Одно недопонимание может уничтожить всё

      Всю оставшуюся ночь Тэхён просидел на кровати в прострации. Казалось, что он не мог принять реальность происходящего, не верил в правдивость сказанного Юнги ранее. В его вселенной Юнги никогда не посмотрел бы на него, не то что самостоятельно признался и ответил на чувства Тэ взаимностью. Так Тэхён просидел до самого утра, не слыша и не замечая ничего вокруг.       Рассвет подкрался незаметно. Первые и робкие солнечные лучи коснулись изящных рук Тэ, аккуратно сложенных на поджатых к груди коленях. Эти полосы света согревали и дарили надежду. Ощутив потепление своих рук, Тэ-тэ будто очнулся ото сна, или, правильнее будет сказать, от захватившего его в свои липкие сети оцепенения. Решение, которое Тэхён принял, было основано на длительном знакомстве с Юнги. — Доброе утро, Джин-и, — поприветствовал своего самого старшего хёна Тэ, когда вошёл в кухню. — Доброе, Тэхён-а, — также поздоровался Джин, хотя и немного вздрогнул от испуга. — Ты чего так рано? Хотя не являешься совой, настолько рано тебя увидеть бодрым практически невозможно. Что-то произошло? — Всё в порядке Джин-хён. Так и останется. По крайней мере я очень на это надеюсь — Ты взволнован, — констатировал Сокджин, ведь несмотря на свой легкий на подъём характер, Джин мог быть через чур проницательным, когда действительно необходимо. — Это связано с Юнги, я ведь прав? — От тебя ничего не утаить, Джин-а, — с лёгкой усмешкой отозвался Тэхён, который решил помочь старшему с приготовлением завтрака. — Да, дело в Юнги. Я думаю, что скоро мы всё наладим, и вас ждёт сюрприз. — Я очень надеюсь на это, Тэ. В последнее время ваши отношения слишком напряжённые. Мы волновались, ведь ваше эмоциональное состояние тоже стало нестабильно.. — пробормотал Джин. — Не переживай, хён. Мы будем в порядке в самое ближайшее время, — успокаивал Тэ Сокджина. — По многолетнему опыту могу сказать, что сейчас Юнги лучше не трогать. Ночью у нас состоялся разговор, после которого нам обоим нужно немного времени. Я поговорю с ним после завтрака. — Тогда я спокоен. А то уже не знал, что думать, — ярко улыбнулся наконец старший.       Обоим юношам после этого разговора стало легче. Каждый из них понимал, что чёрная полоса скоро закончится.       После довольно раннего завтрака Тэхён решил наконец поговорить с Юнги. Тэ-тэ думал, что этого времени им обоим было достаточно для размышлений. Поэтому путь Тэ лежал прямо в комнату к старшему.       Пока Тэхён приближался к комнате, он заметил, что дверь открыта. Это было максимально странно и нехарактерно для второго по старшинству хёна. Юнги никогда не оставлял дверь открытой, ведь для него открытая дверь являлась нарушением личного пространства. Да и работать над музыкой было удобнее за закрытой дверью.       Когда Тэхён заглянул в комнату после деликатного стука в косяк двери, он обомлел. Вместо привычного лёгкого беспорядка в обители Юнги царил идеальный порядок: все вещи разложены по местам, стол также в чистоте. Единственное, что выбивалось из картины "идеальной комнаты" — несколько конвертов на подушках. Подойдя к кровати, Тэ стал рассматривать конверты. Их было всего три: для него, для группы и для Army.       Тэ-тэ решил посмотреть содержание своего конверта. Там было письмо и маленькая фотокнига. Первым Тэхён решил прочитать письмо: "Дорогой медвежонок... Я безумно сильно тебя люблю. Настолько сильно, что прям до боли в сердце. Ты был рядом со мной с самого начала. Когда я впервые увидел тебя, то не ожидал нашего сближения. Я думал, что никогда не стану для тебя близким человеком. Но ошибся. Ты сам потянулся ко мне, оставался рядом, даже когда я просил уйти, поддерживал в моменты, когда отчаяние захватывало полностью. Ты видел меня разным: разбитым, агрессивным, плачущим и искренне счастливым. Как и я тебя. Я доверял тебе так, как не доверял себе. Так остаётся и по сей день. Но как бы там не было, я разрушу твою жизнь, если останусь. Мне очень не хотелось оставлять ребят, army, а особенно тебя. Но так нужно. Не вини ни себя, ни ребят. Так сложились обстоятельства, о которых вам знать не нужно. Для тебя я хочу только одного — настоящего счастья. Найди его Тэхён-а, ради себя в первую очередь. Я очень тебя люблю, медвежонок, но заставить страдать не могу. Забудь обо мне и проживи эту жизнь так, как всегда хотел. Я всегда буду рядом с тобой, не брошу. Поэтому просто живи! Я буду любить тебя всю вечность и даже больше...

