Пятьдесят оттенков Призрачного города

      *пип-пип-пип-пип*       – Ууумммффф…       *пип-пип-пип-пип*       – А?..       Се Лянь заворочался на постели, пытаясь разлепить сонные глаза.       *пип-пип-пип-пип*       – Да слышу я, слышу, не шуми, – отключая будильник пробурчал он.       Сев на постели, юноша медленно растёр лицо руками и, потягиваясь, сладко зевнул.       – Разве уже восьмой час? Совсем не выспался, – разговаривая сам с собой, он ещё раз взглянул на часы: – Что? Полшестого утра?!       В памяти резко всплыла вчерашняя договорённость с Ши Цинсюанем встать сегодня с утра пораньше, чтобы отправиться на пробежку. Вспомнил, как вчера он ненадолго проснулся, чтобы в полусознательном состоянии завести будильник. Хлопнув себя рукой по лбу, Се Лянь шумно вздохнул. Какие силы для пробежки? О чём он вчера думал? Несмотря на сонное состояние, после настойчивого звона будильника уснуть снова уже вряд ли получилось бы.       Ещё какое-то время сидя на постели, он всё-таки поднялся и направился в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Увидев, что на широкой белоснежной раковине лежит несколько разных по размеру махровых полотенец и набор для умывания, первокурсник удивлённо вскинул брови.       «Вот это сервис».       Выдавливая мятную пасту на щётку, он поднял заспанные глаза. И снова ахнул, поскольку над одной из очерченных ключиц красовался ярко-красный след от страстного поцелуя. Воспоминания прошлой ночи ярким фильмом пронеслись в памяти, заставляя упереться в раковину, чтобы успокоить участившееся дыхание.       «Ох, вчера ведь мы действительно были так близки… – основательно заливаясь краской вспоминал с мечтательной улыбкой Се Лянь. – Он был так чуток, но в то же время столь настойчив, что аж дух захватывало… С-саньлан… Наверное, он вчера ушёл, как только я уснул. Интересно, сейчас он ещё спит?»       Малознакомые ощущения столь сильного влечения вызывали в душе настоящую эйфорию. Смущение и радость от того, что чувства оказались взаимными не давали покоя. Неосознанно закусив нижнюю губу, в этот раз юноша всё-таки случайно обратил на это внимание. Снова глядя на себя в зеркало, приложил к ней кончики пальцев.       «Я и правда так сильно ему нравлюсь? Несмотря на то, что у нас всё случилось столь быстро, мне кажется, что Саньлан не похож на ветреного или легкомысленного человека. Тем более, что его поступки прямо-таки кричат о серьёзных намерениях своего хозяина. Мххх… Что же это со мной?.. Нужно принять душ».       Бодрящие водные процедуры помогли окончательно пробудиться и настроиться на новый день. Особенно настроение подняла внезапно появившаяся идея, каким занятием можно было сейчас заменить пробежку.       Закончив приводить себя в порядок, Се Лянь вышел из спальни. Поскольку для выхода с третьего этажа не требовалась ключ-карта, он спокойно спустился в холл второго этажа. До пар оставалось целых два часа.       Прислушавшись к обстановке, он негромко позвал:       – Саньлан? – глядя на закрытую дверь его спальни и выждав паузу, попробовал снова: – Есть кто-нибудь?       Ответом служила тишина.       «Значит, скорее всего спит».       Прошествовав на цыпочках в сторону кухни, Се Лянь с готовностью отворил дверцу холодильника.       – Ну что ж, приступим. Как говорится: «Как поработаешь – так и поешь», ну, в нашем случае: «Как поешь – так и поработаешь».       Доставая необходимые ингредиенты, первокурсник принялся за готовку. Вспомнив один из недавно прочитанных рецептов, который показался ему не слишком сложным, Се Лянь решил выбрать именно его. К счастью, на кухне оказались все необходимые продукты.       Разбив яйца о край сковородки, он отправил в неё несколько штук. Следом последовала колбаса и овощи, нарезанные неровными многоугольниками.       – Ох!       Острое лезвие соскользнуло с помидора, неглубоко рассекая кожу на пальце. Вспомнив, где лежит аптечка, Се Лянь потянулся к нужному ящику. Налепив пластырь и не теряя времени, продолжил творить.       – Чуть-чуть перчика… Щепотка соли… Ой, как... Как это остановить?! – в изумлении воскликнул юноша, отпустив кнопку на электрической солонке и заметив, что соль так и продолжает сыпаться в еду. Принявшись хаотично трясти её над сковородкой, он судорожно пытался найти другие кнопки, которые могли бы её остановить.       – Гэгэ? А что это ты здесь делаешь?       – О, Саньлан! А я… я делаю нам завтрак, – растерянно улыбнувшись забормотал он. – Только вот не могу остановить… это.       Неловко держа солонку над сковородкой, он с надеждой взглянул на Хуа Чэна, который в следующий миг подошёл ближе и чуть сильнее надавил на палец Се Ляня, лежащий поверх кнопки. Белые крупицы перестали покрывать скрэмбл плотным солёным сугробом.       – С-спасибо, – поблагодарил он. – А ты… уже давно не спишь?       Глядя на оголённого по пояс Хуа Чэна с небольшим полотенцем на плечах, Се Лянь невольно задержал свой взгляд, ощущая, как вспыхивают щёки. Мышцы его под лучами восходящего солнца влажно блестели, словно он только что вышел из душа или из спортивного зала. Нет, вряд ли когда-то можно было бы пресытиться этой завораживающей картиной. И когда он каждый раз подходил так близко, то Се Лянь мгновенно начинал терять покой, следом теряясь и в словах. Далее начинались потери в словесном покое и потери покоя слов.       – Относительно. Обычно я всегда рано встаю, – приятным низким голосом отозвался Хуа Чэн.       – Т-только не смотри, то есть, не говори, что ещё и тренируешься по утрам?       «Ааааа, Се Лянь, да ты просто Бог китайского языка!»       – Именно, – улыбнулся он в ответ, еле сдерживая умилительный смешок и проводя рукой по спине юноши. – Кстати, гэгэ, а что это ты такое нам приготовил? Я как раз проголодался.       Принявшись заинтересованно водить носом в воздухе, Хуа Чэн бросил любопытный взгляд на плиту.       – А, это скрэмбл, – быстро отозвался юноша, после чего смущённо хихикнул: – Ну, или что-то похожее на него.       – Звучит вкусно, – протянул Хуа Чэн. – Я мигом в душ и скоро буду.       – Да, конечно, мне как раз нужно немного доготовить, – согласно закивал Се Лянь.       Спустя десять минут молодые люди снова встретились на кухне. Взяв тарелки, первокурсник разложил им большую часть, отсыпав Хуа Чэну несколько больше, чем себе. Глядя на подгорелые местами ингредиенты, он произнёс:       – Саньлан, если вдруг будет невкусно, то можешь не есть, – усаживаясь за стол, с коротким смешком предупредил он. – Я тогда сделаю бутерброды. Вроде бы они получаются у меня неплохо.       – Не переживай, уверен – получилось вкусно, – успокоил его Хуа Чэн.       Бросив на него благодарный, но в то же время несколько взволнованный взгляд, они принялись за еду. Украдкой глядя на то, как молодой человек отправляет в рот первую порцию, Се Лянь замер в ожидании его реакции.       Как только блюдо оказалось во рту Хуа Чэна, на миг его лицо лишилось привычных оттенков серьёзности. Время словно остановилось, отчего и тело его застыло. Се Лянь почувствовал, как сердце ухает в пятки. Однако панике не суждено было взять верх, поскольку уже спустя секунду молодой человек довольно замычал и принялся активно уплетать подгорело-солёную массу из яиц и овощей, после чего с интересом спросил:       – Ммм, вкуснятина! А добавка будет?       «Да ладно, ему правда понравился МОЙ скрэмбл?! – искренне поразился про себя Се Лянь уже в открытую ошарашенно глядя на Хуа Чэна. – Видимо, ещё не всё потеряно… Когда расскажу Ши-сюну, что Саньлан съел целую тарелку моего блюда, то по поводу того, что готовка – это не моё, ему точно придётся взять свои слова назад».       