Близнецы

*** «Грядет тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца… и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы… И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой… тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца… Но та, кто рождена в минуту после полуночи, на исходе седьмого месяца, дочь тех, кто трижды бросал Тёмному Лорду вызов, вернет своего Господина к жизни. Не будет покоя ни одному из близнецов, пока не падет другой, и борьба их затмит борьбу Лорда и старшего из рождённых. И Тёмный Господин отметит её равной себе, поставит по правую руку от себя и сделает командующей своей армией. Не будет спокойствия в мире, пока один близнец не победит другого, не будет мира, а только бойня. Она, рожденная на исходе седьмого месяца, Древнее Зло, Тьма во плоти, что так долго ждала своего пробуждения. Армия тьмы и реки крови — подарок, с которым пришла она, рождённая на исходе седьмого месяца, и имя ей — наследница Смерти». *** (31 июля 1980 год. Годриковая Впадина) Джеймс Поттер держал на руках новорождённого Гарри, мужчина даже не мог поверить в своё счастье. Вот он, его кровь, его наследие. Уставшая после родов Лили с улыбкой смотрела на мужа, покачивая на руках близняшку юного Наследника. Ариэль родилась такой маленькой, хрупкой, даже обычно бесстрашный Сириус боялся держать её на руках. Рыжеволосая ведьма была в восторге, она так мечтала о дочери, и Магия не просто подарила их семье Наследника, но и её свет жизни. Лили уже видела, как будет заплетать маленькой девочке косички, шить платья, разве о большем она могла мечтать? Римус и Сириус, назначенные будущими крестными детей, сразу же включились в помощь молодым родителям, заботясь о близнецах, как о собственных детях. Крестины и вступление в Род, чета Поттеров решила провести, когда малышам исполнится год. А пока до этого было далеко, сейчас вся семья готовилась к праздничному ужину по случаю рождения Ариэль и Гарри. *** В доме было шумно, кругом слышались смех и поздравления. Не хватало только одно гостя, профессор Дамблдор задерживался по никому неизвестным причинам. В прочем, повода для волнения ни у кого не было, Волан-де-Морт не предпринимал никаких действий, война замерла на месте. Когда сработали охранные чары, Джеймс распахнул дверь, держа палочку на изготовку. — Профессор? У вас же есть доступ, зачем было пытаться прорвать защиту? — Для того, чтобы ты открыл мне, мальчик мой. Нам нужно поговорить, будь добр, позови Лили. Чета Поттеров ожидала директора в кабинете Джеймса. Старик внимательно оглядел своих выпускников. — Как поживают Гарри и Ариэль, Лили? — О, они чувствуют себя просто шикарно, Гарри так похож на Джеймса, это надо видеть. А вот Ари́, она такая маленькая, такая солнечная. Боже, не могу дождаться, когда они подрастут. — Как раз таки о ней и пойдет разговор, мои дорогие — в голове Дамблдора явно сквозило напряжение. — По долгу службы я виделся с Сивиллой Трелони, она кое-что сообщила мне… Слова Дамблдора стали громом среди ясного неба, Лили в ужасе прижала руки ко рту, пытаясь совладать с ужасом. — Нет, профессор, это не может быть правдой! Ари́, Ари́, она же ребенок… Это невозможно, она же наша дочь, как она может встать на сторону Того- кого-нельзя-называть? — Я понимаю, Лили, я все понимаю. Но пророчество нельзя списывать со счетов. Конечно же, я не говорю о том, чтобы выкинуть её на улицу, но.... Вам следует быть настороже, я могу провести несколько ритуалов, чтобы ограничить её силу, но… — Нет! От этом не может идти и речи, я не позволю, она моя дочь! — вскринула Лили — Стой, дорогая, конечно, никто не будет вредить Ариэль, но.... Может нам стоит обезопасить себя и Гарри? — Джеймс, ты с ума сошёл, ты хочешь забрать у нашей дочери Магию, сделать её сквибом? Только попробуй! Рыжая вылетела, громко хлопнув дверью. Дамблдор тяжело вздохнул, в голове