Твой котёнок"

      Чем дальше Тэ читал, тем больше слёз катилось из его глаз. А когда Тэхён открыл фотоальбом, слёзы переросли в полноценную истерику. В этой книге были собраны все самые ценные фотографии: их нет в интернете, их не видели другие участники группы, а некоторые не видел даже сам Тэ-тэ. Там находятся самые ценные и дорогие сердцу воспоминания.       Прижав к себе альбом и письмо, Тэхён в голос зарыдал. Ему стало неважно, что кто-то его увидит или услышит. Значение имело лишь то, что Юнги рядом больше не будет. Он не сможет обнять старшего и уткнуться ему в шею, чтобы поплакать. Не будет больше уютного молчания, ночных или вечерних посиделок только вдвоём, прогулок на рассвете с разговорами ни о чём и настоящей улыбки Юнги.       Именно в таком состоянии Тэхёна нашёл Чонгук. Макне выходил из своей комнаты на завтрак, как услышал всхлипы, доносящиеся из обители Юнги. Когда Гук заглянул в открытую комнату, то увидел практически идеальный порядок и Тэ-тэ, сидящего возле кровати. Он сгорбился и явно что-то прижимал к груди. Всё его тело сотрясали рыдания. Такого от Тэхёна Чонгук точно не ожидал, поэтому сразу крикнул старшим о необходимости срочно собраться в комнате Юнги и буквально подлетел к Тэ.       Через несколько секунд, которые макне показались вечностью, в комнате были все остальные ребята. Дабы успокоить Тэхёна, все они решили дружно обнять его и пока ничего не спрашивать.       Спустя минут 40, когда устоявшуюся тишину разрывали лишь частые всхлипывания Тэ-тэ, Чимин решил узнать о произошедшем: — Что случилось Тэхён-и? Где Юнги? Тэ ничего не ответил, однако всхдипы стали чаще и сильнее, как если бы он снова хотел заплакать. — Ну тише, тише, Тэхён-а. Расскажи нам всё, иначе мы ничем не сможем помочь. — мягко проворковал Джин, который сейчас сильно переживал, ведь только час назад младший хоть и не светился, но был уверен и воодушевлён.       Сквозь всхлипы Тэхён сказал: — Мы опоздаем на тренировки. Необходимо собираться и ехать. — Во-первых, мы уже опоздали. Во-вторых, Юнги среди нас я не вижу. В-третьих, я уже успел предупредить и менеджера, и Бан Ши Хёка, — мягким, но в то же время строгим голосом сообщил Намджун. — А теперь перестань увиливать и расскажи о том, что случилось. — Не дави на него, Джун-хён! — воскликнул Чонгук, хотя его голос звучал приглушённо. — Я..... Юнги ушёл..... — Тэхён всхлипнул и поддался новой волне истерики. — Как ушёл? Куда? Когда? — начал заваливать вопросами Хосок.       Вдруг взгляд Джина зацепился за 2 оставшихся на кровати конверта. — Ребята, может это даст нам ответы? — предположил Сокджин, держа в руках один из конвертов, на которых было написано: "для BTS".       Все ребята переглянулись, и Хоби выхватил конверт из рук Джина. В письме, извлечённом из конверта, почерком Юнги было написано следующее: "Мои любимые бантаны... Я безумно благодарен за встречу с вами. Не знаю, кто или что помогло нам соединить судьбы, но сейчас пришло время нашим дорогам разойтись. Это никак не связано ни с одним из вас в плохом ключе. Всё дело во мне. Я не хочу портить атмосферу в группе, однако это было бы неизбежно, если бы я остался. Несмотря на то, что, вероятно, все вы сейчас возразите, я считаю именно так. Поэтому попрошу просто принять моё решение и смириться. Не ищите меня, ибо я этого не хочу. Каждому из вас я благодарен по-своему: Намджун. Ты — лидер нашей группы. Был им с самого начала. Даже когда все мы были в неведении перед будущим, ты всегда оставался островком спокойствия. Ты с начала нашего совместного пути самостоятельно, без давления, упрёков и просьб, взвалил на себя непосильную ношу лидерства. Пожертвовал своим спокойствием, психологическим состоянием ради нашего блага. Для меня ты всегда был братом и советником. Даже когда сам не знал покоя, ты всегда умел находить правильные слова для того, чтобы поддержать меня. Твои советы