Untitled

Кошмары. От одного этого слова в животе завязывался тугой и противный узел. Казалось, если сейчас не рвануть в сторону уборной, то всё содержимое желудка начнёт нещадно вонять при этом растекаясь большой лужей рядом. Периодически, ночные кошмары навещали Чонина. Они были тягучие, противные и с одним и тем же содержанием. Будто фантазия даже не старалась делать их страшнее, ведь страшно и так было. Сначала, они пугали до дрожи в конечностях и даже были причиной громких криков по ночам. Сейчас же, они больше напоминали отголоски прошлого, что никак не могли забыться. Время шло, это жуткое бремя потихоньку покрывалось пеленой забвения, но даже так оно не давало спокойно спать и одаривало бессоницей на оставшуюся ночь. Да, кошмары постоянно были одни и те-же. Несчастное дерево, мусорный бак, головная боль, полицейский участок. И эта ухмылка. Противная до невозможности. Наверно, будь у Чонина шанс, то стёр бы её из своих воспоминаний навсегда. Он помнит её настолько чётко, что иногда кажется будто всё произошло прошлым вечером, а не пять лет назад. Справедливости ради, виновные получили наказание, но является ли два года в колонии для несовершеннолетних честным сроком для такого преступления? В самом деле, изнасиловние Чонин не забудет. Никогда. *** Четверг на удивление выдался тёплым и солнечным. Ближе к обеду прохладный ветер стал огромной редкостью. Многие работники сейчас, наверняка, сидели в своих офисах и медленно превращались в подобие человека. Синоптики утверждали, что такая аномальная жара пришла в Сидней всего на несколько дней и вскоре город вновь накроет настоящая осенняя погода. Со всеми её вытекающими, конечно. Чонину же с самого сегодняшнего утра не везло. Первая неудача явилась в лице разбитой любимой кружки. Наверно, просто не повезло. Бывает. Второй неудачей оказались мокрые джинсы. Ночью шёл дождь и лужи совсем не успели испариться. Вот и добродушный водитель решил дать немного освежиться бегущему на занятия студенту. В этот раз, думается, банальное совпадение. Ничего, переживёт. Но вот третьей неудачей оказалось опоздание. Он задержался всего на три минуты, но впускать в помещение его никто не собирался. Закрытая дверь чётко об этом говорила. И вот сейчас, стоя под палящим солнцем, Чонин жалел, что не имеет возможности ходить в одной футболке. Ибо было стыдно, ужасно стыдно. Он считал, что лучше терпеть жару в длинном красном кардигане поверх белоснежной футболки, чем показывать пережитки прошлого другим. Многие поймут не так. —Хэй, Чонин! Давно не виделись. Из раздумий пришлось резко выныривать. О нет. Вновь эта улыбка и вновь эти ямочки. Мозг только начал забывать как они выглядят. Но будто понимая, что этого нельзя допустить они появляются в поле зрения Яна вновь. Признаться честно, Чонин считал Криса довольно необычным. Тот каждый раз так и норовит смутить бедного Яна. Ещё интересней же было то, что он в итоге не написал и отказался появляться в университете целых три дня. Из-за этого Ян уже подумал, что Кристофер познакомился с ним из-за вежливости. Статус старосты только подкреплял эту теорию. Казалось, новый знакомый любезничал лишь для то, что бы втереться в доверие, тем самым сразу отмахнуть все трудности, которые могут возникнуть в будущем. Но сейчас, Кристофер как ни в чём не бывало приглашал Чонина в собственную машину, под предлогом "спокойно поболтать", вместо того, что бы неловко стоять на улице. Ян откровенно говоря, мялся. Он не знал как будет лучше поступить. Конечно, уже раздражал собственный страх перед новым, но так резко выходить из зоны комфорта ему ещё не приходило. Сознание Чонина же кричало о том, что это его шанс сделать первые шаги к счастливой жизни. Когда, если не сегодня? На переднем сиденье было довольно удобно. Длинные, худощавые ноги Чонина как раз помещались. В воздухе витала прохлада и запах Кристофера. Казалось, что в машине присутствует огромное количество Американо. Настолько сильно кофе чувствовалось в салоне автомобиля. —Я уж не надеялся, что ты запрыгнешь. Погнали ко мне на студию. Там как раз Чанбин и Хан должны быть. Заодно познакомлю