Дым

      Огонь медленно пожирал замок Асина.       Искусственный пожар всё набирал силу.       До этого никому не было дело.       Тем более ему.       Эмма. Лекарь, что дала ему флягу с лекарством. Она погибла первой. У неё был шанс спастись... Но она решила встать у него на пути.       Печально. Она была прелестной женщиной. И её боевое искусство было поистине великолепным. Не зря носила прозвище "Тихий клинок".       Но это прозвище... Она сказала... Сура... Веяло от этого слова чем-то... Странным. Гром среди ясного неба.       Иссин Асина. Глава клана на этих землях. Ушел следующим. Болезни и старость подтачивали его здоровье. Он оказался поистине грозным противником. Последний укус зверя самый сильный. Даже использовал пожар и дым. Сильный воин, славная битва.       Благородному воину - благородная смерть. Смерть в открытом бою против синоби - чем не благородно? И я увидел чистоту помыслов этого великого воина.       А потом отсек ему голову. Чтоб увидеть новые свершения этого человека в новой жизни, следовало его как следует похоронить в этой.       Отец... Он ушел третьим.       Гордость и жажда власти затмили его рассудок. Он перестал быть собой. Перестал быть Филином, великим синоби, воспитавшим его. Он захотел стать чем-то меньшим. Вместо того, чтоб прятаться в тенях, он возжелал взлететь к солнцу.       Клинок, ударивший в спину, оборвал его желание. Но для меня он будет белой тенью, защищающим клан. Навсегда. И его голову тоже отрезал. Честь и желание требовали достойного погребения.       Последним стал господин Куро.       Клинок бессмертных. Он забрал его из храма Сэмпо на горе Конго. Отлично справился с шеей ребенка.       Его господин тяготился своим бессмертием и желал его прервать.       И он поспособствовал этому. Навсегда.       Его он похоронил вместе с двумя великими для него людьми. Пусть господин был ещё мал возрастом. Пусть не был воином в плане мастерства. Но духом он был как сёгун.       Замок Асина горел. Земля Асина горела и гибла. Но и в смерти есть смысл для воинов, верно?       Люди с мечами и копьями уже бежали на него. Другие же пытались скрыться и убежать от его клинка.       Стальное лезвие вновь покинуло свои ножны и направился в сторону бегущих врагов.       Пришло время очистить эти земли. Ослабевший клан должен погибнуть. Или убить меня, Волка, как последнего отпрыска клана синоби.       Приготовьтесь, жители Асины. Я с честью прерву ваши жизни! И отдам свою в этой великой битве!

