Божественная сиеста

В гостинице всё было доложено Назенин, и она приказала немедленно выдвигаться в сторону столицы этой же ночью в сопровождении отряда сильнейших ведьм. Флок виновато крутился вокруг Миэлы, но та старалась его  успокоить, ведь тут и вправду не было его вины - всё-таки комната было звукоизолирована.       Все вещи были собраны за считанные минуты, и на входе у здания стоял отряд ведьм, который возглавляла Эфи, а в подчинённых было 5 девушек. Демонесса с Флоком быстро к ним спустились, и существа выдвинулись в сторону вокзала с волшебными плитами.       …На следующее утро они уже были в столице. Город встречал их роскошными фасадами на зданиях и опрятными улочками, на которых бегали и играли маленькие девочки с масками на глазах. Было приятно видеть, как хотя бы такие участки планеты в это время ещё питали столько чувств, ведь война утомляла всех, а детей просто уничтожала.       Пробираясь сквозь лабиринты незнакомых для демонов улиц, существа дошли до главного здания Совета Государен. На крыльце, опёршись спиной о стену, стояла ведьма в маске и в форме, которую носят Государыни, возрастом примерно как Назенин или Рашель. Она была ростом чуть выше Миэлы и со светло-лиловыми волосами, а на голове красовались драконьи рога и шерстяные заострённые уши. Она отпрянула от стены и помахала с приятной улыбкой стоящим внизу девушкам. Эфи поднялась по лестнице первая с приветственным жестом на руках и поклонилась:       - Здравствуйте, седьмая Государыня Чаро. Мы прибыли из Мула в целости и сохранности. Прошу, это Императрица Миэла Норд,- Эфи рукой указала в сторону демонессы, и та вышла из отряда на лестницу, поклонившись.- Императрица, это седьмая Государыня Грэн Чаро.       Грэн в ответ вежливо поклонилась и ответила, глядя на Миэлу:       - Приятно познакомиться. Давайте пройдём внутрь, Первая Государыня уже там.       …спустя несколько часов, когда улицы опять погружались во тьму, из здания Совета вышла демонесса и потянулась руками вверх, стоя на пороге и вдыхая свежий воздух ранней осени. Она оглянулась на выходящего Флока:       - Устал?,- прикрывая глаза и слегка улыбаясь, спросила Миэла.       - Есть немного,- он тоже улыбнулся и почесал затылок с чутка виноватым видом.       - Скоро сможем отдохнуть, обещаю. Но зато сегодняшние заседания не прошли зря. Можно снова открывать плантации чёрного брянца, уверена, что чуток позже сможем открыть и границы,- переговоры прошли весьма успешно. Назенин даже не упоминала случай, который произошёл сегодня ночью, а лишь спросила в порядке ли императрица. Всем видом Государыня хотела показать своё доверие, которое она ещё готова демонстрировать Миэле и демонам.        Императрице и Флоку приходилось остаться на две недели в столице, поскольку не были готовы оставшиеся документы, к тому же Государыня Назенин настаивала, чтобы демоны увидели осенний праздник, посвящённый предстоящему цветению ведьминского древа. В эту неделю ведьмы разных возрастов дарят друг другу маски черного брянца с особенным рисунком, чаще всего который вышивала сама дарящая.        Теперь дуо демонов заселили недалеко от государственного здания. Гостиница была уже больших масштабов по сравнению с прошлой - всё было более роскошнее.  Миэла решила позволить себе немного отдохнуть, поэтому она сидела у открытого большого окна и просто теребила кончиками ногтей цветы, стоящие на столе. Возможно стоило ещё раз просмотреть документы и подумать о том, как вести дела дальше, но мозг отказывался так серьёзно так думать.       На мгновение перед демонессой возник силуэт высокой женщины с одним рогом. Она двигалась к столику, за которым сидела Миэла, где та онемела от ужаса и не могла пошевелиться. Циция приближается во тьме, её лица не видно, только блестят алые глаза. Вот она доходит до окна, где её конечность достигает лунного света. Рука бывшей императрицы тянется к дочери, взмывается быстро вверх и ударяет об стол. Миэла просыпается в панике, резко хватаясь за стол и пытаясь отдышаться. Её разбудил стук в дверь. Императрица быстро привела себя в чувство и направилась к двери. Открыв её, она увидела государыню Фелен, которая держала в одной руке тёмную бутылку, а в другой два бокала:       - Понимаю, время позднее, но не хотите немного выпить со