вас. —Да, да... хорошо. Только, мне нужно написать своему другу. Извини. Несомненно, Кристофер почувствовал толику недоверия в сторону его персоны ещё в первый день. Изначально думалось, что это нормально, чувствовать опасения, когда только знакомишься с новым человеком. Но когда тебе почти в открытую говорят: "Я тебе не доверяю", это немного выбивает из колеи и начинаешь задумываться о смене имиджа. *** Долгие минуты длились вечность, но вскоре телефон более не разрывался от бесконечных сообщений. Ответы от Феликса пестрили удивлёнными смайликами и всеми возможными знаками препинания. Настолько неожиданно было увидеть сообщение: "Я с Кристофером. Если что-напишу." Заверить в осознонасти и безопасности решения, друга удалось не сразу, тот будто совсем не верил в происходящее. Но несколько максимально убедительных сообщений о том, что всё в порядке и если что у него имеется с собой перцовка, поумерили пыл Ликса. Студия, которая была известна Чонину уже как несколько дней находилась в десяти минутах езды от университета. Думается, Кристофер специально выбирал довольно тихий и близкий к месту учёбы, район. —Ну всё! Мы приехали,— Чонин радостно выдохнул тому, что эти несчастный десять минут закончились. Атмосфера в автомобиле не была такой дружелюбной. Скорее наоборот, недоверие можно было почувствовать и даже коснуться его. Настолько сильно оно ощущалось в воздухе. Парковка, где Крис оставил машину была совсем недалеко от стеклянной двери, к которой они направились. Помещение внутри было светлое и походило больше на ресепшен. Это заставило насторожиться ещё сильнее, но вскоре оказалось, что это был страх в пустоту. —Хэй, Алекс. Эти двое уже там? —Да, во всю ждут тебя,— из-за стойки вынырнул рыжеволосый парень. Он приветливо махнул Крису и устремили свой любопытный взгляд на Чонина. — О, а ты с новым знакомым? Тоже музыкант? — тот был совсем не готов к вниманию к своей персоне и немного замялся. Явный ступор не осталось незамеченным Кристофером. Тот будто делал пометки у себя в голове, когда видел различные реакции своего нового знакомого. —А, нет. Он просто мой друг. Ничего особенного, — ситуацию под контроль всё-таки пришлось брать Крису. За что благодарности внутри Чонина не было края, ведь даже спустя несколько секунд ожидания он не проронил ни слова. Многие могли подумать, что он просто не понимал языка, но Крис знал обратное. —О, окей. Ладно, удачи вам! Долго задерживаться у стойки они не стали. Где-то рядом образовалась ещё одна дверь. Она была максимально незаметная, потому что не вызывала никакого интереса к себе. Крис открыв её, начал вести Чонина по длинному и немного тёмному коридору к музыкальной студии. Они прошли довольно большое количество комнат, студий и даже офисов, которые стояли друг за другом с небольшим интервалом. Крис шагал быстро, но при этом обращал внимание на Чонина, убеждаясь, что тот не отстает и чувствует себя комфортно. Он иногда обращался к Чонину, делясь маленькими секретами о неком Хане и неком Чанбине. Его слова звучали с неподдельной теплотой, будто он рассказывал о своих родных братьях. Хотя так почти и было. За столько лет дружбы они успели сильно сблизиться. Подходя к студии, Крис распахнул дверь и пригласил Чонина внутрь жестом руки. В студии царила атмосфера творчества, а музыкальное оборудование светилось яркими огнями. Где-то в углу на специальном кресле-мешке сидел паренёк с длинными фиолетовыми волосами. Он во что-то увлечённо играл и скорее всего не заметил появления новых людей. На диване же, совсем рядом со входом разлёгся ещё один. Вот тут Чонин уже точно был уверен в том, что человек проводил всё своё свободное время в зале. Если сравнивать Кристофера и его, то второй точно имел мышечную массу больше. —О, Чани. Мы тебя заждались, — голова "качка" так и не повернулась в их сторону. По всей видимости он на сто процентов был уверен, что пришёл именно некий Чан, а не Кристофер. —"Чани"? — Чонин старался держать рот на замке. Серьёзно! В этот же раз любопытство одержало вверх. Ян даже не заметил, что задал свой вопрос в слух слишком быстро. Но был в этом и