Солнечный вальс

      Хлопнула входная дверь и звучно пропищал замок. Это означало, что закончились занятия и Феликс вернулся в общагу. Ли Феликс был первокурсником в институте искусств, в котором выбрал направление хореографии. Он с малых лет занимался бальными танцами и выигрывал различные соревнования, а потому после шуточного предложения лучшего друга — по совместительству теперь и соседа по комнате — поступить на хореографа, Феликс тут же отнёс документы. Его друг, Хан Джисон, для себя выбрал профессию музыкального продюсера и тоже подался в этот злополучный институт на какую-то непонятную специальность. Никто из них не знал, что даст это образование, но зато им было известно, что здесь они могли продолжать заниматься любимыми делами без осуждения.              На телефон, выброшенный на кровать, пришло уведомление, отчего тот бесяче задрожал. Потом ещё раз и ещё, пока Феликс не поднял его и не взглянул на переписку. Соседушка:       Ликс       Лииикс       ЛИКС       ТЫ ЗДЕСЬ Ликси:       Чего? Соседушка:       Ко мне кароче Чонинка из параллели подходил       К нему старшики подходили       Минхо и ещё кто-то       Они ему сказали, что набирают группу       Танцевальную       И попросили его порекомендовать кого-то из перваков       Поэтому он написал мне       А я тебе       Мы с тобой тоже теперь в этой команде!       Ты ведь пойдёшь???       Я очень хочу туда Ликси:       О давай!       Погодь       А чё за танцы то хоть Соседушка:       Всмысле? Ликси:       Ну вальс там или чё Соседушка:       А       Ну       Современка вроде, хип-хоп       Там смешано Ликси:       …       Оч смешно -_- Соседушка:       ? Ликси:       Я бальник -_- Соседушка:       Какая разница, бальник или нет       Ты же круто танцуешь       И не только вальс -_- Ликси:       Но и самбу, да?) Соседушка:       Да не разбираюсь я в этих твоих мамбах Ликси:       Ага       :)       Не ну ты реально позвал бальника на хипхоп? Соседушка:       Ну лииикс!!! Ликси:       Ну правда       Звучит даже смешно Соседушка:       Ты нужен нам       Нас сейчас набралось семеро       Не считая тебя       А с тобой будет восемь       Красивое число ведь Ликси:       Почему это? Соседушка:       Ну восемь, как в танцевальном счёте. Ликси:       А       Ну       В вальсе три счёта :) Соседушка:       Феликс блин       В самбе зато восемь счётов! Ликси:       Ты загуглил сейчас что ли Соседушка:       -_-       Естесна       Ну так что????        Ликси:       Ладно ладно       Я попробую, окей?        Соседушка:       Люблю тебя       <3<3              Внезапное предложение не столько сбило с толку, сколько с ног и положило на лопатки. Феликс всю свою жизнь занимался бальными танцами и сменить их на что-то так кардинально отличающееся звучало странно и сложно. Это как перейти от западноевропейской кухни на азиатскую, что ему и пришлось сделать после переезда с семьёй из Австралии в Корею в средней школе. Но даже так, в Австралии он хотя бы интересовался азиатскими блюдами, потому привыкнуть было легче, а хип-хоп… Он не питал к нему отвращения, просто никогда не увлекался подобным и не пробовал. Для танцора развитие — это хорошо, значит и этот этап в жизни должен быть неплохим.              На следующий день их пригласили в танцевальный зал, в один из таких, в которых занимался Феликс на парах. Просторный кабинет, стены которого полностью завешаны зеркалами, перед ними — балетные станки и ничего больше. А, нет, в углу расположился стул, на который облокотили маты. Видимо, помимо простых танцев планируются какие-то трюки, но об этом ещё никто не предупреждал.              На тот момент внутри уже ждал известный ранее Минхо — он был сонбэ для Феликса, потому что тоже учился на хореографа, но, в отличии от младшего, специализировался не на бальных, а на современных танцах. Однажды он помог Феликсу и Джисону не заблудиться в коридорах университета, после чего у последнего образовалась проблема в виде симпатии к кошкоподобному хёну. Тут и стало понятно большое желание Хана попасть в эту команду.              Рядом с Ли старшим разминался Чан. Он, как и Чанбин с Ханом, решил связать свою жизнь с написанием музыки, но, несмотря на это, не стал закапывать свои танцевальные таланты и собрать команду. Это была общая идея третьекурсников — Минхо и Чана.              