Марафон писателя

Умоляю, убей меня

Мужчина заглянул в ящик и достав оттуда моток веревки и керосиновую лампу и кинул ее другу. — Нам придется здесь ночевать, по-другому никак. — вяло сказал он оглядывая потолок собора. Штукатурка почти слезла со стен и глубокими бороздами красовалась на некогда красивом фасаде. — Ничего страшного, — отряхивая одежду от пыли сказал другой, — выбираться на природу иногда полезно. — Я не расположен к шуткам. Этнологпожал плечами и пошел вдоль рядов осматриваясь в полумраке. Им повезло найти эту постройку и спрятаться от непогоды. — Ничего себе! Смотри, как хорошо здесь сохранилась ткань. — он приподнял кусок полотна покрывающий кусок вытянутого ящика. Сняв ее полностью мужчина сначала побледнел, но потом слабо улыбнулся и окликнул товарища. — Я нашел ритуальное захоронение! — Рад за тебя, — где-то ближе к выходу сказал его напарник, — Не трогал бы ты его. Не нравиться мне здесь, я устал это повторять. — Иду- иду, вот зануда. — вздохнул ученый и подошел к напарнику. Ночью было тихо и спокойно. С улицы доносилось журчание воды. Где-то каркали вороны. Мужчина проснулся от странного шороха рядом, как будто кто-то полз по полу волоча за собой какой-то металлический предмет. Он глянул на спальник энтолога, друга рядом не оказалось. Решив, что тот его разыгрывает, он встал и включив фонарь окликнул его. Тишина. Лишь звуки капающей воды из протекшей крыши. Мужчина направился вдоль кресел. Он остановился напротив открытого старого гроба, не было никакого желания заглядывать внутрь. Путник вздохнул и хотел подойти ближе, но кто-то дернул его назад. — Не смотри! — сказал ученый и нервно попятился. Вид у него был взбалмошный, очки исчезли, вечно аккуратная одежда была помята и испачкана. Присмотревшись он увидел черные пятна крови на манжете. — Что случилось? — взволнованно спросил он. — Ты мне не поверишь, но, пожалуйста хотя бы прислушайся к моим словам. Ты должен убить меня, прошу. Мужчина застыл в недоумении, в висках началась пульсирующая боль. — Что ты несешь? Ты вообще в своем уме? Взглянув на друга он по одним глазам, понял, что нет. Странная улыбка, ни тени шутовского озорства и нервное подергивание пальцев. Он смотрел на него как человек, что пережил нечто ужасное. «Может дело в том, что он посмотрел, что в гробу?» — пронеслась догадка у мужчины и от этих мыслей волосы на затылке стали дыбом. Он заметил, что его друг смотрит куда-то за него и улыбка медленно превращается в дьявольский оскал. — Умоляю, убей меня — прошептал некогда бывший ученый.

Спокойной ночи, мой дорогой

Спокойной ночи, мой дорогой и пусть тебе сняться сирени; Пусть тонкой возьмешь ты сирени рукой и в сладостный миг забвения; Забудешь про мать, про сына, про дом, навечно останься со мною; Спокойной ночи, мой дорогой, забудь про земные печали; Они не к чему, они слабость и боль, а здесь всегда тихо и мягко; Забудь о земле, о нравственном, о человечьем, они не к чему!; Ты слышишь? Поют свиристели. Спокойной ночи, мой дорогой, все, поздно, тебе не найти дороги назад; Со мною остался на веки…

Спектакль окончен

Нечаев толкнул дверь черного входа ведущего на сцену. На глаза попалась фигура Петрова. Ученый стоял и рассматривал кружащийся вокруг него роботов и жестикулировал руками в такт музыки. — Вот ты и попался, — жестко сказал П-3, — Задрал бегать от меня. Виктор повернулся и его губы расплылись в безумной улыбке. — А вот и ты, пес. Я позволил себя поймать. — Сдавайся, твой спектакль окончен. Ты немедленно отправляешься со мной к академику Сеченову, что бы остановить это безумие. — наемник выставил перчатку в боевую готовность. — Какой же ты жалкий, — вздохнул Петров театрально взмахнув руками, — Подумай хоть раз своей головой, П-3, как возможно перепрограммировать всех роботов СССР по щелчку пальцев, а? Да, никак! Они первоначально были военной разработкой, но предназначались для другого! Нечаев пытался добраться до ученого, но роботы опасливо кружили рядом и норовили покалечить его. — Да черт бы тебя побрал! Сука! — он пнул одного из них и оказался напротив ученого. — Передай привет Ларисе, — он запрыгнул на ящик, — А мой спектакль действительно окончен. Один из железных болванчиков наклонился и резким взмахом отрубил ему голову.