свой плюс. Друзья Криса резко повернулись на них и удивленно раскрыли глаза. Да, они похоже совсем не ожидали видеть их. Чего только стоило выражение лица фиолетововолосого. Лишь неловкий смех Кристофера немного разряжало обстановку. —Совсем забыл тебе сказать. Бан Чан это моё корейское имя. Кристофер английское. Тут от оцепенения вышел ещё один человек. —Воу, Чан, кто это? Неужели, твой парень? — глупое и смешное предположение послышалось из глубины комнаты. Чонин на секунду подумал, что зря тот парень отвлёкся от своей игры. Наверно, не стоило приходить сюда, ведь явное смущение не очень хорошо удавалось скрыть от посторонних глаз. —Нет, нет, он всего лишь мой друг. Знакомьтесь, это Ян Чонин. Чонин, это Чанбин, — правая рука махнула в сторону качка, — а этот шутник‐ Хан Джисон, — уже левая рука указала в сторону фиолетововолосого. Те лишь кивнули и начали уже по настоящему заниматься делом. Похоже, Чан был главным в их троице, раз работа не могла идти без его участия. Каждый из парней начал предлагать разные варианты песен, иногда перекрикивая друг друга. Но выбор в итоге пал на некую "god's blessing". —Чонин, чего стоишь? Садись рядом, сейчас ребята покажут, что они могут, — громко отозвался Чан, видя как Ян до сих пор стоял у входа, не смея проходить внутрь. Со смешными кивками парень устроился у стола, где стоял пульт управления и компьютер. Сзади же была расположена большая кабинка звукозаписи, обшитая внутри акустическим поролоном. —Чан, я первый пойду, — звонкий голос Хана прозвучал на всю комнату. Сам же парень спешно скрылся за дверью, направляясь к микрофону. Сбоку послышалось недовольные бурчание, скорее всего, Чанбин хотел быть первым, а после со спокойной душой отдыхать. Но его планы были нарушены уж слишком быстрым Джисоном. *** Давно Чонин так не сидел. Помнится, в далёком прошлом он занимался вокалом и даже имел одну песню, собственного сочинения. Наверно, она до сих пор хранится где-то в телефоне и ждёт удачного момента. "Untitled"- такое название у неё было. Помниться он долго думал над этим, но в итоге, как ему тогда показалось, более подходящего названия к этой песни не было. Те были яркие и весёлые дни его жизни. Без забот и страха перед будущим. Иногда ему хотелось вернуться именно то время и прожить их ещё раз, что бы жуткие картины в его голове испарились или оказались обычным кошмаром. Резко из раздумий выдернула громкая музыка. Грустное звучание пианино объявляло о начале песни. Похоже, это была баллада, которые так сильно любил Чонин. Не только слушать. Голос Хана очень хорошо вписывался под звучание инструментов. Его партия в этой песне была большой, что сильно помогло раскрыть все возможности Джисона. Чонин восхищался. Такого он не слышал никогда. В какую-то секунду в голове проскочила мысль о том, что он бы тоже хотел стоять в той душной комнатушке и показать, что он тоже чего-то достоин, а не выставлять себя в свете обычного аутсайдера. Этот отчаянный взгляд не скрылся от любопытной пары глаз, что всё это время следила за действиями Чонина. В эту же секунду в голове у Криса возникла довольно хорошая, по его мнению, идея. —Чонин, не хочешь попробовать спеть? —Что? *** Чану было сложно отказать. Его убедительности мог позавидовать любой. Очень часто ситуации складывались в его пользу только из-за этого качества. Да, остальные факторы, конечно, тоже влияли. Но не как эта способность, очаровывать лишь своей улыбкой. И вот, за недолгими уговорами Криса, Чонин не заметил как оказался в акустическом раю. Наушники немного давили, создавая ощущение полного погружения в процесс записи. Микрофон, что стоял прямо перед ним был высоковат, но не это с подвигло обратиться к Чану. —Эм... Чан? А, что петь мне? Неловкое: "Ой!" Отдалось сильным эхом в ушах. В следующую секунду Крис стоял рядом и ставил листочек на пюпитру. Были видны маленькие пометки карандашом, но на их фоне жирная, синяя ручка, которая выделяла что-то, привлекали к себе больше внимание. На листке был помечен момент, который нужно было петь. Во время всего процесса подготовки, парни несколько раз столкнулись плечами из-за