Kaleidoscope⚝

Февраль. Начало третьей недели. Вторник. Общежитие Bianca Maria. Через несколько дней после бала друзья решили наведаться к Кибе и рассказать о своих впечатлениях. В его комнате царил лёгкий беспорядок: книги и одежда были разбросаны по полу, а в углу стоял стол с остатками сладостей от праздника. Шатен еле-еле перебирался на костылях, прыгая по комнате, пытаясь сохранить баланс. – Киба, что ты делаешь? – хмыкнул Шикамару, сидя на соседней кровати и наблюдая за его попытками. – Да, чёрт, все никак не могу к ним привыкнуть. Пора бы возвращаться в свет, – прокомментировал Киба, стараясь устроиться между костылями так, чтобы было удобно. – Дай мне, – Шикамару поднялся, кивнул шатену, мол, «сядь», и, взяв его костыли, попробовал пройтись по комнате. – Чёрт, тяжело. – А ты думал, я тут прикалываюсь? – ухмыльнулся Киба и резко прыгнул на кровати. – Лучше приберись, а то ребята скоро придут. Шикамару вопросительно посмотрел на соседа, но всё же решил убрать некоторые вещи, которые уже неделю валялись в углу комнаты. Через час в их комнату ввалилась большая шайка. Темари, Наруто, Канкуро и Каори пришли навестить парня. – Киба, ты как? – обняла его брюнетка и чмокнула в щеку. – Как видишь, – развёл он руки и приподнял ногу в гипсе. Каори ухмыльнулась и, раскрыв свою сумку, достала из неё красный маркер, нарисовав сердечко на гипсе. – Так-то лучше. Не выглядит таким блеклым, – с довольной улыбкой заметила она. – Эй, дай и мне, – Канкуро хотел забрать маркер у девушки, но та ловко перекинула его в другую руку, смеясь. – Ну нет, я уже знаю, что ты туда нарисуешь, – хмыкнула она, прищурившись. – А может, напишу? – пытался вновь вырвать маркер из рук Каори Канкуро. – Что же ты напишешь? – нагнулась она ближе к парню, и в этот момент Канкуро как раз забрал вышеупомянутый предмет. Шикамару с Темари следили за всем со стороны и лишь выдохнули, когда Наруто тоже присоединился к разрисовыванию гипса друга. – Как прошёл бал? Когда выйдет видео на сайт? В телеке я всё упустил, – начал расспрашивать Киба, пока друзья пытались придумать, что ещё туда написать. – А это что? Надеюсь, не засрали меня тут? Киба указал на иероглифы, которые друзья начертили ему, и на его лице появилась лёгкая озабоченность. – Каори написала здесь «выздоравливай», – посмеялся Наруто. – А бал был потрясающий! Темари с Шикамару куда-то рано ушли, Каори потом тоже пропала. Но мы оторвались по полной! – Каори? – вопросительно посмотрел он на брюнетку, которая резко замялась. – Похоже, я был настолько потрясающим партнёром, что Каори стало плохо после нашего танца, – посмеялся Канкуро, вызывая смех у всех. – Ха, настолько её «ушатал»? Я же просил тебя быть с ней аккуратно. Киба не особо хотел, чтобы Каори танцевала с этим шатеном – его вечные намёки и поведение рядом с ней ему совсем не нравились. Но ему пришлось заглушить свою ревность: сильно вывихнуть ногу за вечер до выступления и испортить праздник не только себе, но и Каори он не мог. – Канкуро был потрясающим партнёром, – перевела тему Каори и пересела на кровать поближе к Кибе. – И он был очень аккуратен. Даже не распускал руки. – Да? Ну ладно, поверю, – хмыкнул Киба. – А вам, ребята, как? – Фигня, – отмахнулся Шикамару. – Детская вечеринка, – пожала плечами Темари. – Сбежали оттуда с Шикамару в числе первых. – Прошлый твой побег с «детской вечеринки» закончился очень интересно, – улыбнулась Каори, обнимая Кибу. Канкуро с Наруто сидели на стульях, а Темари с Шикамару – на кровати напротив. – Этот тоже закончился неплохо, – подмигнула ей Темари. После бала они пошли в первую попавшуюся закусочную