старика произошел сбой. Он был уверен, что Поттеры послушают его, и все встанет на свои места, но Лили… Конечно, она же мать, видимо придется действовать через Джеймса. Мужчина сейчас нервно ходил по комнате, пытаясь осознать, что его дочь — важнейшее оружие Тёмного Лорда. — Что вы говорили о ритуале, профессор? Как его провести? — У меня есть давний знакомый, Джеймс. Очень опытный волшебник, он все сделает безболезненно, девочка не пострадает. — Хорошо, если вы считаете, что это необходимо… Я поговорю с женой. *** Лили качала дочь на руках, тревожные мысли никак не покидали её голову. Всю последнюю неделю они с Джеймсом постоянно ссорились, муж упорно доказывал ей, что ритуал необходим, но материнское сердце отказывалось принимать факт того, что дочь опасна. — Что же нам делать, маленькая моя… Что же делать — Лили ласково погладила дочь по щеке. — Они считают тебя опасной, солнышко, даже твой папа. Но мы же знаем правду, ты — моя маленькая доченька. Может Джеймс прав? Что если мы проведем ритуал? В следующую секунду карие глаза ведьмы расширились от страха. В изумрудных пуговках её дочери плясали алые искры, тонкие брови хмурились, а пальчики были сжаты в кулачок. — Ариэль? Ариэль? — Лили судорожно пыталась собрать мысли воедино. Ужас в ней поднимался с каждой секундой, она слишком хорошо знала, чьи глаза имели ту же красноту. За спиной громко взорвалась ваза, осколки градом посыпались на женщину. — Лили, Лили! — Джеймс влетел как раз в тот момент, когда изумрудные глаза дочери полностью заволокло алой пеленой. Окна задребезжали, а гул в ушах лишь усиливался. — Волан-де-Морт… — Джеймс не меньше жены помнил этот взгляд, пророчество становилось правдой. *** (31 августа 1980 год. Подставная квартира Ордена Феникса) Дамблдор, чета Поттеров и Римус ожидали прибытие того самого «знающего» волшебника. Люпин вновь и вновь расспрашивал о том злополучном дне. — Ты уверен, Сохатый? Она ведь просто ребенок… — Уж поверь мне, Римус, у «просто» ребенка точно не могло быть такого взгляда… Я знаю лишь одного волшебника с такими алыми глазами. Не думаю, что ты хочешь услышать его имя… Хлопок аппарации во дворе привлёк всеобщее внимание, на зелёной лужайке появился рослый волшебник в мантии Министерства Магии. — А вот и Август. — довольно улыбнулся Дамблдор — Подождите, Август Руквуд? Невыразимец из Отдела Тайн? Возможный Пожиратель? Профессор, вы с ума сошли? — взвился Джеймс — Спокойно, мой мальчик, спокойно. Август мой давний друг и спец по Рунам, он выполнит свою работу тихо и качественно. Да и к тому же, в Отделе Тайн им постоянно стирают память, вы будете вне опасности. Невыразимец появился бесшумно, огромный след от ожога на его лице дрогнул от ухмылки. — В чем заключается моя работа, Дамболдор, вы сказали, что дело срочное. — Все верно, мой дорогой — нервно улыбнулся старик — Видишь ли у моих друзей произошла небольшая неприятность. У их дочери слишком рано произошел выброс Магии, сам понимаешь, в столь юном возрасте это может быть опасно не только для неё, но и для всей семьи. Я очень прошу тебя применить весь свой талант, чтобы заблокировать силы этой девочки для лучших времён. — Для лучших, это навсегда, профессор? — Август напряженно вгляделся в лицо ребенка. Взгляд малышки был таким невинным, что Пожиратель засомневался в правдивости пророчества, но его Лорд ждал ответа и как можно скорее. *** (1 августа 1980 год. Мракс-менор) Северус Снейп появился у Мракс-менора бесшумно, он нёс своему Лорду нерадостные вести. Привычно пройдя путь до Зелёной гостиной, он замер, мысленно прося Мерлина, чтобы его хозяин был в хорошем расположении духа. Двери распахнулись сами, являя зельевару Тома, сидящего во главе стола. Регулус Блэк тёмной тенью замер за его спиной. Отношения этих двоих вполне можно было назвать братскими. Видя в совсем ещё юном мальчике огромный потенциал, будущий