На совершенно другом уровне

Гето чувствовал его присутствие. Полная злобы негативная энергия струилась и разливалась вокруг, заполняя собой мрачные и будто бы бесконечные коридоры канализации. Он был здесь, блуждал, ещё не осознавая себя, маленький проклятый дух. Сбежав из-под присмотра, бродил в поисках то ли ответов, то ли развлечения. В любом случае... он уже жаждал встречи. Гето спокойно шёл вперёд и только эхо его шагов нарушало зловещую воцарившуюся тишину. Тут пахло страданием и болью, словно отголоском из прошлого ветер доносил крики случайных неудачливых жертв. Маленький дух был неразборчив, когда ловил и убивал их. И был бессовестно голоден до контакта и внимания. Как ребенок. Как человек. Послышался смешок и Гето сбавил шаг. Его пугали? Предупреждали? Нет, предупреждение всего лишь сигнал, после него можно уйти, а маленький дух явно не собирался отпускать свою новую жертву. Он играл. Послышался короткий мучительный вскрик и снова воцарилась растянутая тишина. На губах Гето появилась хитрая улыбка, в уголках вытянутых глаз заложились морщинки — неплохо, неплохо... Наконец-то он увидел. В слабом свете, на грязной и холодной мокрой плитке сидел ребёнок, маленький дух. Перепачканные и спутанные голубые волосы забавно торчали в стороны, а хрупкое тело, покрытое рваными швами, прикрывала только длинная и тоже грязная накидка-пончо. На вид всего лишь ребёнок, лет восьми, но сила, исходящая от него не обманывала: детская невинность была всего лишь приманкой. Дух поднял на Гето свои огромные глаза — один серый, один синий — и лучезарно улыбнулся. От того, какая злоба скрывалась за этой светлой улыбкой, бросало в дрожь. В маленьких ручках были небольшие глиняные жуткие мордашки: дух играл с ними, как с куклами, и не сразу до Гето дошло, что исходящая от них энергия... живая. Кто бы ни попался в руки к этому ребёнку, его участь была крайне незавидной. Чуть поодаль от него лежали «куклы» покрупнее, более кривые и грубые. Одна была словно переломана во всех местах — неужели бедолага рискнул наброситься на этого ребёнка? Если увидел его, был ли он шаманом? Впрочем, это не имело значения. Гето пришёл сюда за духом по следу ауры бесконечной боли и слепого отчаяния. Ощущения потерянности. Ненужности. Ошибочности. — На! — Ребёнок внезапно улыбнулся ещё шире и протянул ему одну из своих игрушек. Вот же... истинный хищник, коварный и подлый. Гето понимал, что его заманивают в сеть. И всё же он опустился на корточки, смотря на духа с мягкой улыбкой. А ведь правда молодой... возможно, сформировавшийся совсем недавно. Месяц? Два? Вместо протянутой куклы Гето поднял с плитки брошенную книгу. Перевернул и рассмотрел на промокших скукожевшихся страницах некогда яркую картинку: пляж, песок и бесконечное море под ясным голубым небом. Об этом грезил маленький дух, сидя в грязной канализации?.. — На! — Он уже настойчивее и серьёзнее ткнул в сторону Гето изломанной глиняной мордашкой. — Как тебя зовут? — спросил Гето. — На! Завидное упрямство. Не мог ответить или не считал нужным? Скорее, второе. Зачем ему тратить силы на разговоры с игрушками, не так ли? Гето в его глазах был лишь такой же очередной куклой. Что ж, следовало принять правила игры. Гето взял куколку и дух тут же исчез, растворившись в тёмных коридорах. Откуда-то издалека донëсся детский смех. Гето обернулся: дух хотел поиграть? Хорошо, они поиграют. Пальцев коснулось что-то влажное: Гето опустил взгляд и увидел, что глиняная мордашка в его руках плачет. Чудовищная сила в руках ещё совсем