Искры любви

Ночной воздух пропитан влагой после дождя, который, кажется, был часа два назад. Где-то было слышно стрекотание сверчков, заглушающееся рычанием мотора. Тимур воодушевлённо ворочался по сторонам, разглядывая ветвистый лес и тёмно-синее небо, обсыпанное мелкими точками, что в простонародье называют звёздами, которые зеркально отражались в озере вместе с полной луной, где, если присмотреться, видны кратеры. Тихо выдохнув, Тимур перевёл взгляд на брата, что уверенно держал руль одной рукой, а другой облокотился о открытую стекольную раму машины. Младшему даже было интересно «а не кусают ли его комары?», но спокойствие Ильяса опровергало этот вопрос. — нам ещё долго? — наверное, в сотый раз за эту поездку спросил младший, поджимая под себя ноги. Пришлось даже снять кроссовки, ведь за это он уже получил лёгкий подзатыльник. — минут пять.— ответил Ильяс, мельком кинув взгляд на брата. Тимур слегка улыбнулся, а после распластался по всему сиденью, утверждая, что эта поза для него удобная, а Ильяс в комфорте ничего не понимает. Пару минут спустя они всё же остановились в местности, где деревьев было чуть меньше, а за кустами был проход к землянистому берегу озера. Если бы не фары от машины, то не было бы видно абсолютно ничего, но Ильяс и об этом позаботился, не став вынимать из машины ключи зажигания. — меня какая-та дрянь укусила! — раздался возмущёный лепет младшего, пока Ильяс разбирал вещи из багажника. Неожиданный голос заставил его подпрыгнуть и тихо выругаться себе под нос. — я тебе говорил надевать закрытую одежду, иначе тебя комары сожрут. Где тебя укусили? Укус оказался прямо в руку. Пока Тимур громко возмущался и сам с собой обсуждал то, как хорошо было бы, если комаров не было вовсе, Ильяс уже успел опрыснуть его вонючим спреем и протянуть чёрную зип-кофту с потёртыми спортивными штанами. Десять минут спустя на тёплом пледу, что покрывал стылую землю сидели два брата, а тёплый огненный свет от костра поблёскивал в радиусе нескольких сантиметрах. Он нежно светил на лица парней, отдавая им свое тепло. Без костра парням было бы намного прохладнее. Языки пламени резко летели вверх, но сразу пропадали. Это зрелище было довольно красивым и завораживающим. Спустя некоторое время просмотра танца огня, старший вспомнил, что в машине осталась сумка с некоторыми снеками, одноразовой посудой и пару напитков. — я сейчас приду, мы еду в машине забыли, последи за костром, — говорит он, вставая с пледа. Через несколько секунд силуэт старшего уже скрылся за ветвями и листьями кустарников. Тимур смотрел ему в след, позже повернул голову на место с костром. Он остался на месте, таким же теплым и полыхающим. Спустя несколько минут старший Гаязов вернулся. Он снял с плеча пакет, достал оттуда какой-то батончик, протянув его брату. Он встал и помогал Ильясу разбирать его. Окончательно опустошив сумку, они присели немного дальше от пламени, чем были, поудобнее разложили все и снова уселись на места. — так красиво здесь, — молвит младший, поднимая взгляд на звездное небо. — есть такое… Помню, в детстве, ты тогда мелким был, меня папа и дедушка сюда отвезли. Такой приятный день был, — на лице Ильяса появилась легкая улыбка, от воспоминаний, связанных с этим местом. Он запомнил те моменты навсегда. — Думал, что через лет двадцать сюда своих детей привезу, а их нет, — и ты привез меня сюда, — перебил брата Тимур, обняв его за талию. Он с ним согласился, парни посмеялись и продолжили смотреть на окружающую среду. Они бывают здесь не часто, но это всегда запоминается надолго. Этот лес, поляна, являются укромным уголком для Гаязовых. Там они могут расслабится, наслаждаясь жужжанием насекомых, журчание воды в озере, чудесным видом в даль и друг другом. — малыш, ты зефирки жарить будешь? — Голос старшего вывел Тимура из гипноза, который сотворил буквально все в этом лесу. — м? А… Да, конечно буду, — он отстранился от брата и взял упаковку Marshmallow, и шпажки. Аккуратно насадив на них несколько воздушных лакомств, поднес их к огню. Они начали плавится, потом становясь всё темнее и темнее. Старший повторил те же действия. — Ильяс, а помнишь, как я лет в восемь домой котёнка притащил? — Тимур весело усмехнулся от воспоминаний.