Карточный долг — это святое

— Да твою мать! — осознание накрывает Чимина с головы до ног. Он проиграл. Как так вышло? Пак стонет и опускает голову на стол, готовый биться ей о стенку. — Вот и всё, — Чонгук хитро улыбается, он, кажется, больше всех ждал этого момента. Пак Чимин впервые продул в карты! — Да ну быть не может! — воет проигравший, — вы меня подставили! Выворачивайте карманы! — не может смириться с поражением. — Эй, успокойся, — Намджун остаётся самым спокойным, он кладет руку на плечо друга и слегка похлопывает, — ну, с кем не бывает. Не всё ж тебе выигрывать. Чимин хмурит брови так, что скидывает себе пять лет, становясь похожим на подростка в пубертате, которому отказала девушка. Чимин играет в карты отменно, он не мог проиграть тем, кого всегда выигрывал! Это невозможно! Он знает этих людей как свои пять пальцев, знает их эмоции, поведение во время игры. Всегда чувствует, когда что-то не так, но не сегодня. — Готовь свое девственное нутро, потому что ты знаешь, какое будет желание, — Чонгук крутит в руке металлическую зажигалку и не перестаёт улыбаться. Этот хитрый пёс всё продумал, конечно. — И как, скажите, пожалуйста, мне это сделать? — Чимин складывает руки на груди, почти смирившись с тем, что проиграл. — Останься после занятий, попроси что-нибудь объяснить, а потом уже действуй, — кратко изложил Тэхён. — Ага, — усмехается Пак, — жили-были, конец, блять! — Не кричи, — Намджун надавливает на плечо Чимина, — подкати к нему, пригласи прогуляться, — светлый ум Кима не может позволить разуму подкидывать подобного характера картинки. — Да брось, ты который год по нему сохнешь, — напоминает Гук. — Но он то по мне нет, — огрызается в ответ, — он шериф, а я студент. — Ты что-нибудь придумаешь, — заверяет Намджун.

***

Чимин думает уже неделю. Как бы так аккуратненько и незаметно присесть на член шерифа, желательно, чтобы он тоже об этом не узнал. Пак перебрал все варианты, вплоть до виагры, ну, это чтобы совсем некуда деться было. Хотя с выдержкой Мина это тоже может не сработать. Парни каждый день напоминали о желании, которое Чимин продул. Полицейская академия - дело сложное, но возможное, там он точно не собирается это делать. Нужна нейтральная территория, чтобы ни у кого потом претензий не было. Мин Юнги - шериф округа, которого часто приглашают в академию. Он даже занятия иногда проводит, но часто просто присутвует на них, анализирует всех своим взглядом, как будто выбирает себе преемника, но все знают, что просто так шериф свой пост не оставит. Слишком долго и упорно он к нему шел. Очередной день в академии, а плана никакого нет. Чимин даже не знает с чего начать, зато точно знает, что шериф сегодня в академии, а там уже по ходу дела будет думать. — Смотри! — Чонгук толкает Пака в плечо, — идёт красавец, — Чимин бросает взгляд в сторону. Действительно, красавец. В нерабочее время, Юнги одевался попроще, но при нём всегда было его огнестрельное, значок и эта пугающая, но одновременно притягивающая атмосфера. Чертов ходячий секс, как на него девушки не вешаются? Чимин бы вот с удовольствием повесился. Чертова футболка в облибку, которая явно мала шерифу, и он наверняка знает об этом. Ремни, которые напоминают портупею. Чимин боится представить сколько времени он проводит в зале, чтобы иметь такие мышцы. Пак аж сглотнул от этого вида, только представив как его этими руками… — Иди, — мысли прерываются в момент, когда Чонгук толкает его навстречу к мокрым фантазиям. Шериф разговаривал со своим коллегой, лейтенантом Чон Хосоком. Не отличался красотой от шерифа, но был неприступным как крепость, о нем никогда не ходили