Референс

Локи ёрзает и нетерпеливо вскидывается. За что, конечно, тут же получает легкий шлепок. — Я, кажется, я просил не шевелиться. Локи двигает бёдрами и чуть сжимается. Эн только вскидывает брови и отрывается от листа — словно представить себе не может, что такого вдруг с ним случилось. — Эн, — Локи ненавидит ныть, но он ноет. Хнычет, почти не стесняясь собственной слабости. — Это пытка. Эн не выглядит впечатлённым. — О, ну, брось. Ты знал, знаешь, на что соглашался. Эн не выглядит впечатлённым, но член Локи в руку, всё же, берёт. Обхватывает его крепко, двигает пальцами быстро, у самой головки, и возбуждение, почти перешедшее в болезненную усталость, накатывает на Локи с новой силой. Локи даже успевает несколько раз приподняться и насадиться снова. Трение добавляет к ощущению растянутости ту стимуляцию, что Локи так не хватало, и он позволяет себе шумно выдохнуть. А потом Эн выпускает его из хватки, и резко прижимает его бёдра к своим. — Умница. Похвала разливается внутри Локи отрицанием и жаром. Но Локи, конечно, этого не говорит. — И как тебе хватает терпения, — сбивчиво ворчит он вместо этого. Член Эн Дви немного подрагивает внутри его тела. — У меня, эм, отличный вид. И Эн, конечно, возвращается к рисованию. Локи принимает нужную позу без лишних напоминаний: чуть откинуться назад, лопатки свести, а ноги — раздвинуть шире. Ладони ложатся на внутреннюю сторону бедра. Но так, чтобы не задеть ни член, ни мошонку. Эн, конечно, может и рад попробовать зарисовать его за мастурбацией, но переживает, что Локи кончит слишком быстро, и «ну, знаешь, надо будет работать, с, эм, референсом ещё раз». Локи ненавидит позировать для его работ. И Локи обожает это. Локи не очень представляет, как Эн в такой позе рисует (он, конечно, скорее полусидит на подушках, но Локи, так-то, всё ещё седлает его, и сжимать мышцы вокруг его члена —один из немногих способов занять себя, когда надо не шевелиться), но его всё, очевидно, устраивает. Эн выдыхает и толкается в него всего раз. Сразу после, как просит Локи «вести себя, знаешь, смирно». — Ещё долго? Эн щурится и что-то разглядывает на его плечах. — Ещё, может, дважды тебя подразню. Если будешь, знаешь, вести себя хорошо, — острие карандаша упирается в мягкую кожу на голени. — Ты же будешь? Локи хрипит: — Да. И Эн Дви улыбается: — Славно. Ты, ты такой молодец сегодня. Я так, знаешь, горжусь твоей выдержкой. Локи тихо стонет. Локи стонет, и думает, что как только Эн закончит и отложит свой чёртов карандаш, он будет целовать, сжимать и трахать его, пока они оба не превратятся в горячее месиво из удовольствия и чувств. Как только Эн закончит.