Мое чёрное сердце

      Мин Юнги с какой-то маниакальностью натирал стакан полотенцем, ожидая своего особого гостя. Этим летним днем двери его кофейни были открыты, как и почти всегда на протяжении полутора лет в сердце делового Сеула. Кофейня хоть и была небольшой, но пользовалась популярностью как у местных офисных работников, так и у студентов соседнего университета. Близкое расположение к метро тоже приносило свой поток прохожих, тянущихся на аромат свежемолотого кофе и выпечки. Несмотря на то, что альфа был владельцем кофейни, он сам варил кофе для посетителей, хотя на данный момент у него в штате была ещё пара бариста и пекарей, не считая управляющего. Юнги не любил людей, но любил кофе, слишком давно этот напиток жил в его сердце. Но был у альфы и ещё один секрет, почему чаще всего именно он стоял у кофейной машины. Мин Юнги не был простым смертным, а кофейня «Чёрное сердце» являлась лишь прикрытием для его основного задания… И нет, он не был полицейским, мафиози, вором, мажором, лишенным наследства или маньяком. Он был одним из духов богини Хеч Хоч Хи, богини брака и любви. Что-то вроде купидона, если говорить проще. В прошлом, он прилично накосячил перед своим начальством, за что получил ссылку на сто лет в нижний мир и требование объединить 25 000 пар. Только после этого он может вернуться в божественную обитель к своей прежней жизни. Вообще, с самого начала альфа Мин Юнги был той ещё занозой в мире божественных сущностей. Отправили его к богине за его мирские грехи, но к удивлению многих божественных сущностей там он и остался. Невысокого роста, с волосами цвета перламутра и карими глазами, нахальной улыбкой и лисьим взглядом — непонятно почему, но этот альфа был любимчиком у богини. Но всё-таки дерзость и наглость сыграли против Юнги, он забыл, что не он в обители главный, и над ним есть высшее начальство. Неплохой послужной список сводни не спасло его от сурового гнева и ссылки. Работал он всегда в своей собственной манере и порой процесс вызывал много вопросов, хотя с работой он всегда справлялся. Вот Юнги и скитался всё это время по всей Корее в попытках выполнить задание. Иногда получалось просто и легко, иногда было совсем тяжко. Кто ж в войну думает о любви. Сейчас, кстати, было не легче. Все жили материальным, а о любви и браке вспоминали в последнюю очередь. Но альфа мог собой гордиться. Ему осталось всего несколько пар и всё — миссия окончена. Обычно пары у Юнги соединялись как-то сами собой, он не выбирал кого одаривать благодатью, а кого нет. Но было одно исключение. И имя этому исключению было Ким Тэхён. Он был работником одного из офисов, кто частенько забегал к Юнги за кофе. Милый, с квадратной улыбкой, русоволосый, абсолютно не конфликтный и всегда вежливый омега был просто самим очарованием, и альфа планировал пристроить этого милашку в руки руководителя компании за его заслуги, но что-то в этом парне смущало Юнги. Альфа почти всегда и у всех мог рассмотреть нити судьбы, и всегда когда возможно старался соединять пары согласно им. Нет, были в его практике и исключения, собственно из-за такого он уже сотню лет кукует на Земле, но всё-таки… тут была какая-то непонятная мистика. На этом чёртовом омеге его магия в принципе давала сбой. В первые несколько раз Юнги ещё грешил, что сам что-то напутал в рецептуре своего кофе и потому его «специально приготовленный кофе» не сблизил его, но когда и третья попытка пошла прахом, гордость альфы потребовала любой ценой обеспечить «долго и счастливо» этот экземпляр омежьего лагеря. Для соединения пар, альфа использовал кофе, приправленные особыми заклинаниями, и сейчас в ход для этого омеги шла самая тяжелая артиллерия. — Простите… — Да-да? — Юнги отвлёкся от мыслей о своём «VIP-клиенте» и перевёл взгляд на милую девушку, смотревшую на него. Судя по бэйджику — это студентка соседнего университета. — В этой кофейне гадают на любовь? Альфа постарался, чтобы его оскал сошёл за улыбку и закивал в знак согласия. Как он согласился на безумную идею нанятого дополнительного бариста, Юнги и сам не знал, но душить, а лучше сварить в кипятке романтика Чон Чонгука хотелось аж до зубного скрежета. Этот омега, уловив вайб влюблённости вокруг кофейни, решил привлечь клиентов и расширить бизнес босса. Ага, конечно! Он решил, а именно Юнги приходилось изображать цыганочку здесь. — Что для вас приготовить? — Пусть будет на ваш вкус. — Окей, дайте мне пару минут. Отвернувшись и тихо рыкнув под шум кофемашины, Юнги засыпал порцию бразильских зерен и стал готовить капучино. Уже заученным до автоматизма движением он прогрел керамический молочник, холодное молоко налил в пинчер не более чем на 1/3 молока, на кофеварке в режиме капучинатора дождался, когда с трубки вытечет вода и пойдёт пар и погрузил панарелло в молоко до того момента, когда шапочка поднимется до краёв. Добавив в конце капельку бананового сиропа, он отдал посетительнице заказ и произнёс, пристально глядя в глаза. — Вы всё время смотрите вдаль, мечтая о звезде. Но может пора посмотреть себе под ноги и понять, что не так уж и нужна звезда, если рядом светит милый светлячок, но только ваш? — Что? — Хорошего дня, — кивнул клиенту альфа и повернулся к следующему посетителю с надеждой, что парню в костюме и кругами, которым позавидует любая панда, гадать на кофейной гуще не надо. — Ааа, спасибо. Девушка в растерянности вышла из кафе и тут её окликнули. Парня она явно знала, так как с ним поздоровалась. А потом на её лице отразился весь спектр эмоций — от удивления до счастья, и уже ошалевшего парня студентка потащила куда-то с собой. Но парень, похоже, и особо не сопротивлялся. Руку альфы обожгло, и прямо на глазах ещё одна бусинка из браслета исчезла, а значит, он ещё на один шаг стал ближе к возвращению домой. Но новый заказ вернул альфу на грешную землю, и он приступил к работе.