мной?,- она было в хорошем настроении. У Миэлы сразу отступила вся тревожность, и она быстро ответила:       - Думаю, было бы здорово, прошу, проходите,- она отошла в сторону и пропустила ведьму в комнату, закрыв за ней дверь. Рашель села за тот столик и поставила бокалы, а затем, открыв бутылку, разлила напиток:       - Красное вино, прямиком с южных земель Ведьм. Помнится, бывшая императрица любила его, постоянно после банкетов забирала пару бутылок к себе,- ведьма улыбалась, почти хихикала. Миэла села напротив и серьёзно смотрела на всю происходящую картину перед ней. Демонесса откинулась немного на спинку стула и сложила нога на ногу. Настроение, которое обещало быть весёлым, улетучилось мигом.       Но Государыню Фелен как будто это волновало меньше всего, и она продолжала посмеиваться.- Почему Вы такая серьёзная? Императрица, прошу, выпейте немного.       - Вы о чём-то хотели поговорить может быть? Не зря же пришли так поздно и предлагаете вино. Дорогая выпивка под стать чему-то важному.       - Хм, ну, как сказать. Хотела спросить отчего же демоны так резко заявились на наш порог, так ещё и с камнем памяти, а после и бумажными копиями,- смешок переходил на строгий говор, немного угрожающий.- Да, Назенин хотела восстановить связи, поскольку нам нужна поддержка в такое время,- она обвела руками пространство вокруг, а раздражение нарастало.- Но  все мы помним, как закончилась последняя встреча. Я не должна позволять выпускать свои эмоции и чувства, но я Вам не доверяю. Мне сложно это сделать, поэтому я пришла честно Вам признаться в этом,- Рашель грустно-злобно сверлила взглядом безучастное лицо демонессы. Придя сюда с явной провокацией, которая даже походила на оскорбление, почему-то ведьма быстро утратила былой пыл. Теперь её неприязнь было видно слишком хорошо.       - Я Вас поняла. Если Вы хотите объяснений, Вы могли потребовать их на собрании, почему же я понадобилась разъясняться Вам здесь? Вы понимаете, что заявились сюда, оскорбили меня, так потом начали обвинять в чём-то?,- императрица сердилась, но на лице лишь немного хмурились брови.       - Я погорячилась с некоторыми высказываниями, соглашусь, но я просто не хочу, чтобы по итогу ведьм одурачили в который раз. Вам будто и не знать, что народ - одна из немногих дорогих для меня вещей в жизни!       У  императрицы вмиг сменилось выражение лица. Неужели Рашель давила на неё тем же испытываемым чувством долга и любви перед существами на родных землях, что и у неё самой? Миэла чуть расслабилась и вдохнула полной грудью.       - Хорошо, я Вас поняла,- тон Миэлы перестал быть таким строгим. Она видела и чувствовала, что Государыня любила свою страну слишком сильно. Да, так вести себя непозволительно, но императрице забылись все оскорбления, когда она видела разгорячённое лицо ведьмы перед ней, а после вспоминала то же лицо, только когда оно заботливо представало перед Вики, Эфи и остальными женщинами на этих землях. Лицо настоящей защитницы и Государыни.- Мои намерения были высказаны ранее на заседании. Но, если Вас это успокоит, я постараюсь повторить в более пригодном для Вас виде. Бывшая императрица очень сильно испортила репутацию демонов, но поверьте… убив её, я распрощалась с той жестокостью и политикой, что она вела. Я так боялась потерять близких вокруг, что не побоялась собственной разгневанной матери. А когда стала императрицей и лицезрела существ, я поняла, почему кровь была пролита не зря. Ну, а теперь пришёл черёд разгребать все беспорядки, оставленные обезумевшей женщиной, но ещё теперь и звездочётов. Я хочу остановить войну любой ценой.       Но если говорить о том, почему же первые Ведьмы, то потому, что вы ближе всех. Но и ещё, что у меня есть письма, как для Изольды, так и от Изольды для Циции. Я знала, что они близкие подруги были когда-то, так что я была обязана передать его. Я убийца чьей-то подруги.       Рашель хмуро смотрела уже не на демонессу перед собой, а на полупустой бокал и стискивала его в массивных кистях и переваривала все сказанные слова. Изольда была приближённой к Совету и просто добросердечной ведьмой, у которой не было врагов. С ней были связаны приятные воспоминания у многих ведьм. Но она умерла во время военного конфликта с ангелами, оставив после себя дочь.        