Правильные поступки требуют жертв

Ловкие оранжевые пальцы быстренько щелкают по пульту, как и обычно, нервозно подрагивая. Тем не менее, все ещё уверенно выполняя свою работу. Не учитывая звука кнопок и еле слышимого пыхтения Тревожности, ничто более не нарушает идиллию. Никто не мешает нервозной эмоции идеально выполнять ее работу. А свою работу она, уж поверьте, выполняет идеально всегда. Исключений не бывает. Ее планы прекрасны, безошибочны. В них не бывает неверных расчетов, никогда. Тревожность продумывает всё, до мельчайших деталей. Ничего не ускользает от нее. Трудно представить себе личность сочетающую безумную неусидчивость и гиперактивность, тем не менее одновременно с тем такую внимательность и собранность. Этим Тревожность и цепляла. Своей специфичностью и отменным вниманием к деталям. Своей харизмой, в конце концов. Никакие другие эмоции не смели ее тревожить, как бы иронично это не звучало, и позволяли без каких либо помех выполнять работу. Зависть тихонько сидела на краю панели управления, переодически с интересом поглядывая, что же рыжая там щелкает. Ее взгляд, на удивление, без затруднений поспевал за пальцами коллеги. А после она вновь отворачивалась на экран. Стыд всегда старался оставаться позади и притворяться невидимым. Да уж, этот бедолага к пульту управления и на метр обычно подойти боится. А Хандра... Она в прочем, просто через чур ленива дабы интересоваться хоть чем-то кроме своего девайса и уж тем более кому-либо мешать или отвлекать. Все идеально. Все работает четко по плану нового лидера этого места, Тревожности. Но так ли конкретно этот план на самом деле идеален? Разумеется, сомнений не должно быть! Он четко выполняется, никто не мешается под ногами, прежние эмоции не протестуют. И вот, на последнем предложении и проскакивает та самая брешь в плане рыжей. Прежние эмоции. Она же буквально выкинула их. Избавилась, словно от запылившегося хлама. Очевидно, что это было радикальное решение. Тревожность и сама это осознавала с самого начала. Она не хотела браться за эту часть плана. Пыталась оттянуть ее как можно дольше. Но ей не оставили выбора. И тем не менее, было ли это так правильно? Эти мысли раз за разом врезаются в голову эмоции и, честно говоря, давят ей на совесть. Тревожность нервно постукивает пальцем по панели. Вернее, она всегда нервная. Но сейчас это движение выглядит особенно угнетённым. Она помнила их выражения лица. Помнила возмущение, непонимание и некий страх, когда отправила их куда подальше в банке. Помнила всё. А в особенности... Радость. Прежний лидер выглядела настолько оскорбленной, насколько это вообще было возможно. Но она ведь сама виновата, что не хотела слушать Тревожность! Не так ли? И тем не менее, она была так вежлива и добра с ней. Остальные эмоции, по большей мере, рыжую открыто шугались и даже не пытались это хоть сколько-то скрыть. Но Радость, о нет, она не такая. Лучик света, лучшее ее описание. Тревожность искренне восхищалась ею. Как лидером, как коллегой, как другой эмоцией. А может, это была и более глубокая степень симпатии. Она была не просто кумиром в ее глазах, а даже чем-то большим. Стоило этой мысли промелькнуть у нервозной эмоции в голове, она перестала хаотично щёлкать кнопки и дергать рычажки. Тревожность медленно подняла взгляд с панели. Осмотрелась. Остальные ее коллеги, как оказалось, давно покинули основной зал и ушли на боковую. Рыжая вздохнула. «Опять до поздна засиделась. Хах, рабочие дни сменяют друг-друга незаметно! Хах...» Мысленно пыталась она приободрить себя. Но это не помогало. Последняя мысль засела в голове, словно заноза в ране. Давила, болела, заставляла кровоточить. Тревожность вновь посмотрела на панель, а после на бесчисленные полки и дорожки, стеллажи, забитые различными шариками, различных цветов. Воспоминания. Рыжая неспеша прошлась по ним взглядом. Практически все они были нынче оранжевыми. То бишь, ее цвета. Ее идеально выполненная работа, результат. Она даже почти начала снова улыбаться своими забавными круглыми зубками, когда вдруг, улыбка резко сползла с лица. Она не ожидала увидеть ярко жёлтый шарик, где-то с краю стеллажа. Ей казалось, что она утилизировала их все до последнего. Ну, чтобы не думать о прежних эмоциях. Так ее меньше грызла совесть. Ведь для свершения планов ей нужен холодный ум и чистый разум, не так ли? И все же, руки сами потянулись к шарику счастья. Тревожность крутила его в руках, смотрела, перекручивала воспоминание по новой. Каким же оно было прекрасным. Победа команды Райли на последнем матче. Такое ясное, теплое воспоминание. Невольно, сама того не успев осознать, рыжая прижала его к себе, как можно плотнее. Она была готова держать его бесконечно. Такое прекрасное и согревающее. Но ужасное осознание подступило так же неожиданно: «Это последнее воспоминание созданное тобой. Ведь я избавилась от тебя. От той кем восхищалась и восхищаюсь. От той кто дарил нечто прекрасное не только Райли и всему коллективу, но и мне. А мне, порой, кажется, что ты дала даже больше чем можешь представить. Прости меня, Радость. Похоже, мой план был не так-то идеален. Ведь в нем не было тебя...»