В столице ожидается гроза

На телефон пришло короткое сообщение. Тонкие пальцы, одетые в кольца, цепко схватили засветившийся прямоугольник, и рука поднесла предмет поближе к лицу. И снова в столице ожидается гроза, сильные порывы ветра, влажный воздух, сильный дождь, возможен ураган. Погодное бедствие начнется в течение часа и будет длиться по самого утра. Короткий вздох раздался в гримерке, освещенной лишь лампой в зеркале. Опять он поедет домой в грозу. Не то чтобы он не любил ездить в машине в дождь – он любил. Но ненавидел ездить в грозу. Да вообще не любил жить, когда в городе гроза. Он её боялся. Боялся резких раскатов грома. Боялся ярких вспышек молний в темной квартире. Боялся сумасшедших потоков воды, которые, казалось, могли снести худощавую фигуру. Всякий раз, узнавая, что скоро начнется гроза, он старался сесть с кем-то из друзей в компашке в каком-нибудь теплом комфортном месте. Лучше, если в какой-то кафешке, ресторане. Да хоть в ночном клубе! Там, где он сможет отвлечься от грозы и от мыслей о ней. Но в этот раз так сделать не получится – сейчас съемки. А потом, измотанный и уставший, - домой. Сквозь стены дождя. — Антох! Там уже сейчас съемку начинаем. Возвращайся! — Да, сейчас, - и Позов скрылся за закрывающейся дверью. Антон устало потер переносицу и привычно поднялся со стула, выгибая прохрустевшую спину. Страхи-страхами, а работу никто не отменял. — Встречайте наших актеров импровизации! - громкий голос Паши раздался в наушнике. Начался обратный отсчет в голове у Антона. 5… — Удачи, пацаны, - негромко произнес Шастун, глядя на каждого из импровизаторов. 4… — Арсений Попов! – зал завизжал, и раздались аплодисменты. Шаст улыбнулся – обаятельного и смешного Арсения любили всегда за его характер. 3… — Дмитрий Позов! – хлопнул Антона по плечу и выбежал под одобрительные крики Позов. 2… — Серёжа Матвиенко! – и Шаст вновь остался один во тьме закулисья. Совсем один… 1… — И Антон Шастун! – послышались ранние девичьи крики. Пора… Натянув привычную «искреннюю» улыбку на лицо, Антоша выбежал под возгласы и поклонился зрителям: — Всем здравствуйте, всем привет! – махая рукой, прозвучало на сцене. Шаст сел на своё крайнее кресло. Привычное крайнее место.