Ты дурак...

—Что такое? — устало и отстраненно спросила девушка. —Следуй за мной, Ситлали, — спокойно ответил юноша. —Ч-чего!? Да что он себе позволяет? Но всё же я решилась встать и, собрав свои вещи подбежала к парню, что уже ждал меня у выхода из класса. День ещё не кончался, однако солнце пересекло зенит и стремилось вниз, прямо к горизонту, которого не было видно из-за высоких зданий где то в далеке. Пятясь по бесконечно длинным коридорам школы я совершенно бездумно двигалась за парнем, пересекая поворот за поворотом, лестницу за лестницей, дверь за дверью. Эти походы кажутся безумно долгими, и так же безумно одинокими. Несмотря на компанию своего спутника, всё ровно чувствую это разъедающее изнутри гнилое чувство. Но я не хочу обременять его своими жалкими проблемами, я смогу справится с одиночеством, это лишь мой изъян. Самообман – это мой способ справится с этим изъяном, пытаюсь сказать себе, что я люблю одиночество, я привыкла к этому состоянию, привыкла чувствовать апатию и желание уйти из жизни как можно скорее. Но я не могу… Не хочу что бы он грустил после моей смерти, не хочу видеть как ему становится больно. Взор поднялся с пола и медленно перебрался на спину парня. Он шёл тихо, уверенно и стройно. Со спины казалось что он уходил дальше, чем есть на самом деле, это пугало меня больше всего. Я боюсь потерять его, не хочу, что бы он куда то уходил, не хочу… Но я не в праве решать, что он должен делать, а что нет. Он ведь человек, а не моя личная собачка, которую можно дрессировать и заставлять ходить по пятам… эти бури мыслей заставляют мою голову всё больше кипеть и убивают всё настроение, уже не хочется ничего, просто ничего. Почему именно я должна проходить через это всё? Чем же я заслужила такое мучение? Как же искупить грехи, о которых я сама никогда в жизни не слыхала..? Розововолосая девушка даже не заметила, как они с парнем покинули территорию школы, шум стука обуви по плитке сменился мягким шорохом по песку и асфальту. Двигаясь за юношей её мысли становились всё чернее, как бездна отчаяния, в которую так боялась провалится Ситлали. Желая избавиться от этого всего она подбежала к спутнику, который шёл чуть дальше в паре метров и схватила за руку, думая так его остановить. И действительно же, он и в правду остановился смотря на неё с недоумением и молча задавал вопрос: «Что она делает?» Их пальцы случайным образом переплелись, этот узел заворожил девушку, от чего ей казалось, что её сердце участилось в сердцебиении и готово было выпрыгнуть в любую секунду. Но как бы не было оно сильно, ещё сильнее оказалось чувство стыда, которое она ощущала глядя на недоумевающее лицо парня. Она отдёрнула свою нежную и бледную руку, прижав её к своей груди, и тихим шёпотом промолвила себе под нос: «Прости, пожалуйста…» Однако, придя а себя, темноволосый юноша сам взял её за ту самую руку, желая помочь ей, видя её обеспокоенное лицо. Как бы она не хотела и не старалась, парень почти всегда понимает то, что её точно что-то тревожит. Он не хочет навязываться потому не спрашивает, но видя Ситлали такой, он просто не может игнорировать это. Он лишь слегка улыбнулся, давая ей немного надежды на то, что всё будет хорошо. Девушка удивилась такому поступки с его стороны, но возражений не имела, только лёгкий румянец прокатился по её лицу. Отводя свой взгляд она решила всё же спросить о том, куда её ведут… — С-слушай, Кинич, — пытаясь начать разговор, сказала розововолосая. —Да? — лаконично ответил юноша. —Я конечно согласилась пойти с тобой, но ответь пожалуйста, куда ты всё-таки меня ведёшь? Торговый центр, парк развлечений, да даже простые пекарни находятся в другой стороне. Неужели ты хочешь снова завести нас куда то, где мы можем потеряться и выберемся только к глубокой ночи. Если это так то… —Мы идём к тебе домой, — перебив девушку ответил Кинич и продолжил, —тем более, тебе тогда понравилось, разве я не прав? —Это так, но… Стоп! Куда? Эй, кто тебе вообще разрешал идти туда, я тебя не приглашала! —Да, не приглашала, но это моя личная инициатива. —Н-ну и ладно, делай что хочешь. —Что, даже прогонять не станешь? — слегка удивлённо переспросил юноша. —Не стану… Да и как я прогоню если ты всё ровно зайдёшь. Боже, такое ощущение что у тебя своего дома нету, а он, между прочим, всего в паре метров от моего… —Мне просто уютнее с тобой. —Ч-что? Ну, хорошо… — ответила девушка, после засмущавшаяся от его прямолинейности. Неловко окончив этот диалог, они продолжали идти, хоть девушка и звучала раздражённо, она была рада компании Кинича, хоть