несформировавшегося создания. Значит, пришло время преподать ему первый взрослый урок. Маленькая ручка скользнула к его спине из густого тяжелого мрака. Одно прикосновение и всё! Мучительный жуткий конец! Видимо, такая участь постигла его первые жертвы. Тихий звонкий «Хах!» прозвучал торжествующе победно. Гето улыбнулся тоже: вот и время первого урока. Его широкая взрослая ладонь решительно и до синяков сжала тонкое детское запястье. Протянутые пальчики дрогнули, ребёнок вскрикнул от неожиданности и боли, но это была только прелюдия. Гето резко дёрнул его вперёд и отбросил к противоположной стене, словно щенка. Маленький дух полетел носом в пол, перевернулся пару раз, ударившись и разодрав кожу о твёрдую мокрую плитку. Кажется, он не сразу понял, что произошло. Приподнявшись, стоя на разбитых в кровь коленках, он глянул в сторону Гето с такой злобой и ненавистью, словно мог бы испепелить его взглядом. Губы при этом дрогнули, к глазам подступила влага. Никогда за свою короткую жизнь он не встречал никого сильнее. И никто никогда не осмеливался сделать ему больно. Дзёго не в счёт — он пылинки сдувал с этого создания. Гето наклонился, подобрал промокшую насквозь книгу и выбросил её в журчащий канализационный сток. Маленький дух тут же переменился в лице: протянув руки и потеряв самообладание, он вскрикнул, проводив тонущую книгу взглядом, и тут же беспомощно расплакался. Это было единственным светлым пятном в его жизни? Что ж, Гето сказал всё, что счёл нужным. — Хочешь ещё такую? — спросил он, развернувшись и уходя. — Они есть там, наверху, но не здесь. Дух посмотрел на него злобно, до яростного скрежета зубов. Определëно, если бы он и решил подняться, то точно не за книгой, а за свежим ещё бьюшимся сердцем Гето. Что ж... того это определенно устраивало. Дух нашëл его спустя трое суток. Сначала Гето обнаружил мокрые следы детских ног на полу своей квартиры, а потом и подброшенный под шкаф проклятый предмет. Он долго смеялся, вертя в пальцах подклад и поражаясь изворотливости мелкой бестии. Впрочем, после провала этого плана и гибели проклятий, пришедших по душу Гето, дух осмелел и наслал на него своих уродцев: существ, что некогда были людьми. — Хватит игр, — сказал Гето, переступив останки очередного убитого духа.. — Покажись. Ты же хочешь прикоснуться к моей душе? Если прятаться, ничего не добьёшься. И он показался. Прямо на балконе, за стеклом. Шëл дождь, ночная темнота пожирала всë вокруг и только в свете вспышек молний можно было различить силуэт продрогшего и промокшего насквозь ребëнка. Подняв руки к лицу, он заплакал от страха и безысходности, прося впустить его в дом. — Ни за что не поверю, — с улыбкой сказал Гето. — Дешевый спектакль. Ребёнок тут же перестал плакать и опустил руки. В очередной вспышке молнии на его холодном лице читалась мрачная решимость и желание убивать. — Но ты можешь войти, — сказал Гето, подходя к балконной двери. — Я тебя ждал. Он остановился в нескольких сантиметрах от стекла. Ребёнок смотрел на него мёртвым взглядом разноцветных глаз и не моргал. Темнота, очередная вспышка и вот уже напротив Гето стоял юноша. Растрепанные волосы стали длиннее, лицо вытянулось, хотя детская округлость щёк осталась. Большие глаза и, казалось бы, невинный взгляд... если бы не жажда убийства, исходящая от него. Метаморф, значит. Интересно. Гето провернул ручку и подтолкнул балконную дверь. Та с тихим скрипом приоткрылась, впуская уличные звуки: послышался скрежет шин по асфальту, стук дождя усилился, откуда-то доносилась