Лорд лично обучал его. Такое взаимодействие дало свои плоды, скоро Регулус стал одним из лучших боевых магов среди Пожирателей. А вступив в права наследника Рода, приобрёл и его редкостный дар — некромантию, становясь одним из ценнейших последователей Тома. Верность и важность Блэка не знала границ, на памяти Снейпа, лишь один человек мог быть более значимым для Господина, но об этом профессору не хотелось вспоминать. — Какие вести ты принёс мне, Северус? — голос Лорда был обманчиво мягок. Последний крестраж, казалось, окончательно отобрал у него остатки вменяемости. Это видели все, только боялись признать, вновь и вновь чувствуя на себе неконтролируемое безумие Господина. — Дамблдор получил пророчество, мой Лорд, оно касается вас. — жëсткое вторжение в свой разум Снейп выдержал стоически, он позволил Тому беспрепятственно просматривать все, что он захочет. — Так значит мальчишка, новорожденный ребенок, который меня уничтожит — прошипел Лорд — Уверен, что Орден Феникса рьяно схватится за эту идею. Вот только тебя не беспокоит возможная смерть твоего Господина, Северус, гораздо больше тебя волнует девчонка. Похвально, но ты считаешь, что она может мне помочь?Мне, величайшему тёмному волшебнику! — голос Тома сорвался на крик — Мой Лорд, я действительно больше беспокоюсь за младшую Поттер, также, как и Орден Феникса. Мне известно, что отец не хочет принимать её в Род, чтобы оградить от новой силы, и ещё… — Довольно, это пустые слова, Северус, я хочу знать, почему лишь сообщение об этой девчонке вызвало в тебе такой всплеск эмоций? Не хочешь показать мне ещё что-то? И Снейп сдался, открывая самое драгоценное из своих воспоминаний. Воспоминание, в котором он получил письмо от Лили. Письмо, в котором она умоляла защитить дочь, их дочь. Рождение близнецов от разных людей, было редкостью, но видимо 31 числа мир сошёлся клином. Между Джеймсом и Лили не было тех чувств, что были между Северусом и ней. Но, как выяснилось, они дали результат. Ребенок, угроза всему магическому миру, был плодом их любви. Даже осознавая всю опасность, Лили пыталась сделать хоть что-то, чтобы защитить его. Северус не винил её понимая, что цена за победу, к которой она так стремилась, могла быть слишком высока. Последнее, что его волновало — судьба Ордена, Поттера и его мальчишки. Главным было одно — защитить любимую женщину и свою дочь. — Так вот в чем причина — задумчиво проговорил Том, Северусу показалось, что он слышит голос того человека, за которым пошел много лет назад, будто безумие спало, даже если на короткий миг. — Тогда я поздравляю тебя с рождением дочери, Снейп. Осталось только решить, что делать с её непутевым братцем. *** Спустя неделю Август Руквуд представлял Лорду отчет о положении дел в Министерстве. Последняя же новость заинтересовала Тома куда больше, чем сведения о работе в Отделе Тайн. — Так Дамболдор просит тебя «позаботится» о младшей Поттер? Что он подразумевает под этим? — Насколько мне известно, мой Лорд, у девочки произошел первый магический выброс, закончившийся не очень хорошо. Дамболдор хочет, чтобы бы я провёл ритуал по закрытию её силы на неопределённый срок. — Он боится — задумчиво пробормотал Том — Интересно, очень интересно. Видимо девчонка и правда сильнее, чем я думал, раз самый Светлый маг так озадачен. Вот что, Август, сделай, как он просит, только будь осторожен. Тебе, как Мастеру Рун, известно, что это опасное занятие. — на губах Лорда мелькнула усмешка Руквуд понимающе кивнул — Конечно, как пожелаете, милорд, я буду предельно осторожен. Очень постараюсь, НИЧЕГО не напутать. *** (31 августа 1980 год. Годриковая Впадина) Невыразимец молча готовился к работе. Август прекрасно понял намёк Лорда, следовало немного напутать с ритуалом, чтобы сила девочки не была полностью закрыта. Дело осложнялось присутствием Дамболдора, если недалеких Поттеров