Просто хочу быть счастливым.

      Я сидела за столом напротив Сатору, который непринужденно пил кофе, будто этого неловкого разговора между нами вовсе не было пару минут назад. Хоть и высказала Годзё свою точку зрения, и всё даже будто разрешилось, чувствовала я себя, мягко говоря, неловко. Он выглядел таким спокойным, мои мысли невольно окутал лишь его образ напротив. Казалось, что в нём была какая-то магия, которая непреодолимо тянула меня к нему. Но я осознавала, что это лишь красивая картинка, я почти не знала Сатору Годзё, как человека. Все вокруг кричали, что он «сильнейший», и сомнений в его технике и боевых навыках у меня не возникало. Сатору и правда обладал огромной силой, да только одной лишь силы было маловато для того, чтобы я позволила себе признаться в слух, что он привлекал меня. Не хотела выглядеть глупой девчонкой, которая ведется на внешность. Мне казалось, что я уже даже начала жалеть о том, что так беспечно отвергла его предложение о свидании, не давай себе шанса узнать светловолосого. Я бесстыдно разглядывала его профиль, пока Сатору глядел в окно, время от времени попивая кофе. Глупо было бы сказать, что он был некрасив. Да его черты лица буквально были идеальными! Это то, что каждая девчонка, девушка и женщина рисуют в своём воображении, представляя принца на коне. Блондин, с острыми скулами и четкой линией челюсти, густые волосы и ресницы, а эти яркие голубые глаза, казалось – посмотри я в них ещё немного, и я просто утону. Почему его внешний вид с такой лёгкостью свел меня с ума? Ведь я с дерзкой уверенностью всегда считала себя той, которая никогда не поведётся на внешность или деньги, горделиво думала, что я именно та особенная, любовь и чувства которой – это то, что нужно заслужить временем, что они запрятаны чуть более глубоко, что их не измерить деньгами или подарками. А теперь я просто готова была растечься мокрой лужицей от одного его взгляда?! И я буквально ненавидела себя за это, ведь я несомненно начала жалеть о том, что отказала ему!       Сатору краем глаза видел, как я пялюсь на него, что не могло его не радовать. Он легонько ухмыльнулся и продолжил окидывать взглядом улицу, позволяя мне его беспрепятственно разглядывать. Конечно, он знал, как красив, и не мог этим не пользоваться. Обычно любая покупалась на его внешность, Годзё не приходилось даже напрягаться, он получал всё что хотел, слегка приспустив очки с глаз. Но я была первой, кто отказала ему, и кто пробудил в нём немного большее, чем просто потребность в сексе. Его эти эмоции одновременно и пугали, и нравились. Он старался не привязываться к женщинам эмоционально, потому как это, очевидно, осложнило бы его жизнь мага. Но его эго не позволяло так просто отпустить меня, не схватив в свои сети.       Я прокручивала в своей голове навязчивые мысли о голубоглазом, не переставая разглядывать каждый миллиметр его кожи. Меня словно магнитом тянуло к нему – хотелось погладить его волосы, пробежаться пальцами по скуле, прикоснуться губами к его шее. Я возжелала его здесь и сейчас. Сатору свёл с ума, не сделав ничего, чёртов засранец!       Так и не притронувшись ни к кофе, ни к круассану, почувствовала вибрацию, а в следующее мгновение стекло за Годзё разлетелось вдребезги. Я была поглощена мыслями, что даже не успела бы среагировать. Но только не Сатору. Он молниеносно откинул стол в сторону, притягивая меня к себе и сжимая в объятиях, закрывая от осколков, которые затормозила его техника безграничности. Я была поражена до кончиков пальцев, что он ни на секунду не терял бдительности. Даже находясь, казалось бы, в непринужденной обстановке, в неприметной маленькой кофейне, где навряд ли могло что-то произойти, Сатору сохранял концентрацию, которая позволила ему так быстро отреагировать. В этот самый момент я почувствовала в какой мере ничтожны мои собственные силы, хоть я и была особым уровнем, но мне никогда не сравниться с ним, да и никому не сравниться. Разве что.. разве что Сугуру.       Осколки рассыпались по полу, блондин нежно прижимал меня к себе, придерживая рукой голову, а второй сжимая талию.       — Ты в порядке? — с нотой беспокойства спросил он, позволяя оторвать мне голову от его груди. — Не пострадала?       Я видела в его глазах тревогу, это так тронуло меня, под маской раздутого эго и самовлюблённости скрывалась бесконечно сопереживающая душа, жаждущая уберечь своих близких. Кто-то вообще знает его настоящего? Кому он позволяет увидеть свои истинные эмоции, существуют ли такие люди вообще? Я лишь коротко кивнула ему, переводя взгляд на сотрудницу кофейни, на лице которой отражался испуг от того, какую картину она только увидела.       — Уходите отсюда, — быстро сказала я ей, в то время как её лицо исказилось от страха.       