постоянно были чем-то, к чему я не мог не прислушаться. Они навечно останутся в моей памяти, а я постараюсь им следовать. Главное помни, что отдых важен даже для такого сильного человека, как ты. Сокджин. Ты был единственным моим хёном. Несмотря на всё, что между нами происходило, я всегда очень дорожил тобой. Ты — один из немногих, с кем комфортно просто молчать. Порой ты знал о моих эмоциях больше, чем я, однако позволял мне самому разобраться в них. Ты не обнимал, не говорил, не давил, не стоял над душой, ты просто был рядом и давал молчаливую поддержку. Для меня это было самым ценным. Надеюсь, что ты не сильно будешь злиться на такой исход. А если и будешь, то просто поверь в необходимость этого решения. Пожалуйста, продолжай всё также заботиться об остальных, ведь им это будет необходимо. И помни, что я всегда окажу тебе поддержку в любой ситуации. Для этого тебе достаточно обратиться к своему сердцу. Хосок. Ты — самый лучезарный, светлый, позитивный и открытый человек, которого я знаю. Даже в самые тёмные времена, в самых тёмных местах, несмотря на свои собственные чувства, ты продолжаешь светить другим. Бескорыстно, честно, активно и непоколебимо. Это всегда меня восхищало. И я безумно благодарен тебе за то, что ты сиял для меня в мои тяжёлые моменты. Однако не забывай и о своих эмоциях, которые ты должен проживать, а не откладывать "на потом". Цени себя, ведь ты такой один. И никто, кроме тебя не сможет лучше понять, что тебе необходимо. Чимин. Ты являешься настоящей звёздочкой. Самый открытый и искренний с нами. Твоя простота в общении заставила меня открыться тебе. Ты с лёгкостью нашёл путь к моей душе. С тобой я не боялся показаться слабым. Твоя душевность, а также настоящее желание помочь близким подкупили меня. Я действительно благодарен за твою поддержку и помощь в моменты, когда мне необходимо было погрустить. Мне безумно приятно осознавать, что такой человек, как ты, будет рядом с остальными в эти моменты. Не закрывайся от ребят, помогай им и открывайся сам. Твоя сила заключается в умении успокоить душу в непростые времена. Надеюсь, что у тебя хватит сил и терпения, чтобы эмоционально открыться остальным точно так же, как ты, в своё время, открылся мне. Чонгук. Ты — один из самых талантливых и ярких людей, которых я знаю. Несмотря на то, что почти всем ты кажешься безумно позитивным и экстравертным человеком, я прекрасно знаю, как для тебя важна тишина. На самом деле ты являешься настоящим интровертом, который ценит комфортное молчание, лёгкость в общении, непринуждённость в поведении и глубокие разговоры на важные темы. Мне всегда было больно смотреть на то, как ты постоянно пытался стать лучше и оправдать чужие ожидания, не давая себе ни дня отдыха. Я очень хочу, чтобы ты помнил: если тебе не приносит удовольствия то, что ты делаешь, значит не нужно этим себя мучить. Куда важнее твоё состояние, нежели чужие, чаще всего завышенные, ожидания. Будь счастлив от того, чем занимаешься. Ты всегда был для меня примером целеустремлённости и упорства. Я надеюсь, что ты будешь расти в профессиональном плане только выше. Спасибо за то, что всегда понимал моменты, когда не нужно мне ничего говорить, и за то, что всегда мотивировал не сдаваться. Все эти годы пролетели очень быстро. Как бы мне не хотелось, я не могу ничего остановить. Вы были настоящим светом для меня в непростые моменты жизни. Именно вы держали меня на плаву всё это время. Я не поошу вас забыть о пройденном нами совместном пути, ведь осознаю, насколько эгоистичной будет являться данная просьба. Однако, всё же, попрошу не вспоминать обо мне слишком часто, так как это причинит вам лишь больше боли. У вас начинается новый этап, как лично у каждого, так и у BTS. И мне там больше нет места. Я это чувствую. Я безумно сильно люблю каждого из вас и ценю то, что вы для меня сделали! Спасибо вам за всё и берегите друг друга...