и, одетые в смокинг и красивое бальное платье, уселись за один из столиков в глубине зала, наслаждаясь вкусной курочкой. Они были уверены, что провели это время лучше, чем их друзья в зале. Проведя несколько часов у Кибы с Шикамару, друзья начали собираться домой. Киба сообщил им, что на следующей неделе он всё-таки постарается вернуться в универ или хотя бы начать ходить на пару лекций. Друзья попрощались и направились прочь из общежития. – Канкуро, – брюнетка отдернула парня, когда они шли в направлении к трамвайным путям. Наруто заливал лапшу в уши Темари, и они шли чуть впереди. – Зачем ты сказал, что мне стало плохо? – А что, нужно было сказать, что ты ушла с Дейдарой? – ухмыльнулся шатен, от чего Каори раскрыла рот в удивлении. – Откуда ты… – Я вот только не понимаю: если сейчас ты выбрала Дейдару, почему тогда два года назад ты влюбилась не в меня? – недовольно хмыкнул он и сразу поспешил успокоить подругу, заметив легкую панику в её глазах. – Не волнуйся, я сохраню твой маленький секрет. – Спасибо. И я не влюблена в Дейдару, – улыбнулась Каори, пихая друга в бок. – Ага, просто нравится с ним «трахаться», я понял. Только Кибе об этом не забудь сказать. Он-то думает, что вы встречаетесь, – подмигнул Канкуро подруге, глаза которой сразу расширились. Рано или поздно Киба узнает про Дейдару, и лучше, если он узнает это от самой Каори. Желательно – быстрее. Февраль. Последняя неделя. Выходные. Квартира Итачи. Хината сидела за большим столом в гостиной квартиры Итачи, где проходил общий обед: старший и младший Учихи, их невесты и родители по видео звонку из Японии создавали впечатление идеальной семьи. Все улыбались, обсуждали переезд и предстоящую свадьбу Карин с Итачи. Однако Хината заметила, что Итачи совсем не вовлечён. Он был отстранён и постоянно проверял телефон, словно ожидал сообщения. Хината даже подозревала, что знает причину. – Дата свадьбы назначена на начало июня, – говорил отец Итачи по ту сторону видео звонка. – Организаторы уже нашли помещение и занимаются списком гостей. – Как идут поиски платья, Карин? – спросила мать Итачи и на неё пристально посмотрела рыжеволосая невестка, которая мгновенно оживилась от вопроса, словно ждала его. – Я как раз завтра поеду в один из бутиков, – улыбнулась девушка. – Будем шить платье по индивидуальному заказу. – Замечательно. Итачи, как твои дела? Ты пол вечера молчишь, – голос отца вновь прозвучал, на этот раз с упрёком. От этих слов Итачи, казалось, дёрнулся, как будто его поймали за чем-то неприличным. Он убрал телефон, но его взгляд остался блуждающим, усталым и равнодушным. – Он очень много работает, – поспешила ответить за него Карин, словно пыталась загладить неловкость. – Даже ведёт дополнительные занятия. Думаю, он просто устал. – Ну чтоже, хорошо, – слегка улыбнулся отец, а Итачи лишь кивнул. Видео звонок завершился через несколько минут. – Можем больше не притворяться, – хмыкнул Саске, ломая повисшую тишину. Он выдохнул, и этот вздох звучал как освобождение. Все за столом одновременно расслабились, будто сбросили невидимый груз. – Вам-то и притворяться незачем, – усмехнулась Карин, – а вот Итачи мог бы хотя бы сделать вид, что заинтересован. Девушка недовольно посмотрела на брюнета и отпила из бокала красного вина. Трепетный и насыщенный вкус напитка будто ударил ей в голову, и она стала особенно эмоциональной: – Для своих студенток время находишь, даже дома с ними уроки ведёшь, а на меня что, плевать? Она смотрела на Итачи с таким видом, словно ожидала от него хотя бы малейшего оправдания, но он лишь устало поднял брови. – Ты о чём? – непонимающе спросил