И это когда-то закончится...

Антон:

Окси, тебе англичанка писала?

Ответа не было достаточно долго, из-за чего Антон успел себя полностью извести, начиная нервно покусывать губы. Спустя почти час на телефон пришло уведомление. Оксана: Скажу больше, она мне звонила

Антон:

Что говорила?

Оксана: Да мол знает про то, что я тебе помогла

Антон:

А ты это подтвердила?

Оксана: Пришлось Слышал бы ты, как эта орала

Антон:

Ладно, ты прости, что

втянул в это всё

Оксана: Проехали, я не в обиде Посидев ещё немного, пытаясь прийти в себя, Антон решил разобраться в том, кто мог их сдать. Вариантов было немного, класс маленький, большинство списывали с телефонов, поэтому рассказывать учительнице было бы себе дороже. Из-за этого под подозрение попала новенькая. Она сидела позади, поэтому спокойно могла услышать просьбу Шастуна. Но не став делать поспешных выводов, подросток ещё раз написал Сурковой.

Антон:

Оксан, а ты никому не

говорила об этом всём?

Оксана: Да в разговоре с Эдом упомянула, он даже заценил, а так больше никому

Антон:

Хорошо, спасибо

Список подозреваемых расширялся, голова начала болеть, поэтому Антон решил, что завтра он лично поговорит с Ирой, чтобы хоть немного прояснить ситуацию, а сейчас одиннадцатикласник принялся за домашку, это хоть как-то отвлакало. На душе скреблись кошки, было безумно обидно, такая подстава в начале одиннадцатого класса. В раздумьях Антон и не заметил, как входная дверь хлопнула. — Антош, ты обедал? — заглянув в комнату к сыну, спросила Майя, чем очень напугала подростка. — А, мам, это ты уже пришла, — вздрогнув от испуга, а затем повернувшись лицом к маме, сказал Шаст. — Не, не обедал. — Тош, у тебя всё хорошо? — запреметив грустные глаза, поинтересовалась женщина. Майя прошла вглубь комнаты, присев на край кровати Антона, и внимательно посмотрела на сына, ожидая ответа. — Да там в школе, — нехотя начал подросток, понимая, что от мамы он всё равно ничего не скроет. На протяжении получаса мальчишка пытался рассказать про тот балаган, что творится у него в классе. Так как он и сам не совсем разобрался в ситуации, то сказать что-то внятное было крайне сложно, но он пытался. — Это нельзя так оставлять, ну вы же не в третьем классе, когда всё учителям докладывают, — дослушав рассказ сына, на эмоциях произнесла Майя. — Это, как минимум, подло. — Ну, мам, я поделать с этим ничего не могу, а вот двойку в начале полугодия исправлять теперь нужно будет, — грустно подытожил Антон. — Ладно, пойдём поужинаем, уверена, что ты сможешь разрешить эту ситуацию, — поднявшись с кровати, сказала женщина, а после подошла поближе к сыну, слегка взъерошив его кудряшки. — Если что-то происходит, говори мне, постараемся вместе что-то придумать, в крайнем случае, если дело на этом не закончится, а тебя будут травить, как в девятом классе, я пойду к директору. — Мам, только вот этого не надо, в школе и так про тебя столько говорят, — проговорился подросток. — Так, и что же? — поинтересовалась Майя. — Мам, тебе будет обидно, — предупредил Антон, но женщина стояла на своём. — Ну если кратко, то говорят, что ты всем всё "вылизала", чтобы у меня были хорошие оценки, что ты к учителям бегаешь только для того, чтобы мне завышали и исправляли всё, — опустив голову, ответил Шаст. — Ох, вот зашла пару раз в школу, узнать о своём сыне, как у него там с оценками, так всё, я не мать, которая переживает за своего ребёнка, а не знаю кто, — женщина ещё больше разозлилась, ей было больше обидно не за себя, а за Антона, которому приходится ежедневно выслушивать весь этот бред. — Мам, надо было уходить после девятого, — почти шёпотом сказал Антон. — Я устал от этого всего. — Тош, ну уже смысла нет бросать, осталось немного потерпеть, всё закончится, — погладив мальчишку по макушке, сказала родительница. — Я тебе предлагала уйти после десятого, после того случая с математичкой твоей, что ты сказал? — Что теперь получить медаль — принцип, чтобы утереть нос этой маразматичке, которая пыталась испортить мне оценку из-за того, что я очень много участвовал в общественной деятельности с нашим завучем, которого вместо этой назначили, а она пакостила мне, — как мантру произнёс подросток. — Я помню, мам. — Ну вот, Антош, чуточку потерпеть осталось, — улыбнулась Майя. — Пойдём всё-таки ужинать, а то такими темпами мы до кухни не доберёмся. Антон лишь кивнул и пошёл следом за мамой.

* * *

На перемене после второго урока Антон решил наедине поговорить с Ириной. Позвав девушку, подросток вышел из класса и направился к большому окну, которое располагалось в фойе рядом с кабинетом. Несмотря на большую перемену, там никого не было, что радовало Шастуна. Лишние уши ему сейчас не нужны. Ира почти сразу же вышла из кабинета и подошла к Антону. — Ты о чём-то хотел поговорить? — спросила девушка. — Ир, я не хочу сейчас тебя обидеть как-то, просто хочу разобраться в ситуации, это сейчас не обвинение, просто вопрос, — произнося каждое слово чётко и уверено, говорил Шаст. — Это ты рассказала Анне Ивановне о том, что мне Оксана помогла на самостоятельной? Кузнецова стояла, смотря на Антона и ничего не понимая, сразу сложился пазл, что девушка даже не в курсе произошедшего. — О чём ты вообще? — недоумевала Ирина. — Я думала все честно пишут. — Прости, что завёл этот диалог, просто раньше никто никогда друг друга не палил, а списывает почти весь класс, а тут бах, про меня рассказали, поэтому я и подумал на тебя, — объяснялся парень. — Не обижайся только, мне важно просто во всём разобраться. — Спасибо, что объяснил всё, — после небольшого ступора произнесла Кузнецова. — Я тебя поняла, не обижаюсь, сама бы так подумала. Улыбнувшись, девушка отправилась в класс, оставив Антона наедине со своими мыслями.