и не понимала почему он вообще решил сегодня зайти к ней. Впутаясь ей в голову, парень очистил её мысли об одиночестве и заполнили лишь непониманием его действий. Она не понимала его мотив, не понимала, что на уме у этого, на вид отстранённого и спокойного парня. Однако она знала одно, за этим лицом прячется энергичный, готовый к приключениям взрослый ребёнок, который временами может вести себя совершенно не так, как обычный старшеклассник. Много чего манило девушку в нём. Его пушистые как барашек волосы, его глаза, напоминающие лес, даже его крепкие, но в то же время тонкие руки. Ей нравилось то, что он выше её, однако он не слишком высокий. Идеальный рост для того что бы снизу разглядывать его лицо. Ей хотелось больше времени для того что бы проводить его с ним, он единственный, кто хоть как то общается с ней, за что она его не раз благодарила. Даже если он и говорил, что это всего лишь пустяки. Этот жест внимания засел глубоко в её сердце, от чего на душе становится теплее. Думая об этом, девушка вспоминает, как они вместе проводили время в средней школе, и то, как они узнали о том что сдают экзамены в одну старшую. Это лишь одно из многих радостных воспоминаний девушки о нем. Да, каждый раз она злилась или бесилась с тех или иных фактов, но это недовольство лишь защитный механизм, в глубине своей души она действительно была рада этим моментам в своём прошлом. Каждый раз она краснела, стоило только вспомнить о Киниче, он был к ней искренне добр, не смотря на такое отношение к нему. Ситлали лишь задавалась вопросом: «Как он может терпеть такую истеричку и крикунью как я?» Он никогда её не терпел, ведь ему и самому нравилось проводить время с ней. Лишь навязчивые мысли портят ей кругозор и пытаются выставить за действительное то, чего совершено не существует. Идя рядом с ним под руку, я чувствую это… Это радость, она всегда посещает меня на единое с ним. Лишь крепче сжимая его руку, я чувствую тепло его ладоней, слышу ритмичный звук биения сердца. Ощущаю его спокойное дыхание и вижу маленькую улыбку на его каменном лице. Это так забавляет, я рада, что единственная, кто видеть его таким, рада, что могу быть с ним откровенная, рада, что он не бросает меня, не смотря на всё что я ему говорю. Кинич, ты действительно удивительный человек, лечишь меня одним своим присутствием. Лишь такие моменты на единое с тобой отвлекают меня от рутины. Я не могу тебе рассказать о том, что чувствую, не могу пожаловаться, но пожалуйста, оставайся со мной до того момента, пока я полностью не справлюсь со своими проблемами… Я обещаю, что изменюсь, я смогу это сделать ради тебя, главное будь рядом… О боже, о чем же я думаю, так смущает, моё лицо просто горит… а если он увидит? Как же стыдно… Главное не смотри на меня, не смотри! Смущающие мысли так поглотили девушку, что она и не заметила, как сильно сжала руку своего сопровождающего. Он смотрел прямо на её лицо, от чего она вспыхнула красной краской и наклонив голову вниз спрятала своё миленькое личико в своём тёплом пиджаке. От такой картины темноволосый не смог сдержать своего смеха, чем ещё больше смутил Ситлали. Посмотрев на его счастливое и заливающиеся смехом лицо она лишь надулась и стукнула его по плечу с криком: «Не смейся, дурак!» Но всё сработало ровным счётом наоборот, от чего она ещё больше разнылась и стала колотить его плечо ещё сильнее. Оба успокоились через пару минут, и, скрестив пальцы на руках продолжили идти, парень с улыбкой на лице, а девушка с румянцем на лице и надутыми щеками. Она перестала дуться чуть позже, и её лицо озарила лёгкая улыбка, что не могла не привлечь внимание парня. Он легко вздохнул, когда видел что ей стало чуть лучше, и, умиляясь с её маленького и милого лица, он тихо сказал: «Тебе очень идёт улыбка.» Он произнёс это почти бесшумно, по этому юная леди даже не расслышала. Это и к лучшему, так она будет улыбаться дольше. А это значит что он может куда длительнее наблюдать за ней… Всю дальнейшую дорогу они молчали, эту тишину разбавлял редкий топот людей, проходящих мимо. Помимо людей нарушал тишину шелест листьев на прохладном ветерке изредка встречавшихся деревьев. Эта атмосфера напомнила об окончании весны и скором начале лета. Не за горами и летние каникулы, которые, скорее всего, она проведёт дома или на прогулках с Киничем. Она старалась не забивать голову мыслями о подготовке к контрольным, хотя это неотъемлемая часть, на первый взгляд, беззаботной школьной жизни. Ситлали часто сидит ночами и готовится, она постоянно старается превзойти ожидания