Любовь по расчёту

Мэри заметила Бардалин, и в ее груди поднялось раздражение. Королева подошла к кучке слуг, смущенно хихикающих рядом. — Что происходит?! — Потребовала королева. У нее все еще было плохое настроение. Шпион клялся, что король-консорт потерял ребёнка. Натаниэль действительно приказал молчать об этом. Несмотря на то, что слуги — не самые лучшие в плане утаивания информации, они всё-таки предпочитают держать язык за зубами, когда король грозит его отрезать вместе с головой. Но этот шпион еще никогда не ошибался. Мэри была уверена, что ее сын просто хочет скрыть свою ошибку. — Ваше Величество Вдовствующая королева, — низко поклонилась Бардалин. Эта женщина — настоящий монстр. Она выжила при Натане, сохраняла поразительное хладнокровие в любой ситуации и всегда делала самые низкие поклоны. Мэри ненавидела ее, и внутренние ощущения подсказывали, что эта ненависть взаимна. Бардалин никогда не давала повода так думать, но интуиция не подводила Мэри. — Я велела тебе заняться украшениями к празднику, — сохраняя холоднокровное презрение, напомнила королева. — А ты чем занимаешься? — Всё почти готово, Ваше Величество, — снова поклонилась Бардалин, — мастера доставят вам в покои образцы золотых украшений сегодня в пять часов. Цветочные украшения заказаны в лавке Симута на пятое число. Работа над меню поручена главному повару. Он предоставит вам варианты завтра. А я, недостойная, оказалась здесь случайно. Видите ли, Его Величеству королю запросили аудиенцию, а слуги оказались слишком смущены, чтобы сообщить об этом. Я проходила мимо и решила уделить секунду. Недостойная уже удаляется. Как же Мэри ненавидела, когда Бардалин назвала себя «недостойная», но гости всегда были от этого в восторге. — Что значит «слишком смущены»?! — Вскипела женщина. — Слуги должны служить королевской семье беспрекословно! — Именно так, — склонилась Бардалин. При словах вдовствующей королевы стайка молодых юношей и девушек, скромно стоящих рядом, еще больше покрылась румянцем. Они прятали глаза, мяли руки. Мэри нахмурилась, не понимая, что происходит. — Ах! Женщина застыла, когда осознание пробило ее мозг. Она медленно поравнялась со слугами, которые прятали глаза. Все, кроме Бардалин. Она выглядела гордой бабушкой. Отсюда ничего не было видно, поэтому Мэри обогнула небольшую лужайку, держась в тени деревьев. Кони, полностью экипированные, бродили вокруг, щипая траву и листья с низких веток. Никто из слуг не следовал за ней. Они действительно были слишком смущены. Королева остановилась, скрытая листвой, и имела неудовольствие видеть все происходящее. На сене, как грязные крестьяне, супруги продуктивно проводили время. Даже очень продуктивно. Волосы Эндрю были в полном беспорядке, в них застряла сухая трава. Омега улыбался. Совсем не похож на того человека, которого вдовствующая королева видела на свадьбе — мрачного, сломленного, несчастного. Мэри полагала, что он останется таким. Очевидно, нет. Натаниэль вышвырнул свою рубашку, как и китель, и воротник. Его тело блестело от пота, короткие рыжие пряди потемнели у головы. Альфа с безумной страстью вгрызался в шею своего супруга, а Эндрю только тихо постанывал. На омеге была только рубашка. Ни штанов, ни сапогов. Мэри наблюдала какую-то извращенную картину с первой брачной ночи. Ее сын испытывал лишь легкий интерес в тот вечер исключительно к новому действию. Кто был на другой стороне, его не волновало. Взгляд принца Эндрю женщина знала слишком хорошо. Испуганный, затравленный. Попытка доказать себе и окружающим, что омега не такой слабый, каким выглядит. Тщетный спектакль. Даже вдовствующая королева Тильда понимала, что ее сын жалок. Тогда не было ни криков, ни сопротивления. Мэри видела всё действие размыто, через полупрозрачный балдахин. Новоиспечённый король-консорт был обречён на эту ночь. Лишь сухая формальность, традиция, испытание, которое заставляло страдать лишь одного. Натаниэль унаследовал собственническую жилку своего отца, что не стало для Мэри неприятным сюрпризом. Натаниэлю дали новую игрушку, и он отказался делиться ей. Всё кружил вокруг, облизывался. Мэри не сомневалась — его влечение чисто физическое. Желание распробовать новое, неизвестное, заманчивое. Разве не поэтому супруги удалились в отдельный дворец? Разумеется, Мэри знала всю эту историю с маркизом Дрейком. Такой скандал невозможно замять, люди будут шептаться. Оттого наивнее выглядели попытки вдовствующей королевы Тильды стать с Мэри подружками на фоне того, что их дети заключили брак. Это лишь спектакль. Мэри необходимо было показать Натаниэлю, каково быть с омегой. Этот упрямец отвергал все попытки матери предложить ему омегу до брака. Видите ли, только после свадьбы. Мэри не сомневалась, что эти мысли вбил ему в голову Первосвященник, потому что Натан ни до брака, ни во время не отличался верностью. Женщина хотела бы казнить Первосвященника, да повода не нашлось. В это время Натаниэль поднялся и полностью порвал рубашку супруга. Вопреки ожиданиям Мэри, Эндрю звонко рассмеялся. — Не в силах сопротивляться страсти? — Подразнил он супруга. Натаниэль сжал его руку, которая лежала над головой блондина, и толкнулся с громким хлопком. Внутри Мэри передёрнуло. Ее сын рычал, губы обнажали клыки, тело — природная сила в живом проявлении. Женщина сглотнула ком страха. Как же он похож на своего отца. Эндрю же, казалось, ее мыслей не разделял. Из его горла вырвался звук, который для Мэри был полон боли. Она отвела взгляд и не видела лукавого выражения на лице омеги. Чистое удовольствие. Мэри отнюдь не была хрупкой женщиной. В молодости она тренировалась с мечом и была лучшей в верховой езде. Она даже превосходила своего брата, поэтому замужество для нее не должно было стать проблемой. Так думали все, включая ее саму. Натан вывернул ее наизнанку. Один только вид Натаниэля — его полной копии — заставлял внутренности Мэри скручиваться. Она слишком хорошо помнила его руки, его тело, его голос. План вдовствующей королевы был прост: дать Натаниэлю почувствовать сладость связи с омегой. Для альф всё всегда было по-другому. Как ни извернись, в постели больно им не сделать. Мэри знала, что молодому королю сорвет крышу. Он будет жесток, он будет беспощаден. Он будет терзать своего супруга что есть силы, пока не уничтожит его полностью. Поэтому и был выбран такой экземпляр, как принц Эндрю. Серсар постарался на славу. Они представили младшего принца в лучшем свете, но стоило только отправить шпиона в столицу, как слухи об инциденте тут же всплыли. Для Мэри это было идеально. Принц Эндрю был физически развит. Он обладал спокойным нравом. Был ниже, внешне привлекателен, а еще имел отвратительную репутацию. Никто бы не удивился, если бы он сгинул в первую брачную ночь, не выдержав фирменного напора Веснински. Идеальная омега для первого брака. Натаниэль мог развернуть свою жестокость по полной. Когда пришло сообщение о выкидыше, Мэри ликовала. Она сразу решила, что причиной выкидыша стал Натаниэль. Благодаря Натану женщина тоже потеряла двух детей до того, как удалось выносить Ната. План шел полным ходом. После первого выкидыша Мэри, Натан озверел. После второго чуть не казнил ее. Мэри полагала, что вернувшись, Натаниэль откажется от Эндрю. Возможно, оставит рядом, но потеряет интерес. Натан сразу завел себе любовницу, когда жена потеряла первого ребёнка. Натаниэль бы не пошел на любовницу, хотя… Кто знает. Теперь же Мэри видела, что интерес сына к мужу пока не угас. Возможно, Эндрю всё-таки обладал какими-то талантами, которые Мэри упустила. Или Натаниэль еще не наигрался. Тяжело оторваться от первого лакомства. Тем временем Натаниэль прекратил издеваться над Эндрю. Он успел сжать его горло и в какой-то момент закрыть рот ладонью, но был слишком ненасытен, чтобы держаться далеко, поэтому альфа быстро бросил пробовать новое и вернулся к покусываниям шеи. Омега тихо выдыхал, хватая кислород. Его тело точно так же было покрыто потом, грудь вздымалась, руки сжимали солому с громким хрустом. Вдовствующая королева развернулась и ушла прочь, гонимая призраками прошлого. У нее был план, который нужно привести в действие. Ей нет дела до тщетных попыток принца Эндрю удержать власть.

