовь. Пусть и года разделят её со своей половинкой, пусть её отец будет противиться, но после смерти родителей она всё же поступит так, как хотела.

＊*•͙✩•͙*˚　˚*•͙✩•͙*˚＊

      — Ваша комната, мисс Мияке, — слуга приоткрыл дверь, и девушка увидела просторную красивую комнату. О, как же здесь было прелестно! Ей сразу понравился утонченный узор, большая мягкая кровать, и самое главное — эти перила из чёрного метала, ведущие наверх. Значит, она сможет выбраться наружу. И, возможно, сбежать. Конечно, она не была такой уж примерной девушкой, которая во всём слушается своих родителей. Она быстро поняла, что родителям лишь нужно поплотнее набить свой зоб, а на неё они плевали. Правда, мать все-таки плакала, когда её увозили. Она понимает её, как никто другой. Сама ведь такая. Но какова её воля? Ведь мужчина всегда главный в доме, несмотря ни на что.       — Спасибо, мой хороший, — она не собиралась вымещать свою злость на слуге, которому и так слишком много достаётся. Она увидела, как парень улыбнулся и поклонился ей.       — Знаете, мне немного не ловко это говорить. Наверное, я совершаю большую ошибку...       — Говори, Арата.       —Я сочувствую вам. Я понимаю, что вы не хотите, я отчётливо чувствую это. Я надеюсь, что у вас всё будет хорошо. Вы единственная, кто обращается ко мне, как к человеку. И я вас люблю за это и желаю вам самого лучшего. Вы ещё встретите свою любовь, — сказал он и поклонился. В глазах девушки застыли слезы.       — Спасибо, мой милый Арата! Я так тебе благодарна! Я тоже тебя люблю, мой милый!       — Извините, мне не дозволено долго быть у вас. Прощайте, мне пора!       — Прощай, мой хороший! И девушка осталась одна. Первым делом она вновь прокрутила в голове момент, только что с ней произошедший и никак не выходящий у неё из головы. Его слова очень растрогали бедную девушку, и теперь она была окончательно уверена, что от судьбы не отвертеться, и принялась ждать своего часа. Она опять плакала в подушку, болезненно стонала и пыталась хоть как-то себя развлечь мыслями: ну, ты же не сегодня с ним обвенчаешься! — но это мало чем помогало, и она вновь разрыдалась Уже близился вечер, закатное солнце скользило взглядом по полке с книгами, которые не были интересны девушке, по скользким, слегка шероховатым поверхностям листьев и нежным лепесткам цветов. Лёгкое золотое свечение распространилось по всей комнате. И тогда в голову девушке пришла одна мысль. Она спрыгнет с балкона, она умрёт. Она выполнит свой план под названием "назло родителям" попозже, когда наступит ночь, и кромешная тьма скроет её от лишних глаз и страх от неё самой — она ведь жутко боялась высоты.