*****

Ким Тэхён торопился в свою любимую кофейню. Сегодня в очередной раз ему пришлось задержаться на работе, а получить заветную чашечку кофе безумно хотелось. Но к горькому сожалению Тэхёна кофейня была закрыта, а свет внутри погашен. — Ну вот, что ж за день такой, — со слезами в голосе произнёс омега. — Флет уайт на арабике светлой обжарки. — Что? Тэхён своим глазам не поверил, когда перед ним будто из ниоткуда появился бариста «Чёрного сердца» и протянул ему стакан кофе. Тот самый недружелюбный парень готовый иногда своим острым взглядом порезать любого. Если он ничего не путает — то его звали Мин Юнги. В чёрной футболке под косухой и чёрных джинах этот бариста скорее на местного хулигана походил. — Вы медиум? — Нет, просто таких трудоголиков-идиотов надо ещё поискать. Деньги завтра занесёшь, я ребятам оставил записку. Всего хорошего. И да, тебя больше я ждать с кофе не буду. Не успел — остался без кофе, пташечка. — А вот это было грубо! — И что же было грубостью с моей стороны? — Во-первых, я не разрешал обращаться ко мне на «ты». И что это за «пташечка»?! — возмутился Тэхён. — Ты рассчитываешь на повышение, но не видишь, что твои работы ворует любовница заместителя директора, и такими темпами, тебе ничего кроме рабского труда не светит в отделе и явно не на должности начальника отдела. Причём все всё видят и знают, один ты — святая наивность. Хорошего вечера. Взяв руку омеги, Юнги вставил с неё стакан с кофе и уже хотел уйти, когда почувствовал, как за другое запястье его хватает омега. Вроде ничего особенно, но альфу прошибло током, и он в полном недоумении посмотрел на парня перед собой. — Откуда вы знаете это? — Для большинства, официанты и бариста — не люди, а пустое место и при нас можно обсудить много чего личного. Мы ж слепо-глухо-немые идиоты. Чхве До Ён любит тут покрасоваться перед своими подружками из других отделов. Ладно, я домой. Прекрасного вечера. — Значит, ты считаешь меня просто идиотом? — Научись показывать зубки и не мне, а там — в офисе, если хочешь чего-то добиться сам. Убедившись, что стакан кофе в надёжных руках, Юнги отправился в сторону парковки к своей машине. Но всю дорогу домой ему не давало покоя странное ощущение от прикосновения Тэхёна. А когда альфа дома разделся, его ждало ещё одно открытие. Вдоль всей его руки шли чёрные разводы, напоминающие всполохи молнии в грозу. Юнги такого не никогда не видел, и это его напугало. Будучи сущностью верхнего мира, альфа особо не беспокоился о такой вещи как смерть, но глядя на свою руку, что-то йокнуло в душе. Неужели Тэхён тоже не тот, за кого себя выдаёт? Остаток ночи Юнги провёл за справочниками и старинными фолиантами, но те ничего дельного не дали в ответ. Промучившись ещё какое-то время в поисках ответов на свои вопросы, альфа решил попросить совета у знающих. Юнги боялся, что это прикосновение испортит его магическую направленность, и вместо любви он будет сеять боль и ненависть. Свою работу купидоном может альфа и не особо любил, но для него за столько веков это стало важным делом, и он искренне очень, очень, очень глубоко в душе радовался счастью каждой пары. А потому отбросив гордость, Юнги отправился за помощью к тем, кто смог бы ответить на вопрос, что же с ним такое приключилось.