Ты не станешь богом

Боль в челюсти отступила и я смогла открыть глаза. Передо мной все еще маячила его фигура. Он с насмешкой наблюдал, как из носа у меня капает кровь. Собравшись, я попыталась встать. Краем глаза заметила смартфон лежащий на асфальте, экран разбился при падении и погас. — Ну как, понравилось? — ухмыляясь спросил он, — Или ты любишь пожестче? Я вытерла кровь с подбородка и встала. — Да, понравилось, мне впервые чуть не сломали челюсть. — я замахнулась для удара. Как там говориться? Левый-коронный, правый-похоронный? Я со всей силы пнула его в живот. Парень охнул от боли и покачнулся. Удар, конечно, был не смертельный, но дал мне фору для того, чтобы вытащить зажигалку и восстановить огненное заклинание. Едва почувствовав языки пламени на кончиках пальцев я выкинула руки вперед. — Дорогуша, тебе не стать богом. Силы проявились только у меня, а за обман старейшина разделается с тобой. — сказала я. — Иди к черту! Какой ты бог, ты себя в зеркало видела? Я откинула черные волосы падающие на лицо. — Внешность обманчива, знаешь ли. Я услышала звук сирены и рванула в переулок, не хватало еще нарваться на неприятности.

Покажи им ад

Звон колокольчиков привлек внимание мальчика, он поднял глаза от книги и взглянул в окно. Рука в гипсе сильно чесалась, но он встал с постели. Поймав свое отражение в стекле он поник; голова все еще была обмотана марлей, а на лице красовались ссадины. — Здравствуй, сынок. Ребенок не сразу повернулся на звук голоса. Врачи говорили, что память будет возвращаться потихоньку. Он взглянул на прибывшего; мужчина, средних лет, в дорогом костюме, что никак не вписывался в антураж светлой комнаты, и татуировка змеи на руке. Мальчик схватился за голову, от резкого приступа боли, у него потемнело в глазах он упал на колени. — Не пытайся вспомнить, рано еще. — мужчина прошелся по комнате и со скучающим видом сел на стул возле кровати глядя на ребенка. — Подойди. — холодно сказал он. Мальчик струдом встал на ноги, но подошел. — Господин, простите, я ошибся. — тихо проскулил он. Мужчина хмыкнул и погладил его по волосам посадив к себе на колени. — Не бери в голову. Мальчик вздохнул и прикрыл глаза, тяжелая сильная рука продолжала натирать ему макушку, потом она спустилась к ошейнику на шее. Ребенок открыл глаза. — Хочу подарить тебе новый, — чуть улыбнувшись сказал он, — Этот совсем истрепался. Он аккуратно расстегнул его и надел новый. Индикатор загорелся зеленым и мужчина кивнул. — Хорошо, что он тебя принял, я боялся, что придется искать сильный подавитель. Мальчуган непонимающе хлопнул ресницами. — Мои силы стали больше? — удивленно спросил он. — Ты даже не представляешь на сколько. — хищно улыбнулся мужчина, — Ты помнишь эти слова? — он зашептал ему на ухо, — Покажи им ад, мальчишка. Ребенок вздрогнул и в голове промелькнули воспоминания. Он стоял в каком-то большом помещении вокруг него были вооруженные люди, а напротив, были другие вооруженные люди. Он трясся от холода, потому что он помнил, что тогда была поздняя осень, но сейчас почему-то лето. И вдруг, кто-то накрывает его пальто. Мальчик вспомнил, что оно сильно пахло мужским одеколоном. Тот, что отдал ему вещь наклонился к нему и тихо что-то сказал. Единственное, что запомнил ребенок это фраза «Покажи им ад».

