Книга или фильм?

– Ньют, ты всё ещё читаешь? – выглядывая из комнаты, интересуется Томас. – Да. Ты что-то хотел? – не отрывая глаз от книги, спрашивает Ньют. – Уже одиннадцать вечера, а завтра рано вставать. Закругляйся. – Да-да, ещё одна страничка. – Твоя одна страничка перерастёт в главу. – Неа. Ньют действительно обожал сидеть в кресле под тёплым светом торшера и часами читать, изредка глотая чай с лимоном, который, казалось, никогда не заканчивался. Он был падок на детективы и фантастику, иногда это была классическая литература, совсем редко – романы. По выходным Ньют мог провести за чтением почти весь день и каждый свободный от работы вечер уделял книгам. Томасу иногда казалось, что Ньют больше любит книги и их обсуждение, чем его самого. Однако он тоже нашел в этом свою выгоду: Томас любил засматриваться на него, сосредоточенного на прочтении очередной захватывающей истории. А ещё любил слушать его наполненные эмоциями и интересом рассказы о прочитанном произведении. Но он больше слушал Ньюта, чем вникал в суть произведения, периодически вкидывая «Ого», «Вот это да» или «Вот козёл». Томас же наоборот был любителем фильмов. «Смотреть круче! Ты всегда можешь упустить детали картины при прочтении, а в фильме всё показано» – твердил он. На что всегда получал от Ньюта: «В фильме всё сняли за тебя. Разве не интереснее, когда каждый читатель рисует собственную картину в голове?». Их спор всегда заканчивался ничьей, и каждый оставался при своём мнении. Но они нашли лазейку и в этом. Если по прочитанной Ньютом книге уже был выпущен фильм, и произведение ему понравилось, то Томас смотрел фильм по ней, и парни вместе обсуждали историю. Всегда получалось так, что где-то были дополнительные или вырезанные сцены, а сюжетные повороты часто отличались. Это делало обсуждение более насыщенным и интересным обоим. – Эй-эй-эй! Отдай! Ну там такой момент! – причитает Ньют, когда у него отбирают книгу, пытаясь до неё дотянуться и забрать обратно. Но его бессовестно прижимают к спинке кресла, пока книга летит на диван, и мягко целуют, не давая больше возникать. – Я соскучился. Идём спать, Ньюти, – Томас заглядывает в карие глаза напротив, находящиеся непозволительно близко. – Я не люблю, когда меня отвлекают, – раздраженным тоном отвечает Ньют. – А я не люблю, когда ты не высыпаешься. Ньют смотрит в ответ, сведя брови к переносице, показывая своё недовольство. Томас спокойно улыбается, выжидая, пока Ньют сменит свой гнев на милость. И он делает это. Смеётся и припадает к чужим губам, которые отвечают взаимностью. – Ладно, ты знаешь, что я не могу долго злиться на тебя, – сдаётся Ньют. – Ох, – тянет Томас. – Прекрасно знаю.