Чанбин и Хёнджин подоспели как раз и подошли сзади ребят, чуть пугая их своим появлением.              — Всем привет, мы пришли!              Они второкурсники. Хёнджин занимался живописью и о танцах до поступления в институт даже не задумывался. После зачисления на первый курс он успел побывать в самых различных студиях, переняв от каждой из них что-то своё. После чего Хёнджин стал заниматься сам, выступая с различными номерами на студенческих мероприятиях, где его и заметили старшие. Чанбина же Чан знал ещё с первого курса, потому что почти сразу после поступления взял над ним шефство. Спустя год они уже неплохо знали друг друга, а потому и доверяли.              Чонин и Сынмин, пришедшие с Феликсом и Ханом, тоже были первокурсниками, но, в отличии от друзей, занимались пением, то есть были вокалистами. Каким образом Чан вышел на Чонина — неизвестно. Все думают, что тот услышал его голос и решил предложить сотрудничество. Иначе нельзя было объяснить постоянное нахождение этих двоих вместе.              Остальных — Сынмина, Феликса и Джисона — Чонин пригласил сам. С Сынмином они были одногруппниками, а Джисона случайно встретил в одном из коридоров, танцующим какой-то завирусившийся в интернете танец. Тот позвал Феликса. Вот так всех восьмерых, как котят, подобрали с улицы, приютили, осталось вымыть, причесать и можно в свет выходить.              Протолкнувшись глубже в зал и пропустив вперёд Хёнджина и Чанбина, младшие выстроились в линейку. Мысленно будучи ещё школьниками, они чувствовали себя неловко от нахождения рядом со «взрослыми дядями», а потому молча стояли, глядя им в глаза.              — Итак, вроде все собрались, — перевёл внимание на вошедших Чан. — Давайте знакомиться.              Он махнул на Чанбина со словами «и так знакомы», почти похоже кивнул на Чонина, но по ощущениям нежнее, чем до этого. Подошёл к Хёнджину и первокурсникам, стараясь запомнить их лица и имена. Настала очередь и Феликса:              — А ты кто? — радостным тоном говорил Чан.       — Меня зовут Феликс и я из Австралии, — Ёнбок, что пришёл сегодня в белой оверсайз футболке, от чего выглядел достаточно миниатюрно, знатно удивил парней своим низким и глубоким голосом.       — Ого, — выдал ошеломлённый Чан. Широко распахнутые глаза оглядели присутствующих, чтобы удостовериться, точно ли он не единственный это слышал.       — Вот это голосище, — Хёнджин заворожённо стал аплодировать в знак признательности. Кто-то из перваков — а потом и все остальные — поддержал его.              Феликса это не на шутку смутило. Он взглянул на Хана, который вместе со всеми отбивал себе ладони. Мордочка на его лице всеми силами пыталась показать удивление, но предательская улыбка всё портила.              — Это реально твой голос? — вопрошал Чан, на что Феликс после короткого смешка своим обыденным тоном выдал:       — Вообще да, автотюн с собой не таскаю, — он пошарился по карманам, а стоящего рядом Джисона словно ветром сдуло — он корчился от смеха под ногами блондина. Казалось, что сейчас его рассмешит что угодно.              Они приступили к работе. Началась разминка и старшие как можно лучше хотели задать ритма, подключив динамичную музыку в колонки, а Феликс уже пытался понять, что ему стоит ждать от такого темпа.              С учителями ему всё-таки повезло: Минхо объяснял не только движения, но и необходимое положение тела, рук, ног. Короче говоря, разговаривали они на общем никому не понятном хореографическом языке. И это вправду помогало, но легче физически от этого не становилось.              Но если задуматься: собрать толпу танцующих парней просто так — достаточно странное дело. Что? Зачем? Для чего? Как они вообще все согласились? Но у этого мероприятия была своя цель — ежегодный летний фестиваль. Фестиваль подразумевал соревнования в различных номинациях — танцы, вокал, театр и парочку ещё. Очень крупное мероприятие для студенчества. Именно на него и метили ребята, наспех собравшие команду. Никто не обещает, что будет легко, но к этому мы уже привыкли.              Когда объявили перерыв, Феликс буквально свалился на пол, опираясь руками за спиной. Трудно было отдышаться, но даже так он пытался прокрутить в голове движения и хорошенько их запомнить.              — Будешь? — Хан подошёл к нему с бутылкой воды.       — Давай, — Ликс заметил ещё одну приближающуюся фигуру.       — Хей, привет, — Хёнджин помахал рукой. — Феликс, правильно?       — Ага, — Джисон косился на подошедшего, который проигнорировал его.       — Круто танцуешь, ты ведь раньше хип-хопом не занимался? — Хан всё ещё думал, как влезть в разговор, ведь к его братану откровенно подкатывали. Тем временем задыхавшийся Феликс кивнул ему, соглашаясь. — Чем занимался, если не секрет?       — Бальными танцами, — от его голоса всё ещё шли мурашки по коже, особенно из-за хрипоты подсохшего горла.       — О, круто, никогда не сталкивался с ними. Это же вальс, да? — Хёнджин посмотрел на Хана, почувствовав, как его глаза прожигают в нём дыру.       — Да, вальс, в котором три счёта, — насмешливо перевёл взгляд на Феликса Джисон.              Когда до блондина дошло, он рассмеялся.              — Ну не совсем, — Феликс выпрямил сначала ноги, а потом встал остальным туловищем. От усталости словно не осталось и следа. — На самом деле, можно считать:       раз-два-три,       раз-два-три,       раз-два-три, — Феликс прошагал воображаемый круг под счёт. — Но также можно и: раз-два-три,       два-два-три,             три-два-три,                   четыре-два-три,                         пять-два-три,                               шесть-два-три,                                     семь-два-три,                                           восемь-два-три,       — Феликс накрутил уже два круга и, чтобы не наскучивать собеседнику, старался считать быстрее, тем самым гипнотизируя Хёнджина.       — Серьёзно? А чего ты тогда… — взбунтовался Хан, но заметил, что глаза Феликса пристально смотрели за Хваном. Хёнджин почти сразу приглянулся ему, когда влетел в зал с опозданием, размахивая копной тёмных волос. У него были очень красивые черты лица и даже Джисон с этим согласился.              Зрачки Хёнджина бегали по полу, стараясь успеть за быстрыми ногами Феликса. Он и не заметил, как попался в капкан очарования блондина. Ходила легенда, что каждый, встретивший Феликса хоть раз, попадает в сеть его веснушек и бархатистого голоса, оказывается околдован его добротой и широкой улыбкой. Даже местному красавчику Хёнджину не удалось устоять перед ярким очарованием блондина.              Он поднял взгляд на солнечную улыбку и выдал мысль, что пришла первым ответом на вопрос «Как узнать его поближе?»:              — Можешь научить вальсу?       — Вальсу? — глаза метнулись прямо на лицо Хёнджина, выискивая шутливую ухмылку. — Хочешь вальсу научиться?              Хёнджин смело кивнул, стараясь сдержать неловкий румянец. Хан уже втихаря сбежал от них, прилипнув к старшим.              — Тогда… — Феликс пробежался взглядом по телу Хвана, остановившись на лице. — Повторяй шаги за мной.       Ведущий начинает с шага вперёд правой ногой, — он прокатывает на пятке кроссовок и с хлопком ступает на пол. — Теперь левой ногой шаг вперёд и разворот на сто восемьдесят, — Феликс наблюдал неуверенные шаги Хёнджина, что из-за спины пытался подглядеть позициями. — И подставить правую ногу, — сначала цокнул ножкой Феликс, а потом, глухим ударом о дерево, и Хёнджин. —       Следующее движение начинается с левой ноги назад, — он вытянул ногу и смотрел как шагает Хван. После этого почти на месте поставил правую ногу развернувшись и догнал её левой. — Когда идёшь назад, делай шаг помельче, потому что… — но у Феликса не нашлось для этого ни слов, ни объяснений. — Давай покажу.              Он подошёл — почти подбежал — к Хёнджину и, схватив его руки, встал в стойку.              — Начни с шага вперёд, — Феликс взял на себя ведомую партию и сделал короткий шаг назад. — А теперь развернись, — Ли ставил свою правую ногу совсем близко к левой, чтобы Хёнджину было комфортнее его обойти, — и… Вуаля, — Феликс поднял свою голову, переводя взгляд на Хёнджина, что во всё время танца безуспешно пытался смотреть только на ноги. В его растерянном взгляде читалось серьёзное желание вслушаться в слова «учителя» и полное непонимание сказанного. — Ты ведь понял, что я имел в виду? Теперь ты.              Феликс начал идти правой ногой на Хёнджина, когда тот неуверенно отходил назад. После разворота Феликс перевёл сияющие глаза с ног на лицо брюнета.              — Вот и отлично, — похвалил он. — А потом… — но их перебил Минхо, извещавший о конце перерыва.       