Рашель видела, как Миэла чувствовала себя должной перед Изольдой, хотя никогда не была даже с ней знакома.       - А слухи не врали. Вы смелы,- Государыня подняла взгляд обратно.- Знали ли Вы, что Эфи - дочь Изольды? Мы не смогли защитить Изольду тогда перед ангелами, она спасала девочку своей жизнью 20 лет назад… она была нам дороже любых сокровищ,- ведьма протянула неуверенно руку.- Могу ли я передать Эфи письмо? Прошу Вас. Я извинюсь как следует позже, но сейчас я умоляю Вас отдать это письмо.       Миэла, не думая, подошла к тумбе возле кровати, достала книгу, из который выпал конвертик. Она подняла его и отдала в руки Рашель. Затем сама обхватила её кисти и остро взглянула в алые глаза: “Прошу, поверьте мне. Разрешите мне стать слугой для Ведьм и Демонов. Разрешите мне исправить прежние ошибки. Сыграйте последнюю ставку доверия и поставьте на меня”.        Государыне казалось, будто золото в очах существа напротив заставляло обжигаться, буквально пылая своей преданностью.        Рашель вспомнила, что нужно дышать, стиснула сильнее конверт. Она кивнула нерешительно, но этого хватило, чтобы Миэла быстро улыбнулась со вздохом и отпустила руки ведьмы. Та встала и кивнула снова на прощание. Дождавшись ответного кивка, она двинулась к двери. Помешкав в проёме, Рашель негромко сказала: “Наслаждайтесь вином, пожалуйста. Дорогая выпивка под стать важной и смелой женщине”.              Все две недели проходили в куче бумаг, в документе за документом и сплошными переговорами, уже лично с Назенин, но иногда и с другими Государынями. За это время Рашель редко навещала Первую Государыню, хотя обычно ходила рядышком и приглядывала. От чего-то Миэла предполагала, что это было из-за того ночного визита к ней. Скорее всего Назенин передали, что Рашель посещала Миэлу без разрешения, а там уже и сама ведьма созналась в подробностях их беседы.       Сейчас прямо за окном здания Совета проходил праздник ведьминского древа. Много девушек разных возрастов гуляли по улице и весело беседовали, а лавочницы продавали разные рукодельные изделия. На сегодня планировался последний день - Совет Государен должен был выйти перед всеми ведьмами и произнести речь, вдохновляющую на следующий год.  Сидя в душном кабинете Миэла рассматривала документы вместе с Назенин: - Передайте, пожалуйста, финансовый учёт за время императрицы Каллиопы,- попросила Первая Государыня. Нужная бумага перешла в руки Назенин. Рабочее молчание продолжалось не более 10 секунд: - Вы не устали? Может хотите прогуляться на празднике? Через несколько часов уже будет официальное выступление,- начала ведьма и оторвала взгляд от бумаг и перевела его на императрицу,- я могу рассмотреть последние папки и оставить запрос на ещё нужные отчёты, а Вы пока можете идти. Миэла с улыбкой “по-умолчанию” посмотрела сначала на Государыню, потом на бумагу, а потом снова на Государыню: - А Вы? - Я? За меня не переживайте,-она начала отмахиваться и немного улыбнулась.- Речь уже подготовлена, а репетиций было выше крыши, так что… - Нет, я не про это. Может, вам стоит выйти вместе с Государыней Фелен?,- Назенин удивилась и проморгалась. - Нет-нет, что Вы… - Знаете, она выглядит обеспокоенной в последнее время и давно не навещала Вас как-то. Конечно, после нашего с ней разговора той ночью, я понимаю её, но, может, Вам стоит поговорить с ней тоже?,- существа некоторое время упёрлись в лица друг друга, но разными взглядами. Миэла продолжила невинным тоном.- Чёрный брянец цветёт лучше всего под палящим солнцем, а в тени закрывает лепестки. Женщина оставалось такой же удивлённой, но через секунду она с досадой посмотрела на свои руки. В такой момент Назенин выглядела как обычная женщина, у которой были свои чувства и проблемы, а не Первой Государыней Совета. Миэле не стоило так вторгаться в их отношения, но вспоминая лицо Рашель, которая так берегла всё это, демонессе казалось, что это отчасти её вина. Через маленькую паузу Государыня подняла взгляд: - Наверное, Вы правы. Рашель из такого сорта брянца. Извиняюсь, что Вам пришлось это заметить. Тогда я откланяюсь первой. Прошу, не задерживайтесь,- Назенин встала изо стола и поклонилась. - Хорошего праздника,- Демонесса искренне улыбнулась, и существа встретились доброжелательными взглядами. - И Вам, Императрица.