Психи могут делать все что угодно!

Веки Флека задрожали, и он проснулся. Болела голова, вся комната была расплывчатая в глазах клоуна. Он почти ничего не помнил, только помнил, что его швырнули на жесткую кровать, где когда то спала его мать. Здесь каждому тупому идиоту понятно, что произошло дальше. Артур надеялся, что такой момент повторится, но уже не по пьяне. Он даже не сразу понял, что лежит на спящем теле своего партнера вчерашней ночи. Джек спал в той же позе, что и уснул: рука покоилась на голове младшего Джокера, что за ночь у Арти взлохматились волосы, которые обычно были прилизанные... Артур аккуратно встал, посмотрев на более одетого Уайта, чем он сам. Низ — голый, а одежда сверху была — расстегнутая изумрудно-зеленая рубашка, обнаживая худой, впалый торс. Теперь ему предстоит поиски своей одежды после суматошной ночи по всей квартире. А, вот она: лежит в дальнем углу комнаты, помятая и скомканная. Красный пиджак лежал в коридоре, упавшая на пол, где раньше лежал труп Рэндалла. Теперь там от Рэндалла осталась кровавая жижа, а сам крупный скелет валялся на балконе. Также в ванной, когда посмотрел в зеркало, Флек заметил свое еще бледнее лицо чем обычно и расплывчатый грим, как комната в его глазах. Артур вздохнул, и сел на край ванны, массируя виски. Он закрыл глаза, пытаясь снять надоедливую головную боль. Он проидел в ванне около 15-ти минут. Флек вернулся в комнату, застав Джека, который сидел на кровати и о чем то задумался. Джек обернулся, и ухмыльнулся, увидев полуодетого младшего Джокера. - Приветик, - с издевкой сказал Уайт, облизнув пересохшие губы, и посмотрев на Артура сверху вниз. - Слушай… А ты помнишь что вчера произошло, м? - пристальный взгляд. Артур знал, что Джек все прекрасно помнил, а сам он — немного переборщил с алкоголем. Но все же решил соврать: - Я тоже ничего не помню... Джек встал с кровати, и подошел к Артуру, почти вплотную: - Че ты так врешь плохо, Арти? Я же знаю, что ты хоть что то помнишь... Артур сглотнул, и нервно облизнул пересохшие губы: — я помню что мы только поцеловались и все. — Хмм... Только поцеловались и все? Никакого секса? — притворно расстроенное лицо. — Что?.. Какой секс, мы только месяц зна... Джек не очень сильно интересовался словами Артура, и заткнул его поцелуем в губы, наконец то не по пьяне, не на мгновение... А настоящий, страстный, с проникновением языка в чужой рот. Язык Уайта скользил по нижней, верхней губе Артура, постепенно все глубже и глубже проникая в уже не девственный рот. Девственность Артур потерял только, похоже, с Софи, и то в воображении, но Флек никогда не думал, что потеряет свою девственность с мужчиной только в 33 года. Артур иногда задыхался из за дыхания Джека: табака, холода, гнили...