слухи, никаких фотографий с девушками или мужчинами интимного характера. А вот о самом шерифе какие только байки не ходят, мол перетрахал половину штата. Только кого ни спроси, никто не знает о его личных отношениях. Чимин делает глубокий вдох и движется на встречу неминуемому. — Шериф, лейтенант, доброе утро, — мужчины синхронно поднимают головы и оценивающе оглядывают юношу. — Пак Чимин, — как-то брезгливо читает имя на форме Хосок, — стажировку не дадим, так что топай. — Эм… — Чимин переводит взгляд на шерифа, который уже опустил голову, продолжая что-то читать, — я не хотел, то есть, я не по этому вопросу, лейтенант. — Ладно, — вдруг заговаривает шериф, — если будет что-то ещё, то скинешь на почту, я пойду, — лейтенант кивает. Чимин понимает, что упускает возможность, поэтому оперативно хватает бумаги из рук шерифа. — Не понял, — реагирует Мин, — тебя сейчас отчислить или через пять минут? — Чимин сглатывает уже сотый раз за минуту. Ему жуть как неудобно, но карточный долг — святое. Его задница, кстати, тоже, и только шерифу можно на нее и грешить, и молиться. — Прошу прощения, — Пак возвращает бумаги, — у вас не найдется пары минут? Мне очень нужно с вами поговорить, — шериф стоит не двигаясь, видимо ожидает разговора, но и лейтенант не уходит, — наедине, — выдыхает Чимин. — Хосок, свободен, — лейтенант кивает и удаляется, — у меня нет времени на долгие беседы, говори что хотел, мне нужно в участок. — Я могу с вами поехать! — говорит быстрее, чем думает. — Даже так? — Разговор очень важный и срочный, — почти пищит Чимин под строгим взглядом шерифа. — Господи, — вздыхает Мин, — занятия закончились? — юноша кивает, — ладно, поехали. Но если это розыгрыш или тебе просто скучно, то учти, я не дам тебе закончить академию. — Понял, — что его отчислят через пять минут.

***

До участка ехали молча, шериф всем своим видом показывал, что сейчас разговаривать не желает. Чимин забился почти в самый угол переднего сидения, лишь бы быть ниже травы и тише воды. Не хочется заранее выводить Мина из себя. Шериф сразу же повел его в свой кабинет, минуя лишних людей в участке, скудно здороваясь с теми, кто всё же попался на пути. Зайдя в кабинет, шериф сразу же закрыл дверь на замок и уселся за большой стол. Чимин, наоборот, стоял посередине кабинета, не зная куда себя деть. — Ну, — юноша вздрогнул от грубого тона, — ты не музейный экспонат в моем кабинете. Хотел поговорить — говори. — В общем, — мямлит Пак, — вы знаете о карточном долге? — Ты издиваешься надо мной? — шериф сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла. — Ну, знаю и что дальше? — В общем, я проиграл. — Парень, у тебя с головой всё хорошо? Тебя может в больницу? — Мой долг связан с вами, — прямо говорит Пак, а внутри себя перекрестился сто раз. — Тебе пострелять дать? Значок? Что ты от меня хочешь? — Вас! В кабинете наступает полная тишина. Шериф сидит не мигая, пытаясь осмыслить то, что сказал ему парень из академии. Он уже видел его, проводил занятия в его группе, имя вот сегодня узнал. Чимин ему казался самым обычным парнем, студентом, без всякой фигни в голове, но походу чутье подвело. — Мне загадали переспать с вами. — Умно, но не прокатит, — тут же отвечает шериф, — иди домой, поспи, выпей, покури в конце концов. — Да нет же, я действительно проиграл, и желание ребят было переспать с вами. — И ты думаешь, что я сейчас возьму, и разложу тебя на этом столе? — Мин пальцем стучит по этому самому столу. — Нет? — Чимин сводит брови и поджимает губы. — А как твои друзья поймут, что всё случилось? — Я буду затраханным, в прямом смысле этого слова, — терять уже нечего, если говорить, то