* * *

      Генитиро Асина возвращался в свой клан.       Путешествие до Дворца первоисточника было... довольно странным опытом.       Для начала, ему пришлось просить помощи Великого Змея. Благо, его храм находился близ замка, так что далеко идти не пришлось.       В первый раз Змей отказал. Во второй он уже был более сговорчив, когда Генитиро приволок несколько убитых людей из министерства.       Жалкие крысы хотели сломить его народ, но умерли от его клинка и стрел. Показывать им всю красоту школы Томоэ он не стал - не достойны эти "люди" подобного.       Змей позволил сесть ему на голову и перенес во дворец. И тут вскрылась довольно неприятная глазу картина.       Люди, что когда-то жили в этом дворце, перестали быть собой. Превратившиеся в слизняков и рыб с человеческими телами, они все ещё носили одежду и были агрессивными по отношению к нему, как к гостю.       А самые искусные из них даже призывали на помощь молнии!       Пришлось как следует постараться, чтоб вычистить всю эту шваль, которой стали вельможи и их верные слуги. А уж как он проплыл мимо огромного драконьего карпа с измененным человеческим лицом, не стоило и вспоминать.       Но своей цели - алтарь Великого дракона, покой коего охраняла жрица с черным клинком бессмертных, - он достиг. После краткого разговора ему позволили забрать меч, заодно прервав муки бедной женщины.       И сейчас он возвращался домой, в свой клан.       Но на душе у него было неспокойно.       Всюду чувствовалась смерть и разрушение, будто прошла полномасштабная бойня. Кучи трупов - что своих, что чужих, - просто лежали возле дорог и домов. Гниющие, они лежали, и только мухи с воронами да трупные черви были им спутниками. Некоторые даже были частично или полностью в этих домах, но это не спасло их от ужасной участи.       Что привлекло внимание юного воина, так это причины смерти всех людей. Не было видно ран от пуль мушкетов или ракет. Не чувствовалось зловоние гнили и ядов, коими очень любили пользоваться что свои, что чужие.       Но всех будто убил удар меча. Всегда точный и всегда единственный - у трупов были прорезаны животы.       Среди врагов был маньяк с желанием потрошить каждого встречного?       И мало было этого - всюду был огонь. Казалось, не осталось больше ни одного дома, которого бы не коснулось пламя и разрушение. Порой чувствовался запах масла - кто-то специально прожигал дома. Тот самый маньяк?       Дойти до замка ему было не суждено. Замок пал, как домик из палочек для еды. От былого могущества и красоты остался только прах да обугленные остовы. Среди его останков не найти и намека на тела - все было предано огню, а после и праху - то есть земле.       И он отправился тихою тропою от замка, к резервуару, где когда-то впервые встретил своего врага - синоби, коего лишил руки.       Но и тут ему было не суждено найти никого и ничего. Куча тел указывали на масштабную бойню, причем не только с неизвестным маньяком. У многих были оторваны куски тел, у некоторых была сильно повреждена броня - как от взрыва мощной петарды.       Тут уже чувствовался запах яда, но еле заметный - бойня прошла давно, запах уже ушел. Да и... помнится, ради яда тут специально выращивали ядовитых ящериц. А их уже и в живых не осталось - трупы растащили вороны.       Забравшись на стену по отвесной лестнице, он начал осматриваться. Пожар переходил от дома к дому, но как-то вяло. Больше пострадал лес - его кроны до сих пор полыхали, охватывая небо черным дымом.       Но что это? Среди деревьев и черного смога промелькнула просека. Неужели там было ещё что-то?       Быстро спустившись, единственный выживший глава клана бросился к просеке. Его не останавливал ни жар, ни дым, ни грохот ломающихся деревьев.

* * *

      Великолепная музыка разрушения... Треск пламени горящего храма. Стонов Резчика нет. Как синоби жил - и как синоби умер. Ветер воет. Пламя крепчает.       Старый мир рушится. Новый будет жить без него.       Новый звук.       Кто-то мчался ко мне. Как интересно.       Я не всех убил? Мне казалось, пали от клинка многие.       Что крысы, что местные. Разница невелика. Все полны дерьма и крови. Но Иссин не зря встал на защиту этих людей. Они все волки. Последние укусы самые больные.       Жаль, не успел провести ритуалы. Даже соль не рассыпал. Крысы всё лезли и лезли, не зная покоя.       Вот вылезла ещё одна.       Хм, а знакомые все лица, а?       Черные волосы и исхудавшее лицо. Лук за спиной и ножны катаны на обрывках оби для хакама. Черные руки крепко держали черный клинок.       - Синоби Божественного наследника, - проговорил воин. Готовится к нападению.       - Генитиро Асина, - отвечаю, так же поднимая меч. - Ты жив. Плохо выглядишь.       - То же самое могу сказать и тебе, - презрительно выцедил воин.       И он был прав. Одежда пришла в полную негодность. Кучу раз меня ранили и рвали мою одежду. Кучу раз пришлось латать подручными средствами. Один раз даже попали в глаз. Пришлось наматывать повязку, но боль все ещё была.       Волосы выросли. Перестали быть белыми - стали черными. Борода стала расти, как у отца. А протез... он почти разваливался. Недолго ему осталось.       - Это ты убил людей? - вновь спросил воин. Действительно - воин. Проиграл столько раз - и все равно стремится к своей мечте, идя по тропе из трупов.       Моё кривое зеркало.       Не позволю ему стать таким. Не позволю ему стать мной.       - Да, - отвечаю. Клинок пел в моей руке. Кричал о новой крови и убийствах. Или это был я сам?       - Хм, - ничего не ответил воин. И тут же бросился в атаку.       Резко ставлю скользящий блок. Бью протезом в живот. Тут же подпрыгиваю и ухожу.       Чуть не попался - он использовал меч. Но как-то странно. Будто хотел выдохнуть волну пламени, как его дед в замке. А выдохнул черный прорез впереди себя. Как будто тушь расплескал.       Он тут же ринулся в атаку. Удары сыпались один за другим. Истинный и искусный самурай. Но мои глаз и руки успевали за движением.       Резко скрещиваем мечи и расходимся.       - Ты лишил меня клана, - произнес воин. - Лишил жизни всех, даже не воинов, как убийца без чести, коим и являешься.       - Хрм, - не отвечаю. Не перестаю держать блок. Нельзя расслабляться.       - И как убийца, как одичавший от жажды волк!...       Он резко подбежал и ударил мечом. Блок. Тут же его откинул и отпрыгнул. Сверкнула молния. Я прыгнул ей на встречу.       Это была ловушка. Три стрелы пронзили грудь. Я упал на землю, содрогаясь от шока.       - ... ты умрешь, - закончил воин. В его руке ревел меч моей смерти.       ... нет, не смерти.       Перерождения.       Клинок, разрубающий бессмертие - Фушикири. Он в моих ножнах за спиной. А у Иссина были сведения об другом клинке. Фушигенджо, дарующий бессмертие.       И ты намереваешься убить меня ЭТИМ, Генитиро Асина?!       Ты - Идиот.       И ты познаешь на себе свою ошибку.       Резко стаю и бегу к Врагу. Наношу удар вкось. Асина отбил атаку и тут же ею воспользовался.       Моё сердце пронзает чернильная сталь.       До встречи в твоем личном аду, ублюдок.