Удильщик манит в темноту

Я пробрался в заросли камыша и запрыгнул в лодку, моя собака последовало моему примеру и мы вместе отчалили от берега. На дно суденышка я бросил снасти, а сам взялся за весла. Шарик сел на нос лодки и смотрел в даль. Утро было ранним туман полз по озеру и видимость сужалась до трех метров. К полудню я понял, что туман так и не разойдется. Надо было смотреть прогноз погоды заранее. Я вздохнул и очередной раз закинул поплавок в воду. Лодка качалась в такт течения, а я старался не уклониться от курса, чтобы не потеряться. Разумеется, компас я забыл. Странная мысль пришла мне в голову. Никого не слышно. Ни птиц, ни рыбы, один лишь зыбучий туман. Шарик тявкнул на меня и полез обниматься. — Проголодался, бедняга. — я погладил питомца, а потом достал из сумки баночку с кормом. Пока он уничтожал свои запасы, я опять задумался над этим туманом. Он начал смутно меня беспокоить, да и время было ближе к вечеру. Я решил, что пора возвращаться. Припомнив откуда я приплыл и куда дует ветер я начал грести. Прошло минут пятнадцать, но берега я так и не увидел. Я ускорился, может из-за усталости для меня минуты тянутся в часы? Прошло много времени прежде чем я понял, что потерялся. Хотя это и звучало глупо, но как можно потеряться на озере в лодке? Я встал, ноги сильно замерзли в резиновых сапогах, несмотря на лето. На руках я натер мозоли и суставы сильно болели с непривычки. Паника и страх оковывали меня медленно забирая в свои владения, я начал чувствовать и видеть то, что не замечал раньше. Например, то что нет абсолютно никакой растительности в воде, где я был. Хотя бы малехонький кусок тины или сухой лист от камыша. Стемнело скоро, даже очень. Я знал, что так будет и даже когда планировал сходить на рыбалку я сначала хотел остаться на ночь. Теперь же, когда моя фортуна жестоко разыграла меня я усмехнулся. Я решил отдохнуть, тратить силы на то, что бы найти берег и устать еще сильнее я не собирался. Подобрав мешок и устроившись на дне лодки я вытянулся в полный рост, моя собака устроилась у меня в ногах. Меня разбудил странный звук, как будто мое судно стучало о другую лодку. Я обрадовался, течение принесло меня к берегу. Поднявшись я не обнаружил собаки, а когда поднял глаза на источник шума крик застыл у меня в горле. В мою лодку действительно тыкалась карма чужого средства, вот только мы были со всех сторон окружены водой, а в лодке сидел мертвец. Ссутулившись, некогда, какой-то старик так и застыл сидя в своей лодке. Я заставил оторвать от него свой взгляд. Шарик разумеется оказался рядом с ним и копошился лапами в лохмотьях под ногами мертвеца. Я позвал его, страх накатил волной очень резко. Я не хотел оставаться один, мне чудилось, что из тумана за мной кто-то наблюдает. Пес меня проигнорировал. У меня кончилось терпение и я решил забрать непослушную собачонку. Сделав осторожно шаг к мертвецу я схватил Шарика и хотел поднять ногу в свою лодку, как доски подо мной треснули. Нога быстро ушла под воду и еще я за что-то зацепился поэтому по воде пошли ряби красного цвета. Я выругался. Было очень сложно подняться с лодки, что бы не провались полностью. Все это время я был спиной к умершему, поэтому мне было ужасно неуютно, я хотел поскорее вылить воду из резиновых сапог. Прикосновение костлявой руки я почувствовал не сразу, обратил внимание лишь, когда запах мертвечины резко усилился, но было уже поздно.

Кровавый орел

Берег омывало холодное море. Дальше шла пустошь и свалка. На пустоши клочками то тут, то там, росла желтая трава. Песчаная насыпь заросла мусором и бытовыми отходами. Стоял тяжелый гниющий запах разложения. На мертвое дерево приземлился орел. Птица важно прошлась по лежащему стволу и поймав клювом мышь, принялся трапезничать. Разорвав зверька на части, орел жадно глотал остатки плоти. По уголкам клюва собралась кровь, хищник повернул голову в сторону тропинки. Приближались шаги. Из-за старой машины вышел маленький ребенок в дождевике. Орел моргнул и сильнее повернул голову рассматривая ребенка узким зрачком. Определив потенциальную жертву он взлетел в высь и стал кружить над ним. Мальчик не замечал хищника и с любопытством рассматривал окружающий его мусор. Орел пикировал на мальчишку и начал кусать его клювом и бить крыльям. Острые птичьи лапы вцепились в его одежду. Через какое-то время птица довольно сидела и переваривала добычу. Раздался клекот и рядом приземлился его собрат. Он подковылял к остаткам пищи и начал заглатывать куски, которые в него вмещались. Орел изредка косился на него и недовольно щелкал клювом. Смеркалось.