Ваш (настолько искренний, насколько это возможно сейчас) Юнги-я"

      Прочитав вслух письмо, Хосок заплакал. Голос его дрожал ещё в процессе прочтения, как и у остальных ребят слёзы текли не переставая. Когда бантаны слышали части про каждого из них, состояние ухудшалось ещё больше. Они даже не представляли, насколько сильно были дороги Юнги, и насколько он был дорог им. Только сейчас ребята на самом деле поняли, как редко говорили Юнги о его ценности для них лично и для группы.       Первым в себя пришёл Намджун. Как лидер, он был обязвн успокоить остальных и предпринять какие-то меры. Для него было ясно одно — терять или отпускать Юнги никто из них не готов. Поэтому Джун предложил позвонить Бан Ши Хёку: — Давайте узнаем всё у директора. Юнги не мог уйти, не согласовав это с ним. — Хорошо, Джун. Делай как нужно. Я попытаюсь успокоить ребят, — свозь неперестающие течь слёзы проговорил Джин.       Намджун вышел из комнаты и набрал номер директора: — Добрый день, господин Бан. — Здравствуй, Намджун, — поздоровался Бан Ши Хёк. — Что-то произошло, раз ты мне звонишь после сообщения о неявки на тренировки всей группы? — Да, случилось. Юнги пропал. Оставил только три письма: нам, Тэхёну и ARMY. Вы знаете что-нибудь об этом? — Я в курсе, Джун. Он оставил на моём столе записку и конверт с деньгами за разрыв контракта. И, как я понял, он это сделал ещё вчера, — ответил директор. — Неужели ничего нельзя с этим сделать?! — Намджун спрашивал, сжимая от бессилия кулаки. — К моему сожалению, Юнги всё сделал по правилам. Ни к одному документу невозможно придраться. — Может Юн оставил вам новый номер или адрес, где его можно найти? — лидер не знал, как долго сможет оставаться собранным. — Нет. Джун, ты должен понимать, что Юнги не хочет быть найденным. Если бы хотел, то оставил бы вам какой-либо знак. В нынешней же ситуации мы все бессильны, — проговорил Бан Ши Хёк, а потом добавил. — Тем более ты не хуже меня знаешь натуру Юнги: пока он не захочет, его не найдёт ни одна живая душа на этой планете. — Да, Вы правы. Но, всё же, могу я попросить об одной услуге? — Джун очень надеялся на положительный ответ. — Разумеется, Намджун. Мы не первый год знакомы, поэтому после всего, через что все мы прошли, мне будет только в радость тебе помочь. — Благодарю Вас. В первую очередь я бы хотел попросить перерыв для группы, так как все мы очень подавлены этим событием. А также я хотел бы Вашего содействия в поисках Юна. — Джун покусывал губы от нервов и довольно продолжительного молчания в трубке. — Я без вопросов всё организую, но настаиваю на том, чтобы вы не затягивали с перерывом. Рано или поздно ситуация станет известна, и если к тому моменту вы не найдёте Юнги, то, как бы мне этого не хотелось, вам придётся вернуться на сцену и продолжать карьеру без него. Я надеюсь на твоё понимание, Намджун. — Я безумно благодарен, господин Бан. Мы сделаем всё возможное.       После разговора с директором, Джун вернулся в комнату. Все ребята успокоились, однако следы слёз на лице и красные припухшие глаза оставались ярким напоминанием о недавней истерике. Хосок стоял у окна и постукивал пальцем по стеклу, пытаясь собрать мысли в кучу. Сокджин ходил по комнате, пытаясь унять дрожащие руки и привести нервы в подобие порядка. Чимин и Чонгук сидели на кровати, изредка переговаривась, нервно передёргивали плечами, сбрасывая таким образом застывшее в мышцах напряжение, и пытались привести в себя Тэхёна. Один только Тэ сидел у изголовья кровати, не обращая внимания на окружающий мир, и прижимал к себе конверт, перебирая пальцами его края. Его глаза смотрели сквозь стену, и ни на один звук Тэ-тэ так и не среагировал.       