В окне появились два проклятия, по ощущениям не меньше первого, а может и вовсе особого уровня. Девушка с ужасом смотрела в их сторону, я поняла, что она видит их.       — Беги, — повторила я, использовав свою технику, проникая в её подсознание и заставляя бежать.       Девушка рванула к чёрному ходу, немедленно покидая здание. Сатору выпустил моё тело из своей хватки, поднялся на ноги, прикрывая меня спиной и бросая свой взгляд на проклятия.       — Нужна завеса, — сосредоточенно кинула я, выглядывая из-за плеча Годзё.       — Да не волнуйся, милая, — усмехнулся блондин, поворачиваясь к моему лицу и смотря сверху вниз, — я быстро справлюсь.       Самоуверенности ему было не занимать, но никто из нас точно не знал, сколько людей находится в округе. Два проклятия двинулись к нам, они явно оказались здесь неспроста, у них была цель, и этой целью являлись мы.       Сатору не повёл и бровью, он спокойно стоял в ожидании нападения. Оба проклятия быстро двинулись на него, нанося грады ударов, от которых маг успешно уклонялся, словно играя. Вдруг в окне показались ещё двое проклятых духов, они в несколько мощных прыжков преодолели расстояние, что было между мной и ними, минуя Годзё и пару других духов. Я встала в защитную стойку, приготовившись использовать техники.       Я могла манипулировать окружающей энергией, создавать энергетические взрывы и волны, вкладывая в них разное количество проклятой энергии. Энергия, созданная мной, могла принимать любые формы и имела красный цвет, я воздействовала на окружающую реальность на уровне частиц и молекул, создавая беспорядки в волокнах действительности. С помощью своих техник я могла воздействовать на окружающие предметы – разрывать их, поднимать в воздух, менять форму, искажать реальность. Это было невероятно сложно и требовало немалого запаса проклятой энергии, силы и концентрации. Никто до конца не понимал моих техник, как и я сама. Я не являлась выходцем из какого-то известного клана, мне просто повезло родиться магом.        Я могла бы заставить эти проклятия сражаться друг против друга, манипулируя ими, но все они были особого уровня, а значит поддерживать иллюзию для четырех проклятий будет довольно тяжело. К тому же, чем сильнее проклятие – тем более мощный энергетический импульс должен достичь их сознания, и тем ближе к ним мне нужно находиться. Слабые проклятия могли быть подавлены мной с большого расстояния, но такие как эти… Возможно, мне даже нужно бы было их коснуться, чтобы моя техника сработала. Можно, конечно, втянуть их в свою территорию, но это слишком опасно, когда не знаешь сколько простых людей находится вокруг, и сколько из них будут затянуты в мою территорию.       Я начала атаковать их своей энергией. Каждая последующая атака проклятий была яростнее предыдущей. В каждом из них по отдельности было чертовски много силы, а когда сразу двое таких атаковали тебя, необходимо было быть на пределе. Я не теряла концентрацию ни на секунду, блокируя все их атаки, следя за тем, чтобы они не переключились с меня на Сатору.       Годзё в это время яростно бился в ближнем бою с парой других. Его удары были быстрые и точные, он двигался, как хищный зверь. Я старалась помочь ему, усиливая его тело и техники своими, но такие маги, как он, поглощали слишком много моей энергии. Через какое-то время, стало труднее поддерживать концентрацию на Сатору и держать дистанцию между собой и проклятыми духами. Они воспользовались этим незамедлительно и кулак одного из духов летел в мою голову. Реакция блондина не заставила себя ждать, в наносекунду он переместился ко мне, нежно хватая своей ладонью щёку и притягивая мою голову к себе, пронизывая меня острым взглядом своих голубых глаз. Кулак проклятого духа врезался в безграничность Сатору, а он, кладя руку на талию, утянул меня за собой. Я почувствовала свежий аромат, исходящий от светловолосого, он пах морской солью вперемешку со сладкой мятой, а в послевкусии звучали ноты шалфея и бергамота. Почему я вообще думала о его запахе в разгар битвы? Годзё с осторожностью прижимал меня к себе, уходя от атак разъярённых проклятий. Он двигался так быстро, даже прижимая к себе моё тело, которое держал на весу, он и правда заслуженно назывался «сильнейшим».       