* * *

      Тело синоби падает к его ногам. Это было... даже как-то слишком просто.       Не мог же синоби так просто пасть?       Или же мог?       Капли крови падали с чернильного клинка на поверженного врага.       Наконец этот ужас закончится.       Генитиро вздохнул и убрал клинок в ножны, поворачиваясь к врагу спиной.              Спустя два шага он услышал странный звук.       Хруст. Щелк. Хруст.       Обернувшись к звуку, он узрел неприятную для себя картину.       Его Враг не умер.       Тело, и до этого не являвшееся отличным для человека, встало и начало преобразовываться. Оно стало расти, покрываясь черной шерстью, блестящей в блеске огня. Человеческий череп вытягивался в действительно волчий, повязки и одежда рвалась, оставляя лишь полоски одежды и брони. Рука, которую он отрубил в резервуаре, выросла вновь, став лапой с когтями, как и целая. А из копчика зверя вырвалось девять хвостов, как языки пламени.       Слепые белесые глаза уставились на него, но зверь не спешил нападать. Вместо этого он ринулся в горящий неподалеку дом, чтоб вскоре выскочить оттуда...       В душе Генитиро вспыхнул гнев. В зубах волк держал катану, почти такую же, как у него - только лезвие было красным. А в одной лапе этот не человек держал маску тенгу - такую же когда-то носил и его легендарный дед.       - УГРУ! - рыкнул волк и бросился на него в атаку.       Я отразил атаку, но животное даже не думало останавливаться. Вновь и вновь он наносил атаки, то когтями, то мечом в зубах.       Огонь продолжал бушевать, мысли путались, но он не мог отступить от своего! Он должен отомстить за свой клан и возродить его!              Его метания были прерваны.       Резко посмотрев вниз, он увидел торчащий из своего живота меч.       Черный меч, что он держал в руках.       Как он не заметил...       Его горло сзади пронзил алый клинок, что до этого держал волк в своей пасти. А вот и он сам, появился из клуба дыма, за коим и прятался.       Клыкастая пасть улыбалась. Слишком жестоко для человека - и слишком понимающе для зверя.       - Узри... возрождение... Клана! - по словам произнес волк, резко берясь лапами за оба меча.       Его тело осыпалось кусками, но сам он был ещё в сознании.       Он не мог двигаться, но видел всё.       Видел, как волк скидывает его тело в огонь, а его голову подвешивает на веревке и оборачивает вокруг оставшегося целым пояса.       - Кровавый... Бог... требует... подношения! - смеясь, воет зверь, и уносится в огонь вместе с ним.       Вой был спутником наступающей бледной луны...