и Люпина можно было обвести, то со стариком будут проблемы. — Вы готовы, друг мой? — Директор внимательно посмотрел в ледяные глаза невыразимца. — Да, профессор, попрошу всех отойти подальше, возможны некоторые осечки. Руквуд склонился над детской колыбелькой, осторожно чертя на детской коже руны. Ариэль наблюдала за незнакомцем с превеликим вниманием, что-то знакомое, теплое чувствовал ребенок от этого тёмного мага. Это ощущение шло от левой руки невыразимца, и Ариэль потянулась к краям чёрной мантии. Август отдернул руку, когда понял, к чему проявляет такой интерес малышка. Чёрная метка жгла кожу, и Руквуд проявлял необыкновенное самообладание, стараясь сдержать эмоции. Метка была под огромным количеством защитных чар, но ребенок Поттеров будто бы не заметил их. Последняя руна была нанесена, и невыразимец принялся негромко шептать заклинание. С каждым словом девочка всë больше морщилась и всхлипывала. Окна задрожали, за спинами собравшихся лопались вазы и склянки, в комнате становилось трудно дышать. Руквуд чувствовал, как воздуху становится сложно поступать в лёгкие. Пальчики девочки, наконец, достигли метки, и голова невыразимца буквально взорвалась тысячими осколков. Последнее, что увидел Август прежде, чем потерять сознание, алые глаза ребенка. А потом его поглотила тьма. Остальные пришли в себя лишь спустя несколько минут, Дамблдор покачал головой, ребенка было сложно достать. — Что мы будем делать, профессор? — пробормотал Поттер — Пока ничего, мой мальчик, пока ничего… Вам стоит быть настороже, я подумаю, что можно сделать. *** (31 октября 1981 год. Мракс-Менор) Ублюдок Петтигрю сдал своих друзей, глазом не моргнув. Лорд усмехнулся, время пришло. Он искал их год, и вот обитель Поттеров была найдена. Регулус физически ощущал триумф, исходящий от его Лорда. Наследник Рода Блэков молчаливо подготавливал артефакты к дальнему пути. Решение Лорда было однозначным, мальчишка должен умереть. Возможно, Регулус и хотел бы отговорить его, но скачки ярости у Тома достигли своего пика. Теперь за каждое неверное слово можно было поплатиться жизнью. Грохот открываемой двери, вывел Блэка из раздумий. Северус Снейп рухнул на колени перед Лордом. — Мой господин, прошу — тихо прошептал Северус — не трогайте Лили и мою дочь, молю вас… — Твоя дочь мне ещё нужна, возможно она и правда настолько важна, что в предсказании её назвали наследницей Смерти, но вот Лили… Боюсь тут все будет зависеть от неё, Северус. Я отправлюсь сейчас же, приведите ко мне этого ублюдка Петтигрю. *** (31 октября 1981. Годриковая Впадина) Три тени бесшумно двигались по улицам Годриковой впадины. Том буквально слышал недовольные мысли Регулуса, одно лишь присутствие Питера вызывало в его правой руке неконтролируемую ярость. Он его понимал, предательство Лорд не прощал, и мысли о том, как бы расправиться с перебежчиком уже давно поселились в его голове. Дом, больше не скрытый тайной Хранителя, меньше всего представлял укреплённую крепость надежды Светлой стороны. Дверь открывается от лёгкого касания. Джеймс Поттер, застывший в проходе, судорожно ищет палочку в карманах штанов. — Лили, это ОН! Бери Гарри и беги! — Уйди с дороги Поттер, мне нужен только твой сын, будь благоразумным — шипит Реддл, вскидывая палочку Разумеется, Джеймс не слушает, он кидается на Лорда, лишь отголоском сознания слыша смертельное заклятие. Последнее, что он видит, бледного, как смерть Петтигрю, безмолвно наблюдающего за смертью друга. Рыжеволосая ведьма судорожно закрывает колыбель. Её взгляд то и дело натыкается на вторую, но ребенок в ней не несёт угрозу Тёмному Властелину. Девочка с интересом смотрит на мать, она не чувствует опасности. Когда Лорд появляется в проёме двери, он мешкает, натыкаясь на горящие изумрудные глаза с отблесками алого. — Тебе стоит уйти с дороги, твой муж меня не слушал, может ты услышишь. Тебе