      ***

      — Последний закрывает кабинет и сдаёт ключ, — скомандовал Чан.       — Хан-а, можешь не надолго остаться? У меня связка не получается, — Феликс обтирал лицо бумажными салфетками, которые завалялись в рюкзаке.       — Ликс, прости, я не могу, — жалобно смотрел Джисон. — Мы с Минхо хотели в кино сходить, — брови виновато нахмурились. — Но, обещаю, как только приду в комнату, сделаю всё, что захочешь, — в дверях он уже заметил ждавшего Минхо и потому направился к выходу.       — Ну да, ну да, — Феликс включил телефон, чтобы на рабочем экране увидеть довольно позднее время. — Смотря во сколько ты вернёшься сегодня.              Огорчившись таким раскладом дел, Ёнбок всё равно решил остаться и отработать движения. Тут на помощь к нему подоспел Хёнджин. В дверях его ждал Чанбин, но он уже догадывался, что не дождётся.              — Ты ещё останешься? — поинтересовался Хван.       — А? Да, хочу кое-что повторить, — Феликс, старавшийся скрыть любопытство в своём взгляде, перевёл глаза на зеркало.       — Вот здесь… — Хёнджин сделал достаточно резкое замечание, желая помочь. — Руки по-другому немного.       — А вот так? — Феликс старался не отставать.       

      ***

      Их небольшая тренировка затянулась и теперь уже было неизвестно, кто вернётся в общежитие позже — Хан или Феликс.              В какой-то момент они оба стали больше шутить и их общение смягчилось, в отличие от сегодняшнего утра.              — Я до сих пор тобой поражаюсь, у тебя так круто, получается, а ты этим раньше даже не занимался, — Хёнджин присел у стены, допивая бутылку воды.       — А сам-то, — Феликс сел напротив в позе лотоса, — ты танцами всего год занимаешься! Знаешь, как завидно твоему мастерству?       — Скажешь ещё, — фальшивое стеснение сказанных слов смешалось со смущением и Хёнджин отвернулся, манерно махнув рукой. — Я вот думаю бальные танцы начать учить… Будешь моим учителем?              Феликс проморгался пару раз, прищурился на парня напротив, скорчил довольную моську и согласился.              — Интересное предложение, — сказал он. — Тебе понравился вальс? — Феликс уже не сдерживал довольной улыбки.       — Можно и так сказать, — из глаз Хёнджина искорками сыпался флирт.       — Хочешь повторить? — на внезапное предложение Феликс получил незамедлительное согласие.              Он встал на ноги, протянув ладонь перед собой              — Дай мне руку, — Феликс взял ладонь встававшего Хёнджина в свою и вытянул в сторону. — Вторую положи мне на плечо. Я буду вести, — свою правую руку он расположил на талии парня. И хотя учителя вечно твердили, что рука должна быть почти на уровне лопаток, сегодня он решил немного пошалить. В воздухе повисла приятно сковывающая атмосфера, забирающая воздух из лёгких. — Ты ведь помнишь шаги? — подняв взгляд на брюнета, Феликс уловил уверенный кивок с ехидной ухмылкой. — Следи за мной.              И Феликс начал считать. Первый шаг, что он сделал навстречу Хёнджина был длинным настолько, что партнёру пришлось почти убегать от стремительной туфли.              Феликс обещал снизить профессионализм и танцевать лишь в своё удовольствие, но то, чем он занимался на протяжении многих лет уже впилось ему под кожу и от того он приседал, наклонялся из стороны в сторону словно скользил по паркету. И Хёнджин повторял за ним насколько мог, следил за его движениями, растворяясь под твёрдой рукой на своей талии. Она крепко сжимала его, но не до боли, и направляла, разворачивала его так, что даже при самом неудачном шаге им удавалось оставаться в строю.              