Мир без звёзд

Глава 1. Оставшись Живым.

      Весь истощавший, уставший, я сидел напротив обломков завалившие всех, кого я когда-либо знал, я сижу почти неподвижно которые сутки, совсем ничего не ев и уже почти допивая литровую бутылку воды, взрывы и стрельба уже окончились, где-то один день назад. Слезы продолжают наворачиваться, когда смотрю в сторону этой горы строй материала, из-под которой торчит лишь рука моего друга, и то, знал я его совсем не долго. Когда эти капли воды закончатся, то мне все же придется встать, и попробовать пойти искать себе пропитание, иначе я стану ещё одним трупом в этом полуразваленном доме.       Как и ожидалось мои малые остатки воды кончились уже к вечеру. Страх замораживал мое обессиленное тело, не давая мне подняться с сидячего положения. Для начала я решил проползти к рюкзаку, который был у моей матери, к моему печальному счастью, рюкзак стоял в стороне, когда всех засыпало. Но мое везение на этом и закончилось, это был лёгкий рюкзак, в котором было все самое лёгкое по мелочи, рюкзак припасов, который был у отца остался под завалами, а их мне уже никак не разобрать. Покопавшись в рюкзаке, я нашел чистую одежду, в которую переоделся сразу же, также был фонарик... Плед, повербанк, провода зарядника которые были в не распутываемом клубке, видимо из-за той скоростью, с которой мы собирались все было сложено как попало, наушники и ещё немного всякой мелочевки. В такой ситуации все это было практически бесполезно, я все достал из рюкзака, и оставил для себя то, что посчитал необходимым, взяв рюкзак в руки я подошёл и поставил его в угол в котором сидел все это время, а сам примостился рядом, собираюсь выдвигаться в путь как только наступит ночь, после той бомбежки я боюсь далеко отходить от дома.       Тот конец света, от которого мы бежали сюда... зачем все это было, ничего же не произошло, единственный ужас, который мы встретили, это человеческая безжалостность по отношению к себе подобным, все в панике начали истреблять друг друга, уверен если выйти за пределы этого здания, то я найду явно не один труп. Начинало уже темнеть, но не звезд на небе, не даже луны, всего этого не было видно, встав и отряхнувшись я поднял рюкзак с пола и накинул на плечи, а фонарик сразу же взял в правую руку, и начал наконец выдвигаться. Каждый шаг делал с сильной осторожностью, мой фонарик оказался почти разряжен и освещал только пару метров, но как и ожидалось я обнаружил трупы которые уже лежали тут не первый день, воняло жутко, а также было очень страшно, единственный свет который был, это мой фонарик, кажется все же где-то тот конец света все же наступил, и эти звёзды поглотила та тьма, наверное все же хорошо, что я не там. Думаю я прошел уже несколько километров, когда увидел внезапно появившийся свет прожектора в дали, я очень удивился, попытавшись сразу же выключить свой фонарик, но свет от прожектора начал двигаться сразу же на меня, и буквально через секунду я уже был им ослеплён и пытался закрыть свои глаза рукой и куда-нибудь деться, но почувствовав острую боль в районе шеи я упал на бок и начал постепенно терять сознание, последнее что я увидел в тот момент, были ноги подходящие ко мне. Проснулся от большого количества шума в виде криков, наконец открыв глаза я увидел, где я находился, это было что-то по типу подвальной камеры с заключёнными, было достаточно сыро и грязно, дети в ужасе бились об металлические прутья клетки, пол был в пятнах крови, и кто ещё знает в каких жидкостях. Резко гул начал стихать под чьим-то грозным криком с коридора еле освещённого какими-то старыми лампами, несколько мужчин в какой-то странной форме которой я раньше не у кого ни видел, они проходили и били по решеткам своими дубинками, проходя каждую камеру забитую подростками, как и я, они приказывали всем встать как можно плотнее к задней стенке, дальше всех нас поведали в суть дела, точнее как поведали.. просто сказали, что они будут называть фамилии, и тот чью