так, как видишь и хочешь. Шериф видно, задумался. Хотя мог послать на три веселых буквы и забыть как страшный сон, но внутри что-то скребет под корочкой, мол: что ты теряешь? Будет весело. — И ты готов на всё? — Чимин удивлено вскидывает брови, явно не ожидая такого подвоха. — Всё, что попросите. — Если ты действительно будешь затраханным, то вернешься сюда еще, а потом ещё и ещё, — стать личной шлюхой шерифа перспектива неплохая, учитывая, что Чимин течет по нему, как сучка. — Хорошо, — быстро соглашается юноша. Шериф поднимается с места и подходит почти вплотную, так, что дыхание его Чимин чувствует на своих губах. Вблизи он ещё красивее, Пак боится сознание потерять, но его прошибает током, когда в его губы впиваются грубым поцелуем. Терзают сильно, словно голодный зверь жертву. Юноша хватается за плечо шерифа и открывает рот, отвечая. Язык Мина проскальзывает внутрь, скользит по зубам и нёбу парня, что громко стонет, усиливая хватку на плечах. Чимин теряет голову словно по щелчку, окольцовывает руками шею шерифа и тянет ближе на себя, хочется почувствовать всё. Шериф руками обнимает парня за торс и толкает на себя, чувствуя насколько сильно возбужден Чимин. Эта игра начинает заводить самого Мина, внизу живота начинается пожар, а поцелуй становиться всё более животным, словно обоим виагры килограмм подсыпали. Чимин жмется всем телом, в ответ вылизывая рот шерифа, о чем мог только мечтать. Юнги сейчас разрешает этому парню всё, отпуская самого себя. Резко захотелось войти в него, даже не растягивая, без подготовки, показать, что у него большой не только мозг. Шериф приподнимает юношу за талию, и тот сразу обхватывает торс Мина ногами, упираясь в каменный стояк задницей. Юнги усаживает парня на свой стол, сметая всё ненужное сейчас и разрывает поцелуй. Быстро снимает с парня куртку и рубашку. Чимин тяжело дышит, глядя на шерифа из-под опущенных ресниц. Юнги оглядывает подкачанное тело юноши, видный пресс, крепкие руки. Прекрасен, это всё, что приходит в голову. Шериф целует в скулу, а затем в линию челюсти, заставляя парня закинуть голову назад, проводит ладонью по шее, груди и прессу, спускаясь к ширинке, сжимая ту, на что получает громкий вскрик, переходящий в шипение. Чимину хочется раскрыться перед шерифом полностью, дать понять, что несмотря на долг, сейчас всё по-настоящему. Юнги языком скользит от шеи к правому соску парня и зажимает зубами. Пак зарывается рукой в черные, как ночь, волосы Мина. Шериф лижет и играет с возбуждением юноши, пока тот сходит с ума, разводя ноги шире, уже готовый принять. Юнги улыбается сам себе, парень от него безума, это было видно сразу, но спор и проигрыш был. Мин вновь целует в губы и даёт снять с себя ремни и футболку. Пак облизывант губы, видя идеальное тело шерифа. Когда взгляд опускается на четыре рельефных кубика пресса, Чимину хочется выть. Шериф не просто красив, он невероятен. — Засмотрелся? — Пак поднимает взгляд на Юнги, который ухмыляется, глядя прямо в глаза. — Что же будет, когда член увидишь? — Боюсь в обморок упаду, — честно отвечает Пак. Шериф хмыкает и целует парня, снова так же, грубо и мокро, громко и влажно. Вылизывает рот юноши, стоя между его ног. Вновь кладет руку на ширинку, но в этот раз тянет собачку вниз и молния податливо расходится в стороны, прямо как ноги Чимина. Шериф приподнимает парня и стягивает штаны вместе с бельем. Член Пака налит кровью и стоит по стойке ровно, а прохладный воздух покрывает тело легкими мурашками. — Тебе нашатырь сразу приготовить? — Что? — Чимин не успевает подумать, как чувствует влажный язык между ягодиц. Шериф быстро опустился на колени, лицезрея