{∆}

Клоун стоял на крыше своего дома, и курил сигарету. Клубы дыма улетали высоко в ночной воздух, пахло прокуренным табаком. В зубах сигарета, а сам напевает мелодию. Его красно-желто-зеленый костюм развивался на ветру, на этом худом тельце. На крышу поднялся клоун более мускулистее Артура. Медленно рука второго Джека положила руку на узкую талию худощавого стендап-комика. Запах краски и табака сразу узнал Артур Джека: — Джек?.. Джек взял Артура за подбородок, и сказал, тихо: - ч ч ч ч ч... Не сейчас. Покажешь мне, как умеешь танцевать, м? Ноги переплетались в медленном танце, переходивший в бешеный и быстрый вальс. Ночной ветерок приятно дул и лохматил зеленые волосы двоих клоунов. Их носки обуви, бывало, сталкивались... Танец походил на танго или быстрый вальс. Черные и зеленые глаза клоунов встречались с друг другом, они улыбались, и безумно хохотали. Их губы находились на расстоянии бывало, сантиметра, или миллиметра. Прилизанные и лохматые макушки соприкасались с друг другом, рука в фиолетовой кожанной перчатке грубо брала за волосы младшего Джокера. Щелчок. Младший клоун приставил к горлу старшего свой револьвер, как предохранитель. Тут же Флек почувствовал на своих губах острый, холодный металл. Руки клоунов переплетались с друг другом, они оба смеялись и безумно улыбались друг другу... Артур навис над крышой здания. Его наклонил Джек, и его глаза сверкали безумием. Артур не боялся. Он же псих, как и Джек... Верно ведь, или он еще не достоин этого звания?.. Верно ведь?! Скажи, скажи это!.. Джек поднял Артура на руки, ухмыляясь, безумно, как человек, который впервые увидел белый свет. Артур прижался к груди Джека, и произнес, тихо: — Я достоин психа? Скажи это... — прозвучал аморальный и ненормальный вопрос. — Знаешь, ты мне напоминаешь мою бывшую. Она тоже так спрашивала меня, хехе... Артур слез с рук своего партнера по танцам, и осведомился, сузив глаза: — Что за бывшая?.. — Хехе, это тебя ебать не должно. ...Неловкое молчание... — Ладно... Прости что в не свое дело лезу. — Есть одно правило для таких, как я: никогда не извиняйся. Артур переплел их руки вместе. Фиолетовые кожанные перчатки с его собственными голыми руками. Как же прекрасно это чувство. Джек не сопротивлялся. Он просто молча давал насладиться моментом Артуру. Ночной воздух окутывал их тела, воздух был теплым, и холодным одновременно. Артур чувствовал, что у него что то выпирает, и знал, что хочет его... Джека... Джек, похоже, чувствовал тоже самое, что и младший Джокер. Психи понимали друг друга без слов. И через секунды клоунские рты сомкнулись в поцелуе. Артур чувствовал на своем члене более большой выпирающий член Джека. Буквально два члена труся друг от друга, пока хозяева своих хозяйств целуются. Джек потащил Артура за руку в свою квартиру, где была не очень приятная остановка: где то лужа крови, а где то беспорядок, но клоунов это не оень волновало. Их губы снова столкнулись в жестком поцелуе, и они буквально вылизывали грим друг друга, пока целовались. Два языка борятся, чтобы попасть в чужие рты. Психов заставляет делать это свое подсознание... Подсознание?.. Клоуны улыбались. Ха ха, как же прекрасны, эти улыбки... Когда улыбаешься через боль, которую ты прошел, это делает тебя... Страннее. Джек оттаскал Флека за волосы, не беспокоясь о том, что больно ли Артуру, или нет. Артур не сопротивляется. Чертовый мазохизм... Но, сука, как же хорошо!.. Джек взял Артура на руки, и понес в комнату, предпочитая заняться там им более конкретнее.

***

- Ах... Ахахаха... Ах... — хриплые стоны жесткой ебли прерывались неконтролируемым смехом. — Д-джек... Джек молчал, насилуя худое и узкое тело своего партнера, он, ухмыляясь, втрахал любовника в кровать. Он навалился на него сверху, вдалбливаясь в узкий анал. Он вышел из тела Артура, членом поддразнивая анал Флека. Артур стоял раком, и тихо сопел носом, умоляя: — Войди... Пожалуйста... Я не могу!.. — Хе хе... Можешь! — Джек перевернул Артура на спину, снова вдалбливаясь зад Флека. Член Артура и Уайта стояли колом... В комнате стояла жара, из за нарастающего теплого и горячего дыхания двух клоунов. У Артура были стоны — смеющийся, с придыханием, а у Джека — хриплые и хехекающие. У Артура была какая то биполярка — то он умолял о пощаде, то просил о продолжении, желая наконец кончить.

***

Глаза клоуна распахнулись. Он чувствовал, что обнимает старшего Джокера, положив руку ему на член. Он сразу же убрал руку оттуда, а Джек в это время лапал Артура задницу. Артур сел в кровати, его глаза от удивления расширились. — Ну че ты руку убрал? Мне было так приятно... — притворно обиженный и разочарованный голос провучал возле уха Артура. — Блять иди нахуй... — проворчал Артур. — Может тебе еще отсосать? — Хорошая идея. — Эй!..