фамилию назвали должен выйти и высунуть руку через железную решетку, и тот, кто обманет, лишится своих рук. Первые две фамилии, судя по всему, никто не отзывался, все, наверное, боялись и не понимали, чего от этого ожидать. Но вот, называют третью фамилию, и именно с моей камеры выглядывает мальчик, к нему подошёл этот дядька в форме, он схватил мальчугана за руку, тот сразу же в страхе начал пытаться вырваться, но это были лишь цветочки по сравнению с тем, что произошло дальше, к нему подошёл другой мужик, уже с раскаленным клеймом в руке, как мальчишка это увидел, кажется крику его не было предела, этот вопль вгонял всех в ужас, все и так стоящие вплотную начали сжиматься ещё сильнее по углам, как только это все закончилось у него осталось клеймо на внутренней части предплечья, оно было очень странной формы, очень похожее на какой-то герб. После того как это все произошло один из этих “офицеров” объявил, что все, кто будут с клеймом в скором времени будут свободны и избегут некой печальной участи. Как был проведен небольшой перерыв так сразу начался сущий кошмар. Была названа четвертая фамилия, и очень много кто ринулся к решетке высунув руку, будто забыв правила оглашенные совсем недавно, в итоге у двоих парней из моей камеры были отрублены руки, они кричали и метались по всей камере разбрызгивая кровь на всех рядом, этот визг с камер просто сводил меня с ума, я все больше находился в бреду заткнув свои уши и воткнувшись взглядом в пол. Резко я почувствовал небольшие толчки в правое плечо, это был парень с каштановыми очень длинными волосами, где-то до пояса, его темные глаза словно посмотрели мне в душу, и я сразу убрал свои пальцы от ушей чтоб попробовать услышать в этом хаусе что он хочет мне сказать. Он попросил стать нам командой если мы выберемся от сюда, видимо это был его отчаянный порыв чтоб хоть немного успокоиться и не чувствовать себя одним в сложившийся ситуации, я согласился с ним, всё же и вправду, быть здесь одним, это прямой путь в дом для душевно больных. Те, кто потерял свои руки потихоньку затихали и просто падали на землю без сознания, крови на полу стало явно больше. Таким образом фамилии все продолжали называть и продолжали, иногда находились смельчаки пытающиеся обмануть эту систему, но как только выяснялось, что показали свои руки больше одного человека, каким-то образом они выбирали обманщика и лишали его руки, сильные вопли становились все реже, только небольшие крики издавали те, кому ставили этот самый герб. Тут эти дяди офицеры объявили, что сейчас будут названы последние три фамилии, назвали первую фамилию “Ими”, на ней отозвался один паренек из моей камеры. Мой новоиспеченный друг все более выглядел поникшим, кажется у него уже не оставалось надежды на то, что он выберется от сюда. Я сам уже был готов сдаваться, мне было просто противно и до мурашек страшно смотреть на всё происходящее, непреодолимый холод пробирал изнутри. Единственный способ спасения, что я придумал, это рискнуть и попробовать обмануть эту систему. “Кассан” - прозвучала вторая фамилия, и тогда я сказал приятелю, что сейчас попробую выйти я, а после, на последней фамилии пусть попробует он, что это последний наш шанс выбраться от сюда и остаться скорее всего в живых. Я вскочил с места, аккуратно идя по залитому полу, выставив свою рука за пределы прутьев я очень сильно зажмурил глаза уже быв готовым лишиться своей руки, но тут ко мне подходят двое мужиков, один держит меня за руку, другой ставит резким движением клеймо, это было больно и я не смог сдержать крик, но эта боль очень быстро на самом деле прошла, и на моей руке появился такой же знак как и ещё у двоих из нашей камеры, подойдя обратно к другу я сказал, что он теперь следующий, я постарался придать ему решительности небольшой речью, и я очень надеялся, что это ему поможет. “Датс” - прозвучала последняя фамилия, мой друг встал и неуверенно подошел к решетке, в этот момент внутри у меня замерло абсолютно