клубная музыка. Дух медленно переступил порог босой ногой, оставляя на полу очередные влажные разводы. С его одежды, точнее с тряпья, которое едва можно было назвать одеждой, стекала вода. Мрачный взгляд пробрал бы до костей кого угодно, но Гето остался спокоен. Он приглашающе развëл руки и улыбнулся. Мол, подходи. Дух не собирался ждать второго приглашения. Он метнулся в сторону буквально за толику секунды и тонкие кончики его пальцев устремились в грудь Гето. Он почти его коснулся, почти поймал на крючок его душу, как вдруг... Гето перед ним просто не оказалось. Он успел отклониться и, как и в первый раз, перехватил духа за запястье, сжал и отбросил вперёд. Юноша ударился в дверь спальни, выбил её своим весом и приземлился на горячий нежный песок. Он вскинул голову, озираясь по сторонам: за спиной, в дверной проёме, остались мрачная комната и стоящий посреди неё улыбающийся Гето. А тут был ясный солнечный день, непривычное тепло, нежнейший песок и бесконечное синее море. Дух медленно пропустил сыпучий песок сквозь пальцы, пробуя его на ощупь. Странный... тёплый. Приятное чувство. Медленно встав, он подошёл к шелестящей пеной воде и долго изучал её взглядом. Лишь спустя время он тронул воду пальцем ноги, отдëрнул и снова тронул. Вскоре он вошёл в воду уже по колено и заметил наконец наблюдающие за ним глаза на красной голове, торчащей над поверхностью. — Это Дагон, — пояснил Гето, оставшийся стоять на берегу. — И его территория. Нравится тут? Лучше, чем в книгах? Дагон приглашает тебя приходить сюда почаще. Он хочет подружиться, но стесняется. А меня зовут Гето. И у меня есть для тебя кое-что ещё. Дух промолчал. Протянув руку, он осторожно прикоснулся к зажмурившемуся Дагону и только после обернулся. Довольный и сияющий Гето показывал в сторону, где стояли новенькие шезлонги. На одном лежало несколько книг. — Я всё равно убью тебя, — первое, что сказал ему дух. — Так что убирайся отсюда. И уже после обратился к Дагону: — Меня зовут Махито. Гето усмехнулся. Песочный замок не получался. Махито приходил к Дагону уже несколько раз. Ему нравилось проводить время на солнечном пляже, отдыхать рядом с водой и вдыхать свежий влажный воздух. Дагон выбирался к нему всё смелее, иногда даже начинал общаться. Сегодня он просто наблюдал, как Махито спокойно и задумчиво строил песочный замок. Одна из башен постоянно заваливалась, нарушая идеальную композицию. — Где Гето? — спросил Махито словно между прочим. — Он давно не приходил. Махито, конечно же, всё ещё мечтал его убить, мучительно и неспешно. Но это не мешало ему испытывать новое странное чувство из-за отсутствия Гето. «Уу-уу», — протянул Дагон. — Я не скучаю! — раздражённо ответил Махито на вопрос Дагона. — Просто он обещал приходить. Он поднял пальцы, осторожно поправляя, башню и... она опять упала. Махито раздражённо замахнулся, чтобы ударить по замку и сломать его окончательно, как вдруг его руку перехватили. На этот раз хватка была мягкой, осторожной. Гето тут же отпустил его, сел рядом и набрал в пальцы песок, который только что намочило морской пеной. — Разрушать проще, чем учиться строить, — сказал он и сформировал изящную башню из завихрений песка. — Ты хотел видеть меня, Махито? Гето на него не смотрел. Он вообще был странным: то смотрел пристально, а то даже не удостаивал и взглядом. И всё же он всегда был приятно вежлив и не смотрел свысока, как другие шаманы. Даже если и относился как к обычному проклятию, вида не подавал. — Ты знаешь, каким я хочу тебя видеть, Гето, — ответил