***

«Тщетные попытки» продолжались еще какое-то время. Эндрю толкнул Натаниэля и сам оседлал его, не дав узлу полностью набухнуть. — Я мог бы повязать тебя, — даже как-то обиженно сказал Натаниэль. Его зрачки были огромными, глаза голодные, широко распахнутые. — Солома колется, — сказал Эндрю, оборачиваясь, чтобы заглянуть за спину. — Пострадай теперь ты. Омега опустился на твердый член с полунабухшим узлом. Он взвизгнул, не ожидая подобный ощущений. — Дева, помоги мне! — Простонал Натаниэль, откидывая голову. — О-о! Твою мать! — Воскликнул Эндрю, запрокинув голову. — О-он так двигается! Нат… Так! Хорошо-о! Эндрю немного потерял голову, прикрывая глаза. Еще мягкий узел растягивал внутренности и плотно проезжал по чувствительным стенкам. Снова и снова. Это было совсем не так, как попадать головкой члена. — Тише, Эндрю, тише! — Рассмеялся Натаниэль, сжимая бедра супруга. — Полегче, милый! Эндрю заскулил, недовольный тем, что ему не дают поддерживать быстрый темп. Эндрю становился слишком беспорядочным, поэтому альфа проскользнул по коже и уложил ладони на талию. — Медленно, любовь моя, — сказал Натаниэль, задыхаясь, — медленно. Эндрю повиновался голосу, медленно поднялся и плавно опустился.