все, я лишь смотрел на него в ожидании чуда... оно случилось, к нему подошли двое мужчин в форме и провели эту так называемую процедуру с клеймом, на мое удивление он не закричал, возможно его страх оказался сильнее боли, которую он испытал от этого ожога. Быстро подойдя ко мне и сев рядом он протянул мне руку и сказал, “Приятно, теперь я стал Яном Датс”, у меня всплыла ухмылка и я пожал ему руку в ответ сказав, “А я отныне Генья Кассан, будем знакомы”. Так и прошло наше полноценное знакомство. Дальше всем заклейменным объявили то, что сейчас их всех будут выводить из камер, четверо нас из камеры выстроились у выхода, и ждали, когда к нам подойдут. И вот проходит колона из ребят с гербом, нам открывают решетку и ставят в конец колоны, по всей видимости наша клетка была последней перед выходом из этого пропитанного кровью и слезами тюремного коридора. Уходя, мы видели, как в клетках остались те, кому не повезло, они остались в безызвестности что с ними будет дальше, что за такая печальная участь их ждет? Никто не мог себе представить. Увидев это все я просто опустил взгляд в пол и следовал дальше по колонне.       Вывели нас из того ада в просторный холл, по обе стороны которого находились металлические двери будто от бункера, всё также было цельно как из бетона, серый вид и скудное освещение, а по прямой были стеклянные выглядящие как двери, но там за ними была кромешная тьма, будто они ведут совсем в никуда. Нас повели в лево, и выстроили снова по прямой, провернув этот вентиль и с жутким скрипом открыв этот бункерный вход оттуда выбивалось много света, но это всё, что я мог видеть почти с самого конца очереди. Нас было более или менее даже много я бы сказал, точно сосчитать я не мог стоя в самой очереди, но туда нас заводили по пять человек и потом за ними закрывалась дверь, так я и считал количество прибывающих с отметкой, но за дверью после закрытия не было слышно ничего, что очень настораживало и думаю повышало напряжение в колонне среди всех в ней стоящих. Как только человек двадцать продвинулось несколько вооруженных смотрителей ушли обратно в эту тюрьму от куда нас относительно недавно всех привели, не у кого не было само собой хоть каких-то часов, смартфона или чего-то подобного, с помощью чего можно было отсчитывать время, я пробовал провернуть это в своей голове, но не сбиться оказывалось сложной задачей, я постоянно будто терялся в мыслях при попытке подсчета и забывал на какой мнимой секунде я остановился. Тут я услышал, как меня со спины позвал мой друг:       — Эй, Генья — Шепотом окликнул меня Ян.       — Что? — Спросил я почти обернувшись. — Стой болван, ты забыл, что нам сказали не шевелиться?? —Уже на тон выше сказал мне Ян.       — Чуть не забыл, ты что-то хотел? — Сказал я немного взволнованным голосом из-за того, что чуть не сглупил.       — Что думаешь, мы сможем выбраться от сюда? — Ян уже говорил более печальным голосом.       — Давай чтобы не было за этой дверью, постараемся держаться друг друга, думаю мы вместе от сюда найдем выход — Я постарался придать уверенности Яну, и также успокаивал себя этими словами.       Резко вырываются эти самые солдаты с коридора с камерами, они вели за собой какого-то пацана, почти все обернулись в их сторону, и меня начал одолевать всё более цепенеющий страх, ведь они приближались будто в мою сторону, но резко они взяли и схватили Яна, он пытался схватиться за меня, но ему тут же вдарили по рукам, он начал кричать и звать на помощь, от этой непонятной ситуации начался сущий кошмар, и в очереди настал переполох, кто-то тоже стал пытаться бежать, и очередь из прямой линии превратилась просто в кашу. Эти самые вояки начали пальбу в потолок от чего большинство легли на пол, в том числе и я. Пока Яна тащили обратно от куда он так старался выбраться он не переставал орать и кричать о помощи, но вопль было почти не слышно под очередями в потолок, мне даже показалось, что какая-то из гильз упала прям на мою спину. Как