полное доверие парня в его открытости к нему. Мин на пробу провел языком по анусу юноши, получив дозу отборного стона. Юнги крепко сжимал бедра парня, так, что на этих местах потом останутся синяки. Шериф ещё раз широко провел языком между ягодиц, а Чимин полностью улегся на стол, не в силах держать свое тело. Мин хмыкнул и продолжил вылизывать Пака. Отверстие сжималось от впервые испытываемых манипуляций, а Юнги не останавливался ни на секунду, иногда переходя на пышные бедра парня, покусывая их. Когда юноша расслабился, шериф надавил языком на анус и Чимин кончил в первый раз. Сперма стекла с живота на стол шерифа, но самого шерифа это мало волновало. Ему хотелось еще, но если продолжать в таком же духе, парня на долго не хватит. — Живой? — нависая над тяжело дышащим Чимином, уточнил Мин. — Нашатырь всё же нужен, — прохрипел Пак. — У меня есть кое-что получше. Шериф быстро обошел стол и достал из ящика вскрытый тюбик смазки. Открыв крышечку, он поднес его к носу парня. — Банан? — Поднимайся, — он помог Чимину встать со стола, хотя ноги ещё дрожали, — идём, — шериф за руку провел парня за стол, а сам сел на кресло, попутно спустив брюки с бельем. Член шерифа, как тот говорил ранее, был большим. Юнги провел рукой от начала до конца, закусив губу, а Чимин смотрел на это всё с широко раскрытыми глазами. Он точно влезет? — Давай, ты же не уточнил, куда именно тебя трахнуть. Присаживайся, начнем с твоего болтливого ротика. Пак послушно сел на колени перед шерифом, который вручил ему тюбик смазки. Чимин выдавил немного себе на пальцы и убрал тюбик в сторону. Юнги похлопал по бедру, мол: начинай. Юноша взял член в руку и размазал приятнопахнущую смазку по всей длине. Присев поближе, парень облизнул головку и моментально услышал шипение сверху, значит шерифу нравится. Чимин опустился на член наполовину, языком очерчивая венки, и чувствуя, как сильно возбужден шериф. Юнги положил ладонь на голову парня, стараясь правильно направлять его. Чимин взял глубже, слегка задевая плоть зубами, руками держась за крепкие бедра шерифа. Он с каждым разом опускался ниже, пока носом не уперся в лобок. Вылизывал как самую сладку конфету наслаждаясь каждой секундой дозволенного, пытаясь доставить как можно больше удовольствия. В какой-то момент, Пак почувствовал соленый вкус, а затем и вязкую субстанцию. — Глотай, — приказным тоном прозвучало сверху. Чимин сделал так, как сказали. — Молодец, — похвалил шериф. Юнги полностью избавился от одежды, — иди сюда, — он похлопал по бедру, приглашая юношу сесть на него. Пак перекинул одну ногу через Мина и сел тому на колени. Шериф взял смазку со стола и выдавил немного себе на пальцы, а затем проскользнул рукой снизу, сразу мазнув жидкостью по анусу парня. Чимин закусил губу до боли, когда в него вошел один палец. — Расслабься, котик, — прошептал шериф и поцеловал юношу в висок, — дай растяну тебя, малолетний девственник. — Мне двадцать один, — проскулил Чимин. — А мне плевать. Шериф хоть и был груб на слова, но действовал нежно и осторожно, не хотелось навредить парню, учитывая, что сам попросил его вернуться в будущем. Юнги вводил один палец почти до конца, оглаживал мягкие стенки, давая привыкнуть, а после ввел второй. Пак уткнулся лбом в плечо шерифа, ища поддержку, которую получил в виде поглаживания по спине второй рукой. Шериф ввел третий палец, и, наконец до конца, Чимин выгнулся от новых ощущений, а Юнги хищно улыбнулся, найдя нужную точку. — Готов присесть? — Пак в ответ лишь закивал. Шериф вытащил пальцы и добавил смазки на член. Чимин сел ближе к Мину, завел руку назад и наконец оседлал шерифа. Пак