Отступив немного, Сатору поставил меня на ноги, слегка подталкивая рукой назад за свою спину. Его мощный удар кулаком вкупе с проклятой энергией, развеял одного из духов. Двое других начали неистово засыпать мага ударами, пока третий совершил резкий рывок и прыжок, приближаясь к Годзё. Я отреагировала стремительно, проникая своей техникой внутрь и разрывая молекулы тела проклятия. Блондин ухмыльнулся, замечая это боковым зрением, он даже не пытался атаковать того духа, он прекрасно знал, что я прикрою. Вся эта битва для мага была развлечением, он не секунды не переживал, будучи, как и всегда, слишком уверенным в своих силах. Его не заботило то, что он мог сравнять помещение с землей, что с каждым новым ударом, что-то ломалось, разбивалось или рушилось. Годзё лишь немного волновала моя безопасность, а в остальном он наслаждался этой битвой, и ещё больше он наслаждался тем, что я вижу его силу. Он упивался каждый своим новым нанесённым ударом, красовался и продолжал играть с проклятиями. Я знала, что следовало бы узнать, кто послал их и какова их цель, ведь появились здесь они, очевидно, не спроста. Но только я успела подумать об этом, как Сатору в одно мгновение развеял обоих.       На место происшествия незамедлительно прибыл Идзити с группой магов, после звонка Годзё. Я сидела на порожках кофейни на улице, сняв свою куртку, пока Сатору описывал случившуюся ситуацию. Некогда милое и уютное заведение превратилось в груду щепок, камней, разбитого стекла и пыли, после нашей драки внутри.       Закончив разговор, блондин неспешно подхватил букет цветов с пола, попутно отряхивая его от пыли, огляделся в поисках своих очков. Они валялись в дальнем углу, и, что удивительно, были целыми, он поднял их, слегка протерев о свои брюки, и надел на голову, направившись ко мне. Подходя к месту, где буквально сегодня с утра располагалась дверь, ведущая в кофейню, Сатору резко замер, уставившись на мою спину. Вдоль позвоночника красовалась татуировка дракона, уходящая вниз под майку. Сверля взглядом тату какое-то время, он шумно вдохнул и спустился со ступенек, становясь передо мной. Одна его рука держала букет цветов, а вторую маг положил в карман своего пальто.       — Классное тату, — хрипло проговорил он, — радужный дракон?       Он не мог не узнать его. Радужный дракон – был одним из подчинённых Сугуру проклятий. А раз уж раньше Гето и блондин были друзьями, он наверняка неоднократно видел этого самого поглощённого духа. Моей маленькой тайной мечтой ещё со школьных лет – было желание набить дракона, потому что я с детства обожала всё, связанной с японской мифологией. И не удивительно, что дракон стал для меня символом силы, мудрости и удачи. Спустя годы дружбы с Сугуру, мне в голову пришла неожиданная идея – я решила, наконец, воплотить свою мечту и набить татуировку, а эскиз для тату сделать в стиле его радужного дракона. Для меня это стало чем-то вроде символа нашей крепкой дружбы с Гето.       — Да, он… — тихо ответила я Сатору.       — Чувствую, что вы с Гето не просто «напарники», — ответил блондин, поморщив нос на моменте, когда произносил имя своего бывшего друга.       Он протянул мне букет, я, легонько улыбнувшись, забрала цветы из рук Годзё.       — Он мой лучший друг уже давно, — ответила я, заправляя прядь волос, которые трепал ветер, за ухо, — И.. мы живём вместе.       Я и сама не знала, зачем сказала это. Но почему-то мне не хотелось что-либо скрывать или не договаривать блондину. Сатору на такое заявление удивленно выгнул бровь и хмыкнул, отворачивая взгляд куда-то вдаль улицы. В этот момент он осознал, почему вчера на звонок ответил Гето. И почуял зарождающуюся в глубине ревность, заподозрив, что Сугуру ко мне питает чувства гораздо более сильные, чем просто дружеские.       — Живёте, значит, вместе, — задумчиво повторил он, словно желая осмыслить тяжесть ситуации, в которую его затягивало.       — Мы лишь друзья, — проговорила я, стараясь убедить в этом скорее себя, нежели Сатору.       — Ладно, идём, — Годзё протянул мне руку, — Масамити организует собрание в техникуме, Идзити подвезёт нас.       Мгновение смотря на светловолосого, я позволила помочь мне подняться, схватившись за его руку. Сатору совершенно не хотелось вдаваться сейчас в подробности, почему я живу с Гето, как мы к этому пришли и что вообще между нами происходит. Он сразу понял, что у Сугуру есть чувства ко мне, но не знал, что чувствую я. С одной стороны, светловолосый думал – не будь у меня симпатии к брюнету, мы бы не стали делить общий кров, а с другой – будь я влюблена в Гето, почему я час назад сидела в кофейне с Годзё, толкуя ему о том, что не нуждаюсь в близости с кем-то в данный период своей жизни, а сама нещадно разглядывала его и заливалась краской.       