Соревнования с Хашира

Сегодня я проснулась в комнате Караку. Солнце пробивалось сквозь плотные шторы, заливая пространство мягким золотистым светом. Я лежала на его кровати, чувствуя тепло его подушки и запах одеколона, который казался таким знакомым и уютным. Когда я заснула, его руки обнимали меня, и он нёс меня на руках через парк, словно рыцарь, спасающий принцессу. Его доброта и забота тронули меня до глубины души.       Комната Караку была чистой и аккуратной, как будто он только что закончил уборку. На столе стояла ваза с цветами, которые, казалось, источали нежный аромат. Это было так мило с его стороны — позаботиться о том, чтобы мне было комфортно. Я вышла из комнаты, чувствуя легкий трепет в сердце.       — О, Солнышко мое проснулось! — сказал Караку, улыбаясь своей широкой, заразительной улыбкой. Его голос был мягким и теплым, как утренний кофе.       — И тебе доброе утро, Караку, — ответила я, направляясь к электрическому чайнику. Я зажгла его и ушла в ванную комнату, чтобы умыться. Вода была прохладной и освежающей, словно первый глоток свежего воздуха после долгого сна.       Когда я вернулась в комнату, Митсури преградила мне путь. Её лицо было серьезным, но в глазах читалась забота.       — Стой, Солис, — сказала она, слегка нахмурившись. — Тебе туда пока нельзя.       Я почувствовала, как внутри меня что-то сжалось. Что за времена пошли… Мне уже нельзя в мою комнату?       — Почему мне нельзя в мою комнату? — спросила я, глядя ей прямо в глаза. В них я увидела смесь тревоги и нежности.       — Там… подарок тебе на день рождения, — ответила Митсури, слегка заикнувшись. Её голос дрожал, как будто она боялась, что я рассержусь. — Давай я его вынесу, чтобы ты не увидела, что там раньше времени.       С этими словами она зашла в комнату и, взяв какой-то пакет, вышла. Я заметила, что подарок был тщательно завернут, но что там именно лежало, я не увидела. На дне рождения посмотрю, не хочу обесценить их старания.       Я переоделась в более удобную одежду и села за стол, где уже ждала Шинобу. Она выглядела взволнованной, но старалась это скрыть.       — Слушай, Солис, я тут хочу с тобой вместе рассмотреть меню на твоем дне рождения, — сказала она, улыбаясь.       — Хорошо, только мне надо узнать ваши предпочтения, — ответила я. Мы сели у меня в комнате, и я начала записывать все, что нам хотелось бы попробовать.       — Слушай, Солис, а выпивка на твоем дне рождения будет? — спросила Шинобу, наклоняясь ко мне.       — Её будет немного, так как не хочу, чтобы кто-то по пьяни целовался и потом его вывернуло, как было у меня на свадьбе, — сказала я, вспоминая тот ужасный вечер. — Помнишь это?       — А, помню, вроде Удзуй всю настойку твоего деда выпил, — начала вспоминать Шинобу, улыбаясь.       — Думаю, буду контролировать употребление выпивки на моем дне рождения, чтобы такое не повторилось, — решила я. Я не хотела, чтобы этот день был испорчен.

На следующей неделе

Я вышла из комнаты, и меня ждал сюрприз. Секидо с Уроги взорвали хлопушки, и воздух наполнился ярким светом и громкими звуками. А Хашира с Караку и Айзецу кричали «С днём рождения тебя!» на японском, а СаундВейв и Джерри на русском. Стоп… Джерри здесь? Я удивленно подняла брови.       — Джерри? Как тебя сюда занесло? — спросила я, чувствуя, как мое сердце забилось быстрее.       — Узнал, что у тебя скоро день рождения, вот и решил заехать, — ответил он, улыбаясь. Он вручил мне подарок. Это была повязка Дейдары на голову из аниме «Наруто». Я давно мечтала о такой.       — Спасибо за подарок, Джерри, — поблагодарила я, чувствуя, как тепло разливается по моим щекам.       Сегодня мне надарили цветов. Очень много. Господи, я столько за все свои 18 лет не приобретала. Мне сейчас исполнилось 19 лет.       — Слушай, Солис, а где выпивка? — спросил Тенген, прищурившись.       — Сегодня я буду контролировать употребление выпивки, вы разве не помните, как с Шинадзугавой целовались? — напомнила я, чувствуя, как внутри меня поднимается волна раздражения.       — Что-то я не припоминаю такого… — Тенген приложил руку к виску, пытаясь вспомнить.       — У меня есть видео, где вы поцеловали Шинадзугаву в жаркие уста, — сказала я, заходя в галерею на своем телефоне.