он. Девушка сделала ещё один глоток и резкомахнула рукой, отчегосодержимое бокалачуть не выплеснулось. – Не знаю, ходят тут всякие! – Кто заходил? Когда? – продолжил допрос Итачи. – Я не знаю всех по именам. Светленькая, – Карин закатила глаза, словно её злила необходимость объясняться. – Короткие волосы. Чуть ниже меня. Не местная. О, ты танцевал с ней на балу! – Темари? – удивлённо воскликнула Хината. Она знала только одну девушку, подходящую под это описание. Заметив, как напрягся Итачи, брюнетка поняла, что попала в точку. Саске лишь прикрыл глаза, не желая вмешиваться. Они с Хинатой ещё на Хеллоуине заподозрили что-то неладное, а подготовка к балу только усилила их подозрения. – Что ты ей сказала? Когда она заходила? – вновь уточнил Итачи у Карин, которая начала закипать. Её лицо покраснело от ярости и вина, а губы исказились в саркастической улыбке. – Когда я только приехала, пару недель назад. Я что, всё должна помнить?! – начала огрызаться девушка, её голос становился всё выше. Она резко повернулась к Саске: – Саске, милый, подлей ещё вина. Она кокетливо махнула пустым бокалом, надеясь переключить внимание. Но Итачи не собирался отпускать тему. – Карин, я ещё раз спрашиваю: что ты ей сказала? – процедил брюнет сквозь зубы. – Она сказала, что пришла на дополнительное занятие. Я сказала, что тебя нет дома, но передам мужу, что она заходила, – губы Карин расплылись в улыбке с каждым словом. – Чёрт, – прошипел Итачи, резко отпустив её руку. Теперь всё стало понятно. Темари знала о Карин задолго до бала, и это многое объясняло. Хината, не выдержав напряжения, тихо вышла на террасу. Холодный февральский воздух охватил её лёгким прикосновением, заставив вздрогнуть, но он был как бальзам на душу после душной атмосферы за столом. Усевшись в кресло, она обняла себя руками и вглядывалась в горизонт, погружаясь в свои мысли. Сердце стучало глухо, внутри было тяжело. Ей было сложно поверить, что их с Саске подозрения подтвердились. Но ещё сложнее свыкнуться с мыслью, что Итачи, человек, которого она уважала, мог так поступить с её подругой. – Хината. Итачи вышел на террасу, оставив Карин и Саске сидеть у телевизора. Его приятный голос вывел брюнетку из раздумий, и она посмотрела на вошедшего парня. – Насчёт Темари, – тихо прошептал Итачи, присаживаясь рядом. – Зачем ты так с ней? – тихо спросила Хината. – Ты же знаешь наши семьи, ты знал, что скоро женишься. – Знал, – хмыкнул Итачи. – Но я не знал, что случайная встреча в баре заведёт так далеко. Я думал, мы с ней пару раз переспим, и всё. – А что в итоге? – А в итоге она не выходит у меня из головы. – Расскажи ей всё, – решительно предложила Хината. – Хината, ты лучше меня знаешь, что это ничего не изменит, – вздохнул Итачи, словно уже смирился с тем, что всё потеряно. – Ты в это веришь или хочешь в это верить? – Хината поджала под себя ноги. – По крайней мере, попытайся объясниться с ней. Итачи опустил взгляд, его мысли метались между чувством долга и той непреодолимой тягой, что он чувствовал к Темари. Голос Саске, который вышел следом за девушкой, вывел его из размышлений. – Хината, поехали обратно в общежитие, – позвал девушку Саске. Хината вздохнула и, кивнув Итачи на прощание, пошла собираться. Итачи, поняв, что не может всё так оставить, быстро встал. Его ноги сами понесли его обратно в гостиную. Он не мог позволить себе больше сидеть и раздумывать. – А ты куда? – Карин вопросительно посмотрела на него, когда он начал надевать куртку. – Провожу их. Вернусь не скоро, – бросил Итачи, выпуская Саске и Хинату из квартиры и выходя следом. Карин хотела что-то сказать, но только