Сугуру направлялся в токийский магический техникум. У нас с Гето не было учеников, и потому чаще мы проводили время в отдалённом здании на территории магического техникума. Оно стало служить чем-то вроде офиса для магов, которые не желали становиться преподавателями, набирать себе учеников и обучать новых студентов, и наша работа заключалась в отправлении на самые опасные задания по истреблению проклятий. Конечно, часто кто-то из учителей просил провести для своих учеников что-то вроде показательной тренировки или мастер-класса, или сопроводить на задании. Потому наша жизнь так или иначе соприкасалась с молодым поколением, которому мы передавали свои знания, в перерывах между охотой на проклятия и заполнением бумажной отчетности после заданий (ох уж этот современный мир…), однако и он, и я считали себя просто магами, которые просто выполняют свой долг.       Брюнет добрался до главного корпуса, ожидая встретить меня там, потому что знал, что у Масамити было ко мне какое-то дело. Он неспешно вошел внутрь, находясь в приятном волнении, что он наконец-то расскажет мне о своих чувствах. Его переполняли эмоции, стремясь вырваться наружу и заполнить всё пространство вокруг. Но эйфория длилась не долго, потому что он практически сразу же, как перешагнул порог здания, услышал треворжные перешептывания студентов о сегодняшнем нападении на двух магов четырех духов особого уровня. И он тут же подумал обо мне. Увидев Нанами, Гето поспешил к нему.       — Что происходит? — суетливо спросил он, — На кого-то напали? Кенто мельком кинул свой взгляд на букет цветов в руке брюнета, но говорить об этом ничего не стал.       — Четыре проклятых духа особого уровня, неподалёку от центра Токио, — медленно и неспешно ответил он.       — На кого напали? — с напряжением в голосе произнёс Сугуру.       — На Годзё и Сакумото, — Нанами смотрел на Гето с неприкрытым интересом, — Вы вроде напарники с ней, я думал ты в курсе.       — Что с ними?.. Они живы? — сердце Сугуру ускоренно забилось, он занервничал.       — Целы, направляются сюда с Идзити, — Кенто тяжело выдохнул и поправил свои очки, — идём, Масамити собирает магов, нападение было не случайным, их точно кто-то послал, один из магов был целью, может кто-то один, а может оба. Сугуру тяжело задышал, ему было необходимо срочно меня увидеть и убедиться в том, что со мной всё в порядке, он поспешил следом за Нанами.       Мы втроём ехали в машине в абсолютной тишине. Добравшись до техникума, я и Годзё направились к кабинету Масамити Яги. Все маги уже были в сборе, мой взгляд сразу же упал на Гето, стоящего среди остальных с букетом цветов, сердце вдруг неприятно дрогнуло. Сатору пропустил меня вперёд, придерживая дверь, а затем сам зашел следом. Он уловил, как Сугуру напряжённо сопроводил меня взглядом, а его глаза задержались на розах в моей руке, от чего он недовольно сжал челюсти и раздул ноздри. Блондину это чертовски понравилось, он решил не останавливаться и подразнить Гето дальше. Сатору последовал за мной, вставая рядом, практически вплотную, а боковым зрением наблюдал за реакцией своего бывшего друга. Пока Масамити говорил о том, что магам следует соблюдать осторожность, призывая быть более внимательными, Годзё ни на шаг не отходил от меня. Я кидала нервные взгляды на Сугуру, которой всячески старался сохранять внешнее спокойствие. Сатору, наблюдая за Гето, обхватил меня за талию, притягивая к себе.       — Ты в порядке, — прошептал блондин, наклоняясь прямо к уху.       Сугуру готов был лопнуть на месте от злости, захлестнувшей его, он хотел сорваться с места и нещадно врезать сильнейшему магу пару раз по его самодовольной роже, но сдержал этот порыв. Сатору был в восторге от гневной реакции брюнета, он видел, как его тело дёрнулось, и каких усилий ему стоило удержать себя на месте. Чтобы вывести Гето окончательно, он аккуратно берёт прядь мои волос, немного вертит её в своих руках и нежно заправляет за ухо, не сводя с меня взгляда пронзительных голубых глаз. Рука Сугуру сжимается в кулак, он громко кашляет, что все вокруг оборачиваются на него, а Годзё лишь удовлетворенно ухмыляется. Я не в силах что-то сказать или сделать, я мечтаю лишь об одном – чтобы это собрание поскорее кончилось, и я смогла поговорить с Гето.       Спустя какое-то время Масамити Яга распускает всех, для меня эти минуты тянулись, как целая вечность. Маги начинают неспешно покидать кабинет, а я незамедлительно направляюсь к Сугуру. В нём кипела ревность, он хотел разорвать Сатору в мелкие клочья, хотел наорать на меня, хотел залепить мне пощёчину, за то, что я позволила его бывшему другу прикоснуться ко мне, а может и что-то большее. Но он не мог себе этого позволить. Он не слабак, который опустится до рукоприкладства, и тем более до того, чтобы ударить женщину. Я была его лучшей подругой и таков был мой выбор, как он думал, а значит он должен принять его и смириться. Ох как нелегко это было, как ему хотелось закричать, чтобы высвободить всю боль, которая находилась внутри него в данный момент. Гето замечает, как я направляюсь к нему, и в секундном порыве он хватает Мэй Мэй за талию, привлекая к себе. Ему так не хотелось со мной сейчас разговаривать, он боялся наболтать лишних гадостей и испортить наши отношения, но внутренний голос кричал ему, чтобы он отомстил и сделал мне больно. Сугуру колебался, он держал Мэй Мэй, глядя на её лицо, и всё же он поддается зову голоса внутри себя, а я замираю в паре метров от них.       — Это тебе, — тихо произносит Гето, протягивая ей букет из роз.       — Мне? Как мило, — усмехаясь отвечает ему Мэй и добавляет немного погодя, — Чего же ты хочешь, мальчик?       — Хочу позвать на свидание, — наконец уверенно говорит брюнет, спустя пару мгновений, — Сегодня.       Мои глаза расширяются, а сердце сжимается в комок, словно его пронзили сотни иголок одновременно. Я не верю в то, что я услышала, я не хочу в это верить, мой мозг отказывается принимать информацию о том, что Гето мог бы быть влюблён в Мэй Мэй.       — А денег-то хватит? — с улыбкой спрашивает она у Сугуру.       — Деньги не проблема, — Гето суёт ей в руки букет, — сегодня в семь часов, буду ждать в ресторане «Фитаго».       Он быстро разворачивается на каблуках, даже не дожидаясь её ответа, и следует к выходу из кабинета. Я провожаю его взглядом, а Мэй вдыхает аромат свежих роз, смотря на спину удаляющегося брюнета из-под опущенных ресниц.       День тянулся мучительно долго, мои мысли не покидал Сугуру ни на секунду, я продолжала изводить себя. Кажется, именно сейчас, когда стало поздно, слишком поздно, я поняла наконец, что чувствовала всё это время. Я была влюблена в своего лучшего друга, безнадёжно и бесповоротно. В конечном счёте я смогла признаться себе в этом, смогла выпустить свои чувства на волю, но был ли теперь в этом толк. Своими идиотскими действиями я всё испортила, оттолкнула Гето и совершенно не представляла, что же делать дальше.       Я покинула стены техникума и направилась по длинным аллеям в сторону ворот. Было уже достаточно поздно, солнце давно село, я оттягивала момент возвращения домой, как могла. С одной стороны, я мечтала увидеть Сугуру, с другой – мне было страшно, я не представляла, что должна сказать ему. Я неспешно шла по улицам Токио, окутываемая ночной прохладой.       Вернувшись домой достаточно поздно, я не обнаружила там Гето. Мозг прокручивал в голове сцены, как он уже давно трахает Мэй Мэй, в каком-нибудь дорогом номере отеля. Стало невыносимо грустно, хотелось кричать и плакать, но я сдерживалась. Неужели я потеряла его навсегда? Я должна была поговорить с ним, должна была признаться в своих чувствах. Сейчас мне было не до сна, потому я включила телевизор на фон, погасив свет в квартире, улеглась на диван в гостиной и стала ждать появления Гето.       Сугуру бродил по улицам до глубокой ночи, он замер возле двери в квартиру, не решаясь войти, в глубине души надеялся, что я уже давно сплю. Он медленно повернул ключи в замке и прошёл внутрь. Я лежала на диване и пялилась в телевизор, заснуть у меня так и не получилось, мне необходимо было поговорить с Гето, нужно было увидеть его. Как только он появился на пороге, вся моя отрепетированная в голове речь моментально испарилась. Я вскочила с дивана и уставилась на него, оглядывая его потрясающий внешний вид, меня захлестнула ревность. Он такой красивый, со своими распущенными густыми чёрными, как смоль, волосами, небрежно лежащими у него на плечах, хоть их и растрепал ветер, кажется, от этого он выглядел только прекраснее. Эти простые брюки и футболка, подчеркивающая его тело, грубая байкерская куртка сверху, ничего сверхъестественного, но в то же время это был образ, который я хотела видеть каждый чёртов день. Хотела, чтобы он шёл вот так по парку, улыбаясь своей самой искренней улыбкой, а рядом с ним шагала я и смотрела на него самыми влюблёнными глазами на свете. А он позвал на грёбанное свидание Мэй Мэй! Вся моя мягкость испарилась, когда я представила, как напротив Гето сидела она, а не я. Ревность проникла в каждую клеточку моего тела, и я выпалила громче и грубее, чем стоило бы:       — Где ты был так долго? — я сложила руки на груди и обошла диван, приближаясь к Сугуру.       — В ресторане, — ответил он тихо, а напряжение в моем голосе заставило его поморщиться.       — Ну и как? — эмоции клокотали внутри.       Глаза Гето слегка сузились, когда он услышал мой вопрос. Он прекрасно знал ответ. Дурацкое свидание, где каждую секунду он думал обо мне, а не о ней. По правде сказать, он хотел даже не прийти на него, но его совесть не позволила бы сделать такое с женщиной, которую он сам же и позвал, пусть она ему вовсе и не нравилась. Сугуру появился в этом ресторане, в надежде, что Мэй не придет. Однако, вопреки ожиданиям, она появилась там. Им не о чем было поговорить, да брюнету и не хотелось с ней болтать, ведь все его мысли были заняты мной. Потому, не желая себя мучать, он просто предложил ей заказать любые блюда, какие она только пожелает, а он оплатит её ужин и уйдёт. Её такой расклад вполне устроил, и Гето с чистой совестью удалился из ресторана, намереваясь отправиться бродить по ночным улицам Токио. Мне он этого, разумеется, рассказывать не собирался.       — Неплохо, — его голос был спокойным и ровным, в нём не чувствовалось никаких противоречивых эмоций.       Я начала нервно расхаживать вдоль комнаты, меряя её беспокойными шагами. Сугуру наблюдал за мной, моё беспокойство только подливало масла в огонь. Он видел, что меня это волнует, но старался не позволять взять своим эмоциям верх.       — С каких пор тебе нравятся те, кого интересуют только деньги?! — выпалила наконец я.       Брюнет напрягся, это была чистая правда. Мэй Мэй – неприятная сучка, которой двигала одержимость деньгами и своей внешностью. Он бы давно мог быть со мной, наберись он смелости в конце концов и признайся в своих чувствах. Но вместо этого он устроил это ужасное свидание с девушкой, которая была ему совершенно не интересна. Им двигало противное и жалкое чувство мести. Но до конца он не понимал, зачем вообще это сделал, и может быть, было достаточно осознания того, что мне от этого больно.       — В последнее время у меня не так много вариантов, — он отвечал мне холодно и ровно.       (примечание от автора: для настроения включить трек Reed Wonder, Aurora Olivas – The Machine (Sped Up))       Я продолжала беспорядочно вышагивать по комнате, взгляд Гето не отрывался на меня, он преследовал каждое моё движение. Он чувствовал, что во мне что-то кипит, в глубине души надеясь на то, что это ревность, но не был уверен до конца. Потому он стоял у порога, тихо наблюдая, как я мечусь, словно пойманная в капкан лисица. Я резко остановилась и уставилась на Сугуру. Он задержал дыхание, стараясь не подавать виду, что внутри у него полыхает пламя. Я быстрыми шагами преодолела расстояние, разделявшее меня с ним, схватила его за ворот футболки и дёрнула на себя, увлекая в поцелуй.       Гето ахнул, его глаза расширились от шока и удивления. Его мозг не успел среагировать на прикосновение, в то время, как губы уже отвечали мне. Потребовалось какое-то время, чтобы осознать, что произошло в эту самую секунду. Руки Сугуру опустились на мою талию, крепко сжимая и притягивая меня ближе. Не разрывая страстный поцелуй, он подхватывает меня за бедра и направляется на кухню. Я хватаюсь за его шею, запуская пальцы одной руки в волосы, испытывая чувство упоения от ощущения тёплых ладоней на своём теле. Его руки аккуратно и нежно держат меня, прижимая к своему горячему торсу. Он усаживает меня на столешницу, продолжая наслаждаться жаром моих губ. Сильные руки Гето сжимают мои бедра, притягивая меня ближе, желая прикоснуться ко мне всеми частями своего тела. Я скидываю куртку с его плеч, а затем перемещаю руки к краю его футболки, стягивая лишнюю одежду с Сугуру. Он на мгновение разрывает наш поцелуй, позволяя снять с себя футболку. Его грудь напряжена и идеально накачана, на ней был шрам в форме креста, полученный в старой битве, мышцы пресса только сильнее подчеркивал полумрак комнаты. Я невесомо касаюсь бледного шрама и провожу кончиками пальцев по нему, Гето с желанием и вожделением смотрит на меня. Он мягко берёт мою руку в свою большую ладонь, подносит её к губам и любовно целует, а после закидывает себе на плечо, желая, чтобы я снова обнимала и гладила его тело. Наши губы соприкасаются в самом нежно поцелуе, холодные маленькие ладони блуждают по его коже и прессу.             Сугуру глухо стонет в мой рот, чувствуя возбуждающие прикосновения рук к голому торсу. Гето начинает целовать меня более страстно, его язык проникает в мой рот, переплетаясь с моим языком, он ласкает мои губы, стараясь насытить то желание, которое копилось внутри долгие годы.       Его руки скользят по моим бедрам вверх, перемещаясь на талию и сжимая мои бока, а затем пальцы подцепляют топ, стаскивая его. Сугуру на секунду отрывается от меня, чтобы вкусить глазами открывшийся перед ним вид моей голой груди. Он мгновение пялится с откровенным восхищением, сжигая меня взглядом, руки блуждают по моей талии.       — Ты так красива, — глухо шепчет он, перемещая руки на спину и нежно поглаживая её.       