чего только и извинялись друг перед другом. За всей картиной наблюдали два, не очень стыдливых человека. Каждый прекрасно понимал, что между новым знакомым и старым товарищем была особенная химия, но говорить о своих предположениях было рано. *** Кристофер приковывал к себе всё внимание. Именно поэтому листок с текстом так и не дождался взгляда исполнителя. Может Чонин хотел так сделать себе сюрприз, ведь петь ему пришлось не то, что он ожидал. —Корейский? Так и должно быть? — в голове сразу возникла мысль, что это глупая шутка, ведь Хан пел на английском, а тут ему дали текст на совершенно другом языке. —Да. Знаешь, это фишка делает наше трио довольно уникальным. Находясь в Австралии, мы пишем свои текста не только на английском. Признаться честно, что это притягивает больше слушателей, — поспешил ответить Чанбин. До этого момента он был довольно молчалив и ничего не спрашивал в отличие от Джисона. Казалось, он предпочитал наблюдать, а не идти в наступление. Грозный же вид это только дополнял. —О, это... — маленькая пауза, — необычно. Да. В голове снова раздался голос Криса, что спрашивал о готовности. Быстрый кивок дал понять. Пора. Песня в этот раз началась где-то с середины. Мелодия неспешно шла к своей кульминации и только набирала обороты. Электро гитара звучала всё громче и громче, а соло на пианино лишь прибавляло волшебства песне. За тонким стеклом кто-то махнул рукой. Чонин запел. Звонкий и чистый голос оглушил всю студию. Казалось, что всё вокруг замерло. Ничего более не имело значения, а на свете существовал только Чонин и эта мелодия.                         / / / —Открой эту чёртову дверь, скотина! Сейчас, многие люди считают, что детство-это самые лучшие годы в жизни человека. В это время он получает знания об окружающем мире, познаётся себя и живёт, не думая о своём будущем. Да, почти все хотят вновь стать ребёнком. Прожить снова тот период и ни о чём не волноваться, а зачем? Родители сами за тебя это сделают. Самым же страшным было то, что в большинстве случаев всё было совсем наоборот. Юный Кристофер, был явным примером. Гиперопека, побои и жестокие наказания. Что может быть хуже? С самого юного возраста Крис слышал, что главная задача в жизни каждого мальчика‐ это преуспеть в работе и обзавестись семьёй. Сначала всё казалось довольно логичным и правильным. Да, работа была всегда нужна, а особенно высокая должность. Ведь без больших денег в этом мире совсем не выжить. Да, семья тоже была необходима. Она помогала обзавестись статусом прилежного семьянина. Людям, такой человек внушал большего доверия. Так говорил отец. Он и сам являлся таким. Богатый, с хорошей работой, высоким статусом и имеющий красавицу жену с сыном. Насколько бы странным это не звучало, но Кристофер жил так на протяжении четырнадцати лет. Казалось, идиллия могла продолжаться вечность. Вскоре, после своего четырнадцатого дня рождения Чан начал замечать некоторые странности. Если раньше отец почти не общался с сыном без резкой необходимости, то сейчас всё изменилось. Криса часто можно было увидеть в личном кабинете отца. Тот в свою очередь начал активное наступление. Всё начиналось с простых разговоров про учёбу и цели в жизни. И если сначала отец молча выслушивал истории о том, что своё будущее Чан видит в роли артиста, то вскоре это переросло в то, что он открыто критиковал эти глупые мечты. А после того как раскрылась истинная ориентация сына, отец пришёл в бешенство. В тот день всё в доме было вверх дном, а яростный отец сумел напиться так, что мог ловить белочек голыми руками. На теле Кристофера тогда появились первые синяки. Он чётко помнил, как они отливали желтизной и жутко болели при любом прикосновении. Матери тогда тоже не повезло. После этого, из-за безысходности им пришлось сплотиться, наверное в тот момент это было необходимо им двоим. Точка не возврата находилась далеко позади. Сейчас же в комнату с жуткими воплями ломился отец. С явным желанием убить сына. По другому пропитанные яростью слова было не расшифровать. Наверно, за два года Кристоферу стоило привыкнуть и просто смириться со своей участью, но