＊*•͙✩•͙*˚　˚*•͙✩•͙*˚＊

Вот она стоит на балконе и смотрит вниз. Кажется, что её сердце уже давно там, в тьме — в этой странной и очень пугающей неизвестности. Её взгляд теряется в пустой дымке, лишённой чувств и тепла. Позади нее родители, впереди — лишь холод и тьма. Но она уже сделала свой выбор и не боится. Она перекидывает ногу через перила. Холодная сталь соприкасается с её ногой, ей холодно от этого ледяного поцелуя. Но ничего, думается ей. Скоро она вообще ничего не сможет чувствовать...       — Девушка, вы чего? Она услышала чей-то голос, что заставил её испугаться и боязливо отдернуть ногу. Нет, лучше бы она прыгнула! Вот черт! Она оборачивается и на крыше неподалёку видит молодого золотоволосого парня с густыми черный бровями, лет двадцати пяти. Одет довольно бедно, одежда с заплатками. Кажется, бродяга. Его взгляд обеспокоенный, он следит за каждым её движением, боясь, что она упадёт.       — Ты кто вообще? — слегка надменно произнесла девушка. — Подослали тебя, небось?       — Может быть, — уклончиво ответил парень и на его лице мелькнула хитрая ухмылка. — А вы чего тут прыгать собрались?       — Не твоё дело, — мрачно ответила она, осознавая, что её план раскрыт и что этот человек расскажет всё ему. Её отцу. — Тебе-то и надо, что только следить за мной! Ты только и ждёшь от меня сомнительных действий, чтобы доложить отцу! — в её голосе слышны слезы. Она опускается на колени и плачет. Странный, тихий шум сопроводил лёгкие быстрые шаги парня, и он быстро оказался перед ней. Она чувствует чужие горячие руки, что гладят её по спине, и Мия поднимает взгляд. Она видит его, что сидит перед ней на коленях и гладит по спине. Внутри стало тепло, но тут же волна отвращения смыла всё.       — Уйди! — она ударила его по руке и отошла на пару шагов назад. Как он смеет так нагло врываться в её личное пространство?! — Что тебе нужно? Иди же жаловаться ему! — говорит она неуверенным шёпотом, но так, чтобы он услышал. Она видит его озадаченное лицо.       — Извините, я не знаю, про кого вы говорите. Я впервые вижу вас здесь!       — Не придуривайся! Я знаю, что ты... Ты... — она опять плачет. — Ты расскажешь ему, я не сомневаюсь. Мужчина вновь подошёл к ней, аккуратно, стараясь не спугнуть. Она даёт ему приблизиться к себе настолько, что она уже не видит огромной распластавшись луны, которая одна и проводила бы девушку в тот мир, если бы не он. Он аккуратно приобнял её, прижав к себе. Она поддаётся, чувствуя, как обаяние мужчины действует на неё сильнее любого наркотика. А после утыкается ему в плечо и плачет.       — С-спасибо... Только н-не расс-сказывай ем-му, прошу т-тебя, — она заикается и вновь заливается слезами. Парень ласково гладит её по голове.       —А что ты мне за это предложишь? — вкрадчиво шепчет он. У девушки по спине бегут мурашки — то ли от негодования, то ли от того, насколько горячее у него дыхание.       — Я щедро награжу тебя. Сколько ты хочешь? Я дам тебе любые богатства!       — О, мне ничего не нужно, кроме вашего поцелуя, — тут девушка замахивается на него ладошкой, норовясь ударить его по лицу, но парень изворачивается и хватает маленькую ладошку, невинно хлопая глазами.       — Живо отпусти меня! Извращенец! Идиот! Уйди, уйди! — но договорить ей не дают. По его лицу прошлось волнение. Мужчина быстро перекладывает свободную руку ей на рот и тихо шепчет:       — Тише, пожалуйста. Там кто-то есть, — он кивнул на лестницу. Девушка сразу застыла на месте, ожидая. Взрыва, дождя из камней — чего угодно. Пусть случится всё, но она не встретит внизу слуг или, ещё хуже, отца. Она молится всем богам, чтобы её не застукали здесь, с этим мужчиной и — дай Бог, — не подумали бы чего лишнего. Рука незнакомца так же зажимает ей рот, но она и сама понимает, что если крикнет — будет плохо