Музыки не было, но в ушах, словно убаюкивающая мелодия, отдавался бархатистый голос. Он отсчитывал такт, иногда затихая от нехватки воздуха.              Через пару мгновений Хёнджин осмелел. Его шаг стал твёрже, он опережал Феликса, что чуть замедлился. Он уже не считал, он тяжело дышал, удивлёнными глазами изучая Хёнджина. Они двигались под общий такт и, казалось, его подсказывало сердце.              — Куда ты так полетел? — рассмеялся Феликс, замечая ускорившийся темп.       — А что, нельзя? — ухмыльнулся Хёнджин, сокращая расстояние между ними.              Феликс, уловив игривый блеск в глазах напротив, хмыкнул. Резко развернув парня в своих руках, он сделал выпад в сторону, роняя Хёнджина перед собой.              — Ритм нужно соблюдать, танцор, — ехидно произнёс Феликс, нависая над партнёром.              От неожиданного действия Хёнджин повис, растерянным взглядом рассматривая веснушки на лице перед собой. Он почувствовал, что не один прячет в своей голове различные мыслишки. Но только хотел что-то съязвить, как его приподняли, возвращая на ноги.              — Хах, ну как тебе? — Феликс отпустил руку Хёнджина, когда тот вставал. Но стоило Хвану развернуться спиной, как он тут же свалился на блондина всем своим весом. — Э, ты чего? — ошарашенно воскликнул Феликс, ловя его за подмышки.       — Мне та-а-ак понравилось, что аж ноги подкосились, — его голос звучал вальяжно, немного с издёвкой.       — Ащ, придурок, слезь с меня! — вопил блондин.       — Феликс, ты тако-о-ой сильный! — Хёнджин поднял взгляд, смотря на лицо, выражающее страдания.       — Я тебя сейчас на пол скину! — Феликс пятился назад из-за большого веса, придерживая парня, всё продолжавшего смеяться.              Вдруг Хёнджин перестал чувствовать руки Феликса и через мгновение ощутил мягкое, но всё же резкое приземление. Его кинули — да прямо кинули — на мат, который остался после тренировок.              — Ах, Феликс, как ты мог бросить меня, — ноющим жалобным голосом проговорил Хёнджин, сотворяя гримасу разочарования на своём лице.       — Ты тяжёлый! Не надо было на меня ложиться! — Феликс свесил руки от усталости, мысленно подмечая, как мило сейчас выглядит Хёнджин.       — Ты такой милашка, — внезапно мечтательно произнёс Хван. — Пойдёшь со мной на свидание, милашка? — он схватился за штанину парня и начал теребить её в своих руках.              Брови Феликса многозначительно приподнялись, а после задумчиво нахмурились.              — Ты только поэтому решил вальс учить? — он кинул хитрый взгляд, незаметно переводя тему.       — Нет, я просто хотел с тобой потанцевать, — Хёнджин рассмеялся, продолжая сидеть на мате. — О свидании я и мечтать не мог. Разве могу я дотянуться до небес?       — Чего? — рассмеялся Феликс, подошедший к раскиданным вещам. — При чём тут небеса?       — Я думал ангелы живут на небесах. Это не так? — Хёнджин отказывался отпускать парня, потому пошёл за ним и его вещами.       — А, о боже! — Феликс смутился от осознания и натянул кепку на самое лицо, продолжая держать её руками. Но не долго он так скрывался. Только он заслышал смех Хёнджина, как ему в голову пришёл гениальный — по его мнению — ответ. — Ангелы живут не на небесах, дурень. А в общежитии института искусств, — после этих слов Феликс открыл себе обзор и стал ловить недогоняющий взгляд собеседника, которое позже разразилось смехом с ещё большей силой.       — Да ну?! — продолжал подыгрывать Хёнджин. — А ты знаешь адрес? Поделись.       — Сам же там живёшь, умник, — с не сползающей улыбкой Феликс протягивал сумку остолбеневшему парню.       — Стой, ты меня сейчас ангелом назвал? — удивился он и полез за обнимашками. — Ты тако-ой милый, — протянул Хёнджин.              Сначала Феликс отшагнул в сторону и сделал попытку сбежать, но почти сразу остановился, ловя объятия.              — А ты такой неустойчивый, — вновь ощутив тяжесть тела, отвечал парень.       — Хе-хе, я таю в твоих руках, — без доли стеснения лепетал танцор.       — Хватит говорить такие смущающие вещи! — воскликнул блондин, не в силах даже взглянуть на игривого собеседника.       — Хватит быть таким красивым! — эта беседа с каждой секундой всё сильнее раззадоривала Хёнджина. — Ну так что? Ты, я и милое кафешко в паре кварталов отсюда?       — Ну нет, это слишком легко, — Феликс задумался. — А что, если одно небольшое условие от меня?       — Валяй, — не задумываясь бросил Хёнджин, рассматривая веснушки на лице.       — Пойдём на свидание, после победы на фестивале. Как тебе? — Хёнджин явно не ожидал такой подставы.       — Так фестиваль же ещё не скоро! — воскликнул разочарованный Хёнджин.              Но в ответ Феликс только пожал плечами.              — Две недели всего. Пройдут незаметно, — добавил Ли, отчего тяжесть на руках будто стала ещё тяжелей.              Хёнджин прищурился, но отвёл взгляд.              — Ладно, если ты так хочешь, — он начал вставать на собственные ноги, закинув сумку на плечо. — Видимо придётся выиграть, — и на лице вновь засияла улыбка.              Переживавший из-за реакции парня, Феликс выдохнул, раз его предложение приняли положительно, значит всё хорошо. Он ведь вовсе не хотел обидеть новоиспечённого Ромео. Ему необходимо было время для обдумывания предложения. А теперь времени было предостаточно. Возможно, он даже и перестарался, но ничего, лишним не будет.       

***

      В день самого фестиваля все были напряжены. Чан, что был на этом мероприятии не впервые, специально приехал пораньше и занял лучшие места на выделенной им территории. Даже получилось отвоевать целую комнату — больше похожую на каморку — для всех восьмерых. Это настоящее золото, когда готовиться нужно прямо на месте.              Остальные по приезде стали сразу раскладывать свои вещи. Кто-то принялся отпаривать костюм, самый шустрый подкинул ему свой, этому примеру последовали и некоторые остальные.              Феликс пришёл с немаленьким рюкзаком и пакетом с костюмом. Хёнджин, расположившийся рядом, сильно удивился.              — О вау, что это за махина? — его взгляд все ещё был прикован к сумке, но и незастенчиво наблюдал за крохотными ладошками Феликса.       — «Дамская сумочка», — гордо произнёс он в ответ.       — «Дамская сумочка»? — переспросил Хёнджин. — А она не должна быть маленькой?       — Маленькие сумочки для свиданий. В них вмещается тушь, помада и хер с маслом. А вот это, — указывает на рюкзак, — нормальная «дамская сумочка», где есть всё самое необходимое, — Феликс похлопал её по бокам. — Меня сестра научила.       — Это сильно, — Хёнджин выкладывал свои вещи на стол, когда Феликс начал наносить макияж.              Хёнджин не планировал заморачиваться с нанесением тона, как Феликс, и лишь немного подкрасил глаза.              — Нормально? — Феликс повернул голову в сторону, выискивая совета у друга.       — Да, хорошо, — отвечал Хван, но задержал взгляд на бледных щёчках. Что-то не давало ему покоя.       — Что-то не так? — Феликс повернулся к зеркалу, выискивая изъяны.       — Я никогда не видел тебя без веснушек, — грустно проговорил он. — Они у тебя такие красивые, может не надо их замазывать? — Хёнджин сщурил глаза и уставился на друга.              