окружающих, и её неумолимое упорство достойно уважения. Но что поражает куда больше, так это то, что человек, с которым она идёт под руку, очень редко готовится к таким мероприятиям, но всё равно умудряется не отставать от девушки, получая хорошие оценки. Что не редко бесит её, хотя она всё ровно его поздравляет с хорошими результатами. Они подошли к высокому зданию, хотя оно и не такое высокое, как, к примеру, в центре города, в котором они живут, однако достаточно, чтобы из окон на верхних этажах наблюдать за жизнью обычных людей. Дойдя до лифта, они поднялись на этаж, где находилась квартира девушки. Тут то Ситлали и занервничала, она понимала, как будет смеяться её гость, как только увидит беспорядок, в её голове так и звучит фраза: «Живёшь одна, а как убираться забыла?» Одного воспоминания об этой фразе хватило, чтобы вывести девушку из себя. Вздохнув, она достала ключи и отворила дверь. Войдя в квартиру, она почти ничего не увидела и чуть не споткнулась об дверной косяк. Повезло что Кинич успел подхватить её в этот момент. Поставив леди на ноги он обнаружил, что в её доме ни звука. Был слышен каждый скрип пола и почти ничего не видно. Вот оно - место, где девушка проводит большую часть своего досуга. Квартира, в которую давно не попадал солнечный свет, ведь шторы постоянно закрыты. Пахнет сыростью и веет холодом. Кондиционер не менял температуру ещё с прошлого лета - это понял парень почти сразу же, ведь находился тут не впервые. Обратив внимание на пол, он обнаружил домашние вещи девушки, которые были разбросаны по всему его периметру. Мятые пиджаки и футболки, юбки и грязные шорты – это всё только за последние две недели… От этого места веяло духом одиночества и грусти. В таких условиях почти не удивительно, что Ситлали выглядит такой опечаленной. Парень смотрел на это, и почти каждую минуту поглядывал на девушку, которой определённо стыдно и печально, что он это видит. Она готова расплакаться от стыда. Кинич лишь молча потрепал её по голове и, закрыв за собой дверь, включил свет в прихожей. Юноша молча снял с себя обувь и, как ни в чём не бывало, начал собирать одежду на полу. Девушка удивилась поступку, не желая отставать, она вытерла наступающие слезы, собрала маленькие частички воли в кулак и решилась ему помогать. Они быстро закончили с уборкой одежды. Это заняло немного больше времени, чем планировалось, однако всё было готово. Распахнув шторы, комнату озарил свет солнца, уходившего в закат. Той же судьбы удостоились и остальные части женской квартиры. Единственное место, что оставалось не убранным, это её комната. Но для начала они сделали перерыв. Подростки вышли на балкон. Он был просторным, но его не застекляли, там находилась большая часть цветов, крупную часть из которых составляли лилии и лаванды. Эти цветы точно обозначают её внутреннее состояние, и молча предупреждают о том, что скрыто глубоко в девичьей душе. По середине стоял стеклянный столик, на котором лежали ручки с тетрадями, видимо здесь подруга парня и делала в последнее время домашнее задание. За столиком находилось широкое кресло, на котором они помещались вместе. На противоположной стороне висел плед, в который можно укутаться зимой и сидя на балконе выпивать горячий шоколад и утренний кофе, наблюдая за выпадением первого снега. Именно в этом месте они решили передохнуть за кружечкой зелёного чая. Кинич пошёл на кухню, оставив девушку наедине со своими мыслями. Это всё так странно… Он тут, рядом со мной, помогает по дому, приносит мне горячий чай, чтобы согреть мои заледенелые ладони… Будто он понимает, что творится у меня на душе. Нет. Не может такого быть. Каким бы он ни был умным, он чувствует не так сильно, чтобы понимать других. Он просто хочет радовать меня, но почему так бескорыстно? Неужели ему настолько нравится помогать безответственной мне? О боже мой, столько вопросов, и ни на один не найдётся ответа. Дал бы он мне хоть какую то подсказку. Тогда бы я поняла, что творится в его непонятной голове… —Я вернулся, — послышался голос из открытой двери, в которую незамедлительно вошёл Кинич. Ситлали, обратила на него внимание, невольно улыбнулась и пододвинулась к краю кресла, для того, чтобы они оба могли усесться. Юноша поставил на стеклянный стол чашки горячего чая и присел рядом. —Спасибо за чай, — ответила Ситлали, беря кружку в свои маленькие ручки. —Тебе стоит чаще убираться здесь. —И без тебя знаю, я просто… Просто… —Ты просто ждёшь когда я приду к тебе и помогу, ведь самой тебе лень. —Э-Эй! Вообще то это грубо! Я совсем не