Махито. — Выпотрошенным. Искажённым. Сломанным. Гето весело рассмеялся в ответ на это дерзкое заявление. — Перестань ребячиться, — мягко попросил он и наконец-то посмотрел на него своими хитрыми слегка прищуренными глазами. — Ты тогда первый напал на меня, Махито. — Ты вторгся на мою территорию! — эмоционально ответил Махито. — Я проходил мимо, ты сам попытался заманить меня в ловушку. Для того, чтобы убить. Махито хмыкнул и недовольно насупился. — Если это всё, что ты хотел обсудить, я пошёл, — ответил Гето и встал. — Постой! — тут же позвал Махито, вскинув голову. Гето замер. — Подожди, не уходи... расскажи мне про шаманов. Гето помедлил, задумавшись, но всё же сел обратно. Сложив ноги в позу лотоса, он сложил руки перед подбородком и с интересом посмотрел на Махито. — Столкнулся с ними? — Они на меня напали. Вот они. — Махито извлëк из кармана две глиняные изуродованные мордашки. — Что им было нужно? Я не трогал их, но они... — Махито. — В голосе Гето послышался укор, хотя на губах играла улыбка. — Не трогать — это значит не пытаться убить. — Гето! — Махито по-детски надулся и сложил руки на груди. — Я тебя прекрасно знаю. — Ты ко мне несправедлив, Гето! — На меня это не действует, ты же знаешь, — спокойно ответил Гето и Махито тут же сбросил эту маску, снова став по-взрослому серьёзным. — Если хочешь, я подробно расскажу про шаманов. И покажу их. Махито заинтересованно склонил голову набок. Конечно же, он всё ещё хотел убить Гето... но рядом с ним было так интересно и спокойно. На детской площадке было пустынно тихо и спокойно. Это на утро люди найдут искажённые тела двух шаманов второго ранга, а пока что ночь была полна обманчивого спокойствия. Махито, сидя на качелях, неспешно покачивался и смотрел на тёмное низкое небо. Он так многому научился за последнее время! Не без помощи Гето, конечно же. В середине боя, когда шаманы стали брать верх, он присоединился и с привычной улыбкой спросил: — Помочь, Махито? Гето был слишком уж внимателен и любезен. Махито это нравилось и, возможно, он уже не так сильно хотел убить Гето. Хотя и понимал, что доверять ему нельзя... всё же первостепенно он был человеком. А люди по натуре своей подлые. Гето подошёл, сел на качели рядом и тоже посмотрел на небо. Этот бой Махито впечатлил его: молодое проклятие обучалось очень и очень быстро. Так же быстро он развивался: Гето видел, что ребёнок, которого он встретил, остался в прошлом. Этот новый Махито уже был с ним на одном уровне развития. Он даже словно хотел казаться старше: его мышцы заметно увеличились и Махито уже не походил на подростка. — Рано или поздно я разгадаю их души, — сказал Махито. — Раскрою их секрет. А твоя душа, Гето? Она имеет секреты? — Любая душа имеет свои секреты, Махито, — ответил Гето, смотря на звёзды. — Разве не так? — Какие скрывает твоя? Улыбнувшись шире, Гето вдруг обернулся к нему, поднял руку и протянул ладонь. — Посмотри сам, — весело предложил он. — Только без фокусов, Махито. До такой степени не боялся?.. Это удивляло. Махито не славился честностью и благородством, обмануть и предать человека было для него обыденным делом. Особенно того, кого он ещё недавно искренне ненавидел. Гето, конечно, умел располагать к себе. Он был интересным, приятным и с ним Махито словно успокаивался. Рядом с Гето ему нравилось даже молчать и просто размышлять о чём угодно. Порой Гето мог говорить с ним часами и они будто бы понимали друг друга на каком-то особом уровне. И Махито, конечно же, было интересно разгадать его секрет. Подняв