только его увели нас всех начали подымать и по новой выстраивать, этот парень которого привели вместо Яна стоял также как он за мной. Так дальше и продолжилось продвижение в очереди, меня и ещё троих заводили последними, мы были с сорок первого по сорок третий номерами. В итоге как оказалось всех заводили в какую-то белую комнату, заходя туда я оглянулся и увидел, как выводят других ребят, и я отчетливо увидел, что первым среди них шел Ян, без руки... По самый локоть, а то, что осталось было перемотано какой-то тканью, видимо его не оставили как тех бедолаг умирать от потери крови, это давало какую-то надежду...       Комната казалась полностью пустой, и в ней стояла кромешная тишина после того, как за нами захлопнули дверь, то единственные звуки, что там были издавали именно мы. Вдруг появились небольшие секции в участках стен, которые быстро отодвинулись, секций было столько же, сколько и нас. Внутри секций заработали небольшие экраны, на который было написаны имя и фамилия по всей видимости тех, кто находился в этой комнате пародирующей психушку с комнатой тишины. Мы вошли в отсеки, соответствующие нашим именам, как только все оказались внутри, стены за нами вдруг снова внезапно захлопнулись, от меня с правой стороны был шкафчик, я открыл его, там была чистая белая одежда, такая же белая, как и всё здесь, от этого уже начинало тошнить. На экране появился новый текст “Переоденьтесь. Грязную одежду положите в шкафчик.” — уж спасибо подумал я, без вас не догадался бы. Моя белая кожа, волосы, теперь ещё и вся одежда также белая, теперь я будто с этой психушкой одно целое. На экранчике так и не появилось ничего нового, но после того, как я захлопнул шкафчик предварительно закинув туда всю свою старую пропитанную кровью одежу, стена за мной снова отодвинулась, снаружи уже стояли этот самый парень, из-за которого Яна убрали, и рыжая девчонка. Девочка была мне не очень интересна, но вот этот парень, этот козел... Он вывел меня на эмоции       — Я не знаю, что ты им там наплел, но я тебя за Яна не прощу, мудак — сказал я, еле сдерживаясь чтоб не кинуться на этого придурка.       — Ян, это тот парень, которого забрали, когда пришел я? — Он ответил на мой выпад вполне спокойно       — Да, это был именно он, и из-за тебя он теперь без руки, да и вообще теперь черт знает, что с ним сделают! — Я уже не сдержал крика       — Он соврал, я настоящий Датс, именно за вранье его и настигла такая участь. — Этот ублюдок все ещё сохранял спокойный тон, хоть сам и принял более настороженную позу       — Так какого ты ещё тогда не высунулся, когда спрашивали?? Твою мать, у него могла остаться хотя бы рука, зачем ты, тварь, дал ему эту ложную надежду?!? — Меня уже не сдерживало ничего       Вмешивается рыжая девчонка:       — Он боялся также как и все остальные, также как я, и также как ты, по крайней мере я так думаю. — Она смотрела на меня укоризненно, будто я стал врагом народа.       Я сразу затих от этой неожиданной вставки слов, это дало моему мозгу снова начать работать и вернуться в реальность из непреодолимой ярости. Но все же я сказал ему напоследок:       — Я не знаю, что нас ждет там дальше, но лучше тебе со мной больше не пересекаться, убью.       Так я излил остатки своих эмоций, как раз перед тем, как все мы обратили внимание, что в пылу ругани мы каким-то образом не заметили появившуюся будто из неоткуда дверь напротив бункерной, и такой же как в тех коморках экран над ней, с надписью “Можете входить”.       