Просияв, юноша со счастливой улыбкой ответил:       – Конечно!       В груди поселилось странное ощущение того, словно они уже не в первый раз вот так вот встречают новый день, разделяя завтрак. Так тепло и уютно.       Положив дополнительную порцию, он снова подал тарелку Хуа Чэну.       – Пожалуйста, добавка, – дождавшись, пока Се Лянь поставит её на стол, он перехватил его руку и коснулся губами белоснежной кисти, оставляя на ней несколько поцелуев. – Ох!       Внезапный порыв нежности застал юношу врасплох. Видимо, первокурсник не понял, о какой добавке шла речь. Притягивая Се Ляня ближе, Хуа Чэн поднялся со своего места, заключая его в крепкие объятия.       – Гэгэ такой заботливый, – принявшись щекотать кожу за ушком, Хуа Чэн заскользил по ней губами. Пальцы сильнее сжали кожу.       – С-Саньлан, – прерывисто выдохнул сквозь дрожащие губы Се Лянь, ощущая, как его прохладные касания вызывают сладкое томление внизу живота.       «Мхх, да что со мной происходит?! Одного взгляда на Саньлана достаточно, чтобы все мысли просто вылетели из головы. А когда он ещё и начинает вытворять такое… Ох, нужно остановиться, иначе… иначе… – плавясь под его настойчивыми ласками, внезапное осознание того, что вчера ему пришлось самому справляться с распалённым желанием, виновато кольнуло Се Ляня: – Точно, вчера всё так сложилось, что я один получил удовольствие, после чего сразу же уснул… Но сейчас у нас не слишком много времени, скоро нужно выходить на пары…»       Прижав первокурсника крепче к себе, он принялся шагать, уводя его в сторону третьего этажа. Се Лянь обнял его в ответ и тихо засмеялся:       – Саньлан… у меня же через час… начинаются занятия… Мне скоро пора выходить…       Накрывая его губы своими, Хуа Чэн будто бы нарочно не давал юноше произнести вслух возможные отговорки. Однако, когда первокурсник сказал про то, что уже пора выдвигаться в университет, отозвался:       – Кстати, сейчас как раз должен был вернуться Му Цин и привезти твою одежду.       – Мою одежду? Ах… точно, вчера-то я был в повседневном, да и всё промокло, – подумал юноша, а после с недоразумением спросил: – Стоп, а кто такой этот Му Цин, и где он взял мою одежду?       – Телохранитель. В магазине.       Резко обернувшись на раздавшийся за спиной голос, он увидел молодого человека с серьёзным выражением лица. Одет он был в строгий серый костюм, а в руке держал пару вешалок с одеждой. Роста он был примерно такого же, как и Се Лянь, но по возрасту скорее всего был ближе к Хуа Чэну.       «Точно! Это же он вчера был в парке вместе с Саньланом».       Бросив на первокурсника несколько чопорный взгляд, он с равнодушным видом аккуратно повесил вещи на спинку неподалёку стоящего дивана. Молодой человек предусмотрительно решил не сокращать дистанцию, поскольку всё это время Се Лянь оставался зажат в крепкие объятия Саньлана.       – Всё отглажено. Ещё что-то нужно? – глядя на Хуа Чэна спросил он.       – Лицо попроще сделать, – отозвался тот ему в тон, после чего добавил: – А так нет, можешь идти.       Еле заметно закатив глаза, он оставил их, спустившись на первый этаж. Видимо, не впервой натыкается на такие колкости со стороны Саньлана. Как только телохранитель исчез из поля зрения, Се Лянь принялся протестовать:       – Саньлан, я, конечно, очень благодарен тебе за щедрость и гостеприимство, которые ты проявляешь ко мне, но это уже слишком. Я не могу это принять, – твёрдо выдал он на одном дыхании: – Тем более я могу просто позвонить Ши Цинсюаню, чтобы он привёз мне что-то из моих вещей. Умхх, – принявшись растирать переносицу, он сдавленно простонал: – Ага, позвонить… Надо проверить, получится ли включить телефон.       – Я так и знал, что ты это скажешь, – спокойно отозвался Хуа Чэн, позволяя юноше выскользнуть из своих объятий: – Поэтому считай, что как твой будущий босс, я не просто купил тебе одежду, а, как и полагается приличной фирме, обеспечил своего практиканта униформой, в которой ты будешь проходить практику.       Се Лянь подошёл к чаше с рисом, в которой со вчерашнего вечера лежал его гаджет. Взяв телефон в руки, он нажал на кнопку включения и… ничего не произошло. Ещё раз и ещё раз, и ещё раз. Тщетно. Тяжело вздохнув, он в смешанных чувствах посмотрел Саньлану прямо в глаза, мысленно оценивая только что им сказанное. Сокрушённо принимая тот факт, что Хуа Чэн снова оказался прав и сумел ловко найти выход из ситуации, он вздохнул:       – Саньлан, ты настоящий мастер убеждать.       Хуа Чэн молча взглянул на телефон в его руках, после чего поднял взгляд. Обаятельная улыбка согрела плавные линии прохладных губ.       – Ладно, гэгэ, ты прав, тебе и правда пора собираться, – нехотя произнёс он. – И да, я тебя подвезу.       – Ох, может, не стоит? Я лучше сам дойду, здесь не так уж и далеко… – ощущая, что волна смущения скоро выльется за край, без остатка затопляя совесть, Се Лянь принялся так же горячо отказываться.       – Не спорь, – отрезал Хуа Чэн, уверенным, но в то же время осторожным движением закрывая его рот своими губами.

«⋆⋆⋆★⋆⋆⋆»

      *фить-фиу*       – Вы только посмотрите на этого похитителя сердец, – одобрительно оглядывая Се Ляня с ног до головы присвистнул Ши Цинсюань, как только они встретились в университетском холле. Однако вскоре голос его обрёл строгие нотки: – Лянь-эр, а если перейти сразу к делу, то я вчера жуть как переволновался за тебя! И если бы не Хуа Чэн, то однозначно словил бы инфаркт! А ещё я, видимо, зря взял пакет с твоими вещами.       – Ох, спасибо большое! – согретый дружеской заботой, просиял Се Лянь, а после попытался объясниться: – Но я же написал тебе сообщение, что ухожу на прогулку…       – Да, написал, но тебя же всю ночь не было в общежитии! – взволнованно жестикулируя, Ши Цинсюань не обращал ни капли внимания на то, что на них в недоумении начали оборачиваться и другие студенты.       – Подожди, раз ты взял пакет с моими вещами, значит, Саньлан написал тебе и сказал, что произошло?       – Хах, нет, конечно не мне, – усмехнулся друг, после чего взгляд его игриво заблуждал справа-налево: – Я был с Хэ-сюном, он написал ему и попросил передать мне.              «И когда только успел? – промелькнуло в мыслях. – Позаботился даже об этом…»       – А ещё мне кажется, что Хуа Чэн заделался твоим папиком, – с видом всезнающего Небесного владыки выдал Ши Цинсюань.       – Ч-чего?       – Лянь-эр, ты себя в зеркало-то видел? Сомневаюсь, что у тебя где-то завалялись лишние несколько тысяч юаней, чтобы прикупить эту безупречно белую водолазку, брюки и обувь.       – Это униформа для практики, – принялся оправдываться он, оглядывая себя и заливаясь краской.       – Аха-ха, да чего ты так сразу смутился? – завидев его реакцию, звонко рассмеялся Ши Цинсюань. Положив другу руку на плечо, воскликнул: – Это же здорово! Ему приятно дарить тебе подарки, а ты и не против. К чему стесняться?       Понимая, что сейчас не в том состоянии, чтобы объяснять другу свои размышления на этот счёт, Се Лянь быстро перевёл тему, предлагая отправиться на пары, которые должны были начаться с минуты на минуту. Тем более эти лекции у них должен был вести сам декан – опоздания, а тем более пропуски занятий, были под строгим запретом, если студенту, конечно, хотелось без проблем получить зачёт по его дисциплине. Согласившись с предложением однокурсника, Ши Цинсюань перестал смущать его неловкими вопросами. По крайней мере пока что. Обернувшись, он вдруг увидел одного из однокурсников и помахал ему рукой, приглашая присоединиться к ним. Лан Цяньцю приветствовал товарищей и, предавшись обсуждению материала с прошлых пар, студенты направились в аудиторию.        «– Гэгэ, поскольку ты без телефона, то знай, что вечером за тобой к главному корпусу университета подъедет мой человек, чтобы привезти сюда. Сам я, к сожалению, не смогу – нужно будет в это время решить пару вопросов. Но поскольку уже через несколько недель у вас начнётся практика, то относительно неё нам нужно заранее обсудить многие моменты», – прикусив стёрку на кончике карандаша вспоминал утренние слова Хуа Чэна Се Лянь.       «– Но как я его узнаю?       – Не переживай об этом – он сам узнает тебя».       Чувство приятного волнения захватило разум, беспощадно перетягивая на себя внимание первокурсника с изучения основ правового регулирования средств массовой информации. Как бы Се Лянь ни старался вести аккуратный конспект, следуя за словами лектора, всё-таки в какой-то момент он сбился, предаваясь горячим воспоминаниям о событиях прошлой ночи. Закрыв глаза, блаженная улыбка сама собой скользнула на его уста.       «Гэгэ, не двигайся. Иначе…» – слова, от которых внутри всё сжималось, как ненормальное, сами собой всплыли в памяти. Властные прикосновения, чуткие поцелуи…       – Юноша в белой кофте.       Рабочий гул корпящих над конспектами студентов сменился недоумевающими переглядываниями, а после – звенящей тишиной. Лишь спустя несколько секунд Се Лянь сообразил, что обращались именно к нему. Испуганно распахнув глаза, он встретился с внимательным взглядом преподавателя.       – Вы можете дать ответ на этот вопрос?       Ши Цинсюань принялся активно листать учебник.       – Никаких подсказок, – холодно пресёк его попытку спасти друга преподаватель.       Бросив на Се Ляня соболезнующий взгляд, однокурсник досадливо поджал губы. Поднимаясь со своего места, юноша сказал:       – Простите, декан Цзюнь У, я не расслышал Ваш вопрос…       Тишина стала совсем гробовой. Каждый из присутствующих в этот миг тихо радовался, что спросили не его, но в то же время сочувствовал невнимательному однокурснику, который ходил по острому лезвию первого впечатления. Надо же было так проколоться, когда пара уже почти закончилась.       Декан одарил его спокойным, проницательным взглядом. Сделав несколько шагов, он всё-таки повторил свой вопрос:       – В какой статье указаны права и обязанности журналиста?       – Права и обязанности журналиста указаны в статье № 32.       – Перечислите основные из них.       В этот миг Се Лянь впервые за очень долгое время осознал, что удача улыбнулась ему. Когда он готовился к поступлению в Цинхуа, то почти вдоль и поперёк изучил закон о средствах массовой информации. Да, безусловно он не мог запомнить весь материал, но права и обязанности как раз неплохо отложились в его памяти. Дав развёрнутый ответ на вопрос, юноша еле заметно выдохнул. Его белоснежная кожа от волнения стала ещё бледнее, создавая иллюзию, словно теперь она была сделана из фарфора.       – Хорошо, – многозначительно отозвался декан. – Ответ действительно верный.       «Фуууууууууух».       – Однако, – добавил он. «Ну куда ж без этого!». – Впредь будьте внимательнее, молодой человек. Прекрасная эрудиция или тот же талант без упорного труда не приведут к высоким результатам – запомните это.       – Хорошо… То есть, конечно, декан Цзюнь У, – ответил Се Лянь.       Опустившись на своё место, он всё-таки нашёл в своём сознании свободный ящик, в который на оставшееся время пары отложил воспоминания о прошлой ночи, плотно закрыв его на ключ. Под восхищённые комментарии друга по поводу его ответа, Се Лянь продолжил усердно конспектировать слова лектора.