руку, Махито поднëс свою ладонь к ладони Гето. Замер, оставляя между ними буквально сантиметр, подумал немного и снова потянулся навстречу. Разноцветные глаза решительно прищурились. — Махито, — холодно одëрнул его Гето. — Без фокусов. Вот же!.. Видел его насквозь! Вздохнув, Махито кивнул, принимая условия Гето, и только после прикоснулся к его ладони. К его душе. Не деформировал её, не менял, не трогал. Просто наблюдал и слушал. Странное чувство... что-то было не так. Словно душа спокойного непоколебимого Гето металась. В огне и боли, просила о помощи. Но тут же замирала, успокаиваясь. — Что видишь? — с улыбкой спросил Гето. Он был так спокоен... словно та душа, к которой прикоснулся Махито, и вовсе ему не принадлежала. Словно их разрывало в разные стороны. — Кто такой... Сатору Годжо? — спросил Махито, подняв голову и распахнув глаза. Правый вспыхнул обжигающей синевой, яркой и невозможной, до боли знакомой. Как... у Сатору. Гето отдёрнул руку и вскочил, смотря с раздражением и непониманием. Качели жалобно скрипнули и этот звук как-то грустно утонул в ночной тишине. Откуда Махито выцепил именно это имя... и почему смотрел так же, почему столь яркая синева была в его глазу?.. Проклятый метаморф!.. Гето развернулся и, ничего не говоря, пошёл прочь, скрываясь в ночном мраке. Дзëго неодобрительно хмыкнул, глянув на задумчивое лицо Махито. Тот был погружён в себя уже несколько дней, после того, как прогулялся куда-то с этим загадочным монахом Гето. И хоть сейчас они все отдыхали под тёплым солнцем на территории Дагона, мысли Дзëго были столь же мрачными, как и у Махито. — А я предупреждал, — проворчал старик, привлекая внимание. — Чтобы ты держался подальше от человека. Этого человека. — Всё хорошо, Дзëго, — спокойно ответил Махито, прикрыв глаза. Он лежал на шезлонге под широким зонтом, но даже тень от него пропускала приятное тепло разгоревшегося на солнце песка. — Гето ничего не сделал. — Я запретил тебе общаться с ним, — напомнил Дзëго, выделяя слово «запретил». Махито медленно повернул голову, равнодушно посмотрел на него и спокойно ответил: — Едва ли ты теперь можешь мне что-то запрещать, Дзëго. Дзëго вздохнул — это было правдой. Махито превратился в сильного и взрослого проклятого духа за очень короткий срок и больше не был тем ребёнком, которым его когда-то по подсказке Гето нашли Дзëго и Ханами. Тогда Дзëго, рассмотрев его потенциал, решил оберегать Махито и помогать ему набираться опыта и сил. Старик верил: этот юный проклятый дух — их последняя надежда и их будущее. И, как назло, он в итоге связался с этим подозрительным Гето. — У нас с Гето всё хорошо, не переживай, — добавил Махито. — И много общих планов. Не волнуйся обо мне, Дзëго. «Как же, не волнуйся...» — мрачно подумал Дзёго. Впрочем, стоило помянуть чёрта. Отворилась дверь и на песок ступил Гето. Не в монашеских одеждах, как обычно, а в уютном домашнем свитере и строгих узких брюках. Он пытался радушно улыбаться, но в этот раз его улыбка была колючей и холодной. Дзёго прищурился, ничего хорошего не ожидая. — Гето! — засиял Махито и приветственно помахал рукой. И Гето тут же двинулся к нему. — Судя по взгляду, он по твою душу, — мрачно заметил Дзëго и сложил руки на груди. — Что ты успел натворить? И главное когда? — Не столь важно! — довольно ответил Махито. — Я рад, что Гето тут. А то мы в последний раз странно поговорили. — Махито, — позвал Гето, остановившись у их шезлонгов. — Я просил тебя не трогать район Санья. У меня на него были свои планы. — Не волнуйся, на нас даже