это было совсем не в его стиле. За дверью так же был слышен тихий голос матери. Она всеми силами пыталась остановить мужа, но тот явно не собирался её слушать. Ссоры с сыном вымотали его настолько, что на примитивных побоях в этот раз конфликт просто не мог закончиться. Ежедневные крики, хлёсткие удары и унижения. Как же Чан устал от этого. И именно тогда было принято решения, что дальше так не могло продолжаться. *** Тёмная и местами жуткая ночная улица встречала своим прохладным воздухом. Ночной Сидней завораживал своей красотой. Вокруг не было ни души, что было вполне логично. Кристоферу удалось сбежать только глубокой ночью. Он знал, что отец не любитель рано ложиться спать, поэтому пришлось ждать довольно долго. В его руках покоился рюкзак. Там было совсем немного вещей: одежда на первое время, деньги и его компьютер. Справедливости ради Чан не стал брать отцовских денег, надеясь лишь на свои, накопленные с подработок. Он понимал, что так могло произойти и уже два года упорно трудился в разных местах. На собственном столе он оставил короткую записку. В ней говорилось, что постоянная жизнь в страхе ему надоела, а так же присутствовали слова поддержки, предназначенные маме. Кристофер знал, что именно она найдёт этот клочок бумаги. На улице было довольно прохладно, поэтому на долгие раздумья совсем не было времени. Было решено двигаться в сторону студии. Дорога до которой занимала около часа, ведь находилась в самом центре Сиднея. Пока их частный дом был расположен в пригороде. На первое время Кристофер только лишь арендовал её, но в будущем планировал сделать своей. Да, там было не так уютно, но старый диван имелся. Благо завтра воскресенье и сильного волнения данное обстоятельство не вызывало. Размеренный шаг Кристофера был слышен по всей улице. Эти звуки разряжали тишину и от этого становилось спокойнее на душе. Так, наверно, он прошагал минут двадцать огибая узкие улочки города. Иногда даже казалось, что из-за угла может кто-то выпрыгнуть и наброситься, но острые ножницы были как раз кстати. Так было менее тревожно. Было. Пока вдалеке на Чана не начали идти две фигуры. Тушка первого повисла на плече второго, который как можно крепче пытался ухватиться за товарища. Они значительно различались в размерах. Второй был выше, но тоньше, чем первый. Казалось, эти двое рухнут совсем скоро. Не только из-за большого количества алкоголя в организме, но и из-за банальной усталости. Кристофер хотел перейти на противоположную улицу, но не успел. —Парень! Да, да, ты! Помоги, пожалуйста!—громкий крик доносился от тонкого. Он активно махал рукой и пытался привлечь к себе внимание явно немного напуганного человека. Изначально, Чан не собирался оказывать им помощь, вместо этого предпочитая просто уйти с миром. Но скорое падение этих двоих вынудило подойти. —О, огромное тебе спасибо! Я бы не дотащил этого здоровяка до его дома, — неподдельная радость слышалась в его голосе, но... стоп. Крис совсем не собирался помогать нести уже отключившегося человека хер знает куда! —Извини, но мы не договаривались о том, что бы я провожал вас до дома. —Ой, да ладно тебе! Я за это потом угощу вкусненьким. Сможешь выбрать любую кафешку! — сомнения ещё были в глазах Чана и незнакомец это заметил. — Ну прошу тебя! Если ты так и оставишь нас здесь, то мы останемся мёрзнуть тут на всю ночь. Пожалуйста! Эмоция жалости проскочила на лице Кристофера. Ладно, он сделает это. —Хорошо, но потом с тебя угощение. —Да, да! Всё что угодно, но помоги мне его донести до дома. Как-то так получилось, что новый знакомый оказался тем ещё болтушкой. Всю дорогу он то хихикал, то рассказывал разные истории про себя и своего друга. Оказалось они были одного возраста, учились недалеко от его школы и, на удивление, так же интересовались музыкой и игрой на музыкальных инструментах. За разговорами время пролетело незаметно и у нужного дома они оказались почти по щелчку пальца. Будто и не было всей той долгой дороги, что вымотала не только физически, но и эмоционально. Давно Кристофер так не общался. Наверно, просто не было подходящего человека. —Спасибо! О, кстати