Я был ближе всех к этой магически появившейся двери, поэтому я первый подошел к ней и открыл от себя, на секунду меня снова ослепил свет, как только кратковременная слепота прошла я сразу увидел просторное помещение, оно было почти таким же полностью белым, из этого всего очень сильно выбивалось небольшое огражденное веревочной сеткой в виде заборчика место, оно было по всей видимости чем-то на подобии детской площадки, она была как с спортивными элементами, так и детским. Эта зона находилось где-то с краю большого помещения с очень высоким потолком, к которому вела лестница чуть прямее от куда мы вышли. Стоило последнему из нас выйти за порог так дверь за нами закрылась и заслонилась стеною. По стороны от нас шли коридоры, возвышающиеся как раз над этим помещением и полностью его обходящие со всех сторон. Одна сторона коридора, смотрящая как раз в сторону помещения была полностью стеклянной, а другая шла с дверьми, имеющими свои номера. В итоге, была структура похожая на квадратную низменность, в которую можно спуститься по лестнице с коридора, который её обходит, а в этой низменности помещение. Потолок в самом коридоре был, кажется, стандартной высоты, но если спускаться вниз, то его высота выходит вполне внушительной. Снизу мы заметили уже других ребят, прошедшие перед нами, они все дружно сидели вокруг какой-то женщины в белом халате. Она посмотрела на нас и окликнула, чтоб мы шли к ним. Как только мы приблизились и сели рядом со всеми остальными она начала рассказывать нам, что здесь происходит, почему, и как.       Она рассказала, что мы дети, чьи родители заплатили за наше лучшее будущее, что в этом мире апокалипсиса вечной тьмы мы просто бы не выжили, поэтому наши родители заплатили лишь бы хоть спасти своих детей, поэтому сейчас все присутствующие находятся именно здесь.       — Тогда что с теми детьми, кого так и не вызвали? — Я не удержался от вопроса по сказанной речи, кажущейся мне полной ложью.       — К сожалению некоторые подростки при попытке их спасти, забрав у родителей оказали резкое сопротивление и устроили побег, поэтому нам пришлось вылавливать всех беспризорных детей. Не прошедшие дети были отправлены обратно. — Она продолжила свою уверенную речь.       — Вы хотите сказать, судя по вашим словам, вы их просто выкинули одних в бесконечную темноту?? — Напряжение нарастало       Она окинула на меня странный взгляд, и меня тут же обратно усадил парень, с которым мы сюда пришли.       — Ты что творишь, дурень. — Он шепотом мне начал говорить, будто ругая.       — А ты разве не понимаешь, что они нам лапшу на уши вешают, я хочу понять всё происходящее с нами. — Я возмущенно ему ответил.       — Тебе жизнь дорога или докопаться дороже? Конечно, я понимаю, что все происходящее здесь не чисто. Сам я из бедной семьи, и мы еле каким-то чудом смогли добраться до этой планеты, моим родителям бы в жизни не хватило денег на подобное этому всему. Давай с начала попробуем хотя бы тут расположиться. Как тебя звать? — Парень начал говорить спокойно.       — В твоих словах достаточно разумного, ты не настолько тупой козел насколько я думал, но не думай, что я простил тебе то. Меня зовут Генья, Генья Кассан.       — Я Кейн, Кейн Датс, будем знакомы. Дальше наше внимание снова обратилось на женщину в халате. Почти все, что она дальше говорила было направленно в сторону правил того, как мы будем здесь жить. Комнаты, находящиеся в коридоре выше, являются нашими апартаментами, у каждого своя личная комната, дети одного пола могут ходить друг к другу в гости с разрешения владельца комнаты, но только если они одного пола. Жить нам предстоит здесь по расписанию, на всевозможные действия выделено только определенное время. С утра в первую очередь все обязаны явится на перекличку, потом идти на завтрак, и только потом всем дают вернуться в комнаты и заняться утренними процедурами по типу умывания, чистки зубов, медитации и остального.       На этом нас всех отпустили, я решил подняться для начала в свою комнату и попробовать обосноваться там, поднявшись по лестнице я увидел такого же офицера, каких видел раньше, но он стоял просто у начала лестницы и ничего не делал, по всей видимости один из охранников, хотя других я не видел, что показалось мне странным. Комнату я свою нашел быстро, она была буквально в паре комнат от лестницы в левой стороне. Войдя в комнату, я плюхнулся на кровать, на этом и закончился мой первый день в этой психушке.