Когда Намджун вошёл, Джин бросился к нему самый первый. — Джун-а, что сказал директор Бан? — Давай не здесь, Джин. Тэхёну явно плохо. Ему следует дать выпить успокоительного и снотворного, а после уложить спать. — Да, Джун, ты прав. Я займусь этим, а ты выведи ребят из комнаты, дождитесь меня и всё расскажешь. — Хорошо, Сокджин. — ответил Джун. — Ребята, идёмте со мной. Джин позаботится о Тэ.       Ребята согласились и оставили заботу о Тэхёне на самого старшего.       Всё то время, что Джин заботился о Тэ-тэ, тот не проронил ни слова. Казалось, будто Тэ был в другом мире. Он ни на что не реагировал, не отвечал на вопросы. В итоге старший всё-таки смог уложить Тэхёна спать. Переносить Тэ в его комнату Джин не решился, ибо последствия скорее всего были бы весьма плачевными. Только когда Сокджин увидел, что успокоительное и снотворное стали действовать, то ушёл из комнаты Юнги, прикрыв за собой дверь.       Как только самый старший из группы появился в гостиной, где собрались все остальные, лидер пересказал разговор с Бан Ши Хёком. После этого было принято решение начать поиски Юнги, а также пока не говорить фанатам о происходящем.

***

      В это же время Тэхён метался от кошмара и молил Юни вернуться домой. В его сне Юнги отдалялся с невероятной скоростью, непредставляющей возможности его догнать. Он уходил всё дальше и дальше, несмотря на мольбы Тэ. А Тэхён старался бежать быстрее по острым камням, раздирая ноги в кровь.       Боль от получаемых ран была незначительной, однако отдавала в голову острым напоминанием неизбежной потери, и подстёгивала бежать дальше за любимым вопреки всему.       Тело Тэ-тэ содрогалось и от непрекращающихся рыданий, и от безнадёжных просьб, и от осознания скорой потери и своей собственной беспомощности в этой ситуации. Лицо искажалось от душевной боли, а глаза с каждой секундой всё больше походили на кристально чистый лёд.       Тэхёну казалось, что этот ужас длится целую вечность, однако в реальности прошло всего лишь 3 часа, на которые рассчитана доза успокоительного и снотворного препаратов.       Когда Тэ понял, что больше не находится в этом кошмаре, то попытался открыть глаза. Но это было слишком сложно.       Он лежал на кровати Юнги ровно, не в силах пошевелить ничем. Из его тела будто бы выкачали всю жизненную силу. Тэ-тэ казалось, что тело сделано из камня и больше ему не принадлежит.       Внезапно дверь в комнату открылась. После этого Тэхён услышал приближающиеся шаги и ощутил, как рядом с ним кто-то сел. Как бы Тэ не хотел дать этому человеку знать, что он в сознании, тело не поддавалось контролю. После Тэхён ощутил ласковое прикосновение к волосам, и знакомый голос прошептал: "Всё будет хорошо, Тэхён-а. Мы все тебя ждём и поддержим, несмотря на твои решения". Тэ понял, что это был Хосок, но организм отказывался подчиняться хозяину. Хосок ушёл, а Тэхён так и не смог показать, что находится в этом мире.       Когда дверь за Хосоком закрылась, Тэ снова остался один. Осознание этого факта было как соль на рану. Поэтому от очередной порции душевной боли у парня получилось открыть глаза. Они были такими же, как во сне, и отражали всё что Тэ-тэ прятал в своей душе. Парень ощущал отрешённость от этого мира и боль. Очень много боли. Глаза передавали всё это: холодность и безразличие ко всему, что окружало, боль и страх.       Зная всё, Тэхён боялся. Боялся того, что не сможет вернуть любимого Юнги к себе, и он уйдёт так же, как во сне. Но в этот раз навсегда.