как тебя звать то? —Кристофер. —Воу, а меня Хан. Хан Джисон, а тот здоровяк Со Чанбин. Ну, ладно бывай. Я позже тебя сам найду, не переживай. Без вкусностей не останешься. —Ага, пока. Массивная железная дверь захлопнулась за новыми знакомыми, оставляя Чана стоять и думать о чём-то своём. *** Дни шли своим чередом. Каждый был похож на предыдущий. Учёба, работа в студии, учёба, работа в студии и так далее. Эти серые будни становились краше только при очередной встрече с новыми друзьями. Чанбин и Хан оказались невероятно верными товарищами. Могут выслушать, помочь и даже дать дельный совет. Так продолжалось на протяжении двух недель. К счастью, родители будто и не пытались искать беглеца. Но это было лишь для вида. Вскоре те перехватили Кристофера по дороге в школу и посадили в тонированную машину. Там сидели только двое. Мать выглядела счастливой при виде сына, но некая горечь всё же была в её взгляде. Отец в свою очередь свёл брови к переносице так сильно, что неровности на лице были чётко видны. Они молчали довольно долго. Каждый хотел начать разговор, но не решался, лишь спустя несколько минут раздумий Кристоферу пришлось заговорить первым. Скорое начало занятий вынудило на такой шаг. —Что вам нужно? Коротко и лаконично. Но этого было достаточно, что бы развязать язык и так вспыльчивому отцу. Тот говорил много гадостей и несколько раз пытался замахиваться, что бы чётко и ясно донести свою позицию сыну. Только обстановка спасла и всё обошлось только ругательствами. Или это не всё? —У нас есть к тебе предложение. Либо ты, как нормальный человек оканчиваешь школу и университет, либо ты нам больше не сын. На встречи с матерью ты можешь не рассчитывать. Понятно? Сердце начало сильно стучать в грудной клетке, а в ушах появился противный писк. Это было слишком подло. Чан очень любил свою мать, она была для него всем. Постоянно утешала и поддерживала его, даже несмотря на своего мужа. В трудные времена они были единственным друг у друга. Никто не понимала его так как она. Мама многого натерпелась из-за Кристофера, поэтому отказать отцу было просто невозможно. Пусть будет так, хорошо. —Хорошо, только у меня есть условие. Факультет я выберу сам. —Ха, условия он мне тут ставит! Так или иначе тебе повезло сегодня, делай как хочешь. Но, что бы институт был окончен. Всё, свободен. Да, наверно, глупо было давать Кристоферу выбирать направление самому. Отцу, ведь главное, что бы было образование. Иначе его компания не могла бы быть унаследована сыном. "Глупые правила", — так считал Кристофер. В скором будущем же, это послабление от отца обернулось тем, что Чан выбрал социологию. О чём вообще не жалел.                         / / / Громкие вопли Хана были слышны, кажется, всему городу. Этот оглушительный и звонкий голос кричал о том, что такому необычному голосу Чонина нельзя зря пропадать. Джисон как на духу высказал всё, что думал о пении Яна. Со стороны могло показаться, что это было своего рода нападением. Хотя, так и являлось на самом деле. Чанбин в свою очередь робко похлопывал по плечу Чонина. Тот немного тише чем Хан говорил слова восхищения. Даже предлагал присоединиться к ним и петь вместе. По его мнению, им как раз не хватало чего-то такого. Нового. Несмотря на этот хаос, глаза виновника были устремлены на Кристофера. Они молча стояли и смотрели друг на друга, пока остальные что-то говорили, иногда перебивая друг-друга. Может они простояли так секунду, две или даже минуту, но из этой пелены спокойствия никто не хотел выходить. —Я хорошо справился? — робкий и тихий голос донёсся от Чонина. Хан и Чанбин сразу стали яро доказывать, что это было не просто хорошо, а потрясающе. Каждый пытался, что-то предложить Яну, но тот для сих пор не обращал на них должного внимания. —Да, ты был прекрасен, — вскоре послышался ответ от Чана. Расстояние между ними сократилось с виданной скоростью. Вокруг замолчали. — Не против, если я тебя обниму? —Нет. Совсем нет. Эти объятия были самыми, если говорить откровенно, тёплыми. Они стояли недолго. Но несмотря на это, в их сердце памяти данный момент останется на долгие годы.