им обоим. Да что ему станется? — внезапно пронеслось в голове у девушки. — Ему-то всё равно. Он может сбежать, уйти. А я?... Она не успевает подумать, как вдруг заволновалась, услышав звук шагов. Кажется, поднимались наверх, по лестнице. Мия чуть не вскрикнула — ей так стало страшно, так страшно! Ей захотелось просто быть маленькой девочкой в объятиях отца, в теплом доме, на кровати. И чтобы мама читала ей книгу, как это было раньше. Но — увы, реальность не так радужна, особенно на данный момент. Внизу слуга или тот же отец, А сама она в объятиях незнакомого мужчины. Об этом ли она мечтала, когда с книгой сказок в руках, подняв голову, разглядывая ночное небо и, глядя на звезду, загадывала желание?..       — Мия! Ты где? — услышала девушка голос. Голос отца. Господи, он сейчас будет тут! Что ей делать? Девушка вскрикнула сквозь зажимающую её рот ладонь. Внезапно Мия почувствовала, что мужчина взял её на руки.       — Держитесь крепче, — говорит он бархатным голосом. — Сейчас я проведу вам экскурсию по нашему городу со всеми удобствами, включая поездку на руках, — с этими словами он спрыгнул. Девушка уцепилась за его рубашку и вплотную прижалась к нему, не думая отстраняться. Её руки обвивали его шею, но только, чтобы не упасть. Они приземлились плавно. Мужчина опустил её на землю, точнее, на крышу.       — Где... Мы? — спросила она рассеяно, сквозь плотно зажмуренные глаза пытаясь разглядеть, где она. Яркие лучи били в глаза.       — На крыше, — пожал плечами он. — Вас ведь зовут Мия?       — Да, — почему-то она мысленно начала негодование только из-за того, что он знает её имя. Только разве это так важно?..       — А тебя как? Колись уже, все равно ведь мое знаешь, — буркнула она. Предусмотрительный парень мигом все просчитал и засмеялся.       — Если я поведую вам своё имя, то как поведете себя вы? Побежите к папочке и расскажете ему все, — картавя голос, делая его тоньше, произнёс он. Девушка вздрогнула, но вместо привычной ему гневной реакции она лишь подошла к нему и уткнулась головой ему в грудь.       — Я так не хочу, — сказала она тихо. Настолько тихо, что он почти её услышал. Её слова услышало его сердце. — Я не понимаю, за что вы так со мной. Все люди вокруг меня жестоки, им лишь бы получить выгоду. И ты... Ты тоже такой, — она отстранила и закрыла лицо рукой. Парень притих, слушая, что еще скажет девушка, но Мия молчала.       — Подождите... Почему вы так считаете? — спросил мужчина, едва касаясь её ладони своей. Девушка подняла взгляд.       — Вы ведь хотите лишь этих вещей: поиздеваться надо мной, поглумиться, попользоваться и рассказать отцу, что я пыталась покончить жизнь самоубийством, — она продолжала смотреть в его глаза. И кажется, тихий страх начал разъедать его изнутри — её глаза были очень заволакивающими и такими решительными, что он невольно сглотнул. Девушка ожидала удара. Все слуги отца никогда не скупились на удары. Но... Удара не было. Он поднял руку. Девушка съежилась. Удар такой крепкой руки был бы достаточным, чтобы свалить её на месте.       — Я не хотел ничего подобного. Пожалуйста, не поймите меня неправильно...       — И что вы хотите сказать?       — Я всегда считал, что смех — лучшее лекарство, — произнёс он таким тоном, словно бы был удивлен, как другие до этого не додумались. — Ладно, я про другое, — заметив удивленный взгляд девушки, он сменил тему. — Скажите, что вас тревожит? Почему вас трясет при упоминании вашего отца? — спросил мужчина. Мия не должна ему рассказывать. Не обязана, да и как вообще? Хотя, если он уже ознакомлен с её историей, то ладно.       — Меня хотят выдать замуж, но без моего согласия! Я должна выйти за этого пятидесятилетнего старика, быть его женой, спать рядом с ним и любить его, когда мне даже смотреть на него противно! — она несдержанно заплакала. Мия снова уткнулась в него головой, но на этот раз её руки скользнули по его талии и сцепились замочком за спиной. Мужчина был растроган этим доверием. Он положил свои руки на её ребра и обнял в ответ. Кажется, именно этого ей так не хватало. Они простояли так минут пять. Она не хотела отстраняться от него и могла бы стоять так вечно.       — Это... Поистине ужасно. Ваша судьба так печальна и несправедлива к вам... — начал было он, но Мия сказала:       — Пожалуйста, не надо... Я уже успокоилась, спасибо. Теперь я могу вернуться обратно, — она отошла от него на пару шагов.       — Вы уже уходите? — удивленно спрашивает он. Он чувствует, что если она уйдет, то он потеряет что-то. Пока сам не знает, что. Но что-то очень дорогое. Бесценное. Важное.       — Мне уже пора. До свидания, — произносит она и чувствует крепкую хватку на запястье.       — Подождите, пожалуйста, — он жалобно смотрит на неё и тянет чужую руку на себя. — Вы не можете уйти! Неужели вы даже не насладитесь этими прекрасными видами? Девушка смотрит на него, улыбаясь. Словно бы мягко смеясь над его недогадливостью и глупостью.       — Всё уже решено, — прошептала она. — Мне нет спасения. Лучше будет, если я вернусь обратно...       — Перед смертью не надышишься, — отвечает он, исподлобья взглянув на девушку. Мия вздрогнула.       — Предлагаешь мне сбежать и насладиться жизнью? Ведь... Ведь всё равно уже ничего не сделать.. — глаза заблестели. Мужчина уловил ритм её сердца, которое застучало по-новому. Совершенно по-новому. Оно билось, словно бы в последний раз. Не как тогда, когда она прыгала с крыши, готовясь ощутить свист в ушах, а по-другому. Словно бы Мия была готова нарушить все существующие правила, сделать всё, что угодно, чтобы потом мысли потоком возвращали ей воспоминания об её молодости, об тех счастливых для, о которых будет помнить только луна и её сердце, так отважно и тем же временем с отчаянием бьющееся, испытывающее смешанные чувства. Девушка подняла глаза и сама взяла его за руку, приложив другую ладошку к своей груди.       — Я... Я согласна пойти с тобой! — почти вскрикивает она от полноты чувств. Парень усмехается и сжимает её ладошку.       — Я рад, — он прокашлялся. — Куда мы пойдём?       — Эх ты, горе-экскурсовод, — посмеялась она. И подошла поближе, вкрадчиво заглядывая в глаза. — Куда угодно, лишь бы рядом был ты. Мужчина округлил глаза. Он почувствовал, что если сейчас не отвернется и не поведёт её хоть куда-то, то явно потеряет своё достоинство, краснея до самых кончиков ушей и слыша нарастающую сладкую музыку в ушах. Этого ещё не хватало. Хитрая ухмылка вновь посетила его уста. Полный решимости и отваги, дерзкий и непоколебимый взгляд свидетельствовал о том, что их путешествие будет просто незабываемым.       — Я знаю, куда вас отвести. Вновь приходится ей путешествовать на крепких мужских руках. На самом деле ей было нормально и даже приятно от этого жеста. Чувствует себя маленькой принцессой, которой нельзя передвигаться иначе. Вот они уже на более высоком здании. Здесь ей открывается совершенно другой вид — вид на огромный ночной город. Вокруг дома, неясные силуэты которых сливаются в одну сплошную массу, что уходит куда-то вдаль, постепенно утопая в лунных лучах. Небо такое тёмное и прозрачное, звезды сверкают на нём, переливаясь от слегка золотистого до нежно-голубого, иногда начиная подмигивать. Одна самая яркая звезда упала с неба, врезавшись в полоску горизонта. Мия видела след, который оставила сверкающая точка. Она успела застать глазами это падение. И успела загадать желание. Надеется, что оно сбудется. Теперь они стоят и видят картину наступившей ночи. Словно бы инстинкты завладели ими, и они две птицы — она домашняя, такая ухоженная и обласканный, а другая — бедная, слегка пообтрепанная и живущая на улице. Но обе они — счастливые. И обе хотят одного — свободы.       — Как это всё... — девушка опускает взгляд и улыбается. Её улыбка легка и задевает лишь кончики губ. Давно она не улыбалась. С той самой поры, когда её захотели выдать замуж. Нет, она не хочет думать об этом! Пока есть момент, надо наслаждаться! Такая прекрасная возможность увидеть мир! Хоть не весь, но его частичку, узнать его тайны и вдоволь насладиться прекрасными пейзажами и ощутить ветер, забирающийся в складки одежды и гуляющий в голове выдувая плохие мысли и оставляя лёгкое впечатление тумана. Ну и пусть. Лучше уж совсем не думать, чем думать о плохом. Надо сосредоточиться на самих ощущениях, и тогда они точно станут настоящими и незабываемыми.       — Волшебно? — спрашивает мужчина. Мия смотрит на него и немного краснеет.       — Да, ты угадал, — она приобнимает его. — Знаешь... Я впервые чувствую себя по-настоящему счастливой...       — Я тоже, — произносит он. А потом хмурится. — Вы думаете, что это всё? Один этот вид не станет концом нашей вылазки! Ваш прекрасный взор должен узреть гораздо больше, чем лишь один вид на город. Тем более, что это далеко не самое высокое здание, — он сощурил глаза и протянул руку к её кисти, осторожно прехватывая ладонь. — Вы не будете против?       — Нет, — она решительно сжимает его ладонь. — Я только за.       — Прекрасно, — он хмыкнул и осмотрел её платье. — Но лазать крыше вы не слишком-то приспособлены, я так погляжу, — он разводит руками. — Кажется, мне придётся носить вас на руках...       — Я могу и сама, — она ловко рвёт край платья по всему периметру складчатого украшенного круга, оставляя только какое-то подобие юбки. Решимость дала ей сил.       — Ого, неожиданно, — вздохнул он. — Что ж, мы можем идти дальше. Нескончаемые приключения были у них впереди. Ветер так и норовил сбросить из с крыши, но они смело шагали вперёд и даже смеялись. Назло ветрам. Листья кружились вокруг них, облетая двух птиц, жаждущих свободы. Дальше и дальше, ни в коем случае не останавливаться — таков девиз высвистывал ветер, играя в длинных широко распахнутых крыльях.       — Вы не боитесь упасть?       — Неужели ты позволишь мне это сделать? — игривая усмешка сопроводила слова, которые были отнесены редкими порывами воздушных масс. Неожиданно почему-то мужчина почувствовал себя уязвимым. Уязвимым к её улыбке. Он никогда не чувствовал такого. Это было... Ново и при этом очень приятно. Это странное чувство разливалось в животе и кипящей жидкостью поднималось всё выше, забираясь в сердце, наполняя его оксидом азота. В груди сладко защемило и тут же начало ныть. Отчего же ему так грустно от осознания того, что лишь одна ночь в этом году — их собственная, они сами решают, как её провести, но по истечении этого срока всё закончится... Никто не давал гарантии, но он чувствовал, что им осталось немного времени побыть вместе, наедине лишь с друг другом, оказываясь богами собственной судьбы, самостоятельно принимая решения. Он взглянул на Мию. Дунул шаловливый ветерок, заставививший прядь волос прикрыть её личико. Девушка тут же заправила локон за ушко, а мужчина завороженно наблюдал за всеми этими действиями и понял, что с ним творится что-то неладное.       — Так куда ты хотел меня отвести? — спросила она, блестящими глазами взглянув на него. Это только так говорится. На самом деле она сразу же начала исследовать его лицо внимательным взглядом, словно бы читая все его сокровенные мысли и желания. Ему показалось, что она знает, чего он хочет. И тут же отвёл взгляд, немного покраснел. Словно мальчишка.       — Тут недалеко. Видите самую высокую башню? На неё я и планирую забраться, — и, отвернувшись, он вновь зашагал вперед, скрывая свои горящие щеки от её блестящего взгляда. ... Ветер покрывался скинуть их с крыши, но они упрямо продолжали свой путь. Они вершат свою судьбу. Возможно, лишь последние минуты они проводят вместе, на воле, протянув руки к звездам, чтобы собрать их все, а потом перебирать, разглядывая каждую, сравнивая, выбирая. Лишь сейчас они могут ощущать это блаженное, но в то же время будоражущее чувство, которое заставляет кипятиться кровь, а чувства расцветать сильнее.       — Осталось совсем немного, — девушка радуется. Её волосы треплются на сильном ветру, в глазах давно застыли слезы, но она идет вперёд, улыбаясь, следуя за ним — за своей звездой. Волосы мужчины развивались на ветру, и Мия любовалась их прекрасным золотым сиянием.       — Мы пришли... Наконец-то, — за этими словами следует облегчённый вздох. Наконец-то они на вершине, на пике своих чувств, которые до этого они не испытывали. Как прекрасен был пейзаж, рассматриваемый с этой вышки! Внизу — все тот же ночной город. Звезды горят на небе, которое из чёрного переходит в синий, а потом нежно-голубой. И, ближе к месяцу, становится совсем уже светлым, ярким и словно бы прозрачным. Мия тянет руку к этому шедевру — совсем как на ладони...       — Это... Это... — она замирает, не зная, что еще сделать, кроме того, как закричать от восторга и полноты чувств. Она смотрит вниз, а потом на мужчину.       — Это потрясающе!!! Это бесподобно!!! Мужчина с улыбкой на лице наблюдает за этим детским восторгом. Ему кажется это милым, но при этом и правильным. Словно так и должно быть, словно все то, что сейчас происходит — это не случайная ошибка, нет, это даже...       — Спасибо тебе, — Мия смотрит на него и подходит к нему, утыкаясь головой в грудь, горячо дыша. Мужчина краснеет, не понимая, что с ним творится. Он пытается держать себя в руках и у него это вроде даже получается. Он выдыхает и обнимает её в ответ.       — Знаешь, ты — человек, подосланный моим отцом, ты, бродяга, ты, которого я вижу впервые — ты понимаешь меня, как никто другой. Словно бы читаешь по книге, — она улыбнулась. Он готов был поклясться, что никогда в жизни не видел такой яркой и красивой улыбки. Ни у кого, нигде.       — Вы... Вы тоже меня понимаете. Я никогда не был ни с кем так близок, ни с кем не был так тесно соединён, как с вами сейчас, — он слегка прикрытыми глазами взглянул на неё. — И хочу вас заверить, госпожа, что меня никто не подсылал. Странно, подумала она. Вроде же она должна ему не верить или хотя бы удивиться, но ей все равно. Ведь не это главное. Главное в её мире сейчас — это человек перед ней. Кажется, её первая... Он, словно бы читая мысли, наклонился к ней поближе. Девушка прикрыла глаза, зная, что сейчас должно произойти. Она никогда не испытывала ничего подобного и могла сделать что-то не так. Ей было страшно — познать это, боязно, что судьба может расторгнуть их, сломать их хрупкие хрустальные мечты... Она почувствовала его дыхание на своих губах. И поняла, что должна что-то сделать. Замерла, подставляя своё жутко раскрасневшееся лицо навстречу новому чувству — любви. Они слились в страстном поцелуе, полный огня и нежности и любви. Они нашли что-то важное в этом огромном мире, нашли то, что так долго искали. Они нашли друг друга. Воздух не вечен, им пришлось отстраниться друг от друга. Девушка заглянула в его глаза, но не выдержала его взгляда — и уткнулась в его плечо. Мужчина посмеялся с этого жеста и погладил её по голове.       — Все-таки я добился своего, — прошептал он. — Ваш поцелуй теперь мой. Мия краснеет гуще и сжимает его одежду маленькими ручками. Он целует её в макушку.       — Меня зовут Орисаму Тоджироки, — прошептал он. Но это не все, что ты должна знать. Я люблю тебя, — прошептал он ей. Мия сдалась и задрожала, но потом выпрямилась и произнесла, закрыв глаза:       — Я тоже тебя люблю.