не подумают, — легкомысленно отмахнулся Махито. — Я всё сделал аккуратно. Район и так неспокойный, там каждый день что-то происходит. А я не оставил следов. — Именно поэтому оставленные тобой куколки выросли и бродят там? — холодно спросил Гето. Махито ойкнул, подумав, что и правда мог забыть парочку своих творений, а Дзëго тяжело вздохнул и покачал головой, поражаясь этой беспечности. Махито ко всему относился слишком уж легко. Прикрыв глаза, Гето отвернулся. Он молчал и молчание это было тяжёлым. — Ты подставил меня, — добавил он, уходя. — Могу ли я теперь тебе доверять? — Да не плевать ли... — тихо буркнул Дзëго вслед уходящему Гето. — Не правда ли, Махито? Приползёт ещё к нам... Эй, Махито!.. Он и правда больше не мог ему указывать. И смотря, как Махито подорвался и поспешил за Гето, Дзëго вспомнил те дни, когда маленькое проклятие доверяло ему и слушалось. Пыталось слушаться. Махито уже тогда проявлял непокорный и своенравный характер, но после его знакомства с Гето стало только хуже. И что-то подсказывало Дзëго, что именно Гето его и погубит. Махито нагнал Гето поодаль от их любимых лежаков. Тот шёл неспешно, сложив руки в карманы брюк, шёл так, как будто они снова прогуливались по ночным улицам Токио. Даже ничего не сказал, никак не отреагировал. Махито небрежно заложил руки за голову, делая вид, что расслаблен. Гето делал то же самое. Они просто шли по пляжу, но молча, хотя Гето и не возражал против его присутствия. — Я ничего тебе не должен, — всё же сказал Махито. — Безукоризненно слушаться твоих пожеланий тоже. Твои планы на тот район меня не касались. — Несомненно, — коротко согласился Гето. Они снова замолчали. Что-то неприятное царапало внутри. Гето вроде был собой, таким, как и прежде, но что-то было не так. И от этого странно сжималось внутри живота. Махито не понимал этого. Обычно его не особо волновали окружающие, даже его своеобразная проклятая семья, а их мысли и чувства подавно, но с Гето было всё иначе. — Твои интриги меня также не касаются, — заметил Махито. — Ты иногда пользуешься мной и моей силой, разве этого не достаточно? Зачем просить что-то ещё? — Достаточно. Вот же ж... Махито закусил губу. Иногда он абсолютно не понимал Гето! — Ладно! — Махито выдохнул, ссутулился и опустил руки. — Извини! Мне не стоило влезать в твои дела, признаю! И хозяйничать в том районе тоже. Гето наконец-то глянул в его сторону, хоть и безо всякого интереса. Холодно, чуть надменно, он смотрел так, как не смотрят даже на врагов. Только на тех, кто абсолютно безразличен. — Зачем ты это сделал? — спросил он. — Это был вызов мне, Махито? Хочешь подраться? — С тобой? — Махито склонил голову и задумался. — С тобой нет. Как с Дзëго, с Ханами и с Дагоном. Вы единственные, с кем бы я не хотел драться. Признание, которое дорогого стоило. Махито был уверен, что ни за что и никогда не повторит это вслух. И даже не подумает об этом. — Тогда зачем? — спросил Гето. — Не знаю. Захотелось сделать что-то назло тебе после нашей последней ссоры. — Лжец. — Гето остановился и обернулся к нему. — И мы не ссорились. — Ты резко ушёл и даже не попрощался. — Махито тоже остановился. — И не приходил. Разве это не ссора? В чём, по-твоему, я вру? — Ты просто хотел привлечь моё внимание. Они снова замолчали. Ветер подул, шелестя широкими пальмовыми листьями. Запах моря успокаивал — здесь, в этой территории, пахло домом. Махито считал его домом. Поэтому все они проводили тут так много времени. Даже Гето частенько отдыхал тут с ними. — Хотел, — согласился