«⋆⋆⋆★⋆⋆⋆»

      – Вааа, ну и денёк! – опускаясь на скамейку рядом с парковкой, выдохнул Ши Цинсюань.       – Это точно, – присаживаясь рядом, Се Лянь сделал несколько глотков воды.       – Слушай, а Хуа Чэн точно будет не против, если я поеду с тобой?       – Думаю, не будет, – мысленно взвешивая различные моменты произнёс первокурсник. – Тем более я хочу, чтобы ты знал, где в скором времени буду жить во время практики.       Выжидающе оглядевшись по сторонам, Ши Цинсюань заметил, как к ним приближается незнакомый молодой человек. Поверх смуглой кожи было надето тёмно-синее поло и почти такого же тёмного оттенка джинсы. Подойдя к студентам, он снял солнцезащитные очки и поприветствовал их:       – Добрый день. Меня зовут Фэн Синь, и я прибыл, чтобы доставить господина Се Ляня в дом господина Хуа Чэна.       От столь официального обращения, Се Лянь даже несколько растерялся. Фэн Синь производил впечатление очень тактичного и исполнительного сотрудника.       – Д-да, это я, – согласно кивнул он и указал на сидящего рядом однокурсника: – А это мой друг Ши Цинсюань. Мы поедем вместе.       – Мне не поступало указаний по поводу Вашего друга, – решительно констатировал он. – Однако, не вижу в этом проблемы.       А ещё – человека, обладающего гибким мышлением и способностями к быстрой адаптации.       – Вот и прекрасно! – довольно воскликнул Ши Цинсюань, поднимаясь со своего места. – Тогда в путь?       – В путь, – отозвался Се Лянь, после чего компания направилась в сторону неподалёку припаркованного кроссовера.       Как обычно дорога от университета до дома Саньлана не заняла много времени. Припарковав машину на территории, Фэн Синь вместе со студентами вышел на улицу. Однако, подойдя к раскрытой входной двери, остановился.       – Проходи, – обращаясь к кому-то, кто стоял внутри дома, холодно сказал он.       – Давайте вы, – послышался недовольный, но смутно знакомый голос.       Секундная пауза.       – Ладно.       – Ладно.       Столкнувшись в дверях с собеседником, послышался шум падающих коробок. Фэн Синь принялся смачно браниться:       – Да что б тебя! Говорю же – проходи, значит, надо проходить!       – А ты что, не видишь, куда прёшь, что ли?! – вторил ему возмущённый вопль.       Дойдя до дверей следом за их сопровождающим, Се Лянь увидел, как Му Цин и Фэн Синь опустились на корточки, подбирая разбросанные коробки.       – Господа, вы ничего не перепутали? Хотите вместо меня оплатить поставку товара?       Третий голос безусловно принадлежал Хуа Чэну. От интонации, с которой он это сказал, даже по спине Се Ляня пробежали мурашки, хоть и обращался он не к нему.       – Тц, – цокнул Му Цин, бросая гневный взгляд на коллегу. Закинув на руки несколько коробок, он потянулся к Фэн Синю за остальными. – Отдай.       – Ещё чего, – возмутился тот, прижимая их ближе к себе. – Чтобы ты снова всё уронил? Пойдём, помогу тебе неуклюжему.       Казалось, из ушей Му Цина сейчас пойдёт настоящий пар. Аристократично бледная кожа на щеках пошла красными пятнами. Он явно злился не на шутку, но всё-таки вышел на улицу и пошёл в сторону гаража. Фэн Синь отправился следом.       – Гэгэ, а вот и ты! – завидев в дверях юношу, голос Хуа Чэна моментально потеплел на добрую сотню градусов.       – Привет, Саньлан! – так же тепло отозвался Се Лянь, заходя внутрь, но спустя миг смутился: – Слушай, ничего, что мы приехали вместе с Ши Цинсюанем?..       Залетая следом в дом, он дружелюбно вскинул руку, демонстрируя открытую пятерню:       – Привет!       – Ничего, – без заминки отозвался он. – Хэ Сюань тоже как раз здесь.       – Правда?! Хэ-сюн тоже тут? – приятно удивился Ши Цинсюань.       – Да, наверху, – подтвердил Хуа Чэн. – Думаю, и нам нет смысла топтаться на пороге. Проходите.       Приглашая юношей следовать за ним, хозяин дома направился на третий этаж.       *пик*       Открывая дверь, они двинулись по коридору. Всё время, что они шли, друг не мог перестать восхищённо ахать и охать, любуясь диковинным интерьером и стильной отделкой. Ещё бы, ведь дом действительно выглядел роскошно как снаружи, так и изнутри.       Проходя мимо комнаты, в которой он вчера остался на ночь, Се Лянь удивился, когда увидел, что её входная дверь была открыта настежь. Заглянув внутрь, он встретил знакомую девушку, которая как-то утром после его неудачного опыта посещения студенческой вечеринки принесла одежду в спальню Хуа Чэна.       Горничная обернулась, застав Се Ляня за подглядыванием.       – З-здравствуйте! – взволнованно выдавил он.       – Здравствуйте, – мило улыбнулась она в ответ.       Поворачиваясь, он быстро вернулся обратно в коридор, чтобы проследовать дальше за Саньланом. Однако внезапно краем глаза заметил необычную деталь. Взгляд скользнул к двери напротив. Той самой, которая единственная из всех находилась в небольшом углублении стены.       «Игральные кости?»       Наклоняясь чуть ближе, только сейчас первокурсник заметил, что над дверной ручкой было выпилено изображение двух игральных кубиков. Поскольку оно не было покрыто краской, то при искусственном освещении рассмотреть его было трудно, а вот при дневном – оно само собой бросалось в глаза.       «Интересно. Надо будет спросить у Саньлана, к чему они там».       – Хэ-сюн, ну привет! – радостно поздоровался Ши Цинсюань.       Се Лянь, закончив с изучением необычного узора, быстро догнал друзей, заходя в комнату следом и прикрывая дверь.       Помещение это напоминало неформальный рабочий кабинет, в центре которого стоял длинный журнальный стол с небольшими фруктовыми корзинами, а вокруг него расположились удобные тёмно-коричневые диваны. Сидя на одном из них, Хэ Сюань перебирал аккуратно разложенные перед собой коробочки, что-то помечая в документах. У стены напротив стояла интерактивная доска и стол с ноутбуком. Рядом с молодым человеком на полу был кальян, а в воздухе витал запах дыма, приятно отдающий фруктовыми нотками.       «Прям точь-в-точь, как в том клубе», – провёл взаимосвязь Се Лянь.       – Гэгэ, даже хорошо, что твой друг оказался здесь, – начал Хуа Чэн, приглашая студентов присесть. Се Лянь опустился рядом с ним, Ши Цинсюань – с Хэ Сюанем. – Как и обещал, нам нужно будет поговорить по поводу практики. Но для начала ты должен узнать, чем же мы занимаемся.       – Мы? – с недоумением глядя на него уточнил Се Лянь.       – Да, – согласно кивнул Хуа Чэн. – Мы с Хэ Сюанем бизнес-партнёры.       – Ого, – вырвалось у Ши Цинсюаня. – А вот это уже интересно!       – Бизнес-партнёры и братья.       Воцарилась тишина, характеризующая активную загрузку систем головного мозга.       – БРАТЬЯ!? – в один голос воскликнули первокурсники, принявшись водить взглядами от одного к другому.       – Угу, – послышалась за всё время беседы первая фраза со стороны Хэ Сюаня.       – Ну что ж, с этим разобрались?       Как только Се Лянь удивлённо кивнул, Хуа Чэн достал из кармана пульт. После нажатия на одну из кнопок, послышались тихие щелчки. Одновременно друг с другом тяжёлые шторы, украшающие панорамные окна, начали задвигаться.       Последнее, что юноша успел увидеть – это взволнованно-ошарашенный взгляд друга, сидящего напротив.       «Саньлан, во что же мы попали на этот раз?..»       Шторы закрылись, погрузив комнату в непроглядную темноту. Рядом с ухом раздался знакомый низкий голос:       – Тогда начнём.