широко раскрыв рот, опускался всё ниже, пока не сел полностью. Юнги крепко сжимал талию парня руками, от невероятного ощущения тепла. — Двигайся, — снова приказал шериф. Чимин немного привстал и вновь сел, получив крышесносные ощущения, когда член вновь надавил на простату. Если бы Пак знал, он давно бы предложил шерифу переспать. Юнги помогал парню привставать, поддерживая того за талию. По тактике, что сначала Чимин сам должен выбрать темп, понять как ему хорошо, когда он сверху. Когда силы у парня оставались на исходе, шериф начал подмахивать бедрами и комната заполнилась пошлыми шлепками обнаженных тел. Юноша кончил уже во второй раз, но хотелось ещё и ещё. Мин положил одну ладонь на грудь Пака и сжал твердый сосок парня, на что тот снова выгнулся. Чимин был слишком прекрасен чтобы останавливать его, но шерифу хотелось большего. — А теперь моя очередь, котик, — Мин помог парню встать на ноги, придерживая того за руку, — ложись, — Чимин сел на стол, а затем лег, широко разведя ноги, — вот так. Шериф добавил ещё смазки, для лучших ощущений и грубо вошел в юношу, сразу же закинув того поцелуем. Юнги наращивал темп, с каждым разом всё быстрее и жестче, не переставая целовать юношу. Чимин держался из последних сил, цепляясь за руки шерифа. Мин входил размашисто и грубо, хотелось показать все грани возможного. Парень под ним еле слышно стонал, царапая светлую кожу шерифа своими ногтями, оставляя яркие красные полосы не только на плечах, но и на спине. Юнги был на пределе, когда Чимин кончил в последний раз, но его хватка не ослабла. Парень запрокинул голову, когда шериф вошел глубоко, частое дыхание обоих, биение сердца в унисон, сверкающие на солнце капли пота на лбу. Шериф не помнил, с какой из девушек, ему было настолько же хорошо. Сделав решающий толчок, Юнги быстро вышел из парня и кончил в кулак, не желая пачкать юношу. — Эй, — шериф навис над Паком, который всё ещё был в прострации, — ты как? — Хочу ещё, — прошептал Чимин. — Э нет, котик, — Юнги чмокнул парня в губы, — ты итак отнял у меня минут сорок. — Прости… — Тебе не за что извиняться, карточный долг — святое, — напомнил Юнги, попутно собирая их вещи с пола, — но ты обещал прийти ещё, если будешь действительно затраханным. Как оно? — Когда мне прийти? — парень собрал свои последние силы и принял сидячее положение. — В любое время, в любой день. В кровати тебе больше понравиться. — К тебе домой? — уточняет Чимин. — Если захочешь, — шериф достает из ящика влажные салфетки и протягивает их юноше, — вытрись. Пак послушно берет протянутое и стирает следы преступления, а затем одевается. Ощущения незабываемые и непередаваемые. Шериф с виду кажется сухарем, но все его движения доказали обратное. — Между нами ничего кроме секса быть не может, да? — уже одетый и стоящий рядом спрашивает Пак. — Ты хочешь конфетно-букетный период? — смеётся Юнги, застегивая ширинку. — Послушай, — на этих словах сердце болезненно сжимается, — я не из разряда «помотросил и бросил». О чувствах говорить рано, но ведь это можно исправить. — То есть, мы можем попробовать? — Да, котик, — шериф берет парня за руку и притягивает ближе к себе, — обычным встречам секс не помешает, — целует в губы, — дай мне свой номер, сходим куда-нибудь вечером.

***

— Ну что, ну что? — любопытная морда Тэхёна надоедает весь день, требуя сознаться во всём содеянном. — Эй, колись! — Чонгук тоже прописался в эту секту. — Да что вы пристали? — отпихивает обоих Чимин. — Чем вы занимались в участке целый час, а? — Чаи гоняли. — А мне кажется, это тебя гоняли, — смеётся Тэхён. — И меня гоняли, — с блаженной улыбкой отвечает Пак Котик Чимин.