Феликс вновь посмотрел в зеркало и даже задумался. А что такого красивого в этих веснушках? Почему каждый говорит ему о них? Если так нравится, пусть рисуют их себе. Сам Феликс давно решил, что они для него не имеют никакого веса. Но почему люди продолжают тыкать ими в нос?              — Какая разница, есть они или нет? — он всегда по-доброму отвечал людям, но со временем и ему это стало надоедать.       — Не знаю, ты просто другой какой-то без них, — Хван продолжал наблюдать за сомнениями Феликса. — Будто это не ты совсем.              Они не так давно знакомы, чтобы знать «настоящих» друг друга. Но Хёнджин продолжал говорить о Феликсе, будто уже давно с ним знаком. Или же просто очень внимательно следил за ним на тренировках?              — Хочешь сказать, что ты знаешь какой «я»? — от таких размышлений на лице засверкала хитрая и довольно смелая улыбка.       — О, ну конечно, нет, — уловив игривую нотку, Хенджин скорчил довольную моську, заигрывающе выгнув одну бровь. — Но смело могу сказать, что «настоящий» ты — это парень с веснушками, который похож на солнце, когда улыбается.              Сказать, что внутри пролетели бабочки — не сказать ничего. Феликс побагровел от смущения. А ведь это скорее всего слышали и остальные, отчего Ли и вовсе застыл в одном положении.              — Ты мне нравишься, я уже говорил это? — Хёнджин смотрел на него предельно внимательно и, когда их взгляды встретились, Феликс отвернулся.       — Вот ты без тормозов, — от этих слов Хёнджин рассмеялся. — Сказал же, погуляем только после победы.       — Эй, не просто погуляем, это будет свидание! — это были последние слова Хёнджина, после которых Чан стал выгонять всех в коридор на разминку.       — Если вы закончили с подготовкой, выходите на разогрев, не тяните время, — скомандовал лидер.              Для заметки: Феликс вышел из каморки почти самый последний. Но на его лице не было никакого средства, что могло перекрыть его «изюминку». Джисон даже удивился, увидев друга в другом амплуа.              — А ты чего, не накрасился ещё? — спросил он.       — Накрасился я, — возмутился Феликс. — Просто тоналку дома забыл, вот и без неё сегодня, — конечно, Хан почуял что-то недоброе, когда случайно зацепил довольный оценивающий взгляд художника, направленный в их сторону. Но доказательств было мало, чтобы что-то предъявлять.       — Тебе идёт, — добавил он перед тем, как полностью погрузиться в разминку.       

      ***

      На сцене выстроились абсолютно все коллективы, и все они ждали результатов сегодняшнего соревнования.              Феликса заметно потряхивало от волнения. И, казалось бы, на сцене он с малолетства и проходил через это не раз, но руки нервно елозили по бокам. Он сомкнул их в замок, начиная теребить пальцы.              Любопытные глаза Хёнджина юркнули на парня перед собой, чьи крохотные ладони дрожали. Он заламывал их в разные стороны, пытаясь стряхнуть волнение.              Хёнджин предпринял смелую попытку и положил одну свою руку на ладони Феликса, взглянув тому в глаза.              Блондин тут же обернулся, встречая утешительный взгляд Хёнджина.              — Всё хорошо, мы отлично постарались, — невозможно было поверить, что в шумной толпе такого массового конкурса, можно было разобрать хотя бы одно слово. Но Феликс чётко услышал и понял слова друга.              Хёнджин положил и вторую руку на его замочек, обнимая сзади. Подбородок он приподнял, приземляя его на светлой макушке. Покачиваясь, он растворял волнение Феликса в воздухе, оставляя лишь приятное желание победы.       