есть к кому идти, у тебя будет дочь и любимый человек, Лили. Сделай правильный выбор. Женщина судорожно мотает головой — Нет, только не Гарри, прошу! Он ребенок, просто ребенок, мы исчезнем, он никогда не узнаёт о пророчестве, не встанет против тебя! — А твоя дочь? Как вы все легко отказались от неё, она ведь тоже просто ребенок. Почему Северус, ни разу не видевший её, готов умолять меня сохранить ей жизнь, но не ты? Лили не знает, что ответить, а Тому не нужен её ответ. Почему то он слишком хорошо понимает малышку, зная по себе, что такое страх, появляющийся стоит только вспомнить об его источнике. Лорд подходит к колыбели. Девочка неловко встает и тянет к нему ручку, к собственному удивлению, он позволяет ей коснуться своей щеки. Короткий разряд вынуждает его отшатнуться, пророчество не лжет. Ребенок перед ним обладал равной с ним силой, столь родной и знакомой, что у Тома защемило сердце. Он слишком хорошо помнил, с кем у него была такая же связь. Дезориентированный он пропускает момент, когда в комнату просачивается Питер. Он успевает увидеть ужас на лице Лили, услышать писклявое «Я сделаю это для вас, милорд», а потом комнату разорвал женский крик, всë утонуло в зелёном свете. Неконтролируемая ярость отбрасывает Петтигрю на лестницу, он подлетает к колыбели. Вспышка смертельного заклятия, и он тонет во мгле, смотря в изумрудные глаза младшей Поттер. *** Регулус плохо помнил, что произошло. По молчаливого приказу Тома, он остаётся снаружи, пряча их заклинаниями. Он не успевает понять, когда исчез Питер, но крик наверху приводит его в себя. Блэк взлетает по лестнице, спотыкаясь о Петтигрю, видя, как его Лорд исчезает в спышке собственного заклятия. Предатель с воплями скатывается по лестнице и исчезает, обратившись в крысу. Регулус остаётся один на один с двумя годовалыми близнецами. Оба громко плачут, только Блэку кажется, что причины у них разные. И маленькая змейка-шрам на шее у девочки явное тому подтверждение. Он подхватывает ребенка на руки, судорожно произносит заклинание и аппарирует в Малфой-менор. *** Чета Малфой с дрожью вспоминает тот час, когда в их гостиной появился младший Блэк с ребенком на руках. Ужас, застывший в серых глазах, не шёл ни в какое сравнение с новостями, которые он принёс. Вопреки всеобщей паники, Регулус нашел в себе силы вновь стать хладнокровной тенью Лорда. Люциус получил точный список действий, как и что говорить, когда к ним нагрянут авроры. Магические послания с тем же содержанием уже разлетались к другим Пожирателям. Последнее, что осталось сделать — решить, как быть с ребенком. Северус, появившийся меньше, чем через четверть часа, с трудом сдерживал рыдания. Весть о смерти Лили буквально уничтожила его изнутри, если бы не девочка, спящая на его руках, он бы бросился на поиски Питера уже сейчас. Спейп понимал, что сам он не сможет укрыть дочь, Дамблдор слишком хорошо знал и его, и Лили. Старый маг наверняка был в курсе его отцовства. Исчезнуть с младенцем на руках он не мог, но знал того, кто точно сможет. Идея провести принятие в Род Блэков и Принцов, вкупе с ритуалом обретения магического Крестного родилась быстро. У Люциуса уже все было готово. Гоблин, поверенный Блэков, уточнял последние инструкции, которые точно гласили: никто, исключая отца, крестного или самой наследницы обоих Родов, не сможет ни получить какой-либо информации, ни доступ к счетам, ни данные о местоположении юной леди Принц-Блэк. На пергаменте, подписанным Регулусом и Северусом, значилось: Леди Алексия Кассиопея* Альтаира** Принц-Блэк, Наследница Принц, Наследница Блэк. Уже через несколько минут после завершения ритуалов, Регулус аппарировал, держа на руках будущую надежду на возражение своего Лорда. (* -Кассиопе́я — созвездие Северного полушария неба. ** — Альтаи́р— самая яркая звезда в созвездии Орла и 12-я по яркости звезда на небе.)