такая! — девушка отрицала тот факт, что ей сложно сделать уборку, хоть это и так. —Не отрицай действительного. —А вот и не действительное! — чуть злобнее ответила девушка. —Хорошо-хорошо. Как скажешь, — осторожно отступил парень, не желая выводить её. —Умеешь ты испортить атмосферу. —Не жалуйся. —Не жалуюсь я! Да и прекращай смеяться на до мной, я тебя так-то сюда впустила. Могу и выгнать, если так сильно будешь действовать мне на нервы. Если что, я могу и тебя вместе с одеждой в стиралку закинуть! —Я вас понял, мэм, молчу, — со всем своим смирением ответил парень, оставив Ситлали в неловком положении. —Не такая я старая для таких выражений. Мы вообще то ровесники если ты забыл… Они сильно разговорились, даже не заметя, как солнце почти зашло за горизонт. В это время они оба допили свой чай и, помыв за собой кружки, решили вернуться к последнему пункту в уборке квартиры девушки. Распахнув дверь, открылся вид на тесную от пыли и раскиданных вещей комнатушку. Глядя на кровать, было понятно, что девушка в последнее время плохо спала: помятая простыня, скомканное одеяло и подушка, слабо пахнущая слезами. То ли оттого, что девушку часто посещают кошмары, то ли от чувства одиночества, но ясно одно: ей не комфортно. Стол девушки выглядел не лучше. Стекло и куча косметики запылились оттого, что девушка почти не наносила в последнее время макияж. Хотя стало понятно это уже давно, Кинич часто рассматривал лицо леди, от этого и понял, что на её лице синяки становились всё больше и больше. Убрались они достаточно быстро, даже нашли пару вещей, которые считали утерянными. Даже пару совместных фотографий, от взгляда на которые, девушка мило расплывалась в тихой улыбке. Сама комната заиграла яркими красками. Теперь она казалась более просторной и милой, такая комната куда больше подходила той, кто в ней просыпается каждое утро. Кровать у угла, столик для макияжа в противоположной стороне, напротив двери большой шкаф, с кучей нарядов, которые нравились розововолосой. Коврик на полу на который присела усталая девушка… —Боже… Как же я устала от этой уборки, но сейчас тут действительно лучше! Кинич молча сел за ней на кровать и, взяв расчёску, положил голову Ситлали на свои тёмные брюки. В свою очередь, та была сильно удивлена, однако ничего против она не имела. Лишь податливо, как кошечка, ждала, когда о ней будут заботиться. —Прямо как кошка, — усмехнулся юноша на её ответную реакцию. —Ну и что? Приятно ведь, —расслабленно ответила девушка. —Твои волосы слишком растрёпаны в последнее время, пожалуйста, заботься о них лучше. —Я знаю это, но всё же… Почему ты такое говоришь? —мне нравятся твои волосы, и я не хочу, чтобы ты губила эту красоту, — невозмутимо прозвучал парень, хоть на его лице и обосновался лёгкий румянец. —Н-ну, что ж… Думаю это можно считать за комплимент, —Ситлали почувствовала гордость за свою внешность. Через время Кинич перестал её расчёсывать и решил спросить напрямую о её самочувствии. Как бы не хотела скрывать его от юноши, он видел её насквозь. —Ситлали, ты… Ты чувствуешь себя лучше? —А? О чём ты? — в недоумении переспросила девушка. —Не прикидывайся. —Я… Да. Спасибо тебе, Кинич, мне действительно легче, когда ты рядом… —Как бы ты ни пыталась скрыть, ты для меня как открытая книга. Я понимаю, что тебе одиноко, понимаю, как ты из-за этого страдаешь. Пожалуйста, полагайся на меня, я постараюсь найти выход из ситуации. Ты можешь довериться мне. Не беспокойся, я никуда не убегу, буду всегда ждать тебя и не брошу в беде. Я останусь с тобой. Кинич звучал спокойно, но в глубине его слов я ощущала беспокойство и волнение, он искренен со мной, как и всегда, но стоит ли мне принимать его руку помощи? Он просит полагаться на него, но разве могу такая, как я, принять это? Можно ли делиться своими проблемами и ныться о том, что меня бесит? Почему он говорит об этом, словно я могу бескорыстно пользоваться его добротой? Но… Это чувство такое приятное. Словно дождь посреди лета, который остужает голову, прогоняя плохие мысли далеко за пределы головы… Перебив её поток мысли, юноша опустился вниз и, приобняв, прижал Ситлали к себе. Он положил голову на маленькое холодное плечо девушки и тихо прошептал: «Можно». Будто тот, о ком она думала, действительно прочитал её мысли. На её глазах выступали слёзы, что медленно стекали по худым щекам. Она обернулась и уткнулась в грудь парня. Она лишь думала о том, какой же он замечательный, но её уста говорят совсем другое, не то, что она думает, но то, что хорошо понимает он… —Ты дурак… —Я знаю, твой дурак…