      ***

      — Ликс, тебя ждать? — Джисон уже закинул рюкзак на спину.       — А я… — Феликс обернулся на серьёзного Хёнджина и свой рюкзак, — …иди без меня, я ещё вещи собираю.       — Окей, поторопитесь, а то скоро гонять начнут, — Хан закрыл за собой дверь.              Дождавшись, пока за дверью стихнут разговоры, Феликс подошёл к Хёнджину, который не торопясь складывал одежду в сумку.              — Хёнджин? — обратился парень к нему. Брюнет медленно повернулся, но выглядел мрачнее тучи. — Ты чего такой грустный? — подбадривающая улыбка сама засверкала на лице Феликса.              Хёнджин дулся, но улыбка от взгляда на веснушчатое солнце поплыла сквозь пухлые щёки. Он прикусил их изнутри, стараясь сохранить лицо.              Феликс подошёл ближе, ожидая ответа, которого так и не услышал.              — Хёнджин, ну ты чего, мы ведь третье место заняли! Это ведь круто и… — за секунду в его ясной голове родился ответ. — А… Так ты из-за свидания расстроился?              От смущения щёки залились аппетитным румянцем, а улыбку уже сдержать было сложнее, поэтому, отведя глаза в сторону, Хёнджин закусил губы.              — Ты такой ребёнок! — воскликнул Феликс, заливаясь смехом.              Хёнджин хотел что-то возразить на это. У него явно был очень чёткий ответ на поддразнивания. Но когда горячее дыхание опалило его лицо, слова выпали из головы. Мягкие и тёплые губы блуждали на его собственных, а лицо было притянуто маленькими ладошками.              Секундное замешательство сменяется незамедлительным ответом. И вот уже его собственные руки ложатся на талию Феликса, притягивая его ближе в объятия. От чудесного запаха духов, можно было сойти с ума. И неважно, что сейчас они оба были совсем уставшие и потные от соревнований.              Хёнджин склонился к Феликсу покусывая его нижнюю губу, на что тот улыбнулся сквозь поцелуй.              — Ты меня сейчас съешь, — Феликс смеялся, пытаясь заглушить смущение, от своего же действия.       — Это именно то, что я сейчас хочу, — Хёнджин прижал его ближе к себе и нагнулся к уху.              Мелкая дрожь пробежала по коже. Бабочки крылышками щекотали изнутри стенки живота и чувство взаимности приятно жгло щёки.              — Но уговор есть уговор, — Феликс смял в ладошках щёки Хёнджина. — Раз мы проиграли, значит свидания не будет. — Хван нахмурился, словно вот-вот расплачется. — Но мы могли бы посмотреть какой-нибудь фильм у меня в комнате. Как ты смотришь на это?       — Я не против, — улыбнулся Хёнджин. — Чур я выгоняю Хана.              Феликс на такое заявление только рассмеялся, чуть ударяя шлепком в грудь.       

      ***

      Джисон вышел из здания Дворца культуры, в котором проходил конкурсный день фестиваля. Там уже стояли все остальные и, завидев Хана, стали махать ему, торопя.              — Феликс и Хёнджин там ещё собираются, — он подошёл к остальным и Минхо закинул свою руку ему на плечи.       — Да ладно, пошли, голубки сами разберутся.       — Чего? — Джисон удивился.       — Да они скорее всего вдвоём куда-нибудь сейчас пойдут, им не до нас будет, — Минхо второй рукой приобнял его за плечо. — Может и мы куда-нибудь сходим?       — Хей, я думал, что мы пойдём вместе праздновать наше третье место, — возразил Чан, что стоял поодаль от остальных.       — Вот как победим, так и будем праздновать, а пока — я забираю Хани с собой, — Минхо потянул Джисона в сторону. Младший только помахал остальным на прощание.       — А вы как? — обратился Крис к остальным.       — Если ты купишь нам мясо, я готов остаться, — радостно заявил Чанбин, стоявший до этого ближе всего к ушедшим двоим.       — Не, ты пойдёшь со мной, — Сынмин потащил старшего за ворот. — Мне такое тебе надо показать.       — Что за? — запаниковал он, неизвестно от чего больше: от внезапного изменения планов или оборвавшегося ужина.       — Я тебе потом объясню, — вокалист отпустил ворот куртки и пригладил его. — Просто иди за мной.              На площади перед зданием остались только Чонин и Чан, которые отправились в ближайшее кафе. Возможно, Чонин запланировал это заранее, но это не так важно. Эта история ведь не про них.