раздражённо поджала губы и вернулась к телевизору. – Ты понимаешь, если их свадьба сорвётся, нам с тобой придётся пожениться намного быстрее? – тихо проговорил Саске, когда они уже вышли из квартиры и направлялись к лифту. Он пытался убедить Хинату, что в поступке брата нет ничего хорошего. – Разве это проблема для вас? У вас же настоящие чувства, – усмехнулся Итачи, когда они ехали на лифте вниз. – Да уж, настоящие, – согласился Саске, но его взгляд был пустым. Хината только виновато улыбнулась, и Итачи не мог этого не заметить. Доехав до общежития Alfredo, Учиха старший прошёл сразу на пятый этаж, где постучался в комнату 514. На пороге появилась тёмная голова. – О, привет, то есть здравствуйте, – поприветствовала Каори Итачи. – Привет, – ответил он. – Мне нужно поговорить с Темари. Каори приоткрыла дверь и оглянулась назад. Темари, услышав знакомый голос, уже стояла за спиной подруги. Обувшись, Темари спустилась с Итачи вниз, на улицу, не желая, чтобы кто-то услышал их диалог, который всё никак никто не мог начать. Итачи вспоминал грустный взгляд Саске, который теперь не отпускал его, мешая сосредоточиться. Он задумался, стоило ли вообще приезжать сюда. В его сердце зарождалась неуверенность, а лёгкий холод, казалось, пронизывал не только тело, но и мысли. – У меня только один вопрос. Ответь честно, – наконец заговорила Темари, её голос прозвучал очень холодно. – Как долго ты собирался мне врать? – Я не думал, что ты узнаешь о Карин, – спокойно и честно ответил он. – Собирался обманывать меня исвою женудо моего отъезда в Японию? Я была о тебе лучшего мнения, – вздохнула девушка и усмехнулась. – Ты, видно, забыла правило наших отношений: только веселье, – проговорил Итачи, и его голос звучал почти безразлично. – Ты прав, я забыла. И теперь очень об этом жалею. Итачи нахмурился, а его сердце закололо от её слов. – Что это значит? – уточнил он. – Думаю, нам не о чем больше говорить, – не желая объясняться, сменила тему Темари. – И лучше не приходи сюда в общежитие – уже пошли слухи, что мы встречаемся. Девушка сделала шаг вперёд, чувствуя, что хочет быстрее сбежать от этого разговора и от взгляда Учихи. – Будем вновь просто учителем и ученицей, – произнесла она, не глядя на него. Итачи облегчённо выдохнул и прикрыл глаза. Похоже, правильное решение нашлось само собой. Темари была действительно потрясающей – никакой истерики, никакого выяснения отношений. – Жду тебя на лекции в среду. Темари ушла, даже не удостоив Итачи прощального взгляда. Её сердце билось гулко и глухо, но внешне она оставалась холодной, почти каменной. Вернувшись в комнату, её встретила Каори, в руках которой была бутылка белого вина. – Выпьем? – спросила та. Они налили вино в стаканы, а затем, как будто по умолчанию, молча сделали первый глоток. Вино было прохладным и освежающим, но не приносило успокоения. Каждая из них была погружена в свои мысли. Темари напряженно смотрела куда-то в пространство, а Каори нервно покусывала губу. – Я сплю с Дейдарой, – не в силах больше скрывать свой секрет, сказала Каори. Темари подняла на неё взгляд, но в её глазах не было ни удивления, ни осуждения. Она вздохнула, словно внутри всё уже было сказано задолго до этого момента. – Итачи женат, – ответила она спокойно и, не отрывая взгляда от своего стакана, залпом допила оставшееся вино. – Вот чёрт, – выругалась Каори. – Кажется, одной бутылки будет мало. Девушка усмехнулась, и подруги долили вино. Вечер в комнате 514 прошёл за распитием любимого шардоне, под звуки любимой музыки, тихо играющей на фоне, и задушевных разговоров, которых им так не хватало в последнее время.