Махито, поняв, что его раскусили. — Потому что ты пропал и не приходил. Я не знал, что думать. Я не понимаю тебя, Гето. — Что ты увидел в тот вечер, Махито? — Гето тут же сменил тему. — Только не вздумай дурачиться. Я прекрасно вижу, как ты изменился. — И как же? — Махито не спешил отвечать. — Как я изменился, Гето? — Ты понимаешь людей, как никто другой, но отрицаешь это, как и саму свою принадлежность к ним. Ты — это они, а они — это ты. Ты — их самые искренние чувства. Разве не так, Махито? Но ты настолько не хочешь быть с ними, что боишься заглянуть в себя и увидеть истину. Проще копаться в других. Вот и дурачишься, прячешься в своей коже, которая уже так и норовит разойтись по швам, открывая тебя настоящего. Вот значит как... вот как Гето с ним заговорил. Махито впервые ощутил это... вспомнить это слово... как еë... обиду, да. Он ощутил обиду. — Может быть. — Губы Махито расползлись в злобной улыбке. — Зато я не боюсь заглянуть в тебя. Не боюсь, Гето. Именно это тебя взбесило? — Тогда ответь, что же ты видишь? — спросил тот с такой же недоброй улыбкой. — То, что ты не Сугуру Гето. Подул усилившийся ветер. Пауза затягивалась и только губы Гето всë сильнее растягивались в жутковатой улыбке. Дзëго решительно подорвался с места, когда Гето материализовал дверь и грубо подтолкнул к ней Махито. — Всё хорошо! — крикнул Махито Дзëго и поднял руку, прося его остановиться — Нам с Гето надо поговорить наедине, Дзёго! Он сам шагнул в раскрывшуюся дверь, выходя в реальный мир, в квартиру Гето. Тот шагнул следом и закрыл дверь, отрезая их от измерения Дагона. — И что же ты видишь, Махито? — спросил Гето, решительно шагнув к нему. — Ничего такого, — ответил тот, безразлично пожав плечами. Вспышка гнева Гето его явно не пугала. — Ты вроде Гето, но и не Гето. Вроде его душа, а вроде не его. Она такая, словно я уже прикоснулся к ней и изменил... но это точно был не я. Ты боишься меня, Гето? Или ты боишься Сатору Годжо? Его имя я отчётливо услышал в тот раз. Махито продолжал называть его «Гето». Гето, или кто бы он ни был, рассмеялся. Искренне, расслаблено, раскатисто. Махито, словно потеряв интерес к его внезапной эмоциональности, отвернулся и скользнул пальцами по книгам на полках. Эти он ещё не утаскивал... хотя большая часть этой библиотеки уже переместилась либо в канализации, либо в измерение Дагона. Гето никогда не возражал. А иногда спрашивал, чем ему понравилась та или иная история. Они вообще много общались. — Ты так и нарываешься, чтобы я убил тебя, Махито, — вздохнул Гето, успокаиваясь. — Ни в коем случае, — ответил Махито, достав одну книгу. — Я бы не хотел потерять нашу дружбу, Гето. Поэтому, мне не столь важно, какое имя ты себе выбрал. — А если я всё же... Гето подошёл, перехватил руку Махито и развернул его лицом к себе. Вжал в стену и пальцы второй руки сомкнул на бледном горле с тонкой линией шва. — ... убью тебя? — Тогда тебе придëтся разорвать меня в клочья, Гето, — выдохнул Махито, решительно смотря в его глаза. — Только я не понимаю... тебя так злит, что я знаю правду или что ты к нему до сих пор неравнодушен? Сатору Годжо. Тонкие черты лица Гето исказились. Оттолкнув Махито и отряхнув руки, будто испачкался, он отвернулся. А потом отошёл, делая вид, что Махито тут и вовсе нет. На улице шёл дождь, как в их первые встречи. Вода заливала стекла балкона, а на разводах красиво переливались, отражаясь, блики неона. Вечерело и темнота постепенно обнимала город, но тут, в этой аскетичной и полупустой квартире, было уютно и тепло. Махито