— я до сих пор помню лицо отца… Чёрт, сгорела! — парень стянул маршмеллоу со шпашки и положил рядом с собой, а после достал новую из шуршащей пачке и поднёс с костру, после того, как лакомство оказалось на шпашке. — рыжий который? — спросил старший, но получив отрицательный кивок, задумался.— тогда не помню. Тимур картинно закатил глаза и, с тихим «ц», поднёс румяный зефир к губам и надкусил, чувствуя, как липкая масса начинает чуть жечь ротовую полость. — вроде серый в полоску, у него ещё глаз загноившийся был. Мама обработала, а потом отдала каким-то друзьям.— Гаязов улыбнулся, прикрыв глаза.— вроде его Васькой назвали, по классике. Тимур перевёл взгляд на небо, бегло оглядывая миллиарды звёзд, что распластались по всему небосводу, а вдалеке где-то до сих пор каркали вороны, разбавляя тоскливую лесную тишину. В нос забился запах хвои. — холодно что-то, — пробормотал Тимур, прижимаясь к брату. Чужие руки обвили его талию, придвигая ближе к себе. Уголки губ поползли чуть выше, от ощущения родного тепла, подпаливая кожу неуловимыми искорками любви. — оставайся так навсегда.— прошептал Ильяс, кажется, даже не ожидая, что настолько тёплые слова слетят с губ. — с удовольствием, — пролепетал Тимур, опустив густые ресницы.— люблю тебя. — и я тебя, малыш, — ответил старший, нежно поцеловав брата в макушку. От прикосновения чужих губ, младший стал улыбаться, прикрыв свои глаза. Ильяс поднес деревянную палочку со светло-коричневой от огня зефиркой и откусил небольшой кусок. Прожевав его, в рот попала и вся сладость. — малой, еще будешь что-нибудь? А то зря покупали, — он потрепал брата за волосы, заставив его немного дернуться и выпрямится. — да буду, — младший потянулся за батончиком в светло-синей упаковке. Разорвав ее, он откусил зубами немного от сладости. — а ты хочешь? — Тимур протянул брату лакомство, он же, молча надкусил его. Прожевав и проглотив то, что было во рту, Гаязовы сидели прижавшись друг к другу, смотря на деревья в дали. По темным очертаниям было видно, что там растут ели, кедры, сосны. Луны уже не было видно, небо стало светлее. Уже скоро взойдет солнце и разбудит всех, говоря: «Вставай и проживи этот день счастливо». — ты спать не хочешь? — низкий голос Тимура перебил звучание природы. Получив и согласившись с отрицательным ответом брата, они продолжили говорить друг с другом. — мы в похожий лес с ребятами ехали, классе в восьмом. Ты тогда с нами был? я не помню... — Младший ненадолго задумался. — да, да, я был с вами. Еще мы тогда на деревья лазали, соревнуясь кто быстрее. Ты еще тогда не хотел, из-за руки и просто рядом стоял — я не просто рядом стоял, я ловил тебя, если вдруг упадешь, — молвит старший с небольшим смехом и сарказмом. Эта фраза заставила Тимура улыбнуться. — спасибо тебе за все. За все, что ты для меня делал и продолжаешь делать, — он смотрел в глаза брату, говоря это. Он же, смотрел вперёд и переваривал сказанное. — если б не было тебя, — старший повернулся к Тимуру, — мне не для кого было все делать. Люблю тебя, малой. — и я тебя, старый, — Гаязовы рассмеялись, а их губы слились в нежном поцелуе. Им нравилось думать что рядом есть любимый человек, который поддерживает и любит от всего сердца.