Видео:

Караку: Что там Удзуй делает?       Митсури: Он что-то пьёт.       Стелла: Это самогонная настойка моего деда. (На русском) Удзуй, ты совсем?       Тенген, икая и обращаясь к Санеми: Здравствуй, красавец, твоей маме зять не… не нужен?       Санеми, икая: Не… не нужен… Да… нужен…       Шинобу: Господин Удзуй, что вы делаете?       Гию: Фу-у-у, они целуются.       Канаэ: Канао, не смотри. (Закрывает глаза Канао)       Уроги: Его стошнило прямо Шинадзугаве в рот!       Караку, с тревогой в голосе: Удзуй, ты что, совсем с ума сошёл?       Стелла, с беспокойством: Это же не шутка, это опасно!       Муичиро, с удивлением: Я думал, он уже и так пьян.       Гёмей, с иронией: Да, я тоже думал, что он на такое не способен.       Шинобу, строго: Господин Удзуй, это недопустимо.       Гию, с сарказмом: Да, это уже перебор.       Канаэ, с заботой: Канао, всё в порядке?       Уроги, с ужасом: Ему же плохо!       Караку, растерянно: Что теперь делать?       Стелла, решительно: Надо вызвать скорую.       Митсури, взволнованно: Может, ему нужна помощь?       Обанай, с сомнением: Не знаю, может, лучше его оставить в покое?       Шинобу, с тревогой: Господин Удзуй, пожалуйста, остановитесь.       Гию, серьёзно: Это уже не шутки, это опасно для жизни.       Канаэ, с беспокойством гладит Канао по голове: Всё будет хорошо, не переживай.       Уроги, с беспокойством: Ему действительно плохо.       Караку, растерянно: Надо что-то делать, я не знаю, что…

Нервный смех за кадром. Стелла выключает видео

Тенген тяжело опустился на стул, прижав руку ко лбу. Его лицо исказила гримаса шока и разочарования. Я заметила, как его плечи опустились, а глаза потускнели. В этот момент мне стало ясно, что он нуждается в поддержке больше, чем когда-либо.       — Вы же были под градусом, Господин Удзуй, — мягко сказала я, стараясь не звучать осуждающе. — И не надо было столько пить.       Он лишь молча кивнул, откусив кусок колбасы, который лежал на ближайшей тарелке. Его движения были вялыми, словно он пытался убежать от своих мыслей. Я чувствовала, как внутри меня поднимается волна тревоги.       — Давайте праздновать день рождения, — предложил Караку, пытаясь разрядить обстановку. Его голос звучал бодро, но в глазах я заметила тень беспокойства.       — Давайте, — согласился Уроги, его лицо озарилось слабой улыбкой.       Я кивнула, чувствуя, как внутри меня зарождается надежда. Хашира и четверо друзей сели за стол, и я начала разливать сок по стаканам. В воздухе витал аромат свежей выпечки, и я украдкой наблюдала за Тенгеном. Его взгляд был устремлен куда-то вдаль, словно он пытался найти ответы на вопросы, которые не имели ответов.       Внезапно раздался звонок на телефон Караку. Он извинился и вышел из комнаты. Я осталась наедине с остальными, чувствуя, как напряжение в воздухе становится почти осязаемым.       Когда Караку вернулся, его лицо было задумчивым. Он посмотрел на меня и сказал:       — Мне звонил дедушка. Он передал поздравления со свадьбой и поздравил тебя с днём рождения.       Я удивленно подняла брови.       — Передал поздравления? — переспросила я, чувствуя, как сердце забилось быстрее.       — Да, — ответил Караку, его голос звучал немного смущенно. — Я поблагодарил его за это.       — Присоединяйся к нам, — сказала я, стараясь скрыть волнение в голосе. — Будем праздновать.       Тенген поднял голову, и в его глазах мелькнула искра надежды. Я почувствовала, как внутри меня разливается тепло. Мы все сели за стол, и я разлила сок по стаканам, чувствуя, как мир вокруг нас начинает оживать.

Заключение

Всем всё понравилось, каждый сказал мне тост и мы отпраздновали мой день рождения. Слава богу, никто не выпивал слишком много и пьяный не целовался и не лежал под столом. Надеюсь, следующие дни рождения пройдут гладко.

Увидимся…