некоторое время стоял, смотря в окно. Был бы этот город, эта планета, лучше без людей? Наверное, да. По крайней мере, Дзëго и Ханами верили в это. Уж точно было бы чище. Оторвавшись от своих мыслей, Махито прошёл на кухню, где Гето задумчиво заваривал чай. Всë ещё игнорировал его... и это Махито ребячился? Ну, хотя бы не прогонял. Других проклятых духов он сюда и вовсе не пускал. Махито подошёл и аккуратно прижал ладонь к его лопатке. Даже под свитером было видно, как тут же напряглись мышцы спины Гето. Махито сделал шаг, прижался грудью к его спине, а пальцами сжал широкие плечи. Секунда, две, три... Наконец-то Гето выдохнул и его тело расслабились. Успокоился. — Мне не важно, как тебя зовут на самом деле, — повторил Махито. — Называйся, как хочешь. И о нём мы тоже можем больше никогда не вспоминать. Сатору Годжо. — Помнишь, с чего мы начали? — шептал Махито, успокаивая Гето своим тихим голосом. Щекой он прижался к местечку между его лопаток. — В твоей душе очень много таин. И ты намного сложнее тех, к кому я прикасался раннее. Гето понимал, что это не более, чем ловкий трюк. Махито зацепил его и прочитал, увидел что-то из того, что когда-то было между ним и Сатору Годжо. Его синие глаза сложно было забыть. Один из глаз Махито отдавал такой же ясной синевой. И он сейчас делал то, чего хотел Гето. Руки Махито решительнее скользнули к его груди. Приятно... Тëплое дыхание до мурашек обожгло шею. Махито и правда не был похож на другие проклятия, куда больше на... человека. У него было человеческое тело и человеческие инстинкты. Интересно, а мог бы он получить физическое наслаждение? Гето развернулся и подхватил Махито, чтобы ловко и решительно усадить его на стол. Чашка с чаем перевернулась, покаталась и с грохотом разбилась об пол. Тёмное пятно стремительно развивалось по полу, но им было всё равно. Гето вклинился между ног Махито и прижался губами к основанию его шеи. Тонкие пальцы скользнули в его волосы, массируя кожу головы до приятных мурашек и срывая ленту с тугого строгого пучка. Дождь усилился. Гето наслаждался темнотой, нарушаемой только яркими вспышками молний. Он лежал и смотрел в потолок, думая о чëм-то своём. Так приятно было расслабиться... как ни крути, а физиология есть физиология. По телу давно не разливалась такая расслабляющая нирвана. На его плече лёгкой тяжестью устроил голову Махито. Волосы разметались по подушкам и груди Гето — такие гладкие, яркие. Гето даже потянул одну прядку пальцами. — Возможно я найду ответ на твой вопрос, Махито, — сказал он. — Какой именно? — лениво уточнил Махито, подняв на него взгляд. Казалось, что он полностью расслаблен и тоже доволен. — Что появилось раньше. Душа или тело. — Гето. Махито неспешно приподнялся, перевернулся и устроился на его широкой груди. — Я уже говорил, из-за наших техник мы живём буквально в разных мирах, — поучающе сказал он. Гето чуть вскинул бровь. И когда это Махито начал говорить с ним так?.. Вчера ещё сам учился у него, а сегодня уже отравлял своим вкрадчивым голоском его сознание и душу? Такие фокусы Махито уже успешно поворачивал с Дзëго и Ханами, а теперь, видимо, решил попрактиковаться и на нём. — Так что ты, скорее всего, не самый подходящий образец для заключения, — закончил мысль Махито. Гето рассмеялся в ответ на эту обеззараживающую наглость. — И к чему ты тогда ведëшь? — с откровенным весельем спросил он. — К тому, что мы можем быть на равных, Гето. На совершенно другом уровне. Поймав его руку, Махито переплёл их пальцы. На совершенно другом уровне.