Признание не ему?

— Поднимайся, я тебя видел, — пропел он, прежде чем поднять голову и в ожидании уставиться на зал, — Ты знаешь, что это некрасиво — приходить сюда без приглашения, так ещё и подслушивать?       Светлая макушка показалась над креслами. — Я не подслушивал, — недовольно буркнул Аарон.       Рыжик скептически поднял бровь, наблюдая, как тот отряхивается. — А зачем тогда прятался? — Не хотел отвлекать.       Хмыкнув, Натаниэль отложил гитару и поднялся, направляясь к парню. — Так? — Попросили передать тебе, чтобы… Ты освободил завтра зал, будут настраивать тут все, и… — Ясно, — он кивнул, остановившись на пару ступеней ниже. — Ты красиво поешь, даже не знал, что умеешь, — блондин слабо улыбнулся, покрываясь мурашками, стоило взглядам встретиться. — А то ты прям много про меня знаешь, — Веснински усмехнулся, подмечая, как тот задумывается, — Спасибо за доставку информации, но вынужден попросить покинуть моё пристанище, так как я репетирую, — он указал рукой в сторону выхода, — И запомни, лучше отвлечь, чем выставить себя сталкером. Давай, иди.       Миньярд кивнул, лишь на секунду разомлев перед голубыми глазами. Успел извиниться и попрощаться, прежде чем выйти за дверь.       Он не услышал многого, но песня явно была ему незнакома, оттого так заинтересовала. — Мило, — сам себе прошептал рыжик, когда остался наедине, прежде, чем вернуться на место.       Времени до официального начала репетиции было мало.

***

      Все оставшиеся дни до мероприятия Аарон был уверен, что вновь услышит, как парень поет. Не просто так же тот сидел в зале в тот день?       Но когда сидел в зале и смотрел на сцену понял, что ошибался. Веснински устроился на краю сцены под звук выключающихся ламп. Стойка с микрофоном находилась от него слишком далеко.       Впервые блондин так пристально наблюдал за университетским представлением. Ему ничего не удалось разузнать о номерах, что будут показываться, оттого в душе и было некое волнение.       К удивлению, свет даже не падал на гитариста. Неужели не он является звездой программы?       Заиграла плавная музыка, под неё и вышла «звезда». Девушка остановилась у микрофона в послушном ожидании начала, позволяя зрителям рассмотреть её. На ней было черное облегающее платье, подчеркивающее шикарную фигуру. С длинными рукавами и высоким воротом. На груди поблескивала цепочка, а запястье на ведущей руке было украшено парой дополняющих друг друга браслетов. — Они красиво смотреться, да? — шепнул однокурсник, слегка склонившись к Миньярду.       Но тот лишь кивнул, внезапно осознав, что смотрел только на рыжика.       На то, как голубые глаза устремлены на девушку, как завороженно они блестят. — Да уж, — с явным удовлетворением в голосе начал ведущий, стоило паре покинуть сцену, — Экономический факультет умеет удивлять. Давайте снова поаплодируем Элисон и Натаниэлю и их прекрасной…

***

      Шагая по коридору Аарон пытался сложить в голове произошедшее и случайно подслушанные строки, направляясь к выходу из университета. Гугл привел к мысли о том, что ту песню Веснински сочинил сам. Неужели тогда, он невольно увидел подготовку парня к признанию в чувствах? И раз Рейнольдс выступила с ним, значит всё взаимно?       Но пела она другое. Возможно то же написанное парнем. И было это о продолжительной любви… Значит, не… — Аарон!       Он обернулся на голос и замер, наблюдая, как девушка приближается к нему. — Ты куда? Еще же ничего не закончилось! — Разве?       Она закатила глаза и аккуратно коснулась его плеча. — Давай, пошли обратно, — Элисон чуть не начала проклинать его на чём стоит, ведь бежать на каблуках не было ее любимым занятием. — Там что-то важное?       Но ответа он не получил. Она взяла его под руку и просто повела обратно.       В зале на удивление было очень мало людей. Наверно, все, как и Миньярд, подумали, что конец уже был, потому и отправились по своим делам.       Засмотревшись на сцену, он даже не заметил, как спутница скрылась. Хотя так её трудно было назвать. Скорее провожатая.       Никакого объявления номера не было — рыжик просто вышел и уселся на любимое, очевидно, место — край сцены.       Но теперь у него был микрофон.       Аарон хотел бы спросить хоть у кого-то о происходящем, но рядом — ни одного человека.       Настроив микрофон, выступающий кивнул куда-то за кулисы и наконец обратил внимание на зал. — Вы меня уже видели сегодня, но всё же… Добрый вечер. Меня зовут Натаниэль. И сейчас я хочу исполнить свою песню, посвященную человеку, который уже случайно услышал пару строчек. Надеюсь тебе понравится, — он слабо улыбнулся, борясь с желанием смотреть прямо на блондина.       Кажется, он впервые так переживал на сцене. Волнение отдавалось в кончиках пальцев и оставалось надеяться, что не напутает со струнами. В ушах вместо мелодии стоял бой сердца, которое непонятно чего требовало: остановиться или продолжать.       Останавливаться было уже слишком поздно.       Блондин понял, что речь шла и идет о нём только на припеве, и подумал, что сошел с ума. После осознания голова опустела. Он старался вслушиваться в текст, но чувства разливались по телу, заставляя поддаться им. Миньярд глупо улыбнулся, прикрыв лицо руками. — Я думал сильнее уже просто невозможно влюбиться в эту катастрофу.

***

      Зал только принялся аплодировать, как вновь утих, чем заставил парня уставиться на сцену.       Веснински, не смотря никуда конкретно, прокашлялся, прежде чем заговорить.       Его голос слегка дрожал. — Зайди в гримерку, поговорим, пожалуйста, Аарон…       Он поклонился и словно со скоростью света испарился. — Повезло, что ты у нас один с таким именем, — усмехнулись сзади, но тот даже не обратил внимания, начиная спускаться.       Через сцену было намного быстрее, чем оббегать половину университета. В ушах звенело, но блондин не обращал на это внимание.       Он отодвинул ширму и неверяще уставился на парня.       Веснински сидел на столе посреди маленькой комнатушки, больше похожей на чью-то кладовку после мероприятия, и нервно вертел в руке какую-то железную игрушку-головоломку. Миньярду пришлось сделать шаг и войти в это пространство, чтобы его заметили.       Рыжик моментально поднял на него взгляд. — Извини, я не… Подумал, что ты правда придёшь, — прошептал он, спустившись на пол, но не собрался двинуться навстречу, — Поэтому… Какой-то вау речи у меня нет, и как-то я попытался всё передать через песню. Ну то есть… В общем могу только прямо сказать, что ты… Что я влюблен в тебя. Вот и все дела.       Натаниэль смотрел вниз, тихо шаркая кроссовками по полу в ожидании хоть чего-нибудь.       Аарону показалось это самым милым, что видел за всю жизнь. Подумав об этом всего секунду, он медленно подошел и заключил того в объятья. — Ты мне тоже нравишься, — шепнул он и вздрогнул.       Слева от него щёлкнула камера, заставив повернуть голову. — Очень трогательно, — кивнул Кевин, перед которым хихикая стояла Элисон, размахивая фотокарточкой в надежде ускорить процесс проявления.