Я буквально таю от его прикосновений и слов, мои губы растягиваются в сладкой улыбке. Сильные руки притягиваю меня ближе, скользя вниз к поясу штанов. Гето медленно расстегивает их, смакуя момент, а затем, приподнимая меня за талию одной рукой, стаскивает джинсы вниз вместе с бельем. Моё тело остаётся обнажённым, а брюнет пожирает его восхищенным взглядом. Он любуется каждым изгибом моего тела, каждой родинкой на коже, мечтая оставить поцелуи на всех доступных и недоступных миллиметрах бледной кожи. Сугуру бережно проводит рукой вдоль бедра, наслаждаясь ощущением мягкости и теплоты под своими пальцами. Он обхватывает мою ступню, оставляя трепетные поцелуи на ней, неспешно двигается выше вдоль голени, оставляя дорожку из поцелуев до самого колена. Мои мышцы напрягаются от его чувственных прикосновений, я прикрываю глаза, отдаваясь моменту. Продолжая волнующие касания губ к ноге, Гето резко хватает меня под колено, притягивая на самый край столешницы, прижимаясь ко мне между ног, рука скользит вверх по бедру, жаркое дыхание опаляет мои губы, я обхватываю его тело одной ногой. Брюнет откидывает пряди моих волос одной рукой, открывая тонкую шею, проводит горячим языком от ключицы и выше, от чего я инстинктивно запрокидываю голову, давая больший доступ и желая, чтобы он не прекращал. Гето оставляет мокрые поцелуи на шее, чувствуя, как трепещет пульс под его губами. Рука блуждает по моим бёдрам, то и дело сжимая и поглаживая их, пока наконец не опускается на промежность, лаская и массируя её. Я выгибаюсь в ответ на эти прикосновения, сердце отстукивает бешенный ритм в груди, Сугуру улыбается, его пальцы продолжают медленно и размеренно исследовать меня, круговыми движениями касаясь самых чувствительных точек, упиваясь тем, как моё тело тает от его действий. Мои ногти впиваются в его спину, а тяжёлые вздохи и стоны покидают мои губы. Гето тихо шипит от возбуждения, чувствуя, как мои ногти оставляют на его коже тонкие красные следы. В его штанах становится всё теснее, Сугуру чувствует, как с каждым выходящим из меня звуком, он твердеет сильнее. Маг крепче сжимает меня, чувствуя, как моё тело дрожит и извивается от его прикосновений. Его губы нежно покусывают меня, оставляя красные засосы вдоль ключиц, шеи и груди. Пальцы ни на мгновение не останавливаются, он старательно наращивает темп, двигаясь быстрыми круговыми движениями, следя за моей реакцией. Моя дрожащая от вожделения рука тянется к ширинке его брюк, начиная немного массировать её. Гето сцепляет зубы и с шумом втягивает воздух. Возбужденный член пульсирует под моими касаниями, а брюки болезненно сдавливают его. Напряжение в теле Сугуру усиливается, когда я, наконец, расстегиваю его брюки, освобождая возбужденную плоть, его глаза прикованных к моим действиям. Сквозь стоны и шумное дыхание, я облизываю свою руку, от такого зрелища Гето практически задыхается, зная, что последует за этим. Я обхватываю его стояк влажной рукой и медленно начинаю скользить вверх-вниз. Брюнет издаёт хриплый стон, закидывая голову назад, его пальцы берут ещё больший темп, сильнее трут чувствительные точки, параллельно наслаждаясь, как я извиваюсь от его пальцев. Мне доставляет невероятное удовольствие его вид: запрокинутая голова, напряжённый пресс, от того, что он старается сильнее подать бедра навстречу моей руке, прикрытые глаза и хриплые стоны, срывающиеся с его губ. Сугуру тяжело дышит, он испытывает невероятное наслаждение, которого давно желал. Он выгляди так, словно вот-вот потеряет контроль над собой от страсти, накрывающей его волнами.       Я притягиваю его за талию ближе, обхватывая ногами, а Гето в ответ сжимает руками мою задницу. Провожу его твёрдым членом по своим мокрым складкам, приближаясь ко входу. Сугуру рычит и со стоном, резко притягивает меня за бедра, входя на полную длину. Я выгибаю спину назад, издавая протяжный стон, пока брюнет жадно толкается во мне. Перехватываю его за шею, наши лица так близко друг к другу, он чувствует каждый мой стон, каждый выдох и вдох, опаляющие его губы. Гето крепче сжимает мои ягодицы, чувствуя волны наслаждения, пробегающие через его тело от близости со мной. Он нежно целует меня в губы, пробегаясь по ним языком, и тихо стонет от того, как влажные и тугие стенки влагалища сжимают его член внутри. Его бедра двигались быстрее и быстрее навстречу мне, а стоны, покидавшие мои губы, становились сильнее и настойчивее. Сугуру схватил моё бедро и закинул себе на плечо, приятно сжимая его, позволяя себе проникать ещё глубже. Его пальцы снова вернулись на мой клитор, начиная ловко и беспорядочно массировать его. Я нещадно стонала от его манипуляций, выгибаясь и ломаясь, стараясь оттянуть момент оргазма, как можно дальше, но его страстные толчки и длинные пальцы не позволяли этого сделать.       — Я… Я скоро… Сугуру, — проскулила я.       Гето сипло простонал, не сбавляя темпа, а наоборот ускоряя его ещё больше. Его бедра двигались более рвано, а толчки стали жестче, он повернул голову к моей ноге, находившейся на его плече, и стал покрывать ее поцелуями, мягко поглаживая рукой. Он чувствовал, как я сильнее сжимаю его, я едва держалась, захлёбываясь в стонах.       — Ну давай, дорогая, кончи для меня… — его глаза скользили по мне, восторгаясь каждым изгибом.       От его слов моё тело моментально затряслось в волне оргазма, а Сугуру опустил мою ногу, притягивая меня за ягодицы и продолжая быстрые толчки внутри меня, наблюдая, как я содрогаюсь от оргазма под ним. Сам он едва держался, готовый излиться прямо сейчас, он резко замер, простонав мне в губы. Гето не хотел кончать слишком скоро, он хотел протянуть этот момент ещё, хотел продолжать ласкать моё тело и выбивать из меня новые стоны.       — Не останавливайся, — прошептала я, цепляясь ногтями за его спину.       Воздух покинул его лёгкие, впивающиеся в кожу ногти вызывали лёгкую боль и мурашки в его теле, но это ему нравилось. Он подхватил меня на руки, и направился в свою комнату, аккуратно укладывая на кровать и нависая надо мной. Его губы пробежались вдоль моей линии челюсти, оставляя лёгкие поцелуи, а рука переместилась на грудь, поглаживая и сжимая её. Я шумно простонала, а Гето тихонько ухмыльнулся, сжимая мой сосок между своими пальцами. Его язык скользнул вниз, пробегаясь по ключице и спускаясь к груди. Он вырисовывал круги вокруг моей груди языком, посасывая и облизывая соски, его руки блуждали по изгибам моего тела, а его нуждающийся стояк дергался от желания. Я тяжело дышала от его возбуждающих прикосновений, он словно знал все мои чувствительные точки и умело пользовался ими. Сугуру припал губами к груди и, прикусив сосок зубами, оттянул его, я издала протяжный и хныкающий стон. Он больше не мог терпеть, он снова вошёл в меня, бедра начали быстрый и рваный ритм движений. Ему так хотелось доставить мне как можно больше удовольствия, но сам он был на грани и едва держался, член уже болезненно ныл внутри. Он оставлял поцелуи вперемешку с засосами на моей шее, пальцы руки сжимали и покручивали сосок, стараясь выбить больше стонов. Я с радостью отвечала на все его возбуждающие действия, двигаясь своими бедрами ему навстречу, обхватывая руками его шею. Гето перемещает руку на чувствительные складки, быстро массируя их, ведь он сам находится на тонкой грани оргазма и уже готов его достигнуть. Я прерывисто дышу, ощущая, как он близок, его прикосновения дарят незабываемые ощущения.       — Кончи в меня, — с трудом выдавливаю я, находясь почти на пике.       Сугуру кричит внутри от услышанных слов, напряжение в его теле сейчас на износе, быстрыми движениями руки он доводит меня до пика, и не выдерживая больше, изливается внутрь. Его тело дрожит от наслаждения, волна оргазма накрывает его с головой. Он падает сбоку от меня на спину, мы оба какое-то время тяжело дышим, глядя в потолок, смакуя момент.       Я разворачиваюсь на бок, подкладывая локоть под свою голову, Сугуру поворачивает голову и смотрит в мои глаза.       — Кира… — шепчет он тихо.       — Погоди, — я кладу палец на его губы, прерывая его слова, — я должна сказать тебе кое-что.       Собираясь с мыслями, я провела кончиками пальцев по его скуле, рассматривая и стараясь запомнить каждую чёрточку его лица в данный момент. Он перехватил мою ладонь и прижался к ней губами.       — Прости меня, — произношу я едва слышно, — Я полная идиотка, трусливая дура. Я уже давно должна была сказать всё, что у меня на душе. А затянула ситуацию до того, что чуть было не потеряла тебя. Прости меня, Сугуру, прости. Ты многое для меня значишь, и уже давно ты для меня гораздо больше, чем просто друг. Я хочу быть с тобой рядом, каждую свободную минуту проводить вместе.       — Кира, ты не дура, — отвечает Гето, нежно водя губами по моей руке, — Это я придурок, я конченный мудак, который боялся признаться в своих чувствах к той, которая была и будет для меня центром вселенной. Это я должен извиняться, за то, что такой слабак. Прости меня. Прости, если сможешь, мне мою чёртову слабость. Я обещаю, что буду драться за шанс быть с тобой рядом.       Я мягко обхватила его лицо своими руками, подползая ближе. Он положил свою руку мне на талию, сгребая меня в объятия и оставляя поцелуй на моей макушке.       — Я люблю тебя, Кира, — ласково сказал, утыкаясь носом в мои волосы, аккуратно поглаживая пальцами кожу на моей спине.       — А я люблю тебя, — ответила я незамедлительно. Его сердце забилось быстрее, и он невесомо улыбнулся. Это те слова, которые он мечтал услышать много лет, но даже не мог представить, что такое произойдёт когда-нибудь на самом деле.       — Я хочу, чтобы ты стал счастливым, Сугуру, — тихонько проворковала я, поднимая голову и встречаясь